Я тебя. Никому. Не отдам.

Блейз, не теряя ни секунды, направился прямиком в комнату Драко. Ему не терпелось поделиться тем, что удалось выведать у Скамандера. Однако в спальне друга он никого не застал. «Где его гаргульи носят?» — мелькнуло в голове Забини. Едва эта мысль возникла, за его спиной раздались шаги. Обернувшись, слизеринец увидел Малфоя. — Вот ты где! — Увидел Рольфа внизу и почему-то решил, что ты направишься сюда, — произнес Драко, затем замолчал, устремив на друга выжидающий взгляд. — Ну и? Что удалось узнать? — не выдержав паузы, спросил он. — О чем? — с наигранным непониманием отозвался Забини. Конечно, он прекрасно знал, о чем хочет услышать Малфой. Но вдруг ему дико захотелось подразнить приятеля. За что тут же получил раздраженный взгляд. — Ладно, ладно! — сдаваясь, Блейз поднял руки в умиротворяющем жесте. — Может, обсудим это в твоей комнате? Вряд ли стоит болтать о Грейнджер посреди коридора. Драко кивнул. Мало ли кто может пройти мимо — сплетни ему были совершенно ни к чему. Резко распахнув дверь, он буквально втолкнул Забини в спальню. — Ха, мистер Малфой, вы слишком напористы! Будьте со мной понежнее, у меня мало опыта в таких делах! — В каких? — Драко уставился на него с искренним недоумением. — Ну как же… Ты… я… твоя спальня… — не успел Забини закончить, как получил увесистую оплеуху. — Ай! Ладно, прости! Он рассмеялся. — Если продолжишь нести эту чушь, я превращу тебя в обезьяну и отправлю в маггловский приют для животных! - угрожающе произнёс Драко. — Это называется зоопарк! — Да плевать! Ты расскажешь мне, что узнал, или будем продолжать трепаться о ерунде? — Все, все, успокойся. Итак… — Забини сделал паузу для драматизма. — Во-первых, ты полный идиот! — Это не новость, — сухо отозвался Малфой, не отрывая от него взгляда. — И то верно… Гхм… Ну, а тот кулон Гермионе подарил не Рольф. В глазах Драко мелькнуло облегчение, но почти сразу сменилось тревогой. — Тогда кто? — Её родители. Прислали с совой. Малфой прикрыл глаза. Стыд бушевал внутри, словно стая обезумевших птиц. Он глубоко вдохнул, затем медленно выдохнул. Сначала нужно было разобраться во всем, а уже потом решать, что делать дальше. Открыв глаза, Драко пристально взглянул на друга. — Что-то еще? — Да! Рольф в курсе твоих чувств к Гермионе. — Ты… — Нет! Я ничего ему не говорил. Но наш любитель зверушек оказался чересчур проницательным. Впрочем, у них с Грейнджер — чисто дружеские отношения. — Ты уверен? — в голосе Малфоя прозвучала надежда. — Абсолютно! Видимо, они и правда просто друзья. Хотя чего удивляться — вспомни школьные годы. Она же дружила с Поттером и Уизли. — Да, а потом с одним из них начала встречаться… — мрачно пробормотал слизеринец. — Ты прав. Но, насколько мы знаем, этот союз долго не продержался. Может, Грейнджер просто не создана для отношений? — Забини задумчиво уставился в пространство и едва не получил очередной подзатыльник. — Всё! Всё! Грейнджер создана для отношений! Она вообще нарасхват. И Уизли, и Крам, и… — Ты издеваешься? — Драко оскалился, больше напоминая символ Гриффиндора, чем Слизерина. — Я просто… к слову… Ну, в общем, ничего у них нет. И еще: по мнению Скамандера, тебе стоит перестать давить на Гермиону. — Это в каком смысле? — Ну… возможно, в плане общения с тобой. — И что ты предлагаешь? Отступить? Может, еще и уехать из Хогвартса? — Малфой сорвался на крик. — А чего ты на меня-то орешь? Я всего лишь передаю информацию! — Угу, передаст, Мерлинова борода! Драко подошел к кровати и тяжело опустился на неё, уткнувшись взглядом в пол. Ему не хотелось верить, что путь к Гермионе для него закрыт. И еще меньше — признавать, что он сам виноват в этой ситуации. Блейз видел, как тому тяжело. Он давно знал о чувствах друга к гриффиндорке. Сначала надеялся, что это просто временное увлечение, которое скоро пройдет. И