Я тебя. Никому. Не отдам.

Ночь была морозная и очень снежная. Маленькие белые хлопья падали на землю, застилая всё кругом мягким одеялом. Сквозь тёмные облака пробивался тусклый свет луны. Казалось, будто она подглядывает за тем, что происходит на земле, словно маленький ребёнок, который хочет хотя бы краешком глаза увидеть волшебного старца, приносящего дары в канун Рождества. Именно луна была единственной, кто в этот час был рядом с Драко, стоявшим на самом верху астрономической башни. Он был одет совсем не по погоде, его лицо и руки покраснели от мороза, но его это не беспокоило. Единственное, о чем он мог думать – это о событиях сегодняшнего дня. Его разум и сердце вели беспощадный бой, в котором проигравшим был только один – сам Драко. Юноша, под гнётом собственного рассудка, корил себя за несдержанность, проявленную по отношению к Гермионе. Он – знатный аристократ, собиравшийся прогнуть эту бойкую гриффиндорку, пал перед ней, словно жалкий… - Хорёк! Трус! – забыв про чувство гордости, упрекал себя Малфой. – Это она должна была бегать за тобой и умолять быть с ней! Но что ты сделал? Верно! Ты решил поиграть в пылкого влюблённого…безмозглый идиот! – не унимался парень. «Но ведь ты любишь её», - словно пытаясь защитить юношу от собственных мыслей, вторило ему сердце. И где-то в глубине души Драко знал, что это правда. Но от этого злость на себя становилась только сильнее. Он и правда любил Гермиону, но, зная о невозможности быть с ней, ему всегда было проще сделать её своим врагом, ведь он знал, что быть просто её другом он не сможет. Поэтому он и обзывал её, глумился над ней и тем, что ей дорого. Не для того, чтобы унизить, а чтобы вызвать у Грейнджер чувство отвращения к собственной персоне. Чтобы она сама исключила возможность любого контакта с ним. Так было проще, так было правильней…ну, или ему так только казалось…В любом случае он добился того, что хотел, а когда Пэнси Паркинсон – эта болтливая выскочка – сказала ему, что Гермиона и правда встречается с Уизли, Драко твёрдо решил, что теперь он будет жить своей жизнью, где нет места Гермионе Грейнджер. Искать работу не было необходимости, поэтому Драко путешествовал и занимался алхимией для собственного удовольствия. А спустя время, не без напутствия матери, Малфой начал отношения с Асторией, и через три года молодые люди обручились, но до свадьбы так и не дошло. И вот, спустя ещё год, Драко узнаёт, что отношения Гермионы и Рона приказали долго жить, а также гриффиндорка ушла из Министерства Магии и перебралась в родные пенаты, то есть в Хогвартс. После таких известий сердце Малфоя сделало кульбит, и не прошло и пары месяцев, как юноша тут как тут. Он врал себе и говорил, что главная причина его возвращения в Хогвартс – это инициатива, связанная с образованием. Но если смотреть правде в глаза, то всё было как раз наоборот – создание нового Министерства понадобилось Драко, чтобы иметь полный доступ в школу. «И ради чего? Ради этой девчонки?!» - продолжал давить разум на уже немало уставшего от себя самого парня. Драко встряхнул головой, пытаясь хоть немного прийти в себя, но выходило скверно. Он сам не понимал, что хотел. С одной стороны, парень не привык получать отказ, и действия Грейнджер очень злили его, но в то же время и сильно заводили. Он чувствовал себя охотником, который был всё ближе к своей добыче. С другой стороны, юноша понимал, что его поведение переходит все границы. Малфой видел, как пугал девушку и заставлял её чувствовать себя неудобно. Да и по отношению к Астории он вёл себя как последняя свинья, что тоже не добавляло Драко очков в глазах Грейнджер. - И что мне делать? – взглянув на луну, будто спрашивая у неё совета, произнёс Малфой. – Продолжать эту игру? Нет, так я сделаю только хуже, причём для всех. Снова отдалиться от неё? И на сколько меня хватит? Думаю, что не на долго, особенно если она будет и дальше ходить по всюду с этим любителем зверушек! Может, попытаться стать ближе, но в качестве друга? Да, Малфой, конечно, пока снова не сорвешься и не испортишь всё! Думай! Думай! Думай! – повторял парень, ударяя руками о балконные поручни, будто это могло ему помочь. Так он и стоял, не в силах прийти к нормальному решению. Только спустя ещё час парень спустился с астрономической башни и направился в свою комнату, в надежде лечь спать и перестать мучить себя. Но уснуть он так и не смог.

