Чужой близкий

      — Постой, постой, — успокаивал обеспокоенного друга озадаченный Тор, — отдышись. И скажи сразу, это срочно?       На секунду застыв, Корг последовал совету громовержца, а затем в ответ утвердительно кивнул и начал рассказывать — бегло и всё с тем же волнением, с каким он пришёл. Тор слушал, не перебивая, и лицо его постепенно каменело, становясь похожим на суровую маску. Когда Корг закончил, громовержец лишь отрывисто бросил:       — Понял. Ждите на месте. Скоро буду.       Дверь закрылась с мягким щелчком. Лежащий в постели Локи, уже одетый, но ещё пропитанный ленью и теплом недавней близости, потянулся. Увидев выражение лица Тора, вернувшегося в спальню — собранное, отстранённое, — мгновенно встрепенулся, приподнявшись на локте:       — Что случилось?       — На побережье… беда, — Тор избегал его глаз, будто стыдясь своего желания коснуться сейчас этой растрепанной нежности. — Мне надо идти.       Локи нахмурился, откинул покрывало, и, поправив на себе одежду, решительно вскочил с постели, встал рядом с громовержцем:       — Я пойду с тобой, — твёрдо сказал он, глядя ему прямо в лицо.       Тот немного поколебался. Стоит ли Локи идти с ним? Корг говорил путано, и поэтому пока не совсем ясно, насколько опасная возникла ситуация. Локи в свою очередь не отступал, и в его взгляде читалось явное намерение. Искоса взглянув на него, такого собранного, как и он сам, Тор стиснул зубы. Проклятье. Ему так хотелось просто прижать к себе Локи, провести ладонью по его чуть взмокшим волосам, сжать в своих объятиях, а затем целовать, целовать нежно, целовать страстно… Но нет. Не сейчас.       — Всё в порядке? — тихо и аккуратно спросил он, когда они покидали дом.       — Всё просто чудесно, — буркнул Локи, слегка поведя плечами.       Тор не стал углубляться в разговор. Он тихо вздохнул, обманчиво чувствуя, что, возможно, причина недовольства Локи кроется в нём самом, отчего-то не решаясь даже предположить, что трикстер раздосадован из-за того же, что и он.       Они шли к берегу залива в молчании. Беспощадно яркое солнце пекло их непокрытые головы, капли пота стекали по вискам. Зной превращал воздух в зыбкое марево, и горизонт, словно акварель, разбавленная водой, размывался перед глазами и терял свою чёткость.       Локи в раздражении хмурил брови. Пусть громовержец не горел желанием брать его с собой, оставаться в одиночестве трикстеру попросту было обидно. Только стоило ему начать обнажать свою чувственную сторону, открывать её и для себя, и для Тора, как вдруг это… Однако так даже лучше, — чуть погодя подумал он, жмурясь из-за яркого света. Стоило немного пройтись и остыть.       Осмысливать то, что только что произошло, было странно: его терзало смущение, смешанное с удовлетворением, а сладкая усталость после недавней разрядки мешала сосредоточиться на деле. И приятные, полные неги мысли о том, как хорошо было бы снова оказаться в постели с Тором, поначалу наполнявшие его голову, ощущались теперь если не дико, то тоже очень странно. Локи вздохнул. Бросая на громовержца короткие, будто нерешительные взгляды, он со скрипом признал, что хотел сейчас просто лежать рядом с ним, наслаждаясь теплом и близостью, а не идти непонятно куда и зачем, обгорая на солнце.       — И что тут особенного? — его голос, тихий и колючий, разорвал тишину, после того как Тор пересказал слова Корга. — Рыбы гибнут. Бывает.       — Но это не рыбы… — Тор оборвал себя и замер, будто наткнувшись на невидимую стену.       Локи метнул на него взгляд — и сам остолбенел. Картина, открывшаяся с холма, вышибла дыхание.       