даже обрадовался, когда Драко начал встречаться с Асторией — казалось, тот забыл о странном влечении. Но спустя четыре года он узнал, что Малфой вернулся в Хогвартс в качестве начальника нового отдела Министерства. А потом выяснилось, что и Грейнджер здесь. Тогда Забини понял: все эти годы затишья были лишь затишьем перед бурей. Он подошел к другу и положил руку ему на плечо, тщетно пытаясь подобрать нужные слова. — Слушай… Драко, ох… Я понимаю, тебе сейчас нелегко. Но взгляни на это с другой стороны. — Забини присел перед ним, заглядывая в лицо. — Теперь ты знаешь, что Гермиона свободна. А это уже что-то! Тебе нужно лишь доказать ей, что ты изменился. Что ты можешь быть добрым, открытым, что не считаешь себя выше неё. Понимаешь? Драко молча кивнул. — Главное — не вешай нос. Мы во всём разберёмся. Малфой глубоко вдохнул и провёл рукой по лицу. Он обдумывал слова Блейза. Да, он должен показать Гермионе другого себя. Доказать, что заслуживает её доверия. И тогда, возможно, у него появится шанс занять место в её сердце.

***

Подготовка к балу шла полным ходом! До торжества оставалось всего шесть дней. Замок уже украшен, меню согласовано с кухонными эльфами, гости получили приглашения. Оставались лишь последние штрихи. Гермиона сидела в своем кабинете, склонившись над пергаментом с длинным списком выполненных задач, когда в дверь раздался стук. — Входите, — отозвалась она, не поднимая головы. Дверь приоткрылась, и в помещение зашел Рольф. Он выглядел растерянным, будто его мысли витали где-то далеко. — Рольф? С каких пор ты стучишься перед тем, как войти? — улыбнулась Гермиона. Но Скамандер, казалось, не слышал ее. — Рольф! — позвала она чуть громче. — А? — вздрогнул он. — Да, я… э-э… — Гермиона внимательно оглядела друга и заметила в его руке письмо. — Что это? — Это… ну… мне нужно отправить письмо, — медленно проговорил магозоолог. — И что? Ты забыл, как это делается? — рассмеялась девушка. — Нет, просто… мне нужна твоя сова. Можно? — Моя сова? А где Френки? — удивилась Гермиона. Она прекрасно помнила, что у Рольфа есть его собственная сова — рыжий гигант, подарок деда. — Профессор МакГонагалл попросила отправить с ним письмо Хагриду. Френки еще не вернулся, а мне нужно срочно. — Что? — Гермиона резко поднялась со стула. — Ты знаешь, где Хагрид? — Директор сказала, что он все это время путешествовал по другим школам. Вроде как представлял Хогвартс в других магических учреждениях. Должен вернуться как раз к балу. Лицо Гермионы озарилось радостью. Она так скучала по своему старому другу, что на мгновение даже забыла, зачем Рольф вообще пришел. — Так… можно я возьму сову? — А? — она снова перевела взгляд на него. — Конечно! А кому письмо? — заинтересованно спросила она. Рольф покраснел, и это не ускользнуло от ее внимания. Любопытство тут же разгорелось с новой силой. — Ро-о-ольф! — протянула она лукаво. — Ты что, смущаешься? — Н-нет… я просто… — он замялся, голос стал тише. — Так кому же письмо? — Это… неважно! Потом скажу! — выпалил он и стремительно ретировался. Гермиона удивленно смотрела ему вслед. Она терпеть не могла оставаться в неведении, а его странное поведение только подогрело интерес. «Неважно, значит? Ну уж нет, я все равно выведаю твою тайну!» — подумала она с хитрой улыбкой. Но сейчас важнее было закончить подготовку. С этим намерением она снова уселась за стол и углубилась в список. Вдруг снова раздались шаги. — Ну что, передумал и решил раскрыть секрет? — произнесла Гермиона, подняв голову. Но перед ней был не тот, кого она ожидала увидеть. – Малфой? – сердце девушки пропустило один удар. При виде слизеринца в её голове всплыли воспоминания о недавнем разговоре и прикосновениях Драко. Малфой заметил ее замешательство. Он понимал, что должен быть осторожен — и так уже натворил дел. Если она окончательно оттолкнет его, шансов