Жить по-новому

«Быстротечность момента — это аксиома. Жизнь — это сейчас. Нет никаких потом. Так пусть она пылает. Всегда. Жарким огнём».

Дориан Грей

      Саша просидела всю ночь с книгой Рэя Брэдбери «Дзен в искусстве написания книг». Она и не заметила, как за окном уже раздавались звуки моторов машин, хозяева которых опаздывали на работу.       — Ты что не спишь? — парень, не разлепляя глаз, повернулся на другой бок.       — Бессонница, — хриплым голосом сказала она, потирая глаза от усталости.       От сказок она быстро перешла на романы, где было не всё так сладко. Сказки, на то они и есть, чтобы дети думали, что всё в мире хорошо. Что какой-нибудь принц спасёт маленькую принцессу от злого дракона. Но почему они не рассказывают всю историю реальности, про проблемы в будущем?       А если бы Зорина раньше узнала, что сказки — ложь? Верила бы? Смогла бы помочь родителям?       — Отца нет дома, — завязав волосы в хвост, Саша аккуратно положила ладонь на плечо парня. — Эй, вставай, — она бережно потрясла Пчёлкина, прислушиваясь к звукам за окном.       — Спать ложись, — Витя скинул её руку с себя и резким движением уложил её на кровать, не убирая ладонь с талии Саши.       Девчонка удивлённым взглядом уставилась в подлокотник дивана, чувствуя, как горячая рука Вити лежит на ней. Такими темпами она бы так и уснула, но от напряжения в теле, Саша всё ещё смотрела вперёд, иногда опуская взгляд вниз.       — Витя, — шептала девчонка, пытаясь убрать с себя его руку. — Витя, — чуть громче говорила она.       — Сколько время? — спросил Витя, на что девчонка немного приподнялась, пытаясь высмотреть время на часах, которые располагались в противоположной от неё стороне.       — Восемь доходит.       — Ну вот и всё, — опять прижав Сашу к кровати, проговорил он. — Нам к двенадцати.       — Нам? Куда?       — Спи.

