Adagio

       Она не так много знала о столь сложном для быстрого анализа чувстве. Наоборот, в минуты озарения ей увиделось, что постичь полностью его не удастся и за десятки лет. Элис старательно пыталась понять, по каким причинам её сердце совершает так много кульбитов, тело бросает в жар и становится трудно дышать лишь из-за одного голоса. Голоса, умоляющего Миранду озвучить ответы. «Почему именно… она? Почему из всех вы… ?». Элис отчётливо понимала, что Альсина снизошла до некоего подобия мольбы, поскольку слишком долго вслушивалась в манеру её речи. Разумеется, она не молилась явственно, подобное мог уловить лишь самый острый слух, который привык к интонации и тембру. Элис даже не уверена, что вслушивалась в иные голоса так же тщательно, как в её. Так что это, несомненно, была мольба с примесью неверия и даже гнева. Вот только непонятно, на кого именно. Миранда не дала внятной информации, отвечая метафорами из разряда «она особенная», но Элис не утверждала бы наверняка, поскольку во время их диалога пребывала в плену собственных мыслей, едва слушая их. Это губительное состояние было хуже и одновременно лучше жажды крови. Элис совершила ошибку, закрывшись от чувств на такое долгое время, и теперь они, высвободившись, неумолимо тянули её куда-то в бесконечное забытье. Она чахла под их влиянием, задыхалась, мучительно увядая. И ничего не могла с собой поделать, как ни старалась. Если бы не этот телефонный разговор, если бы не слова Миранды о том, что она, видите ли, забыла ввести свою подопечную в курс дела… Теперь Элис ни о чем другом не могла думать. Терзаясь предположениями, она видела одинокую Альсину в чрезмерно большом и пустом замке. Видела тоску по тому, кто оставил её здесь, хотя кичился этого никогда не делать. Альсина не могла знать, что Миранде взбредет в голову идея украсть девчонку прямо у неё под носом, поэтому, скорее всего, она поверила, что Элис сбежала. Добровольно. Это был самый худший из всех исходов. Девушка невольно сжала ледяной край стола, на котором продолжала неподвижно сидеть. Внутри уже почти привычно болело, но по иной причине. По новой, о которой она, кажется, даже не задумывалась. Это была тяга к дому. Элис коснулась своей груди, ощущая под пальцами замысловатый ритм, и посмотрела куда-то сквозь стену. Куда-то, куда её тянуло. Очаг, от которого она вопреки всему разумному добровольно отказалась, не попытавшись даже самую малость воспротивиться воле Миранды. Элис практически допустила свою гибель, и не от грядущего вживления Каду, а от подавления эмоций и воспоминаний. Девушка мельком посмотрела на суетливую Миранду, которая стояла к ней спиной и набирала в шприц какой-то раствор, а затем позволила себе прикрыть глаза. И перенестись в последний момент, где они были вдвоём. Где впервые касались друг друга, даря тепло и окрыляющее счастье. И Элис хотела большего. Хотела Альсину. Хотела существовать рядом с ней, бесконечно слушать её, помогать ей, любоваться ею… Она задышала чаще, продолжая сидеть с закрытыми глазами и непроизвольно улыбаться. Она не могла ошибиться, Альсина вложила слишком много чувств в свои слова. Элис что-то значила для неё. Эта закрытая и сложная женщина… доверяла ей, не зная, что девчонка скрывала от неё слишком многое. Пока Миранда разворачивалась и медленно подходила ко столу, Элис всё больше утопала в настойчивой мысли — она должна сама рассказать Альсине. Не девочки, не, тем более, Миранда, а она. Лично. А раз лично, значит это нужно сделать незамедлительно, ибо до рассвета она не доживет. Наверное поэтому, когда женщина указала ей взглядом на изголовье стола, намекая, чтобы Элис заняла нужное положение лёжа, она не послушалась. Плавно повернула голову и посмотрела с вызовом. — Я готова приступить. — Нахмурившись, сказала Миранда, демонстративно показывая сверкнувшую в свете свечей иглу. — Я… отказываюсь. — Что за вздор. Давай ложись, пока… — Нет. Миранда задержала на ней пристальный взгляд серых глаз, на дне которых промелькнуло что-то темное и безжизненное. И оно явно не было готово к тому, что задуманное не свершится. Элис усилием воли заставила себя не моргать. — Почему же? — Просто не хочу. — Это не причина. — Миранду её уверенный тон явно не обрадовал. В конечном итоге, не услышав внятных объяснений, она со стуком положила шприц на край стола. — Элис, зачем тратить драгоценное время на эти разговоры? Ты прекрасно понимаешь, что операция в любом случае состоится. С твоим согласием или без него. — Не состоится, если я не позволю. — Ты? Не позволишь? — Женщина открыто усмехнулась и качнула головой. — Ни за что бы не заподозрила в тебе такой нрав. И почему ты вдруг передумала? — Потому что… — Элис уже перестала её слушать, поскольку раздумывала над побегом. Единственный выход, о котором она