All my shit

***

Метка не исчезла. Прошло уже два дня, а она красовалась на прежнем месте, столь же яркая и вызывающая, как и в первый вечер. Эти два дня они провели в кровати. Да и сейчас находились там же. Тэхён спал, раскинув руки, как он обычно любил, а Чонгук лежал на боку и разглядывал его. Что-то в нем неуловимо поменялось. Черты лица словно стали мягче. Острые скулы слегка округлились. Губы еще больше пополнели. Взгляд Чонгука снова вернулся к метке. У него внутри случался маленький фейерверк каждый раз, когда он видел ее. Конечно, сам синяк рано или поздно сойдет, но след, он не исчезал. Отчетливый отпечаток его зубов. Словно фигурный шрам. Знак принадлежности. Знак обладания. И безграничной власти друг над другом. Что бы ни случилось, эту связь уже было не разорвать ничем. Даже если они в итоге расстанутся, сама связь все равно будет существовать. А уж если верить Тэхёну в том, что у них абсолютная совместимость… Последний факт отчего-то грел душу даже больше, чем само прощение Кима. Это значило, что когда-нибудь они смогут завести детей. У них может быть полноценная семья. И не придется прибегать к услугам суррогатной омеги. Да, дети это круто. Чонгук станет настоящим актером, выучится, будет сниматься в крупных проектах. Получит какое-то признание. А Тэхён всегда будет рядом. Наверное, он тоже решит заниматься актерской профессией. Кто знает. Но когда они заведут ребенка, Тэхёну придется оставить карьеру на время, чтобы посвятить себя семье. Они могли бы быть отличными родителями. В будущем. Что ж, у них были на это все шансы. Тэ пошевелился во сне, его ресницы дрогнули. Он проснулся и распахнул сонные глаза. Этот слегка осоловевший взгляд напомнил Чонгуку течку. Каким порой безумным выглядел тогда Ким. Да и сам Чонгук был не лучше. Как же хорошо, что уже все позади, и теперь они просто могут наслаждаться друг другом. — Привет, — он не смог придумать ничего менее банального и навалился на Тэхёна сверху. Тот был расслабленным, теплым и открытым. До этого они занимались сексом раза два или три. Поэтому сейчас им совершенно точно не требовалось времени на подготовку. Чонгук мягко поцеловал Тэхёна, издавшего чуть удивленный вздох, и протолкнулся языком ему в рот. Поцелуй быстро стал более глубоким и требовательным. Тэ явно еще не до конца проснулся, потому что был слегка заторможенным и будто обдолбанным. Чонгук провел рукой по его плечу, спустился ниже, огладив шелковистый бок и бедро. Его рука скользнула между разведенных ног и погладила мокрую, приоткрытую дырочку. Она была такой горячей и влажной, что у Гука мгновенно встал. Он навалился еще плотнее, всунул Тэхёну между ног свое бедро, раскидывая их еще шире, готовя место под себя. Тот распахнул глаза, окончательно просыпаясь, и улыбнулся в поцелуй. За его светящиеся от предвкушения удовольствия глаза Чонгук готов был душу дьяволу отдать. Удобно устроившись между бедер Тэхёна, Чонгук напоследок коротко поцеловал его и приподнялся. Он быстро нашел пакетик с презервативом на кровати и натянул его уже почти профессионально. Направив рукой свой член, он легко скользнул внутрь и застонал от удовольствия. Когда он входил вчера первый раз, Тэхён был узким и да, это ощущалось безумно кайфово. Но сейчас, когда там все было растянуто как надо, гладко, мокро, это тоже было особым видом наслаждения. Опираясь руками по обеим сторонам плеч Тэ, Чонгук неспешно двигался в нем, чувствуя, как удовольствие медленно подбирается к низу живота, как теплые волны океана при приливе, которые накатывают на берег, слегка касаются пальцев ног и отступают. Чтобы через несколько мгновений снова вернуться. — Ох, обожаю тебя, — бездумно выдохнул Тэхён и прикусил губу. Его глаза снова помутнели, теперь уже не ото сна. Чонгук оставил крошечный поцелуй у него на виске и шумно втянул носом запах теплой кожи. По телу прошла волна дрожи. На какое-то мгновение он подумал, что кончит прямо сейчас, так остро вдруг накатило удовольствие. Но через секунду немного отпустило, и он смог двигаться дальше. Темп постепенно нарастал. Тэхён постанывал и двигал бедрами навстречу практически в унисон. Их секс становился все круче, все слаженнее. Словно они всю жизнь только и занимались этим. Словно были созданы для этого. Друг для друга. Мышцы на руках задрожали, что уж говорить, за двое суток почти беспрерывного траха Чонгук слегка устал. Тэхён, будто почувствовав это, потянул его на себя и вбок. Объяснять дважды было не нужно. Устроив Кима на боку и согнув его ногу в колене, Чонгук удобно пристроился и плавно вогнал член по самые яйца. Так давление ощущалось чуть сильнее и напряжение внизу живота стало нарастать быстрее. С каждым толчком Чонгук ощущал, как его тело словно каменеет, а Тэхён под ним превращается в пружину. Их движения стали более резкими, толчки более грубыми и рваными. Так бывало каждый раз перед оргазмом. Гук обожал это ощущение. Словно ты летишь в пропасть. Прыгаешь с ебучей тарзанки. У тебя под ногами бездна. И ты вот-вот в нее провалишься. Напряжение наконец достигло апогея и, сделав пару глубоких, почти яростных толчков, Чонгук чуть слышно зарычал и впился зубами в собственную метку на любезно выставленной шее повернувшего голову Тэхёна. Их обоих еще почти минуту било нервной дрожью. Они вздрагивали, приходя в себя. Чонгук языком зализал укус, но Тэхён, похоже, его даже не почувствовал. Он лежал, обмякший и расслабленный. Гук не спешил выходить из него или отодвигаться. Ему нравилось даже то, что их слегка потные и влажные тела почти прилипли друг к другу. Похуй. Это было охуительно прекрасно. Кажется, в тот вечер они так и заснули, опустошенные, слипшиеся и довольные.

