Часть 3
13 ноября 2022 г., 11:59
Джим Мерфи с улыбкой подъехал к своему дому. Всегда приятно возвращаться домой после трудового дня. Но его улыбка исчезла, когда он заметил, что ни в одном из окон не горит свет, несмотря на то, что наступили сумерки.
Пастор на мгновение остановился, чтобы осмотреться и оценить все ли на своем месте. Через несколько мгновений он увидел почти незаметные следы, ведущие к ферме. Кто-то побывал на его территории и постарался скрыть это.
Джим медленно шагнул вперед, с легкостью сливаясь с тенями. Прошло много времени с тех пор, когда он активно участвовал в охоте, но пастор часто тренировался, чтобы его навыки не притупились.
***
Снег все еще шел, легкие снежинки танцевали на ветру и таяли на коже. Дин обхватил себя руками, дрожа от холода, но гордо улыбался, глядя на кривого снеговика. Калеб стоял рядом с ребенком. Было удивительно наблюдать за изменениями, которые произошли с пятилетним мальчиком, когда он методично приглаживал снег, придавая ему правильную форму. Из безмолвной, страдающей души появился веселый ребенок. — Это круто, малыш, — прокомментировал Калеб. Улыбка Дина стала шире. — Моя мама помогала мне строить форт, но всегда позволяла мне делать стену самостоятельно. — Хочешь попробовать построить форт? — нерешительно спросил подросток. — Нет, — ответил Дин, качая головой. — У нас уже есть один. Калеб взглянул в сторону низких веток деревьев, которые он обнаружил ранее. Пока Дин работал, Калеб тоже был занят. Он тянул за ломкие ветки, пока они не сломались, потом сложил их друг на друга, делая шалаш. В нем зияли дыры, но это было бы лучше, чем ничего. — Мы должны залезть внутрь, малыш. Уже темнеет. Дин вздохнул, оглядываясь вокруг. Глубоко в лесу свет едва проникал через детки деревьев. Мальчик кивнул, и они забрались в импровизированный шалаш. Пока они гуляли или были заняты своими «проектами», в разговорах не было необходимости, но сейчас, сидя рядом в тесном пространстве, Калеб чувствовал себя неловко. Очевидно, Дин ощутил это, потому что поднял голову и посмотрел на него. — Тебе нравится шум, — заметил он. Не дожидаясь ответа, он продолжил: — Ты можешь говорить, если хочешь. Я не очень люблю болтать, но это делает папу счастливым, так что я разговариваю. Если это делает тебя счастливым, я могу говорить. Калеб не знал, что сказать. Он понимал, что Дин открывается ему так, как никогда раньше, и старался не давить. Он хотел, чтобы Мак был рядом, и помог сориентироваться в этой ситуации. — Это, эээ… — он сглотнул, — это хорошо. Спасибо, Дин. Маленький мальчик торжественно кивнул. Его веселье исчезло, и взгляд стал серьезным. Калеб мысленно пнул себя. Дин заставлял себя делать то, что ему не нравилось, лишь бы подростку было спокойнее. Он хотел помочь, не понимая почему, но зная, что это важно. Он опустил взгляд и увидел, что малыш внимательно ждет его ответа.***
Джим осторожно обошел дом. Хотя он не видел никаких признаков незваных гостей, он чувствовал, что за ним наблюдают. Сидя в сарае Мак увидел, как другой экстрасенс сел прямо. Он представился Уорреном Делейнли, и мозгами в их команде, тогда как Коэн действовал как мускулы. Третий член группы, которого называли «Рыжий» из-за его волос, держался подальше, не спуская глаз с маленькой щели в двери сарая. Делейнли повернулся. — Рыжий, он там? Мужчина кивнул. Мгновенно Мак раскинул мысленную сеть, чтобы предупредить друзей. Но столкнулся с блоками, установленными Делейнли. Слабый от побоев, Мак доблестно боролся с Делейнели и ненадолго ощутил присутствие пастора. — Нет, Джим! — прошипел он. Делейнли, стиснув зубы, напрягся и отбросил мысли Мака назад. Доктор начал бороться сильнее. Как только он подумал, что вот-вот прорвется, Коэн размахнулся и ударил его кулаком в челюсть. Сосредоточенность Мака тут же нарушилась, когда вспыхнула новая боль, нарушив его экстрасенсорные способности и сделав его практически бесполезным. Делейнли поднял бровь, глядя на небритого мужчину. — Не хотел рисковать, вдруг ты не сможешь его удержать, — пожал Коэн плечами, и на его лице расплылась легкая ухмылка. Делейнли и взглянул на Рыжего. — Пригласи нашего гостя внутрь. Мужчина кивнул и выскользнул наружу.***
