Forgotten/Забытый

      Вскоре Калеб поставил Дина на землю. Он задавался вопросом, стоит ли взять ребенка за руку, но Дин принял решение за него, двигаясь вперед уверенным шагом на своих крепких маленьких ножках.       Надо отдать малышу должное, он был смелым. Когда Калебу было пять лет, он был избалован любовью и защитой родителей. Если бы он застрял в холодной снежном лесу с малознакомым человеком, он не вел бы себя так спокойно. Не то чтобы Дина Винчестера не любили и не защищали, просто часто охота для его отца была на первом месте.       Дин не говорил ни слова с тех пор, как произнес имя подростка, указывая, как на ферме появились незваные гости. На самом деле, он даже не взглянул на Калеба, погрузившись в свои мысли.       Калеб чуть не столкнулся с пятилетним ребенком, когда Дин резко остановился.       — Почему такая внезапная остановка, малыш? — спросил Ривз, изо всех сил пытаясь сохранять терпение. Разве мальчишка никогда не слышал о том, что стоит предупреждать, когда решаешь остановиться?       — Так далеко от дома я еще не отходил. Я не знаю, куда идти сейчас, — с легким испугом сказал малыш.       Калеб огляделся. Они дошли до очень маленькой поляны, рядом с которой струился тонкий ручеек. Джон приводил его сюда несколько раз, хотя подросток не узнал маршрут, по которому Дин добрался до поляны.       — Ты помнишь дорогу сюда? — спросил Калеб.       — Я был здесь дважды, — объявил Дин, нахмурившись, как будто Калеб должен был это знать.       — Неужели? — с интересом спросил подросток. Он сам бывал в лесу значительно чаще, но так погрузился в свои мысли, что даже не заметил как они сюда пришли. Джон бы этого не одобрил, тем более что маленький ребенок взял на себя инициативу без его ведома. Теперь Калеб понял, что Дин не просто молчал, а был сосредоточен, стараясь найти знакомый путь.       Дин посмотрел на него.       — Ты знаешь где мы?       — Конечно, знаю, — раздраженно отрезал Калеб.       — Куда мы теперь пойдем?       Подросток вздохнул, провел рукой по своим темным кудрям, прежде чем сбросить ботинки и носки. Взяв свою обувь в одну руку, он шагнул к своему юному подопечному, намереваясь поднять его, но Дин отступил назад, подозрительно глядя на него.       — Малыш, давай. Ты же не хочешь промокнуть? — Калеб указал на ручей.       — Бьюсь об заклад, в нем холодно, — серьезно сказал Дин, посмотрев на воду.       Калеб хмыкнул, восприняв его комментарий как согласие, и поднял мальчика на руки.       — Я дам тебе знать.       Он был удивлен, когда Дин хихикнул в ответ.

***

      Мак пришел в себя под барабанный бой, стучавший в его черепе. Он размышлял, какие осложнения в мозгу мог вызвать удар по голове.       Его перенесли в сарай и привязали к одной из опор. Он почувствовал привкус крови во рту, и осторожно проведя языком по губам, поморщился, затронув рану.

