Переплетëнные судьбы

Хотелось верить, что недавняя ситуация – всего лишь дурацкий сон. Он просто-напросто застал Мону врасплох, заговорив ей зубы своей болтовнёй, потому что иначе, не будь всё так неожиданно, она прирезала бы его попытку поцеловать на корню! Что этот поганец о себе возомнил, раз допускает подобного рода поступки в сторону великого Астрологиста Моны Мегистус? Нет, должно быть, он не в своём уме. Сначала язвит, следом любезничает, потом избегает без причины, – по крайней мере, Мона не обнаружила ни одной, – а теперь вздумал так варварски прижимать её к дереву и… Мегистус закрыла лицо ладонями и протяжно простонала, скатываясь вниз по деревянной двери, которую только что захлопнула, забежав внутрь комнаты. Чего Странник пытается добиться? Её смущения забавы ради? Или, может, он мстит за обман? Каков бы мотив его не был, нельзя поддаваться этим уловкам, стоит поставить поганца на своё место.

Именно! Я не дам тебе осквернить моё имя, вот увидишь.

Сделав глубокий вдох-выдох, Мона, зажмурившись, похлопала себя по щекам.

О треклятая Бездна, приди в себя, Мона Мегистус! Нужно взять вверх над насмехающимся мерзавцем!

Даже его мнимые слова о бесполезности звёзд, на удивление, ушли на второй план. Глупцам, вроде него, бессмысленно что-то доказывать, пока он всё сам не увидит. Глаза никогда не врут. В подтверждение своих мыслей она нерасторопно закивала и, облокотившись рукой о дверь, аккуратно встала, проходя к кровати. Взяв шкатулку, брошенную сюда по прибытию в комнату, Мона некоторое время сверлила её взглядом, засомневавшись в правильности решения: стоит ли, в принципе, эту непонятную коробку открывать? Вдруг там то, что может разделить жизнь бедного астролога на до и после? Или это даже не её вещь, а старикан что-то перепутал? Второй вариант отпадает сразу, потому что… теперь она уверена, что это принадлежит ей. Ничего не бывает просто так, и если суждено было забрать эту шкатулку – значит, то было распоряжением судьбы. В ином случае её труп в окутанном ночью одиночестве валялся бы сейчас на пике Буревестника, тогда как вещицу похитители сокровищ присвоили бы себе да продали, чтобы озолотиться. Открыть шкатулку без ключа довольно проблематично, поэтому Мона начала бегло осматривать комнату, думая, чем можно взломать замок. К сожалению, ничего сподручного на глаза ей не попалось: ни проволоки, ни булавки, ни чего-нибудь ещё, что подошло бы для отмычки. Подойдя к лакированному столу, Мона открыла ящик, перерывая всё содержимое в нём: какие-то бумажки, блокноты, разбросанные новые карты, которые она постоянно забывает убрать в ларец, и в самой глубине… ключ? Откуда он мог здесь взяться? Мегистус, несмотря на весь беспорядок, точно помнит, что никогда не видела его у себя. Было ощущение, словно кто-то хотел, чтобы она открыла шкатулку, нарочно положив золотистый ключ в ящик. Что более странно – этот «кто-то» проник в её комнату, на двери которой всегда стоит магическая печать, так что взламывать замочную скважину бесполезно. – Я ничего не понимаю… – прошептала Мона, неуверенно доставая ключ. Может, он и не от шкатулки вовсе? Сведя брови к переносице и поджав губы, Мегистус приземлилась на рядом стоящий стул. Колеблясь, она всё-таки просунула ключ в замок и, когда тот идеально подошёл, провернула его два раза вправо. Шкатулка характерно щёлкнула. – Открылась… Внутри лежал подписанный размашистым, будто кто-то очень торопился, почерком конверт, где было указано только её имя. И больше там не оказалось ничего, кроме одной бумажки. Решив не тянуть время и терпение, Мегистус тут же раскрыла конверт и, достав свёрнутое напополам письмо, бросила его в сторону. Почерк исписанной полностью бумажки вновь привлёк внимание: точь-в-точь такой же, как у Моны, но слегка корявый и неаккуратный. Не может быть, чтобы она писала это письмо, – так ещё и самой себе! – и не запомнила. Подделали? Да кто таким будет заморачиваться? Мона безысходно покачала головой, сосредотачиваясь на письме и пробегаясь взглядом по строчкам:

«Ничего в нашей жизни не вечно, как бы ты ни пыталась удержать хотя бы частички тех моментов, которыми наслаждалась, и эмоций, что осели где-то в душе воспоминаниями. Будь то приятные или, наоборот, негативные чувства, ностальгия в любом случае заставляет скучать по тому периоду. Времени у меня мало, потому ближе к сути. Признаться, я немного согрешила… Совсем капельку! Старуха меня убьёт, если прознает. Но она ведь не узнает, верно? Вот чёрт… Опять отхожу от темы. Одно из правил магов – не заглядывать в свою судьбу. И я его нарушила. Теперь мне известно больше, чем положено. Я долго об этом думала и прокручивала в голове разные картины, совсем не зная, что делать. До сегодняшнего дня. Я понимаю, всё кажется слишком запутанным. Кому как не мне понять саму себя? В общем… Малая властительница Кусанали. Пожалуйста, найди её. Она – ключ к разгадке»

Дочитав, Мона секунды три не могла оторвать взгляд от текста, будто, помимо этого, что-то ещё могло там появиться. Но увы. Если про старуху, о которой Мегистус периодически нелестно высказывалась, ещё могли импровизировать и подделать письмо, то про правило магов – маловероятно. Значит, это действительно написала она. И тому, что Мона ничего не помнит, могло быть одно объяснение – ей стёрли память. Уму непостижимо.

Может ли Странник с этим как-нибудь связан?..

Кроме того, здесь говорится о некой малой властительнице Кусанали, которая, видимо, сыграла немалую роль, и именно она может помочь во всём разобраться. Но как её найти? Не предоставлено ни одной и подсказки для облегчения поисков. Внезапно раздался глухой стук, вмиг прерывая мысли Моны, которая быстрыми движениями запихнула письмо с конвертом обратно в шкатулку, после чего ретировалась к выходу и открыла дверь, замечая в проёме путешественницу. – Мо… – не успела договорить она, как её схватили за руку и потянули в комнату. – …на. – Тише, – накрыв ладонью чужие губы, Мегистус оглядела помещение, словно здесь они могли быть не одни, в то время как на неё с изумлением уставились медовые глаза. – Ты одна? А Паймон где? Мона, искоса глядя на подругу, опустила руку, дав той возможность ответить на поставленные вопросы. Видел бы сейчас эту сцену Альбедо – в очередной раз диагностировал паранойю. И, возможно, был бы прав. – Одна, – и сейчас Люмин могла бы, наконец-то, почувствовать свободу, если бы её не схватили за плечи, тем самым прижимая к стене. Чересчур нелепая ситуация. – Не вечно же мне с Паймон быть. – Странно. Обычно твой компаньон ни на шаг от тебя не отходит. – А пока у неё появился собеседник в лице одного известного повара из Ли Юэ, с которой они дискутируют на тему нового блюда из волчьей слюны и слизи слайма, – когда лицо собеседницы скривилось, Люмин согласно кивнула. – Ага, я тоже не в восторге. Мона, – выдержав небольшую паузу, она продолжила: – всё нормально? – Я не уверена, – покачав головой, Мегистус не стала отпираться. – Ты… не видела никого подозрительного? Вдруг кто оглядывался по сторонам, направляясь в сторону спален. – Да, видела одну. Светло-зелёные глаза в ту же секунду распахнулись, впившись в путешественницу, и Мона ослабила хватку, позволив Люмин выскользнуть из её рук и прошмыгнуть за спину. – Кто? Ты её знаешь? – Знаю. У неё два хвостика, шляпа… Такая большая, – она жестом изобразила головной убор, строя максимально серьёзное лицо. – А ещё-ё-ё, – загадочно протянула та. – очень любит астрологию. Постоянно про звёзды говорит. В общем, подозрительная личность. И Люмин, наклонив голову набок, тут же довольно ухмыльнулась, стоило подруге состроить кислую мину. Уж извольте, но в такие моменты иногда трудно сдержаться, чтобы не подшутить. – Я, вообще-то, серьёзно. – Я тоже. – Не смешно. – Ты недавно забежала к себе в комнату, раза четыре оглянувшись по сторонам. Вот что не смешно, – скрестила руки Люмин. – Даже не поздоровалась, проскочив мимо меня и Паймон. Она очень сильно возмущалась из-за этого, потому я решила отвлечь её на что-то другое, а сама отправилась сразу к тебе. – Эм… Я… – замялась Мегистус и, старательно пряча взгляд, обняла себя. – Мона, что произошло? – путешественница положила руку на плечо астролога, заставляя её встретиться с янтарными глазами напротив. – Ты можешь мне довериться. Вне сомнений Мегистус доверяла своей давней знакомой, но дело было отнюдь не в этом. Она и понятия не имела, как объяснить кому-то, что происходит между ней и… Странником? С чего, вообще, нужно начинать? С его переменчивого отношения к Моне? Или непонятого сна? Всё настолько запутанно. Любой другой рассмеялся бы над этой историей, похвалив за хорошую фантазию и великолепную актёрскую игру. И больше всего пугало, что ей не поверят и сведут всё к усталости, но Мегистус бы протестовала, яро доказывая обратное. Возможно, даже пыталась бы показать всё через космограмму, да вот вряд ли кто-то, кроме астролога, смог бы там что-либо увидеть. Люмин ведь сможет поверить? Всех, кого она считает своим другом, путешественница искренне готова поддержать, и это, в общем-то, взаимно, но только в поисках брата нисколько не помогает. И Мона прекрасно понимает, как иной раз подруге приходится нелегко, поэтому поверх всех проблем нагружать её ещё своими казалось слишком эгоистичным. – Не волнуйся, – сдавленно улыбнулась Мегистус, кладя свою руку на чужую. – Неважно себя чувствую. Отдохну и всё пройдёт. Безусловно, она врала – к тому же не только путешественнице, а ещё самой себе. Подобное было чем-то вполне привычным для неё, естественным. Солгать Мегистус могла во всём, что как-либо доставляло ей дискомфорт: и дело было не в одной лишь гордости, или же нежелании признать, что порой моры не хватает даже на самое дешёвое блюдо из-за постоянных затрат на астрологические предметы, а в отсутствии стремления обременять кого-то тем, что её беспокоит. В конце концов, узнай старуха, что её ученица треплется обо всём подряд, она бы точно разочарованно вздохнула и сказала бы, что следует быть сдержаннее. Люмин, в свою очередь, недоверчиво сощурила глаза, не намереваясь так просто сдаваться и уходить. До чего же упёртая! Либо она очень хорошо знала Мону, либо, повидав на своём пути множество людей, могла отличить любую ложь от правды. И оба варианта в данный момент не очень удовлетворяли. – К этому ведь причастен Странник, я права? – Что?! Почему сразу он? Нет, вовсе… – Вы вдвоём очень чуднó себя ведёте, – Мона стушевалась под напором прикованного к ней взгляда, но Люмин была полностью уверена в своих доводах. – Пару дней назад он просил меня, чтобы я тебе не говорила, что мы с ним пересекались. А сегодня вдруг вы столкнулись. Сомневаюсь, что случайно, – подметила она, но, стоило заметить недоумение на лице подруги, пояснила: – Не кажется ли тебе это странным? Быть может, он намеренно искал повод с тобой поговорить? Позже Странник начал тебя везде искать, и вряд ли для того, чтобы извиниться. Не в его репертуаре. – Он и вправду не извинялся… – пробормотала Мегистус. – И мне известно о… Нет, я не могу тебе рассказать, – путешественница что-то скрывает? В светло-зелёных глазах тут же загорелся огонёк надежды. – Но знаю, кто может. – …Ты говоришь о малой Властительнице Кусанали? Люмин в удивлении приоткрыла рот, не ожидавшая такого поворота событий, пока Мона, обойдя её, подошла к столу и подняла неплотно закрытую шкатулку. Наблюдая с неким любопытством за действиями подруги, путешественница направилась к ней и, встав рядом, взяла бумажку, которую ей протянули. Раз уж от путешественницы ничего не скрыть и разговор зашёл на эту тему, почему бы и не показать ей письмо?