знала, находился где-то в шахтах. А бежать туда в так называемом человеческом состоянии было самоубийством. Миранда поймает её, если она будет мешкать или лишний раз запыхается. — Вы вряд ли поймете меня. Вам же чужды эмоции. — Как и тебе, смею заметить. — Очевидно, я вам солгала. — Элис метнула взгляд за её спину, мысленно шаря по полкам. Но ничего полезного не заприметила. — В этом лишь твоя вина. А теперь давай не будем становиться друг другу врагами и продолжим начатое. — Миранда вновь схватилась за шприц и подошла почти вплотную с явным намерением вколоть препарат. — Моей вины тут нет, у меня был выбор между двух зол… — Элис отстранила свою руку, когда женщина потянулась к ней. — У нас. Была. Сделка. — Терпение Миранды с каждой секундой безвозвратно исчезало, ещё немного, и она, чего доброго, воткнет эту иглу ей в глаз. Похоже, иного выхода не было. Для скорости и силы ей нужна была кровь, а единственное живое существо стояло прямо перед ней. Элис для верности ещё раз прокрутила в голове недавние события с её участием, чтобы не дай бог не засомневаться. Голова наполнилась блеклым туманом той иррациональной реальности, в которой девушка существовала, и её переполнила ярость. Ярость за упущенное время. Вдали от дома. — Тогда сделка расторгнута. — Бросила она в довершение, сверкая убийственным взглядом. Элис оскалилась и со всей силы оттолкнулась от стола, чтобы прыгнуть на Миранду. Она застала её врасплох, и в том было единственное, но кратковременное преимущество. Вампир почуял отравленную кровь в венах и пробудился, выпуская клыки и когти. Элис вцепилась в её плечи, протыкая кожу, а затем молниеносно вонзила зубы в артерию. Миранда закричала от боли и по инерции отшатнулась назад, врезаясь затылком в шкафы и полки. Что-то разбилось, что-то полетело на пол, некоторые фотографии сорвались со стены. Женщина попыталась оттолкнуть её, но Элис крепко держалась когтями. Прежде чем Миранда применила уже нечеловеческую силу, вампир успел сделать три желанных глотка. А потом Элис чем-то полоснули по лицу, и она отпрыгнула в другой конец комнаты, роняя по пути банки и пробирки. Зараженная кровь была гораздо вкуснее здоровой. Выражаясь людскими сравнениями, она походила на деликатес. Элис стоило немалых усилий привести себя в более менее разумное состояние и стереть с лица алые капли. Она подняла голову и посмотрела на стонущую Миранду. Та сидела на полу и зажимала рукой рваную рану на шее, из которой безостановочно лилась и брызгала кровь. Её глаза наполнились безумством, нечто черное поползло по её коже, и вскоре за спиной расправились вороньи крылья, вконец сметая всё оборудование со столов. Она тяжело поднялась на ноги и с абсолютным неверием уставилась на вампира. Её состояние было близко к краху возложенных на девчонку надежд, она тяжело дышала и неотрывно смотрела на ту, кто посмел её предать. Элис прекратила играть в порядком надоевшие гляделки и тут же дала дёру, прорываясь в тоннель через стену. Нельзя было медлить ни секунды. Она со скоростью света, поднимая в воздух ворох пыли, помчалась в сторону шахт. Позади что-то громыхнуло, и тоннель наполнился неистовым воплем, в котором отчетливо было слышно её имя. Миранда бежала за ней. Или летела, разницы не было. Поэтому Элис поднажала, выдавливая из себя все соки, и в одно мгновение оказалась в полой пещере, где не так давно самолично убила человека. Как только девушка подбежала к краю, мир перед глазами накренился, и её повело в сторону. Она схватилась за голову и подставила руку к стене. Кажется, её замутило. — Что за черт… Но времени ждать не было, она спрыгнула вниз, еле устояв на ногах, и попыталась поискать глазами щели в стенах, ведущие наружу. Вскоре послышалось характерное для оборотней рычание. Они наверняка почуяли чужака на своей территории. И вдруг земля задрожала. Элис огляделась по сторонам и инстинктивно запрыгнула на один из выступов в стене. Через секунду пещера пошла ходуном, отовсюду вдруг стали прорезаться черные ветки и корни. С громким треском они заполняли собою пространство, заставляя Элис карабкаться выше. Через мгновение показалась и сама Миранда. Она появилась эффектно, разрушая единственный вход в пещеру своими мощными крыльями. Элис испуганно задержала дыхание, когда та плавно вышла из облака пыли. Выглядела Миранда уже иначе: её конечности несколько удлинились, руки приобрели оттенок обгоревшего дерева, а сзади, у макушки, образовалось нимбообразное нечто, испещренное кривыми лучами. Элис даже представить себе не могла, что заставило человека сделать с собой подобное… Женщина немного поискала её горящими праведным гневом глазами и вскоре заметила притаившегося вампира в шести метрах над землей. — Элис! — Рявкнула она жутким двухголосием, точно параллельно с ней говорило существо из самых