Я тебя. Никому. Не отдам.

Три урока прошли быстро. Гермиона пообещала себе держаться, и у неё это неплохо получалось. Правда, она пару раз отвлекалась и могла прослушать вопросы учеников, но в остальном всё шло удачно. После третьего урока к ней зашёл Невилл и попросил отпустить учеников пятого курса: он хотел провести урок сразу для четырёх факультетов. Гермиона не возражала, даже наоборот, была рада, что сможет посвятить время другим делам, а именно приготовлению к балу. Девушка хотела посидеть в библиотеке до обеда и составить план задач, но перед этим ей было необходимо зайти к себе в комнату, чтобы взять рабочий блокнот с идеями. Зайдя в комнату, Грейнджер направилась к столу, открыла маленький ящик и достала оттуда всё необходимое, как вдруг раздался тихий стук в окно. Это произошло так неожиданно, что Гермиона даже дёрнулась, но, увидев в окне сову, сразу успокоилась. Уже по виду птицы она понимала, от кого пришло письмо, и от осознания этого на лице девушки появилась лёгкая улыбка. Гермиона быстро подошла к окну, открыла его и запустила птицу в комнату. Та бросила небольшой свёрток на стол и направилась к камину, чтобы немного просушить перья. Гриффиндорка взяла свёрток и развернула его. Там была маленькая шкатулка и два письма. На одном из них, в правом верхнем углу, была выведена буква «Г», на другом, но уже с левой стороны, буква «П». Девушка сначала открыла первый конверт и принялась читать письмо. Здравствуй, дочка! Мы с отцом надеемся, что ты в порядке и хорошо кушаешь. Работа учителя – очень ответственное дело, и мы гордимся тобой. Жаль, что ты не смогла навестить нас до начала учебного года. Твой уход из Министерства стал для нас неожиданностью, но мы рады, что ты занимаешься тем, что тебе по душе. Пару дней назад мы встретили твоего друга – Гарри Поттера. Он сказал, что в школе готовится бал в честь Рождества. Зная тебя, мы предположили, что ты вряд ли сможешь выбраться к нам на праздники, а потому решили продолжить свои путешествия. Поездка в Австралию вдохнула в нас новую жизнь, и теперь мы хотим увидеть и другие удивительные уголки нашей планеты. Вернёмся мы только к концу весны. Очень надеемся, что ты сможешь приехать к нам на летних каникулах! Нам столько хочется тебе рассказать! Да и у тебя, я думаю, историй хватит на несколько вечеров! Так как в праздники встретиться не получится, мы решили передать тебе подарок уже сейчас. Папа, конечно, настаивал, чтобы Гарри отдал тебе его на балу, но я посчитала, что ты захочешь примерить его раньше. Надеюсь, что тебе понравится! Очень скучаем по тебе, малышка! С любовью, Мама и Папа Гермиона дочитала письмо и улыбнулась. Как же давно она не видела родителей. Во время войны она стёрла им память о себе, а затем родители уехали в Австралию, исполняя свою давнюю мечту. Когда всё закончилось, девушка навестила их и вернула им воспоминания. Она рассказала родителям о том, что произошло. Объяснила, что такие меры были необходимы, иначе Пожиратели убили бы их. Конечно, для мужчины и женщины всё это было неожиданно, но они были рады, что их дочь в порядке. Спустя пару месяцев Гермиона сообщила, что возвращается в Хогвартс, чтобы закончить последний курс. А летом приехала уже с Роном, чтобы познакомить его с родителями. Конечно, они знали его, но теперь он был не просто одноклассником Гермионы, а её молодым человеком. В тот день мистер Грейнджер устроил юноше настоящую проверку. Не без труда, но Уизли её прошёл. Следующий приезд Гермионы был на Рождество, когда девушка уже работала в Министерстве. Так она и приезжала к ним два раза в год. Последний был за четыре месяца до переезда в Хогвартс. Грейнджер корила себя, что так и не добралась до родителей перед началом учебного года. Но она была рада, что они не обижались и жили полной жизнью! Думая об этом, девушка взяла шкатулку и открыла её. Внутри лежал кулон из белого золота в виде ключика. Круглая головка ключа была украшена маленькими белыми камушками – фианитами, а в центре этого кольца красовался небольшой рубин. «Ключ от всех дверей», - мелькнула мысль в голове Гермионы, и, улыбнувшись, девушка сразу же надела