Попаданец который не в курсе

А затем мы аппарировали со свадьбы. И после некоторых приключения оказались в доме на Гриммо, 12. Мы, это я, Рон и Гермиона. Точнее аппарировала Гермиона и утащила нас собой. И было непонятно, как у неё это получилось. Обычно, можно аппарировать с кем-то одним. А тут сразу с двумя. На адреналине, что ли? Не знаю. Знаю, что это было к лучшему. Почему? Да потому, что я готов был начал убивать незваных гостей, появившихся буквально перед нашим убытием. И если бы я начал, то у Уизли точно были бы большие неприятности. А так, глядишь, пронесет. И их, неприятностей, будут немного поменьше. Ну, что вам сказать насчет дома? Дом выглядел… пустым. Точнее обнесенным. Кто-то здорово порылся в шкафах, сервантах, комодах и ящиках столов. Кухонных и письменных. Причем, не очень давно. — Как так-то, — думал я разгуливаю по дому и заглядывая во все комнаты, — что это за херня получается? Если этот дом мне оставили в наследство, то где всё? Кто этот ворюга, который всё повытаскивал? Интересно, кто-нибудь может ответить мне на этот вопрос? — Кричер, — подсказала мне Гермиона. — Я, что в слух это спросил? — Ага, — кивнула она. — Ну, что ж, давай спросим у Кричера. Я, правда, понятия не имел, кто это, но раз Гермиона подсказывает, то воспользуемся ее подсказкой. — Кричер! — позвал я и передо мной появилось…существо. Судя по его виду, очень старое. Ростом оно было по пояс взрослому человеку. А еще у него были тонкие ручки и ножки, серая кожа, акульи зубы. И уши как у магистра Йоды и длинный нос. Как у Буратино или Сирано де Бержерака. А его одеждой была грязная, засаленная наволочка. — Так, вот ты какой, северный олень по имени Кричер, — я опустился перед существом на корточки. — Кричер, не северный олень, а домовой эльф древнейшего и благороднейшего семейства Блэк, — оскорбился Кричер. — Целый домовой эльф? Ух, ты. Как же я сразу не понял? — меня, откровенно говоря, так и подмывало пошутить. Уж слишком потешно выглядел старый домовик. Но, не ко времени это было. — Ладно, Кричер. Шутки в сторону. Скажи-ка мне лучше вот, что. Ты случайно не знаешь, кто помог дому приобрести свой нынешний вид? — Кричер знает. Это был Мундунгус Флетчер. — А почему ты ему не помешал? — Кричеру никто не приказывал. — Вот оно значит как. А, вот, скажи-ка мне, Кричер. Если я попрошу тебя найти этого самого Флетчера и доставить его сюда, для вдумчивой беседы, то сможешь ли ты это? Тут Кричер ухмыльнулся. А я внутренне поёжился. Блин! Чуваки. Вы наверняка видели в каком-нибудь голливудском мультике как улыбается голодная акула? Так вот, тоже самое. В общем, он ухмыльнулся и сказал, что может. Но будет лучше и быстрее, если ему помогут. И попросил позвать ему в помощь еще одного домовика по имени Добби. Добби был старым знакомым Поттера. Была там своя история, когда Гарри пару лет назад его освободил. Он до этого был в услужении у каких-то Малфоев. А после освобождения он объявил себя свободным домовиком. Вот, только, свобода эта оказалась свободой выбора. В том смысле, что он сам смог выбрать к кому себя магически привязать и кого считать своим хозяином. Так, что, теперь его хозяином оказался Поттер. Правда сам Гарри был об этом ни слуху, ни духу. Но, тем не менее, так оно все и было. Почему, так? Да потому что домовики оказались симбионтами. И без привязки к хозяину или или волшебному дому они долго существовать не могли. Например, Кричер, был привязан к дому Блэков, а Добби привязался к Поттеру. Так они были… если подбирать по смыслу, то запрограммированы. Так, что, в моем… распоряжении, наверное, потому что владельцем я себя не чувствовал, оказались сразу два домовика. И, пока они занимались поисками Флетчера, я вплотную занялся освоением Фиделиуса. Заклинания Доверия. В чём мне активно помогала Гермиона. А, вот, Рона это не заинтересовало. По моему, его вообще мало что интересовало. Он, только и делал, что бурчал всячески выражая свое недовольство. Впрочем, меня его недовольство пока не трогало. Как говорится: «Собака лает, караван идет». Мне только было непонятно, что такого нашла в нем Гермиона. Или, тут дело было как в той поговорке, про любовь и козла. В данном случае, Рона Уизли. Кто ж его знает? Мне было все равно. У меня, вообще, был план. Состоящий всего из двух пунктов. Пункт первый: завалить или каким-то образом нейтрализовать Волдика. И, пункт второй: свалить из магического мира. Британского. Не нравилось мне тут и хоть ты застрелись. А как я собрался действовать? Как партизан. То есть собрать информацию, потом