низов преисподней. — Как ты посмела нарушить наш уговор?! — Уговор? — Возмутилась девушка, параллельно бегая глазами по пещере. — Он ни гроша не стоил! У меня даже выбора не было! — Думаешь, твои чувства важнее великого замысла?! Ты обрекаешь мир на погибель, превознося себя над людьми! — Уж кто бы говорил про вознесение, «матерь». Миранда зарычала подобно оборотням, что медленно приближались к девушке, и махнула рукой. Прямо из стены позади вырвался деревянный хлыст. Элис успела вовремя пригнуться, и он с громким щелчком ударил по камням, пуская по пещере мощные вибрации. Она тут же спрыгнула на уровень ниже. — Миранда, цель не всегда оправдывает средства! — Не очень уверенно продолжала Элис, стараясь этим странным разговором отчасти сбить женщину с толку. Потянуть время, пока сама ищет в каменном лабиринте хотя бы намёк на выход. — Ты жалкий, примитивный паразит, который физически не способен понять истинный смысл грядущего. — Паразит не я, а ваш мегамицелий. — Да как ты… — оскалилась Миранда, спрыгивая вниз и задирая голову в поисках девчонки, — я вырву тебе глотку за такие слова. Элис резко поднялась, чтобы спрятаться от неё за небольшим углом, но голова опять пошла кругом. Должно быть, из-за плесени в крови. Эта дрянь влияла на разум, но вместе с тем и на её способности, поскольку, когда из ниоткуда на Элис выпрыгнул здоровенный оборотень, она одним махом, даже не моргнув, размазала его по стене, как масло. Воздух наполнился смрадом смерти. Девушка изумленно уставилась на свою окровавленную ладонь. — Ничего себе… Но потом оборотней стало больше, и началась тяжелая погоня. К ним на выручку пришли корни и крючковатые ветки, которые норовили схватить вампира за ноги, пока тот прыгал по пещере. Элис врезалась в стены и откалывала целые валуны, швыряя их в монстров. Её переполняла мощь. Но порой Миранда возникала в самых неожиданных местах, как будто могла перемещаться в пространстве, и Элис едва удавалось ускользнуть. Она убивала оборотней одного за другим, и в какой-то момент, случайно отвлекшись, корни, вытянувшиеся из рук Миранды, умудрились схватить её за лодыжку и потянуть к своей хозяйке. Элис в полете несколько раз ударилась головой, но успела зацепиться когтями за очередной выступ в стене. Она наверное так и осталась бы там, в конечном итоге потерпев поражение, если бы не одна крошечная капля дождя, упавшая на щеку. Элис задрала голову и увидела едва заметную прореху в самом верху. Вот он, выход. Зазор, спрятанный за сталактитами. Однако корни были столь прочными, что ей не удавалось их разорвать. Она царапала их, даже умудрилась укусить, но безрезультатно. Сил держаться за камни оставалось всё меньше, её рука затряслась от напряжения. В какой-то момент корни натянулись, как струны, и идея родилась мгновенно. Элис резко разжала пальцы и со свистом, точно пуля, полетела прямо на Миранду. Больно было обеим. Женщина упала на спину, схватившись за разбитый нос, а Элис, кажется, сломала ногу. Но времени плакать не было. Превозмогая боль она с громким хрустом совершила ещё один мощный прыжок, разрезая своей скоростью воздух, и прорвалась наружу, окунаясь во тьму и холод. На улице стояла ночь, лило как из водопада, и ветер не редко раздувал ледяные иглы дождя в разные стороны. Элис замычала от боли, становясь на одну ногу, и обернулась. Трещина в земле была знатная, ещё немного, и оборотни, а за ними и Миранда, полезут наружу. Девушка в панике повертелась вокруг себя и обнаружила чуть поодаль высокий дуб. Ширина его ствола подходила, чтобы закрыть проход. Хотя бы временно. Она еле доковыляла до него и вложила всю оставшуюся силу в последний рывок. Дуб закричал треском, но поддался. Единственная опора Элис скользила по мокрой земле, и ей пришлось встать на обе ноги, закусывая губы до крови. К счастью, задумка удалась. Дуб с грохотом упал, из-за чего земля волнами плеснулась в разные стороны, накрывая и саму девушку. Она чуть было не захлебнулась, но вовремя схватилась за ветку другого дерева и подтянулась к нему. Погода, как назло, лишь усугубляла положение. Ничерта не было видно или слышно. Элис, не придумав ничего лучше, поскакала в чащу. Она совершенно не понимала, где находится, ибо путь до пещер Миранды прошел для неё в беспамятстве. Лес утопал в дождевой воде, пробираться куда-то было практически невозможно. Элис несколько раз подскальзывалась или застревала в ямах. Голова продолжала идти кругом, и она уже успела сто раз пожалеть, что испила крови Миранды. Её сознание мерцало, реальность искажалась какими-то картинками, которые она не узнавала, и Элис пришла к выводу, что у неё начались галлюцинации. Порой она прыгала между деревьев, а через секунду уже между домов, или подносила ладони ближе к лицу, но это были вовсе не её руки. С ней творилось