Я всегда буду твоим...

      Огромная и бескрайняя пустыня, ей не было ни конца, ни края. Несмотря на то, что светило яркое и палящее солнце, в пустыне было холодно. Шла кровопролитная битва. Люди сражались с друг с другом, словно обезумевшие. В центре всего этого действия, стоял неподвижно дуб. Огромный и могучий, но весь измазанный кровью. Его ветви, облепленные зелено-изумрудной листвой, отбрасывали огромную тень.       Вокруг него было полно трупов. В ком-то было дюжина стрел, у кого-то не было головы, или отсутствовала любая другая часть тела. Люди сражались чем угодно: мечами, топорами, луками со стрелами, копьями, ножами, даже камнями и тяжелыми палками.       В гуще этого сражения, рядом с дубом, стоял и озирался в смятении, Вакс'илдан. Он не понимал, где находится и что происходит. Он не знает, как здесь оказался. Пока Вакс осматривался, он не заметил, как к нему подошли, на опасно близкое расстояние. Заметив шевеления, охотник не размышляя, отпрыгнул от незнакомца и достал кинжалы. –Что тебе нужно?– спрашивает парень, в надежде получить, хоть какой-то ответ, и тем временем следя за незнакомцем.       Но неизвестный воин молчит. Тогда Вакс стал его осматривать и взгляд, его зацепился за доспехи. Черное железо, было все в странного происхождения царапинах, наручи, наколенники, пояс и еще несколько вставок были сделаны из серебра. На поясе висел увесистый меч, что грозно звенел ударяясь об броню. Весь образ дополняла перьевая накидка.       Рыцарь стал доставать меч. Вакс не дожидаясь нападения, сам идет в атаку. Их клинки сталкиваются, создавая искры. Сталь оружия звенела в ушах. Мужчина в доспехах размахнулся, ударил наискось мечом, рассекая воздух. Однако Вакс ловко уклонился, на лице его появилась нахальная улыбочка. Теперь он нанёс удар, блестящее лезвие пронеслось в миллиметрах от лица оппонента. Рыцаря это не останавливает, он резко и неожиданно хватает охотника за волосы и ударяет, Вакса, коленом в живот, тем самым выбивая из парня весь воздух.       Ноги парня подкашиваются, в глазах на мгновение, все плывет, но Рыцарю этого хватает, и он наносит еще серию ударов, а после откидывает того в сторону. Вакс ударяется спиной об кору дуба и глухо падает на окровавленный песок. Песок, что был мокрым из-за крови, прилипает к правой стороне лица, не сильно царапая кожу. Но быстро стирая грязь с лица, Вакс встает на ноги и снова, он молниеносно рванулся вперёд, ударил. Искры золотыми кольцами брызнули во все стороны от столкновения накалённых клинков. Однако сколько бы не пытался, Вакс не в силах нанести воину, хоть какое-то повреждения.       Рыцарь был сильнее, быстрее и выносливее из-за чего, их сражение переросло в избиение. Вакс'илдану, только и оставалось, что защищается. Враг снова замахивается, но Вакс успевает вовремя уклониться и отпрыгнуть на несколько метров, в сторону. Однако это не помогает, и уже через секунду, Рыцарь оказывается рядом с ним и со всей силы бьет ногой в колено.       Вакс кричит, от ужаснейшей боли, что разлилась по всему телу. Он прекрасно слышит, как кость хрустнула. Он падает на землю. Снова удар ногой, только теперь в лицо, настолько сильный, что его отбрасывает к дереву. Рот наполняется кровью, которую приходится выплевывать, густыми сгустками. –Что тебе нужно, от меня?!– хрипя и шипя от боли, Вакс повторяет свой вопрос, видя мутным взглядом, как тот подходит все ближе и ближе.       Охотник пытается отползти, но упирается в ствол дерева. Бежать некуда. Рыцарь подошел в плотную и вознес меч над своей головой, для последнего удара. Вакс смотрит на него с вызовом. В его взгляде нет страха, только упрямство. Губы искривляет усмешка. –Да здравствует, великая госпожа смерть, Матрона!– выкрикивает рыцарь.       Услышав эти слова, глаза Вакса расширяются. Он не верит, услышанным словам. Неужели, госпожа выбрала другого воина? Вакс хочет остановить незнакомца, что каким-то образом, занял его место, но все, что у него выходит это сдавленный хрип. Меч разрывает его плоть, насквозь, впиваясь в песок. Все горло заполняется кровью, которая начинает тут же вытекать, из открытого рта. Боль настолько сильная, что в глазах, все становится – ярко белым.