***

Таверна «Кошкин хвост» славится не только своими необычными, – можно сказать, даже странными, – напитками, но и является всеми любимым местом проведения игры «Священный призыв семерых» Здесь постоянными посетителями являются заядлые фанатики карт, которым нравится прожигать свою жизнь таким образом, но, помимо них, есть и обычные гости, решившие скоротать свободное время за игрой после тяжёлого дня и немного расслабиться за чашечкой ароматного чая, как, например, поступили Мона и Альбедо. Пожалуй, здесь Мегистус не появлялась недели две, поэтому приглашение друга приняла сразу, не раздумывая. Ей хотелось на время отвлечься от всей суматохи, произошедшей в последнее время, так что карты – наилучший вариант вытеснить рой мыслей из головы. Рядом на стуле болтала ножками Кли, которой уж очень хотелось пойти вместе с ними. К тому же она была рада повидаться с Дионой, – её подружкой, работающей, несмотря на малый возраст, барменом в этом заведении. Кроме того, как оказалось, с минуты на минуту должен появиться ещё один друг Кли, которого она пригласила к ним. Была бы её воля, она наверняка собрала бы здесь весь Мондштадт, чтобы никого не обидеть. Когда они только-только переступили порог, Диона что-то недовольно бурчала, но, завидев Кли, её глаза заблестели и кошачьи ушки тут же встрепенулись, что сразу попытались скрыть, отвернувшись и пробормотав едва слышное: «Чего вылупились? Садитесь за столик» Время в компании алхимика, с задумчивым видом выбирающего карту, и его хихикающей подопечной пролетало незаметно. С ними Мона действительно могла себе позволить расслабиться, периодически смеясь вместе с Кли над слишком вникающим в игру Альбедо, и в подобные моменты любая проблема, казавшаяся апогеем, уходила на второй план. Хотя, признаться, в душе до сих пор таилась некая тревога, от которой никак не получалось избавиться.