что-то странное. Где-то сбоку и вовсе маячили люди в лохмотьях и просили у неё милостыню. Элис мотала головой, жмурилась, но наваждения не исчезали. За деревом она увидела кучу надгробий, на которых почему-то были зацарапаны все имена и фамилии. И на этом маленьком кладбище она заметила медленно плывущую среди могил белую фигуру. Элис хотела к ней подойти, но споткнулась сломанной ногой о камень и вскрикнула от боли. Она опустила глаза и вместо очевидной в лесу преграды увидела ещё одно надгробие, разве что меньше размером. Элис смахнула воду с лица и присела, чтобы рассмотреть имя. Ева, у которой тоже была перечеркнута фамилия. Фотографии не было, плита пошла трещинами, а все цветы завяли — печальная картина. Но ещё печальнее было узреть годы жизни этого человека. Ей было всего десять лет. — Ты?! — Вдруг раздалось позади. Элис быстро подскочила на одной ноге и обернулась. А потом вскрикнула и попятилась, увидев нагнавшую её Миранду. Однако совсем скоро поняла, что это… не совсем та Миранда. Наверное, очередная галлюцинация. Женщина была в черном одеянии, но не в привычной церковной рясе, а, скорее, в траурной накидке. Её глаза были воспаленными и красными от слез, а светлые волосы впервые на памяти Элис распущенными и немного всклокоченными. Девушка узрела в лице Миранды до боли знакомое состояние. Она скорбела. И, судя по всему, довольно давно. — Милая Миранда, мне так жаль, — вдруг произнесла Элис, а потом накрыла рот ослабевшими от холода пальцами. Она же… совершенно точно не хотела говорить подобные слова. — Какого черта ты здесь делаешь? — Процедила сквозь зубы женщина, опуская правую руку, в которой были зажаты черные розы. — Я пришла проститься с дочерью, — снова выдала Элис, в страхе глядя себе под ноги. «Что за… Что я вообще несу?!» — Проститься с дочерью… Сукин ты сын. Посмел явиться сюда после всего, что натворил. — Я… я знаю, милая, на что это похоже, но… — Посмотри! — Миранда внезапно схватила Элис за локоть и дёрнула её в сторону могилы. — Посмотри, как она теперь выглядит! Ты доволен?! Это стоило всех твоих приключений? А потом она ослабила хватку и не сдержала рвущиеся наружу слезы. Женщина накрыла дрожащей рукой рот и отошла в сторону, утопая в истерике. Элис вдруг ощутила чужеродную боль от подобных слов. Она, наконец, поняла, что это воспоминания. Должно быть, из-за плесени они транслировались подобными галлюцинациями, и прямо сейчас она являлась кем-то другим. Кем-то из жизни Миранды. Элис безумно захотелось… протянуть руку и дотронуться до её бледной и мокрой от слез щеки. Она чувствовала опьяняющую любовь к ней, как если бы они жили вместе много лет. Как только Элис сделала шаг ей навстречу, Миранда попятилась. Она не останавливалась, а медленно уходила в тени деревьев и словно бы таяла на глазах. А потом Элис стала собой. Побитой и изможденной, стоявшей посреди темного леса по колено в воде. Некоторое время она пыталась прийти в себя, совершенно позабыв, где находится и от чего бежит. Эти видения были настолько реальными, что заставили её не то что говорить, даже думать, как другой человек! Невероятно… Догадывается ли об этом сама Миранда? Хотя… Элис мотнула головой, избавляясь от мешанины из контрастных мыслей. К черту эти вопросы. Миранда уже, должно быть, ищет её в лесу, пока она ловит приходы и стоит на месте. Элис со стоном развернулась и поскакала вперед в надежде, что голова больше не закружится. Она завернула за следующее дерево, и едва поверила увиденному. Пришлось несколько раз покрутиться на месте и протереть глаза, чтобы убедиться, что это не видение. Она каким-то чудом оказалась у виноградника Альсины. Элис расплылась в сияющей улыбке, почти что плача от счастья, и поскакала чуть активнее. Ей потребовалось время, чтобы найти калитку в заборе и преодолеть бесконечное голое поле. Окна замка источали тепло, а трубы дымили из-за каминов. Она почти была дома. Уже совсем близко. Скоро покажется гостевой зал, а значит рядом будет черный ход. Элис доскакала до окон первого этажа и остановилась, чтобы отдышаться. А потом увидела их. Их всех, спустя столько времени. Элис прислонилась к ледяным окнам и прищурилась. Альсина, такая же грациозная, как и всегда, стояла у камина и курила, пока Бела и Кассандра что-то активно ей рассказывали. Сердце Элис пропустило удар, поскольку лица вещавших были напряженными. Даниэла сидела чуть поодаль со сложенными на груди руками и молчала. Она выглядела настороженной, метая взгляд с сестёр на маму. Казалось бы, обыкновенная семейная беседа, но почему-то никто из них не улыбался. И даже хуже… В груди кольнуло сильнее из-за выражения лица Альсины. Нет, она не просто затягивалась через мундштук, как делала это всегда… Её нервы были на пределе. Она до побеления поджимала губы, а глаза сверкали нешуточным