Живые белухи, дельфины и касатки усеивали береговую линию. Их белые, серые и чёрные тела, обычно грациозные и полные жизни, теперь бились в агонии на песке среди камней. Асгардцы, собравшиеся на берегу, суетились, пытаясь спасти животных. Они поливали китов водой из вёдер, пытались столкнуть их обратно в море, и у некоторых это даже получалось. Другие жители, среди которых был Корг, сжимая в руках орудия и сети, стоя по грудь в воде, старались создать импровизированные барьеры, чтобы предотвратить дальнейшее выбрасывание на берег.       Над всем этим хаосом висел оглушительный крик. Вороны, чайки и другие морские птицы кружили в небе. Их пронзительные вопли сливались в какофонию, которая, казалось, пронизывала сам воздух, смешиваясь с тревожно громкими голосами асгардцев.       Локи, наблюдая за этим, нервно сглотнул. В груди неприятно заныло и всё сжалось внутри от странного холода. Он не мог оторвать глаз от конвульсивно содрогающейся гигантской касатки, выброшенной на берег, как ненужный хлам.       — Что здесь произошло?.. — выдохнул он, и голос его чуть дрогнул.       — Не знаю, — резко сказала подошедшая Валькирия. Её руки и одежда были мокрые от морской воды, — но это нехороший знак.       Внезапно, словно по невидимому сигналу, птицы, парившие над берегом, с оглушительным криком ринулись к Локи. Как единое тёмное облако, они, стремительно преодолев небольшое расстояние, в одно мгновение окружили его плотным роем. Острые клювы, когти, хлесткие удары крыльев — всё обрушилось разом, ослепляя и душа перьями. Локи вскинул руки, защищая лицо.       — Проклятье! Отстаньте! — выкрикнул он сквозь зубы.       Вдруг раздался оглушительный треск, и всё прекратилось. Локи открыл глаза, опустил руки и интуитивно дёрнул головой в сторону стоявшего неподалёку Тора. Короткие раскаты грома всё ещё слышались, а воздух вокруг громовержца был наэлектризован до предела. Локи понял, что произошло: это Тор мгновение назад обрушил удар молнии прямо в небо над ними, и птицы, испуганно закричав, рассеялись, рванув в разные стороны от источника нестерпимого света и звука. Рука громовержца всё ещё была поднята. В глазах его отражался не гнев, а холодная, сокрушительная ярость. Молнии потухли в кулаке, но статическое напряжение всё ещё вибрировало вокруг него.       Локи встретил его взгляд, и в его зеленых глазах мелькнула благодарность. Сам он сдержал себя от применения силы: то лишь птицы, а не беспощадные враги.       — Что это было? — голос Тора был низким, как гул подземного толчка. Он шагнул к Локи, и его рука легла на плечо мага — тяжёлая, защищающая, своя.       — Нехороший знак, — Локи не удержался от едкой иронии, стряхивая перья с рукава, но напряжение, скопившееся внутри, выдало его дрожью. Он почувствовал, как пальцы Тора слегка сжали его плечо, и скованность постепенно стала уходить из тела.       Тор убедился, что с трикстером всё в порядке, а затем повернулся к Валькирии и высказал своё желание помочь, присоединившись к остальным асгардцам. Та согласно закивала: сейчас любые руки и головы будут полезными, особенно толковые.       — Да, ты нам понадобишься, — ответила она ему, а затем с надеждой в голосе обратилась к Локи: — Сможешь создать барьер? Такой, чтобы не вредил животным и людям, но настолько большой, чтобы на всё наше побережье?       Локи отвел взгляд от Тора, оценивая масштаб бедствия. Вдали, на синей глади, темнели новые спины, плывущие к гибели. Он почувствовал слабое, тревожное покалывание под кожей, беспокойно дёрнул щекой и повёл головой. Да уж… Действительно, сможет ли?       — Дай мне минуту, — произнёс он, и его голос стал тихим, почти шёпотом. Он протянул руки вперёд и прикрыл глаза, сосредотачиваясь и собирая воедино всю свою магическую силу.

