***
Перси допила чай и окинула взглядом гриффиндорский стол. Кто-то, как и сама Уизли, уже заканчивал, кто-то пытался торопливо успеть съесть завтрак до того, как надо будет бежать на занятия. — Пойдем? — предложила Анна, тоже уже закончившая завтрак. По расписанию сейчас стояла нумерология, но больше никого из девчонок их факультета эта наука в свое время не заинтересовала. Так что они с Флориш старались держаться друг друга. — Пойдем, — согласилась Перси, закидывая сумку на плечо. — Как думаешь, какого объема профессор Вектор нам эссе задаст? — Хорошо бы поменьше… — задумчиво протянула Анна. — Пока держится теплая погода, я бы хотела погулять. А то потом опять дожди зарядят, бр! — Да, хорошо бы, — согласилась Перси, поддерживая необременительную болтовню, считай, ни о чем. — Твои братья вроде прошли отборочные в команду по квиддичу? — уточнила Анна. — Пойдешь их первый матч смотреть? Анна не была такой уж большой поклонницей квиддича, но на все матчи родного факультета ходила стабильно. Все-таки не так уж в Хогвартсе и много развлечений. — Не знаю, — пожала плечами Перси, слушая бодрую дробь их с Анной шагов — набойки на туфлях звонко стучали о каменный пол. — Если погода не испортится, то можно и сходить. Все-таки первый матч… Надо бы поддержать близнецов. — Если они будут так же хорошо играть в квиддич, как и делать всякие пакости, то у нашей команды определенно появится шанс на победу, — заключила Анна, проходя в класс. Там уже сидела парочка воронят в ожидании появления профессора. Перси привычно уселась за первой партой, разложила пергаменты и перья. Рядом так же неспешно шуршала своими вещами Анна. Они больше не говорили. Во-первых, профессор Вектор терпеть не могла разговорчики у себя в кабинете. А во-вторых, на самом деле они с Флориш никогда особо не были близкими подружками, способными трещать друг с другом сутки напролет. Так что ждать преподавателя предпочитали в тишине. Профессор Вектор была всегда крайне пунктуальна, появляясь точно со звоном колокола. Так случилось и сейчас. — Здравствуйте, четвертый курс! — поприветствовала она. — Надеюсь, за лето вы не забыли все, чему я вас учила, но на всякий случай пробежимся по пройденному еще раз. В конце концов, повторение будет вам полезно.***
Выходные подкрались незаметно, и с утра библиотека оказалась в полном ее распоряжении. Перси закрыла том и потянулась, откинулась на спинку стула. «Кажется, я молодец и все правильно сделала», — еще по прошлой жизни знакомое утверждение, что себя не похвалишь, и никто не похвалит, сработало и сейчас. Во всех книгах, где хоть что-то упоминалось про анимагов, авторы предостерегали магов о самой главной опасности — потере человеческого разума. Был известен лишь один случай, когда некая славянская волшебница смогла полностью сохранить разум после трех лет в теле лягушки и стать человеком, но там упоминалось и некое проклятие. «Если маг слишком часто принимает анимагическую форму, — мысленно повторила Перси, — то начинает перенимать некоторые привычки животного. Но вот если он слишком долго пробудет в теле зверя, то перестанет вообще считать себя человеком… Скорее всего, Короста уже и не осознает себя Питером и не сможет самостоятельно стать человеком. А значит, его можно будет спокойно передать Рону». — Перси, — от размышлений отвлек тихий оклик незаметно подошедшей Аббот. — Что, уже пора? — обреченно уточнила Перси. Ей совсем не хотелось покидать читальный зал. — Ты действительно не уследила за временем, — вздохнула собеседница. — А ведь близнецы мне спор предлагали… — Надеюсь, ты отказалась, — Перси торопливо убрала книги. — Конечно! — голос Элис прозвучал привычно звонко. — Ой, — она осеклась и продолжила гораздо