его, почувствовав, будто родители были рядом с ней. Второе письмо было от Гарри. Из него Грейнджер узнала, что Гарри и Джинни будут на балу. Да и Рон хотел приехать, если успеет вернуться с задания. Эти новости очень обрадовали девушку, ведь, это означало, что совсем скоро она увидит друзей. Окрылённая счастливыми известиями и неожиданным подарком от родных, Гермиона взяла свой блокнот и направилась в библиотеку. Она была полна решимости сделать праздничный вечер особенным и точно знала, что никто не сможет ей помешать! У самой библиотеки гриффиндорка заметила знакомую фигуру: невысокую, стройную, со светлыми волосами, убранными заколками в виде редисок. - Полумна! – Грейнджер окликнула стоявшую около входа в читальный зал девушку. - Здравствуй, Гермиона! Очень рада тебя видеть, – с мягкой улыбкой на лице проговорила Лавгуд. - Что ты тут делаешь? - Я приехала к Невиллу. - Боюсь, что сейчас у него урок… - Да, - мягко кивнула Полумна, затем наклонилась ближе, словно собираясь поделиться секретом. — Рассказывает про Бубонтюберы. Ты знаешь, он выглядит таким… важным, когда ведёт занятия. - Разве это плохо? – слегка усмехнувшись, спросила Грейнджер. - Нет, что ты! Просто не привычно видеть его таким… - Серьёзным? - Взрослым! – поправила её Лавгуд. — Не подумай, будто я считаю его ребёнком. Просто… мне кажется, в каждом должно оставаться что-то от детства, иначе жизнь становится слишком унылой. А Невилл… будто старается избавиться от этого. Я понимаю почему — его жизнь никогда не была лёгкой: родители, война… Он хочет всё контролировать, но я так не умею. - Поэтому ты здесь? – немного расстроенно спросила Гермиона. Полумна лишь утвердительно кивнула в ответ. - Кстати, я снова видела Малфоя! Только уже здесь, в Хогвартсе! - Да, он теперь глава Министерства образования. Следит за качеством обучения в Хогвартсе. - Какая скучная работа, — с досадой протянула бывшая когтевранка. — Вот почему он такой мрачный! Теперь всё ясно. - Подожди. Малфой был… мрачным? — Гермиона нахмурилась, но тут же махнула рукой. — Хотя… какое мне дело? Наверное, у его «величества» опять что-то пошло не так, и теперь он будет искать, на ком сорвать злость. - Нет, тут что-то другое, — задумчиво проговорила Полумна. — Он выглядел… будто потерял смысл. Никогда не видела его таким. Не успела она договорить, как из соседнего класса хлынули ученики. Холл мгновенно наполнился гомоном. - Урок окончен! — оживилась Полумна. — Пойду к Невиллу. Пожелай мне удачи! И, не дожидаясь ответа, она скользнула в сторону теплиц, оставив Гермиону наедине с внезапно нахлынувшими мыслями.

***

- Мог бы и сразу догадаться, что найду тебя здесь! Знакомый голос раздался за спиной. Гермиона, уже битый час сидевшая в библиотеке и безуспешно пытавшаяся составить список задач для подготовки к празднику, обернулась. Рольф пробирался между стеллажами, обходя небольшую группу учеников. Подойдя к её столу, он тут же заметил лист пергамента, на котором аккуратным почерком было выведено всего одно слово: «Задачи» И больше ничего. — Продуктивный план! — с лёгкой усмешкой протянул он. — Сразу видно, с чего начинать. — Не смейся! — Гермиона с досадой откинулась на спинку стула. Глаза её были уставшими, а пальцы нервно постукивали по столу. — Я не могу сосредоточиться, вот и пялюсь в этот пергамент уже невесть сколько. Рольф присел напротив, пристально изучая её лицо. — Тебя что-то беспокоит? — Нет… — она слегка покачала головой, но тут же передумала. — То есть… я не знаю! Голос её дрогнул, и, неожиданно для себя, она громко выдохнула, закрыв лицо руками. — Я ни… о… не мо… с со… по…— слова спутались, превратившись в невнятное бормотание. — Знаешь, если ты уберёшь ладони от лица, я, возможно, разберу хоть что-то из того, что ты пытаешься сказать, — мягко проговорил Рольф, осторожно беря её руки и отводя их в сторону. Гермиона вздохнула. — Я ничего не могу с собой поделать, Рольф! — А конкретнее? Она задумалась. Внутри всё сжималось от гадкого, тягостного чувства. Ей отчаянно хотелось выговориться, но в то же время — не обременять никого своими проблемами. - Гермиона, эй, посмотри на меня, – мягко произнёс юноша. Его