***

      Ночь — самый таинственный период времени. Мир людей засыпает и на смену приходит тьма — пора снов, мечтаний, надежд. И именно в это время на небе вспыхивают миллионы звезд. Миллионы звёзд, что похожи на самые лучшие бриллианты, освещают вместе с луной, этот мир.       Леса в такие моменты, самые красивые и загадочные, места на планете. Ночь заполняется чудесными мелодиями: теплый шёпот ветра, что играет с листвой деревьев, трель светлячков и кузнечиков, оханье сов. А самый прекрасный звук, ночью в лесу – треск огня. Этот звук создавал уют и покой.       Рядом с речушкой, был разбит маленький лагерь-ночлег. Из-за позднего времени, костер догорал, и место постепенно погружалось во мрак. Вокруг, костра было три спальных места. Путешественники спали. Однако, сон одного из них, был не спокойным. Вакс то и дело ворочался из стороны в сторону, периодически с его губ слетали стоны боли.       В какой-то момент, Вакс подрывается, с импровизированной постели, тяжело дыша и хватаясь за грудь. За то место, куда вошел меч. Озираясь по сторонам, с широко раскрытыми глазами. С права от него спала Кири, обнимая посох, а по левую руку, аккуратно на спине, спал Айзек. –Черт. Это был сон. Просто, гребаный, сон– шепотом ворчал охотник, потирая переносицу.       Немного посидев так, Вакс решает встать и пройтись. После таких кошмаров, сон не шел, а прогулка помогает, очистить разум. Он полностью погрузился в свой разум, настолько, что не заметил, как кое-кто, тоже проснулся.       Вакс подошел к берегу реки и сел на большей камень, что на половину был погружен в воду. Смотря на водную гладь, что шла волнами из-за небольшого ветерка и течения, он думал о том, почему ему приснился, такой странный, сон. Но тут, его брови сошлись на переносице, когда Вакс увидел, как вода постепенно стала окрашиваться в кроваво-алый цвет. Вдалеке раздалось карканье ворон, это означало, что ОНА здесь.       Вакс поднялся на ноги и стал озираться. Ворон становилось все больше и больше. Птицы окружали его, до тех пор, пока со стороны водоема не раздался плеск. Обернувшись, Вакс увидел, как над водой возвышается госпожа Матрона. Недолго думая, парень встал на одно колено, прижал правую руку к груди, где находится сердце, и опустил голову. Женщина медленно и величественно подошла к нему.       Матрона Воронов, великая богиня судьбы, смерти и зимы. Та, кто ненавидит нижний мир. Та, что создала себе верных воинов, что борятся с этой чумой, в среднем мире, мире людей. Она та, чей стойкости и хладнокровности люди восхищаются. Она та, кому несколько столетий назад, возводили храмы и статуи. Та кому поклонялись все... –Ты помнишь свое предназначение, дитя?– ее голос спокойный, но в нем чувствуется огромная мудрость и сила. –Да, госпожа. Мое предназначение заключается в том, что я должен защищать, святой момент, между жизнью и смертью, и сопровождать души в иной мир... –Верно, мой смелый защитник... Но, тебя что-то гложет?– женщина аккуратно, с материнской нежностью, приподняла лицо юноши.       Вакс прикусил нижнюю губу и отвел взгляд в сторону. Матрона права, в его сердце, в первые за долгое время, появилось смятение. Это чувство пожирало его изнутри. Но сказать Госпоже Воронов, об этом он не решался. Женщина явно разозлиться, если узнает, с кем он разговаривал пару ночей назад и не попытался убить. –Вовсе нет, госпожа... Я в порядке– отнекивается Вакс и выпрямляет спину, чтобы слова казались более правдивыми.       