тише, — идем уже, или следующими явятся твои братья, в такую погоду преступление — чахнуть здесь. «И будут меня тянуть, как ту репку!» — Перси невольно вспомнила старую сказку и, представив себе эту картину, развеселилась. — Это коварный сговор, — они уже покинули пределы библиотеки, и Перси позволила себе патетический возглас, — чтобы не дать мне дописать все эссе! — А после квиддича мы зверски украдем тебя на пикник, и книги весь день будут скучать в одиночестве! — Элис подхватила игру и звонко рассмеялась. У выхода из школы их уже ждали остальные девочки. — Все корзины влезли ко мне в сумку, — Джессика похлопала ладонью по расшитой бисером торбочке, — так что на матче они не будут нам мешать! «Такой день действительно лучше провести на воздухе!» — Перси подставила лицо солнцу, не беспокоясь о том, что веснушки так станут только ярче. На улице уже было прохладно, но безветренно и ясно, а в воздухе витал тот особый запах осени.***
«Я на девяносто девять процентов уверена, что это какая-то игра», — чуть подумав, Перси все же решила дать горе-Казанове шанс. Но в то, что Блоттс внезапно воспылал к ней страстью, не верилось совершенно. Первое письмо пришло три дня назад, в нем жених Анны восхвалял ум Перси и не скупился на комплименты. Если не знать о личности отправителя, читать такое было даже приятно. Но Персефона знала правду, а потому лишь покачала головой и под монотонное бормотание профессора Бинса написала ответ. Вежливо напомнила мистеру Блоттсу о его магической помолвке и попросила не дурить головы приличным девушкам. «Я-то надеялась, что он образумится и отстанет!» — Перси проверила наличие письма в кармане мантии и быстрым шагом направилась к гостиной Гриффиндора — там перехватить братьев было проще всего. И наименее подозрительно с учетом того, что она собиралась сделать. «Нет, Блоттс совсем обнаглел! — раздраженно подумала Перси, комкая его письмо в пальцах. — Ладно, он сам невестой недоволен — его личное дело, как-никак. Но он же еще и с Анной поссорить меня хочет!» В новом письме Сэмуэль Блоттс приглашал ее прогуляться вокруг Хогвартса. Хорошо, что не в Хогсмид! Тогда бы Перси его точно прокляла. Потому что на территории Хогвартса стояли какие-то особые чары, которые сама Перси называла «скажем нет сексу!». Целоваться можно было, но если парочки рисковали попробовать что-то большее, то их раскидывало по сторонам, а следом набегали и преподаватели. А вот на Хогсмид такое не распространялось… И если девушке и случалось забеременеть во время учебы, то можно было не гадать, где это произошло. Так что даже словосочетание «поход в Хогсмид» ассоциировалось в магическом обществе с чем-то весьма неприличным. — Мисс Уизли! Перси! Почти дошедшая до портрета Полной Дамы Персефона едва не вздрогнула, узнав голос. — Мистер Блоттс, — вздохнула она, — я надеюсь, вы здесь для того, чтобы увидеться с Анной. — Мне ее навязали, — парень поморщился. — Анна не вызывает у меня никаких чувств. Перси, с твоим умом ты была бы звездой Рейвенкло! А красота… — Мистер Блоттс! — не выдержала Перси. — У вас магическая помолвка. И вообще, подобное бесчестно по отношению к Анне! — Это все амбиции наших отцов! Я готов рискнуть! Перси уверенно взмахнула палочкой, творя показанные матерью чары. Стая летучих мышей рванула на добычу. Самюэль пытался отбиться, но противников было слишком много, и парень с криками побежал по коридору. «Рискнуть он готов!» — разозлилась Уизли. — Светлячки, — буркнула Перси Полной Даме и скользнула в открытый проход. Нужно было поговорить с братьями. И если Блоттс так и не поймет намека, натравить на него близнецов. Или попросить вразумить Чарли.***