не останется вовсе. — Прости, что отвлекаю, — тихо сказал он, будто боялся спугнуть. — Я хотел узнать, нужна ли помощь. До бала осталось не так много времени. — Да, спасибо, Драко, но… — она замялась. — Я даже не знаю, с чем ты мог бы помочь. В его глазах мелькнула грусть. — Я понимаю, — кивнул он. — Тогда не буду мешать. Он уже повернулся к двери, когда Гермиона окликнула его. Она вспомнила их договоренность работать вместе и решила проявить чуть больше дружелюбия. В конце концов, он сам предложил помощь. — Я как раз составляю список оставшихся дел. Может, ты взглянешь — вдруг я что-то упустила? Ее голос звучал мягко, и в ответ она увидела, как в глазах Драко вспыхнула искра надежды. — Конечно! — он улыбнулся и подошел к столу, взяв из ее рук пергамент. Пробегая глазами по списку, он отметил, какой у нее красивый почерк — ровный, аккуратный, будто напечатанный. — Думаю, стоит продумать освещение, — Драко обошел стол и встал рядом с ней. — Вот, смотри: свет над сценой, танцполом и фуршетом есть, но балконы остаются в тени. И я бы добавил сидячие места здесь и здесь. Он отмечал нужные точки на карте зала, нарисованной Гермионой. — Спасибо! Я даже не подумала об этом, — она улыбнулась. — Давай присядем и обсудим детали. Драко кивнул, пододвинул стул и сел рядом. Они говорили часами, обсуждая идеи и планы. Впервые за долгие годы старые обиды отошли на второй план. Они работали слаженно, как настоящая команда. Оба чувствовали эту искру — крошечную, но такую важную надежду на то, что между ними возможно что-то большее.

***

— Если мы проведем кабели с этой стороны, они не будут мешать официантам. Понимаешь? Драко так увлекся объяснениями, что не сразу заметил, как Гермиона задремала, опустив голову ему на плечо. Он обернулся и замер. Сердце бешено застучало в груди. Она была так близко, что он чувствовал сладковатый аромат ее волос и слышал тихое, ровное дыхание. Он смотрел на нее, словно пытаясь запомнить каждую черточку ее лица. — Какая же ты красивая… — прошептал он и тут же сжался. «Если она проснется и услышит… Снова решит, что я играю в какие-то игры», - мелькнуло в голове юноши. Ещё раз оглядев её лицо, ненадолго задержав свой взгляд на небольших пухлых губах, Малфой снова повернулся к свитку. «Если буду и дальше смотреть на неё, то точно не смогу себя сдержать», - проносилось в голове парня. «О, Мерлин, как же я хочу прикоснуться к её губам…Нет! Хватит! А то так и до ручки дойти можно», - вёл сам с собой мысленный диалог слизеринец. Ещё какое-то время он записывал свои идеи по улучшению на пергамент Гермионы. Затем юноша взглянул на часы, которые показывали половину двенадцатого. «Я и не заметил, что уже наступила ночь», - удивлённо подумал Драко, и снова взглянул на спящую Грейнджер. Он думал разбудить её, но девушка так мирно спала, что рука не поднялась нарушить этот покой. Поэтому Малфой аккуратно свернул лист пергамента, встал со стула, придерживая голову гриффиндорки, а затем взял её на руки и направился к выходу из кабинета. Время было позднее, а потому, за всю дорогу до спальни девушки, им никто не повстречался. Это очень порадовало парня. Он понимал, что, если их кто-то увидит, то люди могут их неправильно понять, а слухи были юноше ни к чему. Дойдя до комнаты гриффиндорки, Драко, попытался аккуратно открыть дверь, что вышло не с первого раза, но в конце концов юноша оказался внутри. Осторожно уложив Гермиону на кровать, он уже собрался уходить, как вдруг почувствовал теплое прикосновение. Пальцы гриффиндорки сжимали его ладонь. Драко замер. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Он попытался высвободить руку, но девушка сжала её ещё крепче. «Да ты издеваешься!», - подумал юноша. Он понимал, что ему нужно как можно скорее уходить отсюда, но он не мог заставить себя. «Это очень нечестно с твоей стороны, Грейнджер! Ведь если я останусь, то завтра ты снова будешь во всём меня обвинять», - думал юноша, оглядывая лицо гриффиндорки, которая не видела, как мучается слизеринец. Посидев ещё пару минут, Малфой всё же решил остаться, рассудив, что то, что будет завтра – будет завтра. А сейчас, он может немного побыть рядом с этой рыжеволосой бестией, которая полностью поработила его разум и сердце. Драко, стараясь не разбудить Гермиону, тихонько лёг рядом с ней. Какое-то время он любовался девушкой и сам не заметил, как погрузился в сон. Утро. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь полупрозрачные занавески, медленно скользили по лицу Гермионы, заставляя её морщиться. Она неохотно потянулась, чувствуя, как тепло разливается по телу, и уткнулась носом во что-то твёрдое и… пахнущее дорогим парфюмом. «Это... определённо не подушка», — промелькнуло в её затуманенном сном сознании. Гермиона резко открыла глаза. — Малфой?! Она отпрянула так стремительно, что чуть не скатилась с кровати, лишь в последний момент ухватившись за одеяло. Драко лежал рядом, его рука всё ещё покоилась там, где секунду назад была голова Гермионы. Утреннее солнце золотистыми бликами играло в светлых волосах парня, подсвечивая длинные ресницы, отбрасывающие тени на скулы. Он выглядел мирным…и чертовски красивым. «Нет-нет-нет, это не то, о чём я должна сейчас думать!» – мысленно ругала себя гриффиндорка. Но, прежде чем она успела прийти в себя, пальцы Малфоя дрогнули, веки медленно приподнялись, и серые глаза, ещё мутные от сна, встретились с её взглядом. Гермиона ощутила, как жар разливается по щекам. — Ты что тут делаешь?! — выдохнула она, отползая дальше к изголовью. — Ты же клятвенно обещал не приставать! Драко потянулся с такой непринуждённостью, будто они всегда так просыпались — он в её постели, она в ярости, а за окном светит солнце. — Я не приставал, — его голос был низким, хрипловатым от сна. — А ЭТО как назвать?! — она размашисто указала на пространство между ними. — Ты в моей кровати! В МОЕЙ! В УТРЕННЕЕ ВРЕМЯ! Он лишь приподнял бровь и медленно поднял руку — ту самую, которую она до сих пор сжимала в своих пальцах. — Ты сама меня не отпускала, — заметил он с лёгкой усмешкой. Гермиона посмотрела вниз. Её ладонь действительно обхватывала его запястье — причём так крепко, что на его коже остались следы от её ногтей. Она резко разжала пальцы, лицо пылало. — Это... Это не оправдание! Ты мог просто разбудить меня! Или... или хотя бы попытаться высвободить руку! — Ты забавная, — усмехнулся Малфой, слегка наклоняя голову. Гермиона открыла рот, чтобы выдать очередную порцию гнева, но в этот момент в окно с шумом врезалась сова. Птица, недовольно ухая, сбросила на кровать сверток с письмом и тут же улетела. Драко поднял конверт, достал из него лист пергамента и пробежал глазами по тексту — лицо его стало каменным. — Что? — не выдержала Гермиона. — Астория, — коротко бросил он. — Приезжает завтра. Со своей сестрой. В комнате повисло молчание. Гермиона резко встала с кровати. — Мне пора! - выпалила она и быстро вышла из комнаты, даже не взглянув на парня. Драко остался один. Он еще раз перечитал письмо и сжал его в кулаке. Затем взгляд упал на шкаф Гермионы. «Это чертовски глупо…», — дал юноша оценку своему собственному желанию. Но он все равно подошел к шкафу и открыл дверцу. Среди аккуратно сложенных вещей лежал шелковый платок — тот самый, в котором Гермиона была во время украшения школы. Драко поднес его к лицу и вдохнул легкий аромат — смесь свежего пергамента, жасмина и чего-то неуловимо теплого, домашнего, будто печенье с корицей, только что вынутое из печи. — Вот и все, что мне позволено, — грустно пробормотал юноша, пряча платок в карман брюк. Затем он вышел из комнаты, оставив дверь приоткрытой — будто надеясь, что Грейнджер когда-нибудь позовет его обратно.