Матрона Воронов молча кивает и отстраняется от него. Ее осанка  идеально ровная, а лицо, что скрывала белая маска, ничего не выражало, словно женщина была каменным изваянием, без чувств и эмоций. Возможно, именно поэтому, ее все боялись, никто не знал, что от нее ожидать. –Ты покинул, земли Кандака, почему? –...Есть один человек, что дорог мне, и он попросил о помощи. Я не мог отказать... Прошу, меня простить– склонив голову, произносит Вакс и видит, как Богиня смерти кивает головой. –Не все, кем мы дорожим, достойны нашей веры, мой смелый защитник...       Он хочет еще, что-то сказать, но чувствует, как кто-то положил на его плече руку. Вакс вздрагивает и резко поворачивает голову. Он видит, красивое, но встревоженное лицо Айзека, после чего начинает озираться. Он сидит на том самом камне, вода в озере прозрачно-голубого оттенка, ворон нигде нет. –Ты, в порядке? Она, снова, посылала видение?– небожитель смотрит в глаза парня, которые были полны растерянности, но постепенно, в них возвращалась ясность.       Вакс кивнул, а после взял Айзека за руку и приложил ее, к своей щеке. Тепло чужого тела, приятно разливается по венам. От этих прикосновений становится, так спокойно и хорошо, словно, того расставания, что было два года назад, не было.       Они оба молчат, но тишина их не напрягает. Им не нужны были слова, чтобы выразить свои чувства. Они видят все, во взглядах друг друга. Вакс первый тянется вперед, прикрывая глаза, а после тоже самое делает Айзек. Их губы останавливаются в паре миллиметрах, друг от друга, словно взвешивают все «за» и «против». –Ты уверен?– тихо спрашивает Вакс, обдавая горячим дыханием губы напротив, из-за чего рядом стоящего, бросает в дрож. –Просто, сделай это, уже...– срывается с губ небожителе, но охотник не дает ему договорить и накрывает его губы своими.       Он языком, пройдясь по его губам, чувствуя их атласную упругость и трепетную отзывчивость, заново знакомясь. Слегка раздвигая их, проникая внутрь. Своими же, сжимая и нежно охватывая, и трепетно сосуще вбирая в свой рот, губы Айзека становящиеся припухлыми, заполняющими все пространство губы. Язык настойчиво скользнул по деснам, жемчужным зубам, которые под напором Вакс'илдана, приоткрылись как ворота Рая, впуская его грешную, но такую желанную сущность. Наконец произошла долгожданная встреча двух языков, двух сущих противоположностей, бесподобных в своей притягательности. Какую бурю страстной борьбы они подняли при встрече, словами не описать. Приветствуя, они невообразимо сплетались, лаская друг друга, выталкивая и проникая изо рта в рот, касаясь губ, вызывая желание и страсть в душах целующихся.       Руки Айзека по-хозяйски обхватывают затылок и шею Вакса. Тем временем руки воина Матроны, притягивают жителей поднебесной ближе к себе, держа за талию, а после они медленно спускаются на бедра, сжимая их. С губ Айзека, слетают стоны, и он сильнее, вжимается в любимого. Возбуждение, с каждой минутой, становилось все сильнее. Одна из рук небожителя, заскользила вниз, до самого паха, а после сжалось. Со стороны Вакса раздался полу-рык, полу-стон. Сознание обоих стало покидать.       Постепенно их руки проникли, под их одежды, лаская тела друг друга. Вакс то и дело задевая чувствительные соски, из-за чего, Айзек готов был кончить, не прикасаясь к себе спереди. Вакс'илдан слишком хорошо его знал. –У тебя, кто-нибудь был?