— Чур я в ванну первая! — воскликнула Элис, стоило им всем ввалиться в комнату после урока травологии. — Какая гадость — этот ваш драконий навоз, — пробормотала Джессика, проводив завистливым взглядом скрывшуюся в ванной Аббот. — И даже никакие освежающие и чистящие чары его не берут! — Что ты хочешь, если драконы — магические животные, устойчивые к большинству чар, — индифферентно пожала плечами Анна. — Вот и нет ничего удивительного в том, что их навоз имеет те же свойства. — Теперь мне интересно, какие свойства может иметь навоз, скажем, единорогов, — хмыкнула Перси, пристраивая свою школьную сумку рядом с кроватью. — Или, например, кентавров… — Девочки, давайте сменим тему! — с несчастной гримасой попросила Роза, которая имела нежно-зеленый оттенок лица. — То есть всякая гадость на зельях, вроде глаз тритона, тебя не смущает, а разговоры о навозе смущают? — недружелюбно осведомилась Анна. В последнее время у нее было не самое лучшее настроение. Роза покраснела и, буркнув нечто нелицеприятное в адрес Анны, поспешила удалиться в свой закуток, прихватив подружку. Сама Флориш комментарий проигнорировала, уже переключив свое внимание на Перси. — Что от тебя хотел Самуэль? — поинтересовалась она нехорошим тоном. «Кажется, сейчас будет скандал… Слишком много негатива накопилось, — поняла Перси. — Вот только это мы еще посмотрим, кому она его закатит!» — На романтическую прогулку приглашал, — фыркнула Перси. — А я его прокляла. — Что?! — разъяренной фурией зашипела Анна. — Ну, я ему покажу!.. — И правильно сделала, — серьезно кивнула Джессика. — Анна, я давно тебе говорила, что он кобель. Тебе надо настаивать на разрыве помолвки. — Перси, у тебя сохранились его письма? — поинтересовалась Флориш уже спокойным тоном, быстро взяв себя в руки. — А то родители без доказательств мне не поверят. — Конечно, держи, — согласилась Перси, безропотно вручив Анне два письма. — Идите, кто следующий, — из ванной в клубах пара вывалилась Элис, одним своим появлением нарушив гнетущую атмосферу. Следом, не сговариваясь, пустили Анну, чтоб она немного остыла и успокоилась. А то в таком состоянии она, пожалуй, могла проклясть и без всякой палочки. — А хорошо ты его приложила, — шепотом одобрила Джессика, после того как Флориш скрылась в ванной комнате. — Он уже третий день в больничном крыле валяется. — Это не я, — открестилась от сомнительной славы Перси. — Это, наверно, Чарли. Я ему на такого «ухажера» пожаловалась. — Эх, хорошо иметь заботливых старших братьев! — заключила Фортескью и вернулась к сбору ванных принадлежностей для душа.***
Неделя начиналась отвратительно, по мнению Перси и всех гриффиндорцев. А все потому, что первой парой в понедельник были Зелья. Сама Перси ничего против зелий не имела, но когда это теоретическое занятие, а не практика с отвратительными как на вид, так и на запах ингредиентами. А еще в классе работало около пятнадцати горелок и булькало столько же котлов. И несмотря на обычную для подземелий прохладу, становилось душновато. «Когда же это все закончится?! — взвыла про себя Перси, стараясь дышать мелко и поверхностно, чтобы побороть дурноту. — Почему тут не додумались до тяги, в которой и надо работать со столь сильно пахнущими веществами?!» Нет, было понятно, что защита имелась — то же заклинание Головного пузыря, но его проходили только на шестом курсе! Перси, конечно, опережала программу, но не настолько же! Да и колдовать палочкой на уроках Снейпа, точнее просто доставать ее из сумки, было чревато проблемами. Тем более только из-за сильного запаха. Вот если бы он был ядовит… Но ничего подобного студентам, понятное дело, не доверяли. Только на старших курсах. Перси сглотнула — дурнота накатывала с новой силой — и взялась за защитные перчатки. Скоро