***

К завершению первого же съемочного дня все на площадке знали, что Чон поставил Киму метку. Это обсуждали, блядь, все. В первую очередь, конечно, гримерши. — Ох, это так трудно замаскировать. — Да, я видела, уж очень хорошо постарался. Поначалу такие разговоры забавляли и даже слегка вызывали чувство гордости. Чонгук ухмылялся в ответ на красноречивые взгляды коллег. Тэхён же вообще не подавал виду, что его это как-то смущает или цепляет. Он выглядел абсолютно довольным жизнью. Они снимали сцену в отеле, где должны были отыгрывать секс. И, слава богу, там не было особых подробностей. Лишь несколько крупных планов. Чонгук ни черта не был уверен, что смог бы изобразить достаточное смущение или неловкость, испытываемые омегой при первом сексе, учитывая, что в его голове то и дело вспыхивали картины прошлой ночи, где он втрахивал своего так называемого «альфу» в кровать, а тот надрывно просил еще и больше. Естественно, он запорол кучу дублей. Но полуголый Тэхён рядом, сверху, сбоку, слегка дезориентировал. Хотелось быть крутым профессионалом и абстрагироваться от всего, полностью отдавшись роли, став до конца Ханелем, переживающим свой первый раз. Но беда в том, что профессионалом Чонгук пока не был. Как бы, блядь, не старался. Его мозг то и дело коротило. Он буквально залипал на Киме. — Гук, хватит разглядывать свою метку, потом насмотришься. Комментарий Намджуна стал тем, после которого это уже начало раздражать. На перерыве Соён демонстративно рассматривала след от зубов Чонгука, будто желала убедиться, что он кусал Кима не задницей. Чонгук только закатывал глаза, смотря на эту сцену. После был Ыну. Херов предатель. Он даже сделал несколько фотографий, заявив, что отправит это в музей патологий, потому что метка выглядела так, будто ее только что поставили, что не могло быть правдой, ведь он прекрасно видел, что последние два часа Чонгук изображал из себя течную омежку. Чонгук скрипел зубами. Окей, это дерьмо уже порядком злило. Последней каплей стал Хосок, который совершенно бесцеремонно облапал Тэхёна, оставив на нем кучу посторонних запахов, которые Чонгук, чувствовал, мать их, почти через всю комнату. — Ох, она выглядит так круто, — благоговейно рассказывал Хоби, пока Тэхён благосклонно ему улыбался. Так, что за хуйня тут творилась. Чонгук смял и выбросил стаканчик из-под кофе, который только успел допить, и решительно подошел к этим двоим. — Видишь метку? — чуть недовольно спросил он у друга. Хосок довольно кивнул. — Хорошо видишь? — Да ее из космоса без телескопа видно, — хохотнул Хоби. — Так какого, блядь, хрена ты лапаешь чужого омегу? — Чонгук раздраженно раздул ноздри, как почуявший угрозу бык. — Эу, — Хосок поднял руки вверх, отступая куда-то за спину Тэхёна, — я даже не думал. Не убивай меня. Что ты такой нервный-то. Так реагируешь остро. Ханель, что ли, залетел? Он заржал над собственной идиотской шуткой, а Чонгук вскипел уже по-настоящему. Наверное, он бы даже перешел грань и действительно кинулся на друга с кулаками, но тут Тэхён мягко коснулся ладонью его плеча. И этот простой жест внезапно успокоил. Он будто смахнул, словно надоедливую муху, раздражение и злость. Чонгук удивленно посмотрел на Тэхёна, а тот лишь загадочно улыбнулся. Что за дерьмо? Хосок тоже заметил эту стремительную перемену в настроении друга. — Вау, — он шокировано уставился на них обоих и даже приложил ладони к щекам. — Это что, мать ее, омежья магия? Теперь, когда вы стали парой, ты, Тэхёни, можешь по щелчку пальцев выключать этого цербера? — Я не цербер, — проворчал Чонгук и раздраженно повел плечами. Тэхён только погладил его в ответ и сделал движение ему навстречу. Это было не совсем близко, на какие-то несколько сантиметров. На самом деле они даже не касались друг друга. Но в эту секунду Чонгук чувствовал, что их связывали стальные канаты. Неужели это действительно так четко и остро ощущалась закрепленная связь? — Вау, — повторил Хосок, все еще будто не веря своим глазам. И он сейчас полностью выражал эмоции Гука этим емким словом. В груди поселилось глубокое чувство уверенности. Теперь, когда Чонгук по-настоящему почувствовал эту связь, он действительно успокоился и понял, что Тэхён никуда не денется. И это было просто «Вау».