***

      Изнурённые работой, Тор и Локи вернулись в дом. Несмотря на все усилия, асгардцам удалось лишь частично помочь животным, и теперь они ждали подкрепления из районного центра. Тяжесть беспомощности давила на них.       Пройдя немного вперёд, по направлению к спальне, Локи внезапно вскрикнул, припав на одну ногу. Его лицо исказилось будто от боли.       — Что с тобой?! — воскликнул Тор, бросившись к магу.       Схватившись за бок, Локи пытался сдержать стон. Глаза его расширились. Локи испугался, что барьер, над созданием которого он так старался, исчез, но вскоре осознал, что произошло на самом деле. Он опустил голову, поднял руку, материализовав сферу.       — Чёрт возьми, — тут же зашипел Локи и затряс обожжённой рукой, бросая металлический шар. Тот, неожиданно горячий, с тяжёлым и глухим стуком приземлился на пол. Под артефактом тут же проявился тёмный, дымящийся след. Руны, выгравированные на его поверхности, вспыхнули опасным, еле заметным алым светом.       Тор переводил непонимающий взгляд с трясущего ладонью Локи на мерцающую сферу и обратно. Маг, стоявший чуть поодаль, отвернулся, словно не желая видеть происходящее, и молчал. Его молчание было странным и напряжённым. Спрашивать Тор ничего не стал. Пару секунд он просто стоял, смотря на сферу. Быстро размышляя, громовержец сложил все непонятные события этого дня в единую картинку, а затем тяжело выдохнул:       — Нужен Беннер.

***

      Тор позвонил Брюсу, стараясь говорить быстро и по делу. Он вкратце описал ситуацию со сферой, упомянув и о произошедшем инциденте на море. Закончив, он повернулся к Локи, стоящему в отдалении.       В горле у Тора пересохло. Его терзало запоздалое осознание: почему он не позвонил Беннеру раньше? Ведь это было таким очевидным решением! Одинсон не мог найти разумного объяснения тому, почему так долго тянул. Тем не менее, он осознавал, что это был просто страх. Тор боялся, что если расскажет о Локи Мстителям, то его снова отнимут у него, заберут на изучение, или ещё что похуже придумают… Он хмыкнул, чувствуя, как всё это было глупо. Теперь ему казалось невероятным, что прошлые страхи сумели затмить его здравый смысл.       Взгляд Тора упал на Локи, и он мысленно вернулся к их разговору. До звонка Беннеру, тот неохотно поделился тем, как проявила себя сфера несколько часов назад.       — И почему ты не сказал мне об этом сразу?! — вырвалось у Тора, что был не в силах сдержать упрёк.       — Не хотелось портить атмосферу, — иронично ухмыльнулся Локи.       Тор вздохнул, явно не совсем понимая, о чём идёт речь, а Локи молчал, кусая щёки изнутри. И как он мог сказать об этом Тору? Допустим, рассказал бы, и что дальше? Тогда этот неприятный разговор состоялся бы прямо в тот миг, когда Локи так сильно хотел иного. Трикстер взглянул на Тора. Сглотнул, и понял, что всё так же сильно, как и прежде, хочет его.       — Прости, — выдохнул Локи, — да, это было безответственно с моей стороны. Но, вспомни, — он усмехнулся, склонив голову набок, — в тот момент мы были заняты кое-чем другим. Так что…       На лице Тора сначала отразилось замешательство, а затем медленно проступило розоватым цветом осознание.       — Ладно, — смягчился он, — будем действовать теперь по обстоятельствам.       Подойдя к неловко улыбающемуся трикстеру, Тор притянул его к себе ближе. Его рука легла на талию Локи, и нежный поцелуй коснулся виска. Локи невольно прижался к нему, потянувшись вслед за такой долгожданной лаской.       — Главное, что ты в порядке, — прошептал Тор, и эти слова, простые и искренние, отозвались теплом в душе трикстера.       