выскочить, пошуметь, завалить кого-нибудь или что-нибудь разрушить, и обратно, на базу. А дом на Гриммо мог стать такой базой. Поэтому нужен был новый Фиделиус. А то слишком много человек знали об этом доме. Поэтому я налег на учебу. Кстати, само по себе, это заклинание не было заклинанием, как таковым. Это был целый комплекс заклинаний. А почему только немногие были способны его… исполнить, наверное? Не знаю как сказать. Скорее всего тут сыграла роль инерция мышления. Раз сказано, что только великому магу оно под силу, то значит так оно и есть. И нечего даже пытаться. А у меня не было выбора. Вот я его и изучал. Ну не только его, конечно. Тот же Патронус, например. Помните серебристую рысь на свадьбе? Вот это он и был. Ну и некоторые другие заклинания тоже. Не хочу хвастать, но в конечном итоге у меня получилось. Не с первого раза. И не со второго. И магическое истощение заработать довелось. Но, получилось. В итоге. А еще у меня появилась мысль. И натолкнула меня на нее Гермиона. Когда она сказала, что любое заклинание можно выразить с помощью формул и записать рунами, я вспомнил про такую вещь, как атрефакторика. И ведь читал же про это в фэнтези. Но сразу не вспомнилось. Вот я и загорелся создать артефакт накладывающий Фиделиус. И снова Гермиона мне помогла. С теоретической частью. А вот практическая часть вся была на мне. Не буду утомлять подробностями, скажу только, что такой артефакт у меня получился. Впрочем, все это случилось потом. Через некоторое время. А сейчас, я как проклятый тренировался накладывать Фиделиус. А денька через три домовики приволокли Флетчера. — Ну, чё надо? — попробовал сходу наехать на меня Флетчер. — Чё я такого сделал? Натравили на меня этих чёртовых домовых эльфов, чё вам надо-то, чё я сделал-то, пустите, пустите, а то… — Пасть захлопни, — сказал я ему. — Ты на хрена отсюда вещи потырил, убогий? — Да Сириусу это барахло было сроду не надо… И только он это произнес раздался топоток, блеснула начищенная медь и Флетчер взвизгнул от боли. Это Кричер налетел на Мундунгуса и ударил его сковородкой по голове. — Уберите его, уберите, его ж запереть надо! — заорал Мундунгус, съёжившись при виде вновь поднятой сковородки с толстым дном. — Стой, Кричер! Подожди. Ты зачем портишь такую чудесную сковородку об эту тупую голову. Еще погнешь, не дай бог. Отнеси-ка сковородку на место и принеси-ка мне… молоток. — Но Кричер не знает, что такое молоток, хозяин Гарри. — Да? Странно. Вещь в доме очень-очень нужная. Ладно, раз ты не знаешь, то то давай я тебе и Добби объясню, что это такое. Не знаю откуда, но через несколько минут эльфы притащили штук пять или шесть молотков. Я, демонстративно взвесил каждый из них в руке, взял самый тяжелый и, обратился к Флетчеру. — Видишь ли, Дунг, тут маленькая неувязочка вышла. Сириус-то погиб. А после его смерти все его имущество, по завещанию, перешло к новому владельцу. То есть ко мне. И ты, получается воровал не у Сириуса а у меня. Говори, сука, куда ты все подевал? — последнюю фразу я проорал и стукнул молотком по полу. Рядом с его ногой. В общем, Флетчер обгадился. Вот уж не думал я, что он окажется таким трусом. Но, как говорится: «Что выросло, то выросло». Рассказал он нам все. А потом я вынудил его отдать все имеющиеся у него деньги. Только сначала на фунты поменять. У волшебников были свои деньги. Кстати, наворовал он за свою жизнь, не так уж и много. Хватило бы только на год-другой безбедной жизни. Ну, а напоследок его лишили памяти и выбросили на какую-то свалку, со сломанными руками. И, после его рассказа, у меня появилась задача. Дело в том, что среди вещей Поттера был один интересный медальон. Который они с покойным Дамблдором извлекли из какой-то пещеры. Дамби думал, что там находится один из хоркруксов. И он там таки находился. До тех пор пока его не украл какой-то Р.А.Б. и не заменил подделкой. Здесь же, в доме Блэков, выяснилось, что Р.А.