Когда Мак открыл глаза, то увидел Джима, привязанного к опоре рядом с ним. — Черт возьми, — улыбнулся он. — С возвращением. — Мне сказали, что они убьют тебя, если я буду сопротивляться, — признался пастор. — Я подумал, что лучше не рисковать. — Что ж, должен сказать, что ценю это, — пробормотал Мак, и со вздохом закрыл глаза. — Макленд? Ты все еще со мной? Доктор с трудом моргнул, услышав встревоженный тон друга. — Я здесь, Джим. В их команде есть экстрасенс. Я пытаюсь не пускать его в наши головы. Джим нахмурился. — У тебя получается? — Не уверен, — ответил Мак. — Что ты можешь мне рассказать? — Они хотят Дина. Глаза пастора расширились от страха. — Зачем? — спросил он. — У мальчика что-то есть, какие-то воспоминания, запертые в его подсознании. Джим открыл рот, чтобы продолжить расспросы, но Мак его перебил: — Джим, если они его найдут, Делейнли вырвет это из его разума. Это может нанести Дину непоправимый урон. — Он в безопасности? — коротко спросил Джим, в его голосе звучала ярость. — Пока что да. Я тебе не скажу, где он, — добавил доктор, слабо улыбаясь. — Лучше не надо. Я полагаю, Калеб с ним? — получив утвердительный кивок, пастор вздохнул. — Ты знаешь, что это за воспоминания? — Я не продвинулся очень далеко, прежде чем Делейнли остановил мои поиски. Я услышал что-то об ошибке, которую нужно исправить. Я думаю, что Дин что-то видел. Я не знаю что, но я видел желтые глаза. — Желтые глаза? — тихо повторил Джим. Мак не заметил страха в голосе друга, что означало, что его внимание было сосредоточено на чем-то другом. Мак был очень проницательным человеком, и это еще больше обеспокоило пастора. Доктору явно было больно, и он старался оставаться в сознании. — Когда я думаю об этих глазах, мне кажется что я что-то упустил, — сказал он. — Продолжай работать над этим, Мак, — приказал Джим. — Я думаю, что это важно.***
Калеб посмотрел на мальчика и задумался, когда же он начал беспокоиться об этом ребенке. Было легче не замечать боли в зеленых глазах, не хотеть исцелить ее. Он нервно облизнул губы и осторожно положил руку на плечо Дина. — Малыш, — начал он и запнулся. — Мой папа зовет меня Чемпион, — тихо сказал Дин. — Думаешь, он скоро придет за нами? — Да, он будет здесь, прежде чем ты узнаешь, — Калеб улыбнулся, надеясь, что это правда. — Если хочешь, ты тоже можешь называть меня Чемпионом, — осторожно предложил пятилетний мальчик, все еще опасаясь подростка. — Нет, — мгновенно ответил Калеб, его мысли вернулись к потрепанной книге на прикроватной тумбочке и карте, спрятанной внутри. Оба предмета достались ему от людей, которыми он очень восхищался, и эти вещи приносили воспоминания о родных. Он сжал плечо Дина. — Ты — Двойка. — Двойка? — Конечно, — улыбнулся Калеб, вспомнив слова отца. — Дикая карта в колоде. Дин на мгновение задумался. — Это хорошо? — с тревогой спросил он. — Это хорошо, — рассмеялся Калеб. Лицо мальчика расплылось в улыбке, и впервые за долгое время Дин Винчестер рассмеялся.***
Джон Винчестер с улыбкой вытащил спящего сына из машины. Это был долгий день, хотя сам визит к врачу не занял много времени. Ему пришлось взять годовалого Сэмми в парк, купить ему игрушку и вообще развлекать в течение дня в награду за повторную прививку. Хотя, возможно, ему следовало привлечь Дина, но Мак сказал, что о мальчике позаботится Калеб. — Им обоим было бы полезно провести некоторое время вместе. А Калебу нужно научиться ответственности. — Я согласен, Мак, но разве ему обязательно практиковаться на моем сыне? — Дину нужно проводить время с кем-то еще, кроме его ближайших