Локи хотел было поцеловать Тора в ответ, его губы уже почти коснулись его, но краем глаза он заметил что-то странное за окном. Он повернул голову, прищурился, пытаясь понять, что происходит. И обомлел.       На Новый Асгард, погруженный в вечерние сумерки, обрушился снегопад. Огромные, пушистые хлопья кружились в бешеном вальсе, засыпая крыши, луга, деревья. Летний пейзаж за несколько часов превратился в зимнюю сказку. К утру, когда прибыл Брюс, город утонул в белизне.       — Что у вас за аномалия в городе? — растирая замёрзшие руки, вымолвил удивлённо Брюс, встретившись с Валькирией в мэрии. — Какой-то… катаклизм просто.       — Ты хотел сказать: «полный трындец»? — усмехнувшись, по-дружески поддела его Валькирия.       Давние приятели коротко обнялись и принялись обсуждать дела. Правительница мгновенно сделалась серьёзной, стоило им заговорить о произошедшем в городе. Вскоре появились Тор с Локи и Корг, подключившись к разговору.       — Эм… понятно, что пока ничего не понятно, — проговорил Брюс. — Думаете, эта ваша загадочная сфера связана с катаклизмами? Могу ли я посмотреть на неё?       — Да, только, — промолвил Тор, — учти, что её не стоит брать голыми руками. Она просто как раскалённое железо. Мы её поместили в кастрюлю, — на удивление Брюса он в ответ пожал плечами: — Ну, что нашли, то нашли.       Тем временем трикстер изучал Беннера со скрытым любопытством. В очках, облачённый в обычный костюм, он казался совершенно безобидным. Однако Локи помнил, в каком облике он увидел учёного впервые. Халк, разумеется, был устрашающим. А этот человек не внушал как страха, так и доверия. Но, раз Тор ему верит и говорит, что тот обязательно со всем разберётся…       Беннер кивнул Тору, а затем обратился к Валькирии:       — Есть ли в вашем городе тихое место, где я мог бы спокойно поработать? Мне нужно уединение, чтобы изучить эту штуку.       Валькирия, недолго думая, предложила ему гостевой дом, где когда-то поселился (пусть и не по своей воле) Локи. Брюс, поблагодарив её, отправился обустраиваться. Едва он начал выкладывать свои вещи из чемодана, как в комнату вошёл Тор. В руках, на которых красовались нелепые кухонные рукавицы, он нес тяжёлый чугунный казан со сферой внутри. К удивлению всех, она уже не была горячей. Брюс внимательно осмотрел артефакт и заявил, что ему потребуется от нескольких часов до пары дней для детального анализа.       Время потянулось ужасно медленно. Тор не мог спокойно сидеть сложа руки. Берег, что недавно был усеян трепыхающимися телами китов, спустя день практически опустел благодаря спасателям и волонтёрам. Помощь громовержца уже не требовалась, и потому он не мог больше думать ни о чём, кроме как о сфере и Локи. От волнения его руки слегка подрагивали, а лицо хмурилось. Что будет дальше? А вдруг сфера активировалась не просто так? И Локи внезапно покинет его совсем скоро?       Прошло ещё полдня в тягостных мыслях. Тор, взяв с собой Локи, зашёл к Беннеру. Постучал, перешагнул порог и обвёл взглядом комнату.       Номер учёного превратился в подобие полевой лаборатории. Всё поверхности занимали портативные инструменты: сканеры, анализаторы, какие-то миниатюрные генераторы и прочие предметы, названия которых было не угадать с первого взгляда. Сфера нашлась подключённой к прибору, что записывал данные в виде сложных графиков и диаграмм. Беннер, склонившись над столом, тщательно фиксировал все показания в своём ноутбуке, то и дело бормоча что-то себе под нос.       