***

      Хотя ручей был неглубоким, он был широким. Калеб с шумом сделал вдох, ступив в холодную воду и намочив низ джинсов. Дин напрягся в его руках.       — Больно? — спросил ребенок.       — Просто холодно, — выдохнул Калеб, сунув вторую ногу в ледяную воду.       Стиснув зубы, он пошел вброд, благодарный тому, что ручей доходил только до его икр. Пока Мак их не найдет, ему придется сидеть с мокрыми холодными ногами. Калеб надеялся, что не потеряет ни одного пальца на ногах из-за обморожения, и был рад, что предусмотрительно снял теплые носки и ботинки.       Перебравшись на другой берег, Калеб опустил Дина на землю, и мальчик тут же отошел, словно хотел оказаться от него как можно дальше. Калеб пожал плечами. Кто знает, почему паршивец держится от всех на расстоянии? Что, черт возьми, он знал о детях? Особенно о странных детях, которые, казалось, витали в своем собственном мире.       Подросток осмотрел свои покрасневшие от холода ноги. Поморщившись, он как мог вытер их руками ноги и снова надел носки и ботинки. Джинсы намокли и липли к ногам, но пусть лучше так, чем пробираться вброд в мокрой обуви.       Закончив, он поднял голову и увидел, что Дин исчез.       — Вот дерьмо! — прошипел он, осматривая землю в поисках следов.       Несмотря на снег, маленькие ножки Дина не оставили на земле четких отпечатков.       Калеб взглянул на нижние ветки деревьев и кусты, облепленные снегом. Дин был очень осторожен и не задел ни одной веточки, когда проходил мимо.       — Я убью его, — пробормотал Калеб, задаваясь вопросом, безопасно ли сейчас использовать свои экстрасенсорные способности, чтобы найти маленького монстра.       — Калеб! Иди посмотри на это! — послышался радостный голос Дина.       Выругавшись еще раз, Калеб поспешил в сторону зова. Он нашел Дина, который сгорбился над упавшим птичьим гнездом.       — Разве это не круто? — спросил малыш, посмотрев на подростка.       — Ты не должен вот так убегать. Ты можешь потеряться.       Дин медленно моргнул.       — Я не потерялся. Я знал, где ты.       Калеб уставился на него. Он был почти уверен, что пятилетки не должны умничать. Он нахмурился и покачал головой.       — Не в этом дело, мелкий. В следующий раз я не буду тебя искать.       Дин пожал плечами, снова посмотрев на упавшее гнездо.       — Пойдем дальше, — предложил Калеб, шагнув прочь. А потом заметил, что маленький мальчик не последовал за ним. — Сейчас же, Дин.       Он звучал как Джон Винчестер, и Калеб не мог сдержать ухмылку, когда ребенок инстинктивно отреагировал. Дин нахмурился, какое-то мгновение колебался, а потом побежал прочь.       — Дин! Черт возьми, вернись!       Калеб легко догнал ребенка и схватил его за руку. Дин вывернулся, споткнувшись при этом и тяжело приземлившись на колени с негромким криком боли. Подросток быстро опустился на колени рядом, и Дин свирепо посмотрел на него.       — Что? — спросил Ривз.       — Ты не очень милый, — заметил Дин. Он опустил голову и провел пальцем по дырке в джинсах. Она была небольшой, но Калеб видел, что края были вымазаны в крови.       — Дай-ка взглянуть.       Дин, очевидно, снова погрузился в молчание и ничего не ответил, пока Калеб закатывал его штанину. Кровь сочилась из небольшой ссадины, грязь попала в рану.       Вздохнув, подросток зачерпнул немного снега, раздавил его в руке и прижал к царапине. Дин сидел совершенно неподвижно, пока Калеб делал снежный компресс. Устав от тишины и чувства вины за то, что малыш упал по его вине, Калеб посмотрел на ребенка.       — У тебя все нормально?       Как и ожидалось, Дин только пожал плечами в ответ. Калеб поднял руку, чтобы остановить кровотечение, и краем глаза заметил, что Дин вздрогнул. Подростка снова затопило чувство вины.       — Мне очень жаль, — признался он.       — Почему?       Вопрос застал его врасплох.       — Что ты имеешь в виду?       — Я сам споткнулся. Это не твоя вина.       — Но я сожалею о том, что произошло раньше.       Дин мгновение молчал, наблюдая, как Калеб вытирает грязь с его колена. Прикосновения подростка были на удивление нежными. Дин ожидал, что Калеб будет похож на Джона и действовать немного грубее.       — Я не люблю, когда люди копаются в моей голове, — тихо признался он.       Калеб поднял глаза, понимая чего стоило мальчику это признание. Поэтому не стал поддразнивать.       — Это не так уж и плохо, — вместо этого ответил он. — Мак всегда в моей голове, просто нужно привыкнуть.       Дин какое-то время молча смотрел на него.       — Я не думал, что ты вспомнишь.       Калеб нахмурился.       — Что вспомню?       — Ты не обязан этого делать, — быстро сменил тему Дин. — Папа не будет заставлять тебя.       — Я делаю это не потому что так хочет Джон, — отрезал Калеб.       — Тогда почему? Я тебе не нравлюсь.       Калеб понял, что больше не может смотреть в эти честные зеленые глаза. Будь проклят ребенок и его невинный взгляд.       Дин воспринял его молчание как согласие. Он пожал плечами, отводя взгляд и ковыряя камень, который торчал из земли неподалеку.       Калеб чуть не пропустил его тихие слова:       — Все в порядке. Я не против.