родственников, — настаивал доктор. — Он достаточно хорошо знает Калеба, чтобы не паниковать. Джон не выглядел убежденным. Мак мягко улыбнулся. — Дин будет в порядке. — Когда я вернусь домой, лучше бы комнаты не были все в крови, — предупредил Джон. Мак поморщился. — Чьей крови? Винчестер направился к дому, но, как и Джим, остановился, заметив, что в доме не горит свет. Он огляделся, прикрыв рукой головку ребенка. Его нервы были натянуты, он нутром чувствовал, что что-то не так. И оказался прав, когда в поле зрения осторожно двинулись две фигуры. — Поднимешь шум, и твой друг умрет, — сообщил ему незнакомый голос. — только дернись, и добрый пастор присоединится к нему в потустороннем мире. Ты понял? Джон посмотрел в глаза Маку. Доктор был в плохом состоянии, когда незнакомец обхватил его рукой за грудь, прижимая к себе. Он дышал с хрипом, что указывало на сломанные, либо треснувшие ребра. — Им нужен Дин, Джон, — предупредил доктор. — Не сдавайся. — Замолчи! — зарычал мужчина, державший Мака. — Меня тошнит от твоего вмешательства. Пойми, ты — расходный материал. — Убьешь его, и не доживешь до восхода солнца, — предупредил Джон. — Иди в сарай, Винчестер, — прорычал темноволосый мужчина. — Никаких резких движений, Рыжий не очень хорошо стреляет и горит желанием попрактиковаться. Не хотелось бы видеть кровь ребенка, пролитую из-за маленького недоразумения. Джон побледнел и еще раз взглянул в полные агонии глаза друга. Потом медленно кивнул и направился в сторону сарая, в котором жили спасенные Джимом лошади. — Меня зовут Джон Винчестер. И я вхожу. Он оглянулся на смуглого, грязного мужчину, который прижал Мака к себе как живой щит. — Скажи им, — потребовал он. Мужчина ухмыльнулся. — Мне не нужно этого делать, мой друг знает это. — Третий человек — экстрасенс, — добавил Мак, давая понять охотнику, со сколькими людьми они имеют дело, и вздрогнул, когда Коэн крепче прижал его к себе. — Иди, — приказал он. Джон тихо открыл дверь, беспокоясь об угрозе для Сэма.***
Калеб почувствовал, как Дин дрожит рядом с ним. Маленький мальчик доверчиво склонил голову к плечу подростка. Даже с Джимом и Маком, которые любили мальчика и старались облегчить ему жизнь, Дин сдерживался. Подросток задумался, не поднять ли мальчика к себе на колени. Снег шел сильнее, ветер дул сквозь деревья задувая в укрытие, и ребенок явно страдал от холода. Калеб вспомнил, как Джон говорил что-то о том, что можно выжить в суровых условиях если делиться теплом тела, но Дин не любил когда к нему близко приближались. Тем не менее, сейчас он крепко прижимался к Калебу. Когда по телу ребенка снова прошла дрожь, Калеб принял решение. Он разбудил Дина, которого доконала скука, холод и долгая прогулка. — Двойка? Дин поднял голову, еще одна дрожь пробежала по его маленькому телу. — Что? — Я собираюсь посадить тебя себе на колени. Нет причин, по которым мы оба должны страдать на промерзшей земле. Дин выглядел немного обеспокоенным. — Я в порядке, — тихо произнес он. — Ты не обязан это делать. Калеб попытался улыбнуться. — Я знаю, что не обязан. Но твой папа надерет мне задницу, если ты простудишься. — Да, он может, — согласился Дин. Он неуклюже взобрался на колени Калеба, сел боком, выпрямился так, словно кочергу проглотил, сцепил руки перед собой и изо всех сил старался держаться подальше от тела Калеба, но при этом не упасть на землю. Подросток вздохнул. Взяв края своей зимней куртки, которая была ему немного велика, он укутал мальчика, прижав к своей груди. Дин оставался таким же напряженным, как и раньше. — Расслабься, Двойка, — снова вздохнул Калеб. — Я никому не скажу. Я не хочу, чтобы моя репутация крутого охотника была запятнана тем, что я обнимал тебя. — Ты еще не крутой охотник, — заметил Дин. — Мой папа только учит тебя. — Эй, я был на нескольких охотах, — настаивал Калеб. — Я строю свою карьеру. Дин фыркнул, начиная расслабляться