гневом. Элис ещё раз пробежалась взглядом по всем собравшимся, анализируя их эмоции и сопоставляя время с недавним телефонным звонком. Альсина наверняка рассказала девочкам, куда именно запропастилась её ассистентка. А затем… стала задавать вопросы. Элис поперхнулась, догадываясь, что девочки, вероятно, прямо сейчас раскрывали её секрет. Нет… Только не это… Неужели она опоздала? Она не знала, что делать. Элис так упорно рвалась на свободу, преодолела миллион препятствий, и достигла своей цели. Вот она, протяни руку и постучись. Но она медлила, страшась всё потерять. Если Альсина её отвергнет, перебитое сердце уже никогда не восстановится. Элис боялась окончательно умереть. А потом из леса раздался протяжный вой. Девушка в страхе обернулась и смахнула воду с глаз. Она разглядела лишь черные тени. Много черных теней, мелькнувших в свете тусклых облаков. Похоже, оборотни нагнали её. Она рванула в сторону, огибая стену замка. Сейчас у неё не было сил сражаться с ними, поэтому оставалось лишь бежать. Она стонала из-за сломанной ноги, но опиралась на неё, чтобы ускорить движение. Элис оказалась у одной из дверей для прислуги и сильно дернула за ручку. Та не поддалась, разом разрушая остатки надежды. Альсина же никогда не запирала замок! Элис посмотрела назад и увидела с десяток сияющих пар глаз. Они приближались медленно, ползком, как на охоте. — Пошли прочь! — Крикнула она в сердцах. Оборотни, конечно же, не послушались. Лишь сильнее раззадорились и побежали в её сторону. Элис оттолкнулась от дверей и, хромая, устремилась к другой. У этой башни очень кстати имелось сразу несколько выходов. Элис чавкала по лужам и тяжело дышала, но упорно глядела вперёд. Однако один из оборотней решил замедлить добычу и прыгнул ей на спину. Кожу в районе лопаток обожгло. Она вскрикнула и повалилась на землю, не добежав жалкие метры до спасения. Двое из них вгрызлись ей в сломанную ногу, и тогда она завопила уже истошнее. Перевернулась на спину именно в тот момент, когда четвертый или пятый задумал полоснуть её по лицу. Элис зажмурилась и накрылась руками. И затем раздался режущий слух лязг. Что-то горячее брызнуло ей на голову, и боль в ноге прекратилась. Она резко убрала руки от лица и задрала подбородок. Над ней сверкнули длинные стальные когти. Вильнули вбок и снова устремились вперёд, доставая до одного из монстров с мерзким чавканьем. Оборотень жалобно зарычал, хватаясь за обрубок на плече. Элис лежала в луже и не шевелилась. Она увидела над собой светлый силуэт и пылающие огнем желтые глаза. Альсина пребывала в таком гневе, что девушка боялась даже вдохнуть лишний раз. — Сгиньте с моей территории, швали! — Яростно раздалось над головой. Оборотни застыли и глупо переглянулись меж собой. Однако не напали, несмотря на то, что женщина успела нашинковать сразу двоих. Видимо, у них было некое соглашение касательно территорий, ибо они послушались и стали пятиться обратно в лес. Снова лязг, заставивший всё внутри Элис напрячься сверх меры. Но Альсина всего-навсего спрятала когти обратно. А потом обошла девушку и остановилась возле её кровоточащей ноги. Элис смотрела на неё, не моргая. Она страшилась узреть на чужом лице презрение или даже ненависть. Женщина же, напротив, сделалась убийственно спокойной, будто Элис не пропадала вовсе. Или, ещё хуже, будто бы она не узнавала Элис вовсе. И эти мгновения безмолвия между ними сдавливали лёгкие, как в приступе астмы. Только девушка не могла вдыхать, чтобы облегчить свое состояние. Зато это делала Альсина. Она, может, и выглядела безмятежной, но пульс внутри неё зашкаливал, точно в душе плескался океан противоречащих друг другу эмоций. — Даниэла! — Продолжая глядеть на Элис, вдруг крикнула Леди Димитреску. Из приоткрытой двери высунулась рыжая макушка дочери. — Да… Мама? — Помоги ей. Это всё, что сказала женщина, прежде чем скрыться в замке. Даниэла быстро подбежала к девушке и протянула ей обе руки. Как ни странно, но она не выглядела разгневанной, как её мать. Напротив, казалось, что она сейчас заплачет от одного лишь вида потрепанной девушки. Элис с кряхтением навалилась на её плечо и в скором времени оказалась в долгожданном тепле. У двери спиной к выходу стояли и остальные дочери. Они глядели вслед матери, пока та уходила обратно в зал, попутно стряхивая со шляпы воду. Даниэла тоже под стать сестрам замерла на месте. Элис ничего не понимала и переводила взгляд с одной на другую. Неужели им приказали убить её…? Прямо здесь и сейчас… Но, как только Альсина захлопнула дверь, Бела и Кассандра обернулись. Они выглядели несвойственно им обеспокоенными. Элис даже не успела открыть рот, как её облепили со всех сторон. Но в полной тишине. Практически бесшумно. Наверное, чтобы Альсина не слышала. — Мы тебя уже сто раз похоронили, — прошептала