Оплаченная жена

Дэни Оставить Эмили одну в квартире было одним из самых безумных поступков Дэни. Если не считать того факта, что она также позволила Эмили остаться на ночь. В квартире была одна спальня, но Эмили устроилась на диване в гостиной, который был более чем достаточно длинным и широким, чтобы служить кроватью. Именно из-за того, что в ее доме был фактически незнакомый человек, женщина плохо спала. Это напомнило ей все те ночи, проведенные в приемных семьях, когда она никогда не могла полностью заснуть либо потому, что боялась, либо из-за постоянного голода.За последние несколько лет, пока она владела магазином, Дэни так хорошо спала в своей постели, что почти забыла, каково это бодрствовать. Почти. Она не думала, что после воспитания в приемной семье может быть хуже, но потом она повзрослела, и жизнь на улице в течение нескольких месяцев научила ее тому, каково это — никогда не спать. Энди была веселой и бодрой, когда вошла в магазин. — Доброе утро! — Она прошествовала к прилавку и сбросила рюкзак. — Что это, черт возьми, такое? — Энди указала на левую руку Дэни. «Глупо. Так чертовски глупо. Как я могла забыть снять его?» — Э-э, ничего особенного. Я не хочу вдаваться в подробности. — Что значит ”ничего особенного”? — Энди уставилась на нее. Дэни сняла кольцо и сунула его в карман джинсов. Она представила, что кольцо пульсирует у нее в кармане, как сердце в груди. Нет, не так, как ее сердце. Ее сердце не билось. Другие места не покалывало. Не тогда , когда она думала о девушке наверху, которая спит на её диване. Не тогда, когда она думала об Эмили Рэдклифф в обнажённом виде. Дэни отвернулась и начала перекладывать товар, явно не собираясь обсуждать кольцо или историю, что к нему прилагается. Женщина определенно была застигнута врасплох. Энди думала, что знает Дэни. Когда кто-то женился, они обычно рассказывали об этом друзьям. Энди выглядела уязвленной и не потрудилась скрыть это. — Я... я подумала, что, может быть, если бы ты могла получить коммерческую ипотеку, что-то из этого сработало бы. — Спасибо. — Дэни не подняла головы. — Я посмотрю, что можно сделать. Спасибо тебе, что помогаешь. — Ну, моя работа тоже зависит от этого. — Энди вытащила свой телефон и проверила его. — У тебя будут сегодня для меня какие-нибудь задания? — Просто обойди все вокруг и проведи инвентаризацию, и если ты считаешь, что чего-то не хватает, внеси это в список для заказа. — Хорошо. Звучит неплохо. — Энди колебалась. — Дэни? Есть что-то, что ты хочешь мне сказать? Так оно и было, но Дэни понятия не имела, с чего начать. Она покачала головой, не в силах встретиться взглядом с Энди. Она ушла, держа в руках газеты. Женщина убежала в подсобку, включила музыку, зажгла благовония и поставила стопку на стол. Она была замужем, и теперь Энди знала. Как бы она объяснилась? Что произойдет, если Эмили проснется и решит спуститься в магазин, чтобы поболтать? Как бы она тогда объяснилась? Женщине не нравилось, что образы начали задерживаться в её голове. Образы Эмили. Эмили смеется, Эмили улыбается, Эмили впервые что-то открывает для себя. Ее ошеломило возмущение тем, что она купила восемь цыплят, не оставив ни одного на прилавке. Ее взгляд был полон чистого удовольствия, когда она вгрызлась в эту голень. Как нежно она наклонилась и погладила мистера Пиклза на кухне. Ее слезящиеся глаза, когда она думала о своей семье и своем положении. Ее золотистые волосы веером разметались по подушке на диване, ее гибкая фигура была спрятана под желто-зеленым пледом из комиссионного магазина. Сияющая надежда в ее глазах когда она произносила свои клятвы, даже несмотря на то, что они были фальшивыми. «Что, черт возьми, со мной происходит?» Эти образы не соответствовали тому, как Дэни отгораживалась от вещей, о которых она не хотела думать или переживать. Вещи, которые она не могла изменить.