– внезапно спрашивает Вакс, прикусывая мочку уха парня. –Н-нет... ах...А у тебя, был кто?– затуманенным взглядом, Айзек посмотрел на охотника, а после снова впился в губы.       Он ведет черноволосого к камню, а после усаживает его. Они разрывают поцелуй и между их губами, в лунном свете, поблескивает слюна. Оба глубоко дышать. Айзек встает на колени, перед широко раздвинутыми ногами, а руки его, ложатся на застежку штанов. –Ну, ты ответишь, на мой вопрос, Вакси~?– приторно-сладко улыбаясь, спрашивает небожитель и достав член Вакса, трется об него щекой. –Черт!...– вырывается из уст охотника и он шипит. Затем, он приподнимает за подбородок Айзека и с ухмылкой произносит –Ты, ведь, и так знаешь, ответ.       И он прав. Айзек знает, что ответ: «Нет». Парень довольно улыбается, целует любимого в подбородок и снова спускается вниз, и сразу же заглатывает детородный орган, до середины. Вакс стонет, вскидывает голову вверх и хватает рукой, Айзека за голову.       Небожитель ведет языком, от самого основания, до головки, облизывая выделившуюся смазку, а после заглатывает, но в этот раз, по самое основание. Охотник напрягается всем телом, он и забыл какой умелый его любимый, в этих вещах. Вакс чествует, как его член упирается парню в глотку и то, как та его сжимает. И он знает, что еще несколько таких движений и он кончит. А еще, он знает, что Айзек ему этого не позволит.       Освободив свой рот, от члена, Айзек поднимается на ноги, быстро снимает с себя верхний слой ханьфу, оставаясь только в нижних одеждах, а после, стягивает с себя и штаны. Вакс, видит его возбуждение и это сводит его с ума. Он тянется руками к светловолосому, но тот слегка бьет, того по рукам. Айзек подходит и садится на колени к парню. Лицом к лицу.       Очередной поцелуй и они тонут в нем. Они вылизывают рты, периодически покусывая губы друг друга, как ненасытные звери. Тем временем руки Вакса, уже во всю разрабатывали узкое колечко мышц.       Айзек чувствовал, как длинные мозолистые, от постоянного использования оружия, пальцы ритмично входили и выходили, как короткие ногти, слегка царапают нежную кожу внутри, из-за чего все чувствовалось острее. А когда охотник нашел, то самое место и надавил, небожитель выгнулся в спине и громко простонал. Вакс'илдан припал к его груди, что была скрыта под нижней рубахой. Он, то покусывал, то полизывал чувствительные, к таким ласкам, соски. Сам Айзек вцепился в плечи темноволосого, до такой степени, что ткань рубахи, стала скрипеть.       Как только, Айзек понял, что готов, он убрал руку Вакса и сам уселся на член. Орган вошел, без каких-либо помех. Сразу, во всю длину. Стоны удовольствия, смешались в единое целое, как и их дыхание. С каждым толчком, Вакс входил все глубже и глубже, а после почувствовал, как упирается в стенку живота. Айзек затуманенным, от возбуждения, взглядом посмотрел вниз, а после дотронулся до того места рукой. Он почувствовал, как член внутри него пульсирует. –Т-ты, так глубоко, во мне... ах!– шепчет Айзек, а после, с новым толчком, запрокидывает голову и протяжно стонет.       Они оба чувствуют, что разрядка совсем близко и их темп начинает, постепенно, ускоряться. И вот, последние несколько толчков, и они почти мгновенно, кончают. Сперма Айзека вся размазалась по их животам в то время, как семя Вакса, полностью заполнило небожителя и медленно вытекало из красноватой, и пульсирующей дырочки...