***

      Девчонке потребовался целый час, чтобы прийти в себя от жуткого сна. И пока Витя пытался встать с кровати, Саша искала таблетку от боли в голове.       Страх уснуть, возник у неё после смерти бабушки. Постоянные кошмары мучили её по сей день. Валентина Николаевна сидела возле кровати Али и говорила одну и ту же фразу: «Не верь, не бойся, не проси». А дальше была какая-то чертовщина. Словно спокойствие, то умиротворение пропадало с теми словами, оставляя за собой лишь хаос, боль и разочарование.       — Ну наконец-то ты встал, — произнесла Саша, глядя как парень застёгивая голубую рубашку, подошёл к кувшину с водой.       — Собирайся. Я снял тебе квартиру, — девчонка попыталась что-то сказать, но Витя её перебил: — Будешь жить до восемнадцати лет там. Ну, а дальше сама.              — Типа благотворительность? — ухмыльнулась девчонка.       — Хах. Было бы всё так просто, — усевшись в кресло и закинув ногу на ногу, он уставился на стоящую в большой футболке и коротких шортах Сашу. — Будешь работать на меня.       — Ты ошибся, — ухмыльнулась она. — Из меня работник, как из тебя повар.       — А готовить я умею, — взяв со стола яблоко, он кинул его в руки девушки. — Поэтому отговорки... — Витя встал перед ней, облокотившись на спинку стула и продолжил: — Не принимаются.       У девчонки не было плана. Только потребность вырваться из своего дома. Исчезнуть с места прибывания алкоголиков. Распробовать на вкус неотравленный миазмами воздух. И на этот раз она добровольно находилась возле машины Вити, который напряжённо разговаривал поодаль от неё. Зорина стояла, всматриваясь в пространство между прутьями решетки, находящейся на первом этаже. Шторки были задёрнуты и только небольшая щель давала разглядеть что внутри. Она может быть и загляделась на окно, в котором жизнь протекает более привлекательно, но молодая пара притягивала интерес девчонки своей страстью. Она изредка наблюдала за их ссорами и примирениями. Хотя об их похождениях знал почти весь подъезд. Кто-то ворчал, кто-то возмущался, кто-то от смущения отводил от них глаза. Но девчонка удивлялась и как-то по-свойски восхищалась ими.       — Короче, я поговорил со своим другом и нас уже ждут, — проговорил парень, устремляясь к своей машине. — Квартира маленькая, но пойдёт.       — А это далеко отсюда? — потянув за ручку пассажирской двери, она ещё раз посмотрела в сторону окна, где шторы уже полностью открывали вид на кухню и на обнажённых молодых людей в ней.       — Нет. Минут пятнадцать идти, — оперевшись на машину, парень проследовал за её взглядом и теперь тоже смотрел в окно. — Ты чё из вуайеристов? — засмеялся парень.       — Ваеристов? — нахмурила брови девчонка в ожидании ответа.       — Не ваерист, а вуай-е-ри-ст, — по слогам произнёс Витя, не убирая с лица улыбку. — Человек, который любит подглядывать за людьми в интимной обстановке.       — Нет, нет, нет. Я просто... — замялась девчонка, под гулкий смех Пчёлкина, который наблюдал за её реакцией.       — Ты просто любишь подсматривать, — ухмыльнулся Витя.       — Да ну тебя, — скрестив руки на груди, Саша уставилась в потрескавшийся асфальт. — Может прогуляемся?       — Ладно. Пошли пешком.       Витя молчал, создавая напряжённую обстановку между ними. Он не знал, что спросить у девчонки, которая наслаждалась утренним ветром. Вопросов было очень много, но только несколько из них, витали у него в голове. Он боялся травмировать девчонку. Вдруг слёзы выступят на её глазах и она убежит прочь. Или будет ненавидеть его за неприемлемый расспрос о жизни Саши.       — Саш, — начал Витя, нащупывая в кармане брюк пачку Camel. — Я тут подумал и это... — достав одну сигарету Витя поморщился, но не от табака, а от своего решения: — Решил спросить.       — Ну спрашивай, — смущённо улыбнулась Зорина.       — Почему ты с мамой не живёшь?       — Потому что я ещё жива, — уголки губ потихоньку опускались выдавая нервную улыбку. — Она умерла, когда мне было десять лет. Её машина сбила... Насмерть, — тихо произнесла она, стирая со своего лица все эмоции. — Они тогда с отцом сильно поругались и мама ушла из дома. А я даже не попыталась её остановить, — девчонка шла вперёд, не обращая внимание ни на кого вокруг.       — И после этого отец начал пить?       — Да.             — А опека?       — А она ничего не знала. У меня всегда был план к каждому их приходу.       Девчонка в какой-то степени гордилась своими идеями. Ни один из представителей опеки не догадался о ситуации в семье. Отец из-за проблем с сердцем и из-за повреждения в спине не мог работать. Жили на деньги по потере кормильца и на пособия отца, которые он пропивал буквально за неделю. А в остальном, Саша уже додумывалась по придиркам представителя к семье.       — Не думала начать жить по-новому?       — Жить по-новому? — приостановилась девчонка, рассматривая черты лица Вити, который последовал её примеру и тоже замер на месте. — Думала над этим. Но как начать?       — Начало уже есть, — ухмылка появилась на лице парня. — Главное его не закончить.       — Получается, ты — моё начало, — радостно она двинулась вперёд, скрестив пальцы и поднимая руки над головой.       — Главное, что не конец, — Пчёлкин выкинул окурок в сторону, улыбаясь некому оптимизму недавно знакомой ему девчонки.       Шли они совершенно по-разному. Витя шёл молча, задумываясь о жизни девчонки. Он складывал одну цельную картину детства Саши. Во многом, он ей сочувствовал и жалел, но также не понимал поступков девчонки, которые для него были совсем безумными. А девчонка, как будто бы опровергала его мысли у себя в голове, создавая свой особый барьер, который ограждал её от всего ненужного.