Она могла блокировать эти образы, но не могла отрезать Эмили. Это было похоже на прямую трансляцию в ее мозг. Это было похоже на вторжение. Хуже всего было то, как ее тело реагировало на этот поток. Дэни никогда не могла не контролировать свои чувства. Эмоции были опасны, и она всегда довольно быстро подавляла их. Она никогда ни о ком не заботилась. Никогда не допускала этого, потому что привязываться не имело никакого смысла. Да, в прошлом она вступалась за других приемных детей, защищала их.Она предлагала несколько объятий, вытирала слезы, подсовывала украденные батончики или приносила стаканы с водой. Отдала свою любимую пару туфель, потому что пришла новая девушка, а у нее даже не было никакой обуви. Дэни не была сделана из камня. Она не могла притворяться такой, да и не хотела. Однако в прошлом она была осторожна. Она видела женщин, которых считала симпатичными, даже красивыми. У нее и раньше были женщины, но она не могла назвать это свиданием. Может быть, дружеское общение для двух одиноких людей, собравшихся вместе на короткое время. Она никогда никого не обманывала, заставляя думать, что готова к связям, и она никогда не позволила бы себя обмануть. Когда у входа прозвенел звонок, Дэни убрала бумаги в маленький шкафчик, взяла колоду карт и была готова, когда вошел ее первый клиент за день. Остаток дня она провела, погрузившись в работу. Это было то, что она могла понять и с чем могла справиться. Когда Дэни закрыла магазин в шесть, она чувствовала себя, как выжатый лимон. Войдя в квартиру, зная, что там есть кто-то еще, она почувствовала себя странно. Очень странно. Дэни нашла Эмили на кухне, где на столе была расстелена тонкая простыня,а по всей поверхности были разбросаны тюбики с красками и кистями, на настольном мольберте был установлен холст. — Я пошла в дом своих родителей, когда их не было, и взяла кое-что из своих вещей, — сказала Эмили. — Я надеюсь, что все в порядке? Обещаю, что все уберу и ничего не испачкаю. Это акрил, поэтому он растворим в воде и не выделяет странных запахов, так что мистеру Пиклзу здесь безопасно дышать. У Дэни отвисла челюсть. Не потому, что она чувствовала, что в ее маленькое пространство уже вторглись, а потому, что, когда она вошла в гостиную, там было не менее восьми небольших картин, сушившихся в разных местах по всей комнате. — Они быстро сохнут, — объяснила Эмили, появляясь позади Дэни.У нее была широкая желтая повязка на голове, удерживающая выбившиеся пряди волос, которые были собраны в беспорядочный пучок. На ней были желтая футболка и комбинезон. Ни на чем не было следов краски, и Дэни задалась вопросом, была ли Эмили достаточно богата, чтобы просто выбросить одежду, если на ней было пятно. — Э-э, я вижу. — Дэни подошла и осмотрела первый холст, который был установлен на журнальном столике вместе с тремя другими. — Я думала, что мистер Пиклз может наступить на них, но довольно быстро поняла, что он не заинтересован. — Нет. Он предпочел бы провести весь день во сне. Как ни странно, на первых трех картинах были изображены бизоны. Два были более абстрактными и красочными, но третий был настолько реалистичным, что Дэни казалось, что она может протянуть руку и запустить пальцы в шерстистую шкуру. Два других были похожи на кактусы. Казалось , что Эмили использовала растения Дэни как источник вдохновения. Шестая была с мистером Пиклзом, но Эмили стерла с него несколько лет и добавила дополнительную искру в его желто-зеленые глаза. Он сидел у кухонного окна, а за спиной у него были кружевные занавески. И снова это было настолько реально, что Дэни пришлось сдержаться, чтобы не протянуть руку, ожидая, что кошачья шерсть окажется мягкой. На