***

–Как ты мог допустить это, Вэй Усянь!?– врываясь, яростно кричит Цзинь Лин, не замечая попыток секретаря Ма, остановить его.       Вэй сидел за стол, который ломился от бумаг. Под глазами его были видны синяки, от недосыпа. Он не спал уже двое суток, из-за проблем с документацией. Заклинатель никак не может понять, откуда все это, ведь всегда всё проверял, хотя, кто мог быть, все же виновным, домыслы были. Но Усянь не мог, явиться в YG групп, и обвинить их нового директора, Ли Яо, в фальсификации бухгалтерии компании Юньмэн.  Никто, ведь не поверит!       Подняв голову, Ин увидел племянника, злого и растрепанного. Он явно спешил сюда. За спиной бога Войны, стояла секретарь Ма и виновата смотрела, на своего директора. Тяжело вздохнув и потерев переносицу, Вэй кивнул женщине и та быстро, покинула кабинет начальства.       Как только, секретарь Ма покинула помещение и закрыла за собой дверь, Жулань подлетел к столу названного дяди и стукнул по нему. Горы бумаг, что стояли ровной горкой, рассыпались, создавая на столе бардак. Один глаз Вэя, нервно задергался.       Он уже был на взводе. Эта чёртова документация, которой он занимается уже не один день, без нормального сна, дурацкая утренняя ссора, с Асмодеем, из-за которой он опоздал с выездом на работу, и ему пришлось, час стоять в пробках. Все это ухудшилось, когда выяснилось, что возможно, в компании завёлся крот, который, как раз и работает, это этого сына шлюхи. А теперь, ещё приходит А-Лин, с какой-то предъявой!? Нет, он рад, всегда его видеть, но не сейчас, когда проблем выше крыши.       Однако, в душе, Усянь рад этим проблемам. Они помогают отвлечься, забыться. Хоть несколько дней, он не думать своих ужасных поступках, о прошлом, что разрывает и так израненное сердце. –О чем ты, Цзинь Лин?– смотря в глаза парня, и видя в них негодование, злость и... страх, спрашивает Вэй. –Я о дяде! Как ты, допустил, что он вместе... вместе с ним! С тем, кто в прошлой жизни убил его!– небожитель кричит, а после хватается ща голову и падает на диван –Почему, ты это допустил?– уже тихим и нерешительным тоном, говорит Лин.       Цзинь Лин знал, что Лань Сичень, был виновником в смерти дяди. Знал, что Цзэу-цзунь убил после этого себя. Даже, после, узнал о чувствах первого нефрита, к Цзян Ваньиню. Но злость, на этого человека, никогда не проходила и всегда оставалась ядом, в его разуме и сердце.       Вэй Ин прикрыл глаза и покачал головой, а после встал с кресла, подошёл к кофемашине и налил в чашку. Добавив сахара, он тоже сел на диван, рядом с племянником. –Как, я мог, это остановить, А-Лин? –Да, как угодно! Поговорил бы, через Сычжуя, с дядей. Сказал бы, что Цзэу-цзунь плохой человек. Ну или просто убил бы его по тихому!– повернувшись лицо к собеседнику, и загибая пальцы, на повышенных тонах говорил Цзинь. –Цзинь Лин! Лань Сичень, хороший человек и ты, это знаешь. И убивать, кого-то, кто тебе не нравится, я не собираюсь– с укором говорит Вэй Ин, после чего сделал несколько глотков. –С твоими связями, в среднем мире, и не хочешь, помочь племяннику?– с злорадством произносит Жулань и забирает из его рук, чашку. –Мой племянник, Бог Войны и не нуждается, в такой помоще. –И все же, почему не остановил, их? –Потому что, он делает А-Чэна счастливым...– тихо пробормотал Вэй, вспомнив, как однажды увидел, как его шиди искренне смеётся, рядом с этим человеком, что в прошлой, что в этой жизни.       От этих слов Жулань замирает, с кружкой в руке, что была уже у его губ. Усянь прав, он не может этого отрицать. И от этого, становится ещё хуже на сердце. –Я, его ненавижу– хмурясь ворчит парень, а после кривится, когда сделал глоток кофе. –Какая дрянь! –Знаю, А-Лин, знаю– похлопав по плечу небожителя, говорит Вэй, толи первой, толи второй фразе, а после тепло улыбается.