Кассандра, утыкаясь носом в мокрую шею. Колено Элис подкосилось, и она осела на полу вместе с девочками, растворяясь в сладостной неге. Господи, ей не верилось, что такое возможно… Буквально пять минут назад она была где-то там, во тьме и сырости, совершенно потерянная в этом мире, а теперь… — Не думала, что буду скучать по перепалкам с тобой, — посмеялась Бела ей в ухо. — А я… — Начала было Даниэла, но запнулась и ослабила хватку на чужих плечах. Верно, они ещё не были так близки. По крайней мере их не связывала непостижимая тайна, и поэтому Даниэла, вероятно, чувствовала себя лишней. Однако она не полностью отстранилась, а лишь положила голову на мокрую макушку Элис. — А я вообще-то посвятила тебе целых пять страниц в своём дневнике. В целом, я рада, что ты и есть загадочный шпион, а то я переживала за сохранность секретов нашего замка. Жаль, конечно, что ты не парень. Элис мягко посмеялась. Они сидели на полу какое-то время, пока боль в ноге не дала о себе знать. Кажется, Кассандра случайно задела её коленом. Элис зашипела и накрыла рану ладонью. — Та-ак, всё. Пошли в зал. — Заключила Бела, поморщившись. Все четверо неловко поднялись, а потом так же неловко потупили взгляды. Атмосфера наполнилась нешуточным волнением. — Почему мне кажется, что… — Элис подозрительно на них покосилась. — Вам так же страшно, как и мне? — Ну-у… — Протянула младшая, делая вид, что не при делах. — Мама ужасно зла на меня и Белу, — Призналась брюнетка. — И это ещё мягко сказано. Думаю, ты понимаешь, почему… — Я чуть со страху не померла, когда она когти выпустила прямо перед моим лицом. — Призналась Бела, легко касаясь своей груди. — Как и я, когда увидела их над головой… — С ужасом вспомнила Элис. — Я думала она… Убьет меня. Но… — А я думаю, пока наши предположения не стали реальностью, лучше пойти в зал. — Поторопила всех Даниэла. И девочки неохотно вошли в узкий коридорчик, ведущий в открытую залу с камином. Леди Димитреску стояла у окна, вглядываясь в лес, и продолжала активно выпускать кольца дыма. А ещё она ощутимо напряжённо молчала. Девочки уложили Элис на ковер перед горящими поленьями да уселись в кресла позади. Кассандра успела быстренько всучить ей бокал вина, чтобы она не мучилась от боли, но девушка даже не пригубила его. Да и как она могла, при Альсине то… Повисло неуютное напряжение. Видимо, никто не знал, с чего начать разговор. А потом раздался громкий стук каблуков и шелест платья. Элис сидела на полу, вытянув правую ногу, и жалела, что не могла пулей отскочить в сторону. Альсина показалась где-то сбоку, обжигая плечо девушки пламенем некогда желанной, но в данный момент убивающей близости. Она тоже заняла одно из кресел, скрипнув дорогой кожей, но не позади, а ближе к камину, чтобы лучше видеть лицо каждого присутствующего. Элис решилась поднять голову. Её проняло дрожью, ибо Альсина глядела в упор, практически не моргая. Подставила руку на подлокотник и уронила подбородок на ладонь. Она цепко изучала незнакомку, истекающую кровью, и траектория её взглядов оставляла на всем теле ожоги. Молчание продолжалось бесконечно долго. В конечном итоге Элис не выдержала этого сверхпристального внимания и заговорила первая. — Леди Димитреску, позвольте мне… — Замолчи. — Грубо перебила её женщина. И Элис замолчала, невольно сцепив пальцы обеих рук. Похоже, Альсина думала, с чего начать. И начинать ли вообще. — Сейчас ты будешь отвечать только тогда, когда я задам вопрос. Кратко и по делу. Поняла? — Да… — Элис переместила мрачный взгляд на танцующее пламя в камине. — Касательно насущных проблем, — продолжила Альсина с легким вздохом, — скажи, ты сбежала? — Сбежала… — И как скоро Матерь Миранда об этом узнает? — О… Она уже в курсе. — Элис сжала пальцы до посинения. — Я вступила с ней… в небольшую схватку. Повисла очередная пауза. Позади раздался чей-то изумленный вдох. — Ты сражалась с Матерью Мирандой? — Чуть тише уточнила Альсина, вновь затягиваясь и продолжая прожигать в Элис невидимую дыру. — Я бы не назвала это боем. Просто мне пришлось применить грубую силу, а дальше… Я чудом сбежала. — Блестяще… Эти шавки скоро дадут ей понять, что ты находишься в моем замке. И она ведь придет за тобой, раз ты у нас, как она выразилась, особенная. Скажи, Элис, после того, что я узнала, думаешь, я не отдам тебя ей? Зачем ты вообще пришла сюда? Элис беззвучно всхлипнула и мокрыми от слез глазами снова посмотрела на Альсину. Женщина лишь на долю секунды изменилась в лице, но очень быстро надела ненавистную маску холодного безразличия. — Я просто… Хотела домой. — Ты явно перепутала двери. — Альсина вздернула бровь. — Нет. Я шла именно сюда. — Да что ты говоришь. В моем замке отродясь не водилось таких, как ты. Я даже не знаю, как тебя назвать. Пожалуй, лицемеркой? — Женщина расплылась в