пальцы мягко коснулись её подбородка, поворачивая лицо к себе. – Ты можешь сказать мне, я рядом. Этот тон, это прикосновение… Всё внутри будто ослабло. И слова полились сами собой. Она рассказала ему всё: о школьных годах, о насмешках Малфоя, о ненависти, которая теперь обернулась чем-то непонятным. О вчерашнем дне, когда Драко увёл её с собой. О сне, в котором он снова был рядом. О том, как её разум и сердце вели бесконечную войну. — Понимаешь, Рольф, я не знаю, что делать! — голос её дрожал. — Это же Драко! Напыщенный, самовлюблённый эгоист с манией величия. К тому же он помолвлен! Но с другой стороны… - Она сжала кулаки. — Я не могу перестать думать о нём. О его поцелуях. О словах, что «есть только мы». Я запуталась… Рольф слушал, не перебивая. Когда она замолчала, его взгляд стал пристальным, почти невыносимым. Молчание давило, но Гермиона стиснула зубы, стараясь не дрогнуть. Наконец он заговорил. — Гермиона, ты должна вычеркнуть его из мыслей. Его голос прозвучал твёрже, чем обычно, и по спине девушки пробежал холодок. — Я понимаю. Новая работа, возвращение в Хогвартс, расставание с Роном… Всё это перевернуло твою жизнь. Тебе страшно, и ты цепляешься за прошлое — за то, что кажется тебе знакомым, даже если это… Малфой. – Он нахмурился. — Но ты уже не ребёнок. Ты должна видеть разницу между реальностью и иллюзиями. Ты хотела начать всё заново? Так начни! Не тащи за собой то, что должно остаться в прошлом. Особенно — его. – Он сделал паузу, глядя ей прямо в глаза. – И, как ты сама сказала, он помолвлен. На чужом несчастье счастья не построишь. Сосредоточься на том, что действительно важно: на учениках, школе, празднике. А эти игры… пора заканчивать. Гермиона молчала. Где-то в глубине души она знала, что он прав. Но что-то внутри сопротивлялось. Рольф, будто почувствовав это, смягчился. — Герми… — Он осторожно взял её руки. — Я не хотел расстроить тебя. Но я боюсь, что тебе будет больно. Понимаешь? Она кивнула, сжимая его пальцы в ответ. — Тогда давай договоримся: что бы ни задумал этот блондин, ты не поддашься и сохранишь трезвость ума. Хорошо? — Хорошо… — её голос был тихим, но твёрдым. — Отлично. Он улыбнулся и обнял её. — А теперь пошли в Большой зал. Я, вообще-то, искал тебя, чтобы позвать на обед. Она послушно встала, следуя за ним, но мысли не отпускали. Слова Рольфа крутились в голове, как заезженная пластинка. «Он прав. Драко — прошлое. Прошлое, которое не должно врываться в её новую жизнь». У самого выхода она вдруг остановилась. — Рольф… Тот обернулся. — Ты абсолютно прав. У него своя жизнь. У меня — своя. И никакие его уловки не сломят меня. — Вот и правильно, – он одобрительно кивнул. — Вы просто коллеги. Не более. — Да. Только коллеги. С этой мыслью она шагнула в коридор, направляясь к Большому залу в компании лучшего друга.

***

«Подлый мерзавец! Проклятый любитель зверюшек! Как он смеет?!» Драко стремительно шагал по коридору, сжимая кулаки. Его взгляд, ледяной и опасный, заставлял студентов поспешно расступаться. — Мистер Малфой, можно вас на минуту? Голос прозвучал сбоку, но Драко даже не замедлил шаг. — Я занят! — рявкнул он, не оборачиваясь. — Мистер Малфой! Резкий тон заставил его остановиться. Он обернулся и увидел директора Макгонагалл, приближающуюся к нему с выражением, не сулящим ничего хорошего. — Директор… прошу прощения, я не хотел… — Очень на это надеюсь, — холодно прервала она. — Но сейчас не до этого. Ответьте лучше: когда ваш друг, мистер Забини, наконец появится в Хогвартсе? Астория писала, что он должен был прибыть утром, но его до сих пор нет. Драко едва заметно напрягся. — Да, директор, я как раз иду его встречать. Непредвиденные обстоятельства задержали его, но он должен появиться с минуты на минуту. Макгонагалл оценивающе посмотрела на него. — Хорошо. Я и так согласилась на эту авантюру, чтобы Блейз мог вам помочь, но не намерена никого ждать. Это понятно? — Совершенно, директор. — Отлично. Надеюсь увидеть вас обоих на обеде. Резко развернувшись, она удалилась, её каблуки отчётливо стучали по каменному полу. — Просто замечательно, — сквозь зубы пробормотал Драко, возобновляя путь. Добравшись