Б. это Регулус Блэк. Младший брат Сириуса. И, что Кричер принимал в этой подмене непосредственное участие. А, потом настоящий медальон был украден уже у Кричера. Флетчером. И сейчас он находится, скорее всего у Долорес Амбридж. Второй помощницы Министра магии. Вот и нужно было его у нее забрать. Для того, чтобы понять, что хоркруксы из себя представляют. И можно ли как-то определить является ли вещь действительно хоркруксом. А подменку я отдал Кричеру. Как память о его любимом хозяине Регулусе. Так, что чуть больше, чем через месяц, я отправился в Министерство за медальоном. Ребята, разумеется, настаивали на том, чтобы пойти со мной, но тут уж я, что называется, рогом упёрся. И отправился один. Вы можете спросить, а почему нельзя было поручить это дело домовикам? Да потому что в данном случае начинала действовать… как правильно сказать-то? не знаю. Парадокс, наверное. Ну, вот смотрите сами. О домовиках волшебники знали давно. И о том, что эти проныры могут пробраться куда угодно, тоже. Поэтому, разработали защиту объектов от их проникновения. Но, если на этот объект проникал волшебник, то никакая защита уже не работала. Иными словами, мне нужно было самому попасть в Министерство, а уже затем позвать Добби или Кричера. Или, вот, еще один… парадокс. Есть заклинание Адского пламени. Финдфайр. Этот, с позволения сказать, огонёк, был в некоторой степени разумным. Ну, как хищник, наверное. И, нужно было уметь его укрощать. Вот, только, укротителей таких среди волшебников было очень мало. Потому что, во-первых, нужно было иметь немалую магическую силу. И, во-вторых, силу воли или что-то еще, позволяющую сбрасывать воздействие Империо. А Империо, это было заклинание Подчинения. Страшная штука, скажу я вам. Человек, на которого оно накладывалось, мог сделать все: убить, украсть, изнасиловать, перерезать себе глотку и так далее. Все, что был способен придумать накладывающий. В общем, не буду утомлять подробностями. Скажу, только, что один раз я Финдфайр испробовал. И решил, что это будет оружием последнего шанса. В Министерство я отправился ближе к концу рабочего дня. Не буду уточнять, как и под чьим видом мне удалось проникнуть в Министерство. Скажу только, что пришлось использовать Оборотное зелье. Ну, а дальше было дело техники. Я, надел мантию-невидимку. Проник в кабинет Амбридж. К счастью её самой в это момент в кабинете не было. Потом вызвал Добби и мы стали её ждать. Ну, а когда она появилась, то Добби саму Амбридж усыпил и сделал невидимой. И мы засунули её под стол. Пусть поищут. А затем аппарировали в дом на Гриммо. Ну, что вам сказать? Медальон таки оказался хоркруксом. Во-первых, это подтвердил Кричер. А во-вторых, оказывал он какое-то ментальное воздействие на того, кто его надевал на себя. Но, об этом, о воздействии, мы узнали позже. А пока мы решили отправиться в «турпоход». Это я так его назвал. Дело в том, что обстановка в доме постепенно становилась взрывоопасной. Из-за нашего «лучшего друга» Рона. Так, что смена обстановки могла предотвратить назревающий скандал. Вот, ведь, заноза в заднице. Это я про Рона. Как я уже говорил, он постоянно бурчал и выражал недовольство. И, если мы с Гермионой, частенько засиживались в библиотеке, изыскивая способы поиска и уничтожения хоркруксов. Ну, и другими делами занимались. Магия-то оказалась штукой увлекательной. В общем, были заняты. То, вот, Рон делать ничего не хотел и с каждым днем все больше, и больше превращался в «бомбу замедленного действия». Так, что смена обстановки, была тем, что «доктор прописал». Знаете, если бы не Гермиона, то я давно бы отправил Рона куда подальше. Девочка оказалась умной, Много знающей. А уж аналитика и планирование, это, как говорится, было её всё. Характер у неё, конечно, был не «сахарный». И, порой, она бывала просто невыносимой. Но, скажите мне, а у кого нет недостатков? Во всяком случае, она могла выслушать аргументы и признать собственную неправоту. А это уже дорогого стоило. И, что она нашла в Роне, мне лично было непонятно. Или тут, действительно действовал принцип, что, мол, любовь зла, полюбишь и… Рона Уизли. Не знаю. Так, что потихоньку мы с ней все больше и больше «притирались» друг к другу. Пока еще без всякой романтики. Просто, как друзья. И, я все больше, больше понимал, что Рон, в нашем трио просто лишняя деталь. И, что пора трио превратиться в дуэт. Но, как же можно это было сделать? Вот, тут-то у меня и возникла мысль, что наш «турпоход» может этому поспособствовать. А натолкнула меня на неё «Песня про друга» В. Высоцкого. Процитирую вам те куплеты из песни, которые меня на нее натолкнули. …Если друг оказался вдруг и не друг и не враг, а так. Если сразу не разберешь плох он или хорош. Парня в горы тяни, рискни, не бросай одного его Пусть он в связке одной с тобой, — там поймешь кто такой. Если парень в горах не «Ах», если сразу раскис и вниз, Шаг ступил на ледник и сник, оступился и в крик. Значит рядом с тобой чужой, ты его не брани, — гони Вверх таких не берут и тут, про таких не поют… Не знаю. Может это была и не лучшая идея, но в тот момент мне в голову ничего больше не пришло. Вот и отправились мы… в «турпоход».