фальшивой улыбке. — Называла нас бездушными монстрами, умоляла пощады, а потом втёрлась в доверие, поскольку убивать здесь гораздо легче, чем в городе. Не так ли? — Нет. Ну, то есть, по началу я могла сказать что-то подобное, но… — Все, замолчи. Мне слушать противно. — Альсина устало потерла лоб и невидяще уставилась в пол. — Я доверила тебе свои секреты, своих дочерей, своё… Подумать только, меня водили за нос всё это время. Мне не хочется даже видеть тебя, не говоря уже о чем-то вроде помощи. Я ведь совершенно не представляю, кто ты такая. — Мама, она же, как мы. — Вдруг вклинилась в разговор Кассандра. Альсина резко подняла голову и ошарашенно посмотрела на свою дочь. Элис оглянулась, но увидела лишь подол её платья. — Уж от вас обеих я такого предательства не ожидала. — Да о каком предательстве речь? — Вдруг воскликнула брюнетка и, судя по жужжанию, вылетела из кресла, чтобы оказаться на ногах. — Разве тебе не нужна была её помощь? Разве ты не спихивала на неё работу, которую сама не могла осилить? Разве не радовалась, когда она находила решения твоих головоломок? Теперь Элис потрудилась обернуться всем телом. Кассандра излучала невиданное ранее негодование, а её сестры с ужасом метали взгляды между собеседниками. — Кассандра, не смей повышать на меня голос, — холодно парировала Альсина. — Ты явно упускаешь одну важную деталь в своих фактах. Она пьет кровь. Это меняет абсолютно всё. — Потому что её можно спокойно препарировать, да? Альсина не ответила. Она долго глядела на Кассандру, не решаясь что-то предпринять, пока не махнула рукой на всех присутствующих. Кроме Элис. — Исчезните с глаз моих. — О, как удобно, — усмехнулась Кассандра. — Ты всегда так поступаешь, когда боишься взглянуть правде в глаза. Элис пребывала в таком шоке от происходящего, что позабыла о просьбе Альсины молчать. — Кассандра, прошу, — тихо взмолилась она, — я не хочу, чтобы вы ругались из-за меня. Позволь мне самой попытаться разрешить эту ситуацию. Остальные девочки замешкались, не понимая, уходить им или нет. Между средней дочерью и матерью интенсивно росло жаркое противостояние. Однако брюнетка сдалась и обратилась в мух, чтобы мигом вылететь из зала. За ней тут же последовали оставшиеся. Теперь Элис стало вдвойне страшно, ибо она оказалась один на один со своим главным страхом. Оголенная перед той, от которой бесконечно долго утаивала правду. Альсина молча глядела в пустоту, опустив руку с мундштуком. И пока он дымил вхолостую, Элис настраивала себя на разговор. Она желала объяснить Альсине свои мотивы, чтобы та хотя бы попыталась её понять. Наверняка девочки выдали ей информацию впопыхах, и она сделала неправильные выводы. Элис потянулась к бокалу с вином. Рана не хотела затягиваться, поэтому она решилась на этот риск, чтобы боль не отвлекала её от важных мыслей. Альсина проследила за движением её руки безмолвно. Разве что позволила себе на мгновение поразиться чужой наглости. Но Элис не обратила внимание и почти залпом опрокинула в себя жидкость. А потом принялась подниматься, опираясь на кресло позади. Она не намеревалась стоять на ногах, демонстрируя силу воли, лишь хотела сесть поближе, на ручку кресла. Женщина же наблюдала за этим без единого комментария или желания помочь бедолаге. — Я знаю, что вы вряд ли сейчас хотите слушать меня, — наконец, приступила Элис, обращая алый взор на Альсину. Женщина чуть прищурилась, глядя на изменившуюся внешность девушки, — но я шла сюда с намерением рассказать о себе правду. Клянусь. Неделю назад я думала, что Миранда вам уже всё рассказала, и… Знаете, что я решила? Я решила, что вы не примите меня обратно. Что вы подумаете, будто я всегда лгала вам. Это не так! Я никогда не притворялась, все мои эмоции и чувства были искренними. Я полюбила это место всей душой. И не потому, что здесь удобнее вылавливать людей. Повторюсь, я не лгала вам. Я… Не могу убивать людей. Я просто не способна причинять им вред. — На этой фразе Элис с горечью вспомнила, как швырнула парня в лапы оборотней. — Если это что-то изменит, то я питалась животной кровью. И… — Так ты тогда нашла подвал, потому что оттуда пахло кровью. — Перебила её Альсина. — И что, чисто из любопытства, решила узнать, не раздают ли там человечину? — Нет, всё было не так… На самом деле мой отец изготовил сыворотку для меня. Она состоит из животной крови и необходимых для моей жизнедеятельности витаминов. Я должна принимать её каждые восемь часов, иначе во мне проснется жажда. И в самый первый день… Так вышло, что мы ехали до вашего замка гораздо дольше планируемого. Я пропустила время приема крови, и мои чувства обострились до предела. Альсина на такое объяснение лишь усмехнулась, продолжая избегать взгляда девушки. Однако Элис заметила, что женщина уже не излучала ту пугающую ярость, словно