Твои желания

      Холодный свет ноутбука — единственное освещение в захламлённой комнате. На его экране одно единственное фото, на котором виден бледный и спокойный мужчина. Чужой бесстрастный взгляд направлен прямо в камеру, пробирает до мурашек.       — Надо сделать упор на глаза, — Кавех недовольно надул губы, устало выделяя мышкой область, запоминая свои выводы. — Может, их вовсе убрать? Тогда тело будет…       Фотограф нечаянно нажимает не туда, и фотография перелистывается на другую. Он тут же распахивает глаза, громко сглатывая. На фото тот же Хайтам, но уже с отодвинутой одеждой. Взгляд сам по себе скатывается вниз, к паху.       — Это не очень-то законно, — фотограф зажмуривает глаза, откидывается на спинку и хнычет. — Нужно удалить с камеры, она не моя даже.       Но почему-то рука поднимается и тянется вовсе не к мышке. Странно. Обычно чьи-то фотографии вызывали только интерес, не животное желание. Неосязаемым движением он медленно провёл по головке члена.       — «У меня точно недотрах», — Кавех лишь закусил щёку изнутри, смотря на одну единственную точку. — «Но отрицать, что Хайтам горячий, я не могу. Не в этой жизни».

«Пожалуйста, коснись меня»

      Представленный в голове голос вышел слишком реальным, приятно спокойным, томным. От этого парень громко вдохнул, резко сжимая орган. Перед глазами застыло раскрасневшееся лицо с прилипшими ко лбу волосами. Ничего общего с реальным Хайтамом не было — одно жалкое тело и лицо.

«Кави, прошу»

      Фотограф уткнулся в плечо, громко и сбивчиво дыша. В голове застыли протяжные стоны и чмокающий звук.       — «Блять, я…»       В мозге всё вспыхнуло, словно заполыхал пожар. Обжигающе холодным был фантомный Хайтам, впившийся в его лопатки, царапающий их и дрожащий, со слезами вожделения на глазах.

«Прошу, я хочу почувствовать тебя глубоко в себе»

      Кавех закусывает губы чуть ли не до крови, сдерживая окончательный стон. Он тут же распахивает глаза, отрешённо переводя их на вторую половину тела.       — Блять, я что, сейчас подрочил на…       На его лице расплывается густой румянец, покрывающий его от ушей до губ. Он тут же вытирает испачканную в сперме руку об первое попавшееся полотенце и утыкается в стол лицом, пока разум его терзает множество мыслей.       — «Ужасно. Как такое обычное фото меня возбудило? Никакой я не ценитель, раз такое…» — непонятно откуда взявшийся стыд вдруг захлестнул его с ног до головы, заставляя мозг кипеть. — «Но Хайтам… На него вообще любой может».       Только вот оправдания не выходят. Не выходит и спокойно редактировать фотографии, и спокойно лечь спать. Уцепившись взглядом за одиноко висящую лампочку на потолке, Кавех чувствует напряжение внизу.       — Что за чертовщина! — он падает лицом в подушку и с яростью в неё вжимается. Почему-то подушка напоминает мягкую грудь. — Суки, это наказание за мои грехи?! — парень устало сжимает глаза, зло и слабо ударяя по подушке. — Мне что, теперь дрочить по несколько раз?! Хайтам, сволочь!       Он закусил губу, успокаиваясь.       — «А в чём, собственно говоря, проблема?» — Кавех вдруг принимает решение, самодовольно скалясь. — «Я просто попробую с ним сблизиться… Он же не недотрога? Вот и решили».       Ничего сложного, фотограф прекрасно справляется со всеми типами людей, никто не сможет устоять перед его обаянием и прекрасным лицом.

***

      — Нет, не собираюсь тратить своё время.       — Хах?       Аль-Хайтам резко отворачивается, раздражённо сводя брови. Конечно, это его не портит. Зато его слова очень даже.       — Что такого? Просто прогулка, свидание… Называй, как хочешь, — Кавех подступил ближе, чуть ли не утыкаясь в чужое лицо. — Ты же сейчас свободен? Ничего кроме фотосессий не делаешь!       — Это тоже утомляет.       — Ты просто ленишься! Или я тебе совсем не нравлюсь?       Хайтам несколько секунд задумчиво смотрит, а после тяжело вздыхает:       — Всякие попугаи-фотографы точно не в моём вкусе.       — «Вот же!» — Кавех натянул улыбку, едва держа кулаки в карманах. — «Посмотрим, что ты скажешь, когда я буду тебя втрахивать в постель».       — Тем более нас связывает только фотосессии, больше не нужно.       — Если я буду фотографировать тебя на свиданиях, ты успокоишься и согласишься?       — Так это свидание.       В студии шумно. На фоне множество отвлекающих звуков: чья-то возня, ругань и беспрерывные разговоры. Начальство крайне хорошо оценило работу, и фотосессии будут продолжаться и дальше.       — Как хочешь, так об этом и думай, — Кавех уличил секундную заминку и тут же продолжил. — Я так считать и буду, для тебя это внерабочая фотосессия, понял?       По Хайтаму видно его замешательство. Он поджимает губы, скользит глазами из стороны в сторону, но лицо так же спокойно, как и обычно.       — Семь свиданий, только неделю, — Кавех показывает на пальцах, довольно ловя взгляд. — Дай мне шанс, ради Бога.       — Бог здесь я, если не забыл.       — Конечно-конечно, мой великий святой, — парень усмехается, пристально разглядывая лазурные глаза с подрагивающим зрачком. — Я так и не узнал твой номер, может…       — Я согласен, только если мне не потребуется много общаться с незнакомыми людьми.       — Хм? Без проблем, это я тебе обеспечить могу.       Аль-Хайтам разочаровано выдыхает — всё-таки он проиграл. Кавех уже протянул свой телефон, мило улыбаясь.       — Запиши.       — Ко всем так цепляешься?       — Ты тут один такой красивый, записывай.       Хайтам почему-то поморщился, но просьбу выполнил. Кавех с улыбкой победителя вдруг схватил его за ладонь, сжимая:       — Я сделаю то, что никто тебе даже не предлагал.       Парень одним движением вытянул ладонь и отшатнулся назад.       — Идём уже, нас ждут.       — «Отлично, я справился!» — широко улыбаясь от самодовольства, он чуть ли не подпрыгнул на месте. — «Да он сам на меня набросится!»       Все с изумлением и неловким осуждением уставились на скачущего блондина, разодетого как попугай.