***

Большой зал был украшен в красно-золотой гамме, что было в духе средневековых балов. Слева от входа располагалась зона для оркестра, с права были установлены столы, полностью заполненные закусками и напитками. В передней части стояла трёхметровая ёлка, украшенная сотнями шаров и летающих свечей, а центральное пространство было отведено для танцев. Потолок зала представлял собой вид ночного неба, с которого падали маленькие снежинки, таявшие, не успев долететь до паркета. Гермиона стояла в середине зала, ожидая прихода учеников для репетиции бальных танцев. Пока детей не было, девушка выстраивала в голове картинку танца, вспоминая различные танцевальные движения, которым когда-то учил её отец. Чтобы лучше сосредоточиться, Гермиона прикрыла глаза и ушла в свои мысли с головой. Вдруг она почувствовала, как чья-то сильная рука легла на её талию. Грейнджер сразу открыла глаза и обернулась, увидев перед собой сталь серых глаз и белоснежную улыбку. - Драко? Что ты тут делаешь? - А ты не догадываешься? Я приглашаю тебя на танец, – ответил юноша, хитро улыбаясь. - Хватит, Малфой, это не смешно. Тем более сейчас придут ученики, —произнесла Гермиона и попыталась отстраниться. Но Драко ещё сильнее сжал её талию и притянул к себе. - Куда же ты, Гермиона? Неужели ты откажешь мне в такой малости? – с наигранной обидой проговорил парень. - Драко, я…, - начала девушка, но не успела договорить, так как Малфой прильнул к её губам. Его поцелуй был нежным, но с каждой секундой он становился всё более страстным и жадным. Грейнджер была не в силах противостоять его напору, а юноша не останавливался. От губ он перешёл к шее, оставляя на ней небольшие засосы, в то время как его руки вели свою игру. Правая обнимала талию Гермионы, а левая опустилась ниже и слегка сжала её ягодицу. От нахлынувших ощущений девушка не смогла сдержать стон, что только завело Малфоя ещё больше. Гермиона так сильно увлеклась тем, что происходит, что не заметила, как дверь в зал отворилась и на пороге показалась Астория. Девушка медленно подходила к целующимся и, только остановившись в метре от них, произнесла: «Как интересно…». Не ожидая подобного, Гермиона резко оттолкнула Драко и в ужасе уставилась на только что пришедшую гостью. - Астория...я…мы… - Гермиона, успокойся, - с нежностью проговорил Драко, - иди ко мне, мы ещё не закончили! - Что ты говоришь, Малфой? – ничего не понимая, девушка уставилась на аристократа. - Ты боишься, Грейнджер? – раздался голос за спиной Гермионы. Обернувшись, девушка увидела Асторию…ещё одну, от чего даже слегка вскрикнула. - Бесстрашная Гермиона Грейнджер не знает, куда себя деть! – теперь голос раздался со сцены, и его владелицей снова оказалась Астория. Гриффиндорка с ужасом в глазах поворачивалась из стороны в сторону, и отовсюду, справа и слева, к ней подходил один и тот же человек – Астория Гринграсс. - Астория, я не понимаю… - Чего ты не понимаешь? Разве ты не этого хотела? Он ведь так красив! И умён! А его поцелуи! – вторили друг другу десятки молодых аристократок с одинаковым лицом. - Нет…я не хотела…я не думала… - Гермиона, иди же ко мне! – среди множества девушек всё также стоял Драко Малфой и протягивал Гермионе руку. – Ты будешь моей! Так должно быть, и так будет! – с улыбкой проговорил юноша. - Нет…это неправильно…так не должно быть… Гермиона стояла, окруженная со всех сторон и чувствовала, как ком встал в горле, а на глаза наворачивались слёзы. Вдруг раздался громкий стук в дверь. Он продолжался снова и снова, становясь всё громче. И…Гермиона проснулась. Сердце девушки сильно билось, а разум не мог прийти в себя. Гермиона быстро осматривала комнату, пытаясь понять, где она находится, и только спустя минуту она осознала, что всё увиденное было сном, а она лежит в своей постели, пока кто-то очень настырно стучит в её дверь. Гермиона быстро поднялась с кровати, взяла со спинки стоявшего рядом стула халат и, быстро накинув его на себя, направилась к двери. У самого входа девушка остановилась, встряхнула головой, чтобы прогнать остатки сна и, глубоко вздохнув, открыла нетерпеливому гостю дверь. - Гермиона! – на пороге стоял Рольф. – Ты почему до сих пор здесь? И почему ты всё ещё в халате? - Я только проснулась. - Только проснулась? У тебя урок через 15 минут! - Что?! – Девушка не могла в это поверить. Она быстро подбежала к прикроватному столику, на котором стояли маленькие треугольные часы, и посмотрела на время. – О нет! Я проспала! Сказав это, Гермиона быстро побежала в ванную. - Ну, я лучше не буду тебе мешать, – с некоторым удивлением проговорил Рольф и, закрыв за собой дверь, удалился. Но Грейнджер уже его не слышала. Она бегала из ванной в комнату и обратно, пытаясь быстро привести себя в порядок. Спустя пятнадцать минут девушка уже была в классе, за что мысленно в сотый раз поблагодарила Рольфа. Хорошо, что первый урок был у второго курса. В этот день Гермиона должна была дать детям практическое задание, что и сделала, как только все ученики расселись по своим местам. Дети увлечённо выполняли задание, а Грейнджер наконец смогла выдохнуть. Быстрые утренние сборы отвлекли её от раздумий о странном сне, но теперь, в спокойной обстановке, воспоминания об увиденном стали снова всплывать в голове. «Надо же было такому присниться, настоящий кошмар! Что со мной? Неужели Малфой смог так сильно засесть мне в голову? Ещё и Астория…Нет, я не стану той, кто разрушит чужое счастье! Надо всё это прекращать! Не хотелось бы мне, чтобы сон стал явью…ну, реальная его часть», - размышляла девушка. Она твёрдо решила для себя, что будет держаться от этого змея подальше, чтобы не попасть в нехорошую ситуацию. Но как только она подумала об этом, её сердце защемило. «Нет, дружок! Не смей так поступать, мы не можем поддаться на провокации этого хорька. Он просто сбил тебя с толку своими поцелуями и разговорами о трудной жизни, но это не больше, чем просто игры! Мы справимся!» - пыталась договориться со своим сердцем девушка, но выходило это хуже некуда. - Надо же было так влипнуть…