до места трансгрессии, он не обнаружил ни души. — Он что, издевается?! — прошипел Драко, чувствуя, как гнев снова поднимается в груди. — Это обо мне? Знакомый голос за спиной заставил его резко обернуться. Блейз стоял, лениво опираясь на дерево, с довольной ухмылкой. — Ты опоздал! — Драко едва сдерживался, чтобы не схватить друга за мантию. — Эй, полегче! Я же предупреждал, что задержусь. — А мне какое до этого дело?! Блейз поднял бровь. — Какая муха тебя укусила? — его голос стал твёрже. — Если у тебя проблемы, не надо срываться на мне. Драко резко выдохнул, осознавая, что перегибает палку. — Прости… я не хотел. Блейз расслабился, но его взгляд стал изучающим. — Так что случилось? Проблемы в школе? С Асторией? Или… — Или что? — Или тебя опять зациклило на той гриффиндорке? — Блейз ехидно ухмыльнулся. Драко закрыл глаза, делая глубокий вдох. — Я просто не спал всю ночь. Эти дурацкие мысли… — О чём? — Я не могу перестать думать о ней, — признался Драко, голос его звучал почти сдавленно. — Раньше я не мог быть рядом из-за отца, из-за всей этой чистокровной чуши. А теперь, когда ничего не мешает… всё только хуже. Она ненавидит меня за прошлое. — Ну, с её точки зрения, ты и правда вёл себя как последний… — Спасибо за поддержку, Блейз, — Драко язвительно скривился. — Ладно, ладно! — Забини поднял руки в знак сдачи. — Так что ещё натворил? — Я… поцеловал её. — ЧТО?! — глаза Блейза округлились до невероятных размеров. — Да, да, я идиот! — Драко провёл рукой по лицу. — И, учитывая, что я помолвлен с Асторией, Грейнджер теперь вообще не хочет со мной разговаривать. А ещё этот… фанат животных. — Кто? — Внук Скамандера — Рольф. Наиумнейший. Наидобрейший. Скамандер. — Драко скривился, чем вызвал новый приступ смеха у друга. — Ты серьёзно сейчас ревнуешь? — Заткнись, Блейз. — Прости, просто… ты бы видел своё лицо! — Забини не сдавался. — Я знаю, что выгляжу как полный кретин. — Ну… есть немного. — Блейз наконец взял себя в руки. — И что в этом Рольфе такого страшного? — Он вечно крутится вокруг неё! — Драко снова закипел. — «Гермиона то», «Гермиона сё»! А сейчас вообще сидит с ней в библиотеке и обнимает её! Кто ему позволил распускать руки?! — Ну да, это же верх наглости! — Блейз едва сдерживал улыбку. — Не то, что ты — сразу к поцелуям. Не успел он договорить, как в лоб ему прилетел ледяной комок снега. — Ай! — Забини рассмеялся. — Ладно, ладно! Просто пытаюсь разрядить обстановку. — У тебя плохо получается. — Извини! — Блейз отряхнулся. — Давай серьёзно: чего ты вообще хочешь от Грейнджер? Драко замер. — Я… не знаю. Это была ложь. Он знал. Но его мечты казались недостижимыми. — Я просто хочу быть рядом. И чтобы никто другой не смел к ней прикасаться. — И что тебе мешает? — Ты же знаешь, Блейз, — Драко сжал кулаки. — В нашем обществе браки между чистокровными и маглорождёнными… мягко говоря, не приветствуются. И что делать с Асторией? Блейз вздохнул. — Да, тут ты прав. — Я не могу ни преследовать её — это только всё испортит, ни игнорировать — потому что, стоит мне увидеть её с кем-то другим, я готов его убить, — его голос дрогнул. — Я больше не хочу быть тем мерзавцем, который её унижает, потому что больше не могу терпеть её ненависть. Что мне остаётся? Блейз задумался на секунду. — Уехать. — Что? — Серьёзно. Ты не обязан быть здесь постоянно. Передай обязанности контролёра кому-то другому, работай из Министерства. С глаз долой — из сердца вон. Драко усмехнулся. — За четыре года она так и не вышла у меня из головы. И… я не хочу уезжать. Не могу представить, что не буду видеть её. Блейз вздохнул. — Тогда остаётся один вариант. — Какой? — Драко внимательно посмотрел на друга. — Если ты не можешь быть ни её другом, ни врагом… стань просто коллегой. — То есть? — Держись на расстоянии. Общайся только по работе. Займись праздником, уйди с головой в дела. Да, это будет сложно — видеть её каждый день, да ещё и в компании этого… зверолюба, — Блейз хитро улыбнулся. — Но так у тебя хотя бы будет шанс. Если она увидит, что ты изменился, что ты не лезешь к ней… может, начнёт доверять. Драко задумался. — То есть… просто коллеги. — Именно. Только коллеги.