Скоро я встречусь с ней и, наконец-то, узнаю правду, но… …почему же страх не покидает меня?

Сделав глоток всё ещё горячего напитка, Мона поморщилась, когда язык неприятно обожгло. Понравится ли ей эта самая «правда»? Может, лучше и вовсе продолжать оставаться в неведении.

Так, Мона Мегистус! Это пустые переживания.

Дав себе мысленную пощёчину, она поставила кружку на стол, поднимая взгляд на радостно подпрыгнувшую Кли: – Победила! Кли победила! – Ох, – вздохнул Альбедо, прикрывая ладошкой рот, и от Моны всё равно не ускользнул приподнятый уголок его губ. Неужели специально поддался? – Кажется, я совсем растерял свои навыки. – Кли не хочет, чтобы Альбедо расстраивался, потому обязательно научит его играть! – уверенно заявила она. – Буду признателен. В Мондштадт совсем недавно вернулась действующий магистр Джинн, что, к счастью, так и не прознала о том инциденте с Кли. Рыцари молчат как никогда, делая вид, будто за её отсутствие ничего не произошло, за что Мона им чрезмерно благодарна. Хотя, если бы не Альбедо, они наверняка бы проболтались. После того случая они и словом больше не обмолвились о той ситуации. В конце концов, побеги Кли – частое явление. Это не первый раз, но и явно не последний, из-за чего алхимик стал тщательнее наблюдать за ней, или же, если совсем дел невпроворот, отдавал на попечительство Джинн. И уж с ней-то она более покладистая, ведь угрозы магистра – не пустой звук. – Кли и тебя научит, – хихикнула Кли, обращаясь уже к Моне. Альбедо же, сложив руки на столе, заинтересованно наблюдал за реакцией астролога. Ждёт, что она поддержит этот спектакль? – Хочешь? – Ну уж нет, – что ж… Если уж подыгрывать, то делать это красиво. Вскинув подбородок и закрыв глаза, Мегистус заявила: – Великого Астрологиста Мону Мегистус ты точно не сможешь обыграть! – Мы с Додоко не сдадимся так просто! – заявила Кли, демонстрируя вытянутую вперёд пушистую игрушку. Подглянув украдкой, на лице Моны непроизвольно расползлась улыбка. Как же, на самом деле, хотелось видеть мир глазами маленькой девочки, во всём искать только хорошее, ни о чём не беспокоясь. В этом заключалось всё волшебство, не каждому человеку под силу овладеть такой способностью. Взрослым ещё нужно поучиться безмятежной жизни у детей. Совсем неудивительно, что в тот день Кли смогла растопить сердце даже настолько сварливого и нудного Странника. От улыбки не осталось и следа, когда Мегистус поняла, что опять вспоминает причину всех своих бед. Покрутив головой, она аккуратно взяла кружку и, подув, глотнула уже слегка остывший чай. Теперь Мона сосредоточилась на словах Кли, которая по прибытию сюда сообщила, что пригласила друга присоединиться к ним, только вот он слишком запаздывает.

Интересно, кто этот таинственный гость? Неужто мальчик-волк из Спрингвейла? Только бы не капитан кавалерии Ордо Фавониус!..

Мону передёрнуло от одной мысли, что ей вновь придётся ловить на себе лисий прищур и находить подводные камни в вопросах Кэйи Альбериха, с которым однажды, к несчастью астролога, той довелось повстречаться. И не в самых лучших обстоятельствах. О доверительных отношениях и совместных авантюрах рыцаря Искорки, малышки Кли, и капитана кавалерии Мегистус была наслышана, посему молилась всем Архонтам, как бы гостем не оказался он. Даже появление Странника так не пугает, чем его. – Кли, ты уверена, что твой друг придёт? – осторожно поинтересовалась Мона, не рискуя расстраивать малышку раньше времени. – Уверена! Он обещал! В рубиновых глазах всё ещё таилась вера, которую Мона просто не посмела бы разрушить. Зато теперь известно, что это парень. Осталось лишь узнать, кто он такой. – А кто… – Пришёл! – воскликнула Кли, указывая в сторону барной стойки. Мегистус и Альбедо внимательно проследили за направлением её пальца. Увидев пришедшего гостя, астролог ужаснулась, вжавшись в стул и сию минуту желая слиться с ним, только бы он не заметил.

Этот чёртов…

– Мой новый друг – Странник!