рядом со старшим мальчиком, и Калеб улыбнулся. — Как ты думаешь, почему он доверяет мне заботиться о тебе? — спросил он, пощекотав живот ребенка. Дин отстранился с тихим смешком. — Потому что ты дешевле, чем няня. Калеб поморщился. Дин был умнее, чем казался. Со временем он станет хорошим охотником, его проницательность даст ему преимущество. — Ты маленький умник. — Нет, — ответил Дин, прижимаясь к телу Калеба. — Я дикая карта. — Я не должен был тебе этого говорить, — пробормотал Калеб, растроганный доверчивостью мальчика. Подросток понял, что за все то время, что он знал Винчестеров, он редко разговаривал с Дином. — А кто ты? Вопрос застал Калеба врасплох, и он почувствовал, как его сердце замерло. Дин явно почувствовал его реакцию и снова отстранился, чтобы посмотреть подростку в лицо. — Если я Двойка, — уточнил он. — Кто ты? Попав в капкан зеленых глаз, Калеб прошептал: — Я думаю, что я демон. Дин слегка наклонил голову и нахмурился. — Ты не похож на демона, — серьезно заметил он. Калеб изо всех сил пытался отвести взгляд от мальчика. Он только что признался пятилетнему ребенку в своем страхе, в котором категорически отказывался признаться даже самому себе. — Ты похож на мальчика из того фильма? — Что? — прохрипел Калеб. — Дэмиен. Ты похож на него? Подростка охватило желание рассмеяться, странная реакция на вихрь эмоций, который он сейчас пытался вернуть в глубину своей души. — Мне не стоило позволять тебе смотреть тот фильм. Дин снова серьезно посмотрел на него. — Я не думаю, что ты демон, — серьезно заявил он. — Моему папе пришлось бы убить тебя, а он не хочет этого делать. — Приятно это знать, — выдавил Калеб. — И ты не чувствуешься как демон. — А ты знаешь, как чувствуется демон? Дин спокойно встретил его взгляд. — Да. Калеб похолодел от страха. — Откуда ты это знаешь? — тихо спросил он. — Дин? Откуда ты знаешь? Мальчик опустил голову. — Ты не помнишь, — вздохнул он. — Я и не думал, что ты вспомнишь. — Вспомню что? — осторожно спросил Калеб. Ребенок покачал головой. — Дин? — Когда огонь поглотил маму, — нерешительно пробормотал малыш, еще раз поднимая глаза, — там был демон. Он заставил меня видеть всякие вещи. И я показал тебе и Маку, но никто из вас не помнит. Было больно, когда ты заставил меня выйти из темного места. Но я скучал по папе, и Сэмми нуждался во мне, и мне пришлось пойти с тобой и Маком, но это было больно. Калеб в ужасе уставился на Дина. — Что этот демон заставил тебя увидеть? Глаза ребенка были широко раскрыты и полны страха. Он сильно затряс головой. — Я не должен был этого говорить, — запротестовал он, пытаясь вывернуться из рук Калеба. — Извини, забудь еще раз. Это не имеет значения. — Двойка, прекрати, — упрекнул Калеб, крепче прижимая мальчика к себе, его страх усиливался. Он знал, что что-то было очень не так. Он знал, что что-то забыл о времени, проведенном в мыслях Дина. — Дин, я не отпущу тебя. Перестань сопротивляться. — Я хочу уйти. Отпусти меня! Калеб крепко прижимал мальчика к себе. — Что ты видел, Дин? Ребенок обмяк в его руках, зная, что потерпел поражение, и едва слышно, он прошептал одно слово: — Огонь. — С того момента, как ты… Дин покачал головой, а затем кивнул. — Другие пожары тоже. Меня там не было, но я их помню. И мне больно, когда кто-то проникает в мою голову. Вряд ли эти воспоминания должны быть там. Они не мои, Калеб. Я знаю, что демон оставил их там. — Может быть, тебе просто снились кошмары, — неуверенно сказал Калеб. — Это естественно, после того, что ты видел. Дин заплакал, прижавшись лицом к груди подростка, и Калеб едва мог разобрать его слова. — Я помню маму в огне в нашем доме, но я ее не видел, — рыдал он. — Папа нашел меня в коридоре и отдал мне Сэмми. Калеб с трудом сглотнул. — Что ты имеешь в виду? Дин поднял заплаканное лицо, чтобы встретиться с ним взглядом. — Я никогда не видел ее, но помню, как она горела!