последних двух картинах были изображены цыплята. Они оба были абстрактными, один в контейнере из магазина, а другой стоял на прилавке. — Они, эм, немного... странные, — выдавила Дэни. — Но в некотором роде тоже потрясающе. — Она развернулась, заметив застенчивый румянец на щеках Эмили. Без макияжа девушка была еще красивее. Она выглядела молодо. Такая милая и невинная. Это заставило что-то совершенно чужеродное в сердце Дэни заболеть. — Я знаю. Мне было скучно, и я, как бы просто села и нарисовала их. — Я не могу поверить, что ты можешь нарисовать так много картин за один день. — Ну, они не очень большие. Реалистичные из них занимают больше времени, но остальные рисуются быстро. — У меня в магазине тоже есть произведения искусства. Ты видела? — Я заметила, — призналась Эмили, ее щеки покраснели еще ярче. — Мне нравится, что ты это делаешь. Даёшь местным художникам шанс. Дэни почувствовала, что ее лицо тоже запылало. — Я беру комиссионные, — запротестовала она. — Я не святая. — И все же, это потрясающе. Ты помогаешь людям заявить о себе. И это придает магазину замечательный вид. — Это помогает заполнить пространство на стене. В любом случае... —Дэни понятия не имела, почему она не может просто перейти к делу. Обычно она была очень прямолинейна. — Я подумала, может быть, ты захочешь поместить туда кое-что из своих работ? Я знаю, что это не шоу твоей мамы, но у меня есть несколько свободных мест. — Да! — Эмили сцепила руки и встала на цыпочки, прежде чем снова опуститься на пятки. — Это было бы потрясающе! Она была так взволнована, что выглядела как маленький ребенок. Дэни снова почувствовала странное напряжение глубоко в груди, за которым последовал трепет в животе. Она не позволила этому зайти дальше, прежде снова чем подавила эмоции. Ей нужно было отвлечься. Ей нужно было выбраться из своей крошечной квартирки, которая была так полна присутствия Эмили. — Ты хочешь пойти на пляж? — Выпалила Дэни. Она была шокирована собой. Во-первых, ей на самом деле даже не нравился пляж, во-вторых, у нее не было купальника. — Эм... — Эмили была поражена, но быстро пришла в себя. — В Новом Орлеане нет никаких пляжей. — О. Правильно. — Есть Билокси, — сказала Эмили, которую не так легко было остановить. Она явно прониклась этой идеей. — Это всего в полутора часах езды отсюда. — Только... — Еще не так поздно. — Правильно... — Ну, ты сама предложила, — сказала Эмили и хихикнула. Она вытянула руки над головой, затем согнула их в локтях и ловко поработала над изгибами спины и шеи. — Мне бы не помешала поездка на пляж. Я сегодня слишком долго сидела согнувшись. — Ты действительно могла бы превратить это в бизнес, если бы умела рисовать, как машина, каждый божий день. — Ох. В том-то и дело, что это сложно. Иногда тебя вдохновляет что-то, а в другие дни нет, и ты просто часами сидишь, пытаясь рисовать, а у тебя ничего не получается. Это очень расстраивает. — Я понимаю. — Итак. — Эмили снова подпрыгнула на цыпочках. — Мы все еще едем на пляж? — Я думаю, если мы поедем сейчас, то сможем успеть до ночи. — Пляжи в темноте тоже, вроде, как потрясающие. Поскольку она сама предложила это, Дэни знала, что не сможет составить список причин, чтобы не пойти. Это выглядело бы странно, и это разочаровало бы Эмили, которая, очевидно, была взволнованный. Дэни просто не могла этого сделать. Она не могла пробормотать что-то о том, что вместо этого должна работать, и запереться в своей комнате. Так что, по-видимому, она собиралась на пляж. Без купальника. — В моей машине полный бак бензина. Я могла бы отвезти нас, — сказала Эмили. Дэни решила, что они могли бы поговорить о бюджете Эмили и ее семейных проблемах позже. — Я сделаю сэндвичи с курицей, — пробормотала Дэни. Что еще она могла сделать в этот момент?