бы слова Кассандры задели её за живое. — Помнится, я запирала тебя в подвале, чтобы ты мучилась. Получается, зря. Ты могла сбежать в любой момент… — Не могла! Я не умела контролировать свои силы. Конечно, в самую первую ночь мне хотелось сбежать, чтобы спасти свою семью, но я, правда, не могла. Не знала, как. И… — Элис закусила нижнюю губу. — Не уверена, действительно ли вы хотите это услышать, но я искренне боялась вас. Как обычный человек. Поверьте, я больше похожа на людей, чем на… Вас. — Нет, Элис. Я больше не смогу тебе поверить. — Леди Димитреску опустила тяжелые веки. — Я говорю правду. Я ведь… — Дурацкие слезы опять навернулись на глаза. — Я долго утаивала это от вас, потому что боялась, что наша особенная связь разрушится. Помните наш недавний разговор в подвале, когда вы хотели взять мою кровь на анализ? Я тогда… Почти решилась рассказать вам. Но ваши слова про Миранду серьёзно ранили меня. Я тогда подумала, что провести опыт на мне вам будет гораздо важнее, чем, в общем-то, всё остальное… — Лучше бы я тогда свершила задуманное, не пришлось бы сейчас разбираться со всеми этими проблемами. — Она неопределенно махнула рукой, намекая, несомненно, на преследующую Элис Миранду. — Вы бы правда смогли такое сделать со мной? — Разумеется. Это был бы прорыв. Наши поиски идеального тела подошли бы к концу, и… — Альсина резко оборвалась. — И что было бы дальше? Вы бы спокойно жили, зная, что… Ну… — Что такое, Элис? Думаешь, я бы терзалась потом? Думаешь, наши отношения важнее планов Матери Миранды? — Женщина презрительно оскалилась, продолжая глядеть в никуда. — Ты много не знаешь обо мне. О нас с ней. — Я слышала, что она спасла вам жизнь. — Вдруг вспомнила девушка. — О, замечательно. — Но это всё, я больше ничего не знаю. Она мне рассказывала про миссию культа Чернобога и вскользь упомянула о вас с дочерьми. — Просто не верится. Лучше бы ты… Лучше бы ты не приезжала тогда. Не надо было присылать приглашение твоей тётке. И она замолчала. Её лицо исказилось сотней мук, а потом она спрятала его в ладони, роняя мундштук на ковер. Глаза Элис расширились в ужасе, поскольку… Альсина судорожно втянула воздух, как если бы хотела заплакать. Только без слез. Слезы за неё проливали мрачные небеса. И этот тяжёлый мрак, казалось, сгустился прямо над ними двумя, в этой комнате. Элис не могла смириться с тем, что была причиной её страданий. Она соскользнула с кресла и рухнула на колени, наплевав на дробящую боль. Её руки потянулись к холодным пальцам Альсины, но она не сразу решилась дотронуться до них. Лишь погодя, аккуратно подцепила их своими собственными, а потом невесомо прильнула губами. Она не знала, как ещё согреть её. Альсина подняла голову и отрешенно посмотрела вниз. Элис постаралась вложить в этот жест всё своё нежное чувство, поскольку понимала, что слова сейчас будут бессильны. — Леди Димитреску, за эту мучительную неделю я успела погибнуть, — призналась девушка, вспоминая душевную пустоту. Альсина чуть сдвинула брови в непонимании. — И знаете, что меня воскресило? Ваш голос. Я… Очнулась от забвения в тот момент, когда вы позвонили Миранде. Женщина лишь моргнула и перевела отсутствующий взгляд на окна. Но она не отстраняла руку, и это даровало трепетную надежду. — Я не… — Начала Альсина, наблюдая за стекающими по стеклам каплями. — Я не знаю, что сказать. Мои мысли в каком-то вакууме… — Черт возьми! — Вдруг порывисто выдохнула Элис, на что Альсина брезгливо поморщилась. — Это явно не то, что ты должна была ска… — Нет, я про другое. — Девушка продолжала бегать глазами по залу, а потом и вовсе поднялась на ноги. Правда, с некоторым усилием. — Я чувствую Миранду. Она близко. — Чувствуешь? Как это понимать? — Я обязательно вам всё объясню, если выживу, но… — Элис неловко обернулась на Альсину и как-то натянуто улыбнулась. — Наверное, мне стоит бежать. Дождь, должно быть, немного подсобит мне и смоет следы, но мне следует… — Нет, Элис. — Теперь поднялась и Альсина. У неё были такие изумленные глаза, словно бы она не верила в то, что сказала. Комната погрузилась в тишину её раздумий, пока она настороженно глядела на черную кровь, струящуюся по ноге. — Далеко ли ты убежишь? Какой бы особенной ты ни являлась, сомневаюсь, что ты бессмертна. — Разве у меня есть выбор? Она вот-вот доберётся до замка. Леди Димитреску нахмурилась, прикрывая глаза. Вряд ли она станет идти против самой Миранды ради какой-то девчонки, однако озвучивать это предположение она не торопилась. Элис не понимала, чего она ждёт, поскольку каждая секунда на счету. — Это мой замок. — Тягостно вздохнула она. — Может, она когда-то и жила здесь, но, уверяю, она слишком многого о нем не знает. — Что вы имеете в виду? И Альсина, как само собой разумеющееся, удивлённо молвила: — Ты можешь спрятаться.