***

      — Скажи нам, где мальчик Винчестера.       Мак почувствовал горячее дыхание на своем затылке, прежде чем человек вышел из-за столба, обогнул своего пленника и посмотрел ему в глаза. И доктор понял, что перед ним точно не экстрасенс. Хотя он и знал, что эти трое планировали захватить Дина, Мака все равно охватила дрожь. Но он постарался не показывать страха.       — Он в безопасности, — ответил доктор с мягкой торжествующей улыбкой.       — Где? — настаивал мужчина.       Мак быстро осмотрел его. Мужчина явно стремился выглядеть грозно, у него были грязные всклокоченные волосы, на лице многодневная щетина, а несколько небольших шрамов украшали его лицо.       Доктор еще раз улыбнулся. Этим человеком легко манипулировать, если он будет осторожен. Мак сможет отвлечь его от мальчиков.       — Он с отцом.       — Мы все знаем о Джоне Винчестере, — сказал мужчина с волчьей ухмылкой.       — Тогда ты должен знать, что он сделает с тобой, если ты будешь упорствовать в этой миссии.       — Он хорош, отдаю ему должное, — согласился мужчина, слегка отступая назад. — Но и я тоже.       — Ты далеко не из того же класса. Ты не охотник.       Пожелтевшие зубы сверкнули в очередной улыбке.       — О, я охотник. Но мы принадлежим к другому ордену, такому же старому, как ваше Братство.       Мак понял, что этот человек говорит правду, и по его венам побежал холодок. Тот факт, что мужчины знали о Братстве, тоже нервировал.       — На что вы охотитесь? С трудом могу поверить, что ваша группа существует только для того, чтобы позлить Винчестера.       — Дело не в Джоне Винчестере.       — И это радует, — признал Мак. — Похоже, ты знаешь Джонатана не так хорошо, как думаешь.       Он осторожно проник в мысли стоящего перед ним человека, перенося образы и воспоминания о том, как Винчестеры покидают ферму, включая Дина. Одновременно он стремился понять для чего им нужен мальчик.       Образ желтоглазого демона мелькнул в подсознании мужчины, хриплый голос сказал, что ему нужен мальчик Винчестера, чтобы исправить свою ошибку.       — Мы знаем достаточно, — ответил мужчина. Мак неохотно признал, что провел слишком много времени в сознании этого человека, и снова отступил. — Мы следили за ним несколько месяцев, ожидая возможности забрать мальчика.       Мак осторожно покачал головой.       — И вы потратили это время впустую. Дин уехал сегодня со своей семьей. Они ушли.       Мужчина нахмурился и замер.       — Ты их видел, — настаивал Мак.       — Я…       — Он держит тебя за дурака, Коэн.       Мак молча выругался, когда второй человек вошел в сарай. В отличие от своего коллеги, этот был низким и чистым, но не менее опасным.       — Я предупреждал тебя, Брайан, — невесело добавил он.       С ревом разочарования Коэн ударил кулаком в живот пленника. Поморщившись от боли, Мак поднял ментальные барьеры, зная, что вошедший человек был экстрасенсом, которого он почувствовал ранее.       — Где-то можно выиграть, где-то проиграть, — тихо сказал новоприбывший.       — Попробовать стоило, — выдохнул Мак, соглашаясь.       — Похвально, — бесстрастно ответил экстрасенс. Он сел на перевернутый ящик. — А теперь, доктор Эймс, скажите мне, где я могу найти Дина Винчестера.

***

      Снова пошел снег.       Маленькие легкие хлопья лениво кружились, как феи, в предвечернем свете, и Калеб взглянул на часы. Они с Дином были в лесу уже несколько часов, и с каждой минутой он все больше испытывал страх.       Пастор и Джон скоро вернутся на ферму. Но что еще более важно, Мак уже должен был их найти. Хотя он держал свои экстрасенсорные силы при себе, Калеб также оставил их открытыми, чтобы отец мог с ним связаться.       Он устало взглянул на маленького мальчика, что сидел рядом с ним. Дин поднял лицо к снегопаду, позволяя белым хлопьям оседать на его щеках, цепляться за длинные ресницы и щекотать нос. Если он и беспокоился, то не показывал этого.       Калеб провел рукой по волосам и огляделся. Так далеко он раньше не заходил, и не хотел идти дальше, чтобы не потеряться. Он заметил деревья, ветки которых низко склонились над землей, образовывая навес. Это могло обеспечить небольшую защиту от непогоды.       Подросток объяснил свой план Дину, который открыл рот, ловя языком снежинки. Проследив за взглядом подростка, Дин взглянул на импровизированное убежище из деревьев.       — Можно я еще поиграю?       Вопрос был неожиданным. Дин не играл с другими детьми. Обычно он занимался со своим братом, не спускал глаз с отца или тихонько рисовал на яркой бумаге, которую ему купил Мак.       Калеб кивнул, не в силах сказать «нет», когда понял, что это может быть первый раз с тех пор как умерла его мама, у Дина было время сделать то, что он хотел.       — Оставайся там, где я могу тебя видеть, — предупредил Калеб, улыбаясь, когда лицо Дина засветилось, и его зеленые глаза заблестели.       Не то чтобы ему не нравился этот ребенок, но что-то в его измученной психике пробуждало собственные еще не полностью зажившие душевные шрамы. Однако не воспоминания или боль заставили его отступить, а сам Дин. Мальчик построил мощные стены вокруг своего сознания, которые никого не пропускали внутрь, и Калеб чувствовал, что у него не хватит сил, чтобы аккуратно штурмовать эти стены. Он давно решил, что помочь Дину должен кто-то гораздо более сильный, чем он сам.       Наблюдая за тем, как Дин лепит снеговика, Калеб надеялся, что Джон вовремя поймет, какое бремя он возложил на своего сына. Дин разучился быть ребенком, но медленно, с помощью своего игривого младшего брата снова стал бы беззаботным мальчиком, если бы только Джон дал ему шанс.       Калеб встряхнул нижнюю ветку, едва покрытую белым снегом. Снег приземлился небольшой кучей рядом с Дином, который повернулся и вопросительно посмотрел на подростка.       Молча, Калеб потряс еще одну ветку, образовав еще одну небольшую кучу. Он кивнул мальчику, который нерешительно подгреб снег к своему снеговику. Он улыбнулся, когда рядом приземлилась еще одна кучка снега.       Калеб наблюдал, как маленький ребенок с серьезным выражением лица работал над снеговиком.        «Пусть Дин побудет ребенком так долго, насколько это возможно», — подумал он. — «Разговоры в любом случае переоценивают».