нужно было добавлять в зелье гной бубонтюбера, а до этого отметить его точное количество. — Восемь помешиваний по часовой стрелке, — тихо бубнил над ухом Вуд, привыкнув проговаривать инструкции вслух. «Не нравится мне это! — констатировала Перси, когда на краю зрения появилась нехорошая темнота. — Как бы так в обморок не свалиться!» — На добавляй, — торопливо всучила ему плошку с гноем Перси и плюхнулась на стул. Лучше не стало, но хоть мир больше уплыть в черноту не пытался. Как бороться с обмороками, она знала, случалось с ней такое еще в прошлой жизни, а потому Перси сложилась пополам прямо на стуле, уткнувшись головой в колени. Теперь приток крови к мозгу должен был нормализоваться. — Уизли? — растерянно окликнул ее Вуд, отвлекшись от котла и обнаружив странное состояние напарницы. — Перси, ты чего? — Не отвлекайся, — отмахнулась Перси. — Там листья китайской жующей капусты, протертые в кашицу, надо следующими добавить. А я скоро приду в себя. — Мисс Уизли? Вам плохо? — раздался холодный голос профессора Снейпа, который, разумеется, тоже заметил нетипичное поведение студентки. — Я скоро приду в себя, — пробормотала Перси, стараясь дышать ртом: так меньше мутило. — Мисс Уизли, марш в Больничное крыло! — рявкнул Снейп. — Нечего мне тут умирающего лебедя изображать! — Да, сэр, — поднялась на ноги Перси и, небрежно сложив собственные вещи в сумку, вымелась из кабинета. В коридоре, где отсутствовал запах и было холоднее, дышалось полегче. И дурнота вроде отступила… Хотя противную слабость Перси все еще чувствовала. «Ничего, до Больничного крыла я и в таком состоянии дойду, — решила Перси. — Главное, чтоб резко не поплохело, а так надо будет всего лишь на корточки сесть и посидеть. И падать, если что, недалеко!»***
Подпростывший Рон был уложен спать. «Конечно, бодроперцовое зелье подействовало и уже к завтрашнему дню сын должен был полностью выздороветь, — Молли поудобнее перехватила палочку, — но пока ему стоит отдохнуть. Да и под ногами не будет путаться!» Перед праздником хлопот всегда хватало. И даже ловко дирижируя палочкой и выполняя десяток дел одновременно, Молли чувствовала, что не успевает. «Как же мне сейчас не хватает помощи Перси!» — отправив противень с гусем в духовку, женщина перевела дух и вышла в комнату проверить, как продвигаются дела у младшей дочери. Вот только вместо уборки Джинни обнаружилась на диване с альбомом колдографий. Явно протирание пыли застопорилось, едва дочь добралась до полок шкафа. — Мамочка, а Гарри был сильно похож на своего папу? В этот момент Молли не выдержала: на часах стрелки мужа и старших детей уверенно двигались в сторону дома. А значит, у них оставалось не так много времени. Хоть и летела семья на машине. — Джиневра Уизли! Ты видела эту колдографию уже сотню раз! И столько же раз задавала этот вопрос! Дочь насупилась. — Милая, кратчайший путь к сердцу мужчины лежит через желудок и чистый дом, — Молли попробовала зайти с другой стороны. — Я уверена, что Гарри вырос славным парнем, и полностью поддерживаю твое желание стать миссис Поттер, но что ты можешь предложить своему избраннику? Джинни явно растерялась от такой постановки вопроса. — Тем более неужели ты думаешь, что будешь единственной, кого привлечет Гарри? — подлила масла в огонь Молли. Дочь ярко покраснела и подорвалась протирать пыль. Открытый альбом остался лежать на диване. «Лили и Джеймс действительно были прекрасной парой», — Молли глянула на колдографию в альбоме и вздохнула от навалившейся грусти. Вспомнились и братья. То, что их убийца сидит в Азкабане, было слабым утешением. С улицы донесся звук мотора, и Молли, разом взбодрившись, торопливо вытерла глаза и пошла в прихожую встречать родных.