Не отрываясь от своих исследований, он поприветствовал прибывших асгардцев и, с энтузиазмом в голосе, принялся делиться открытиями:       — О, вы как раз вовремя. Очень хорошо, потому что у меня уже есть, что вам рассказать. Я подверг сферу воздействию гамма-излучения, затем, с помощью лазерного микроскопа, тщательно изучил поверхность на наличие мельчайших дефектов или отклонений, но не нашёл ничего выдающегося… Однако вот, взгляните!       — На что? — не понял Тор.       Беннер указал пальцем на прибор, к которому была подключена сфера с помощью датчиков:       — Это магнитометр, — спокойно начал объяснять Брюс, — он способен выявлять даже самые незначительные изменения в магнитном поле… И, — не удержавшись, учёный поражённо выпалил: — Вы только посмотрите на показатели! Я никогда не видел ничего подобного. Это… просто фантастика!       Тор, как и Локи, не разделял восторга учёного.       — А если поподробнее? — спросил он, приблизившись к столу.       Брюс повернулся к асгардцу:       — Ты не поверишь. Сканирование сферы показало, что у нее невероятно сильное магнитное поле. Просто запредельное.       — Магнитное поле?       — Именно. Все вещества и материалы обладают магнитными свойствами на атомном уровне, но только некоторые из них проявляют их в макроскопическом масштабе и могут иметь магнитное поле, — Беннер, снова уставившись на прибор, ахнул. — Тут же оно… просто… несоразмерное! Нет, ну… Да чтобы такая кроха излучала столько энергии?!       — И что это значит в данном случае? — вскинув бровь, Локи приблизился, чтобы разглядеть показатели магнитометра, но, к сожалению мага, они были малоинформативны без расшифровки. Он хмыкнул: — Это магический артефакт, конечно, у него будет энергии побольше, чем у простой ручки для письма.       Беннер обернулся на звук его голоса, немного стушевавшись:       — Ещё не разобрался, но… Я предполагаю, что для её активации, скорее всего, нужен был очень мощный источник энергии. Что-то, что могло бы преодолеть ее внутреннее сопротивление и запустить механизм перемещения, — он почесал затылок. — Как ты её активировал?       — С помощью своей силы, разумеется, — коротко дёрнул уголком губ Локи, — она послужила катализатором. Это было заклинание.       Брюс оглядел мага с головы до ног:       — Возможно. Но даже твоя магия, Локи, не сравнится с тем, что я вижу здесь. Это что-то… другое.       Локи промолчал, приказав заткнуться задетому самолюбию. Он обдумывал слова Брюса и вспоминал момент, когда впервые коснулся сферы. Было ли в нём что-то подозрительное? То, что не заметно глазу, но вполне возможно уловить подсознанию?       — Ну ладно, предположим. Но как она, по-твоему, связана с происходящим? — произнёс он, глядя на сферу.       Глаза Беннера снова засветились энтузиазмом, какой зачастую бывает у людей науки или творчества. Тор позвонил Валькирии, и та тут же пришла вместе с Коргом. Когда все собрались, Брюс, поправив очки и слегка кашлянув, начал объяснять:       — Хорошо. Давайте на время забудем, что сфера — магический артефакт, и представим её как сложный механизм, который мы пока не до конца понимаем. Если взглянуть на это с научной точки зрения, можно предположить, что сфера, обладая мощным магнитным полем, взаимодействует с магнитным полем Земли. Как раз это взаимодействие может вызывать различные локальные аномалии.       — Птицы, — встрял Корг. — Чайки странно вели себя. Особенно перед бурей. Та очень долго не унималась.       — А совсем недавно они набросились на Локи, — кивнул Тор.       — А ещё эта невыносимая жара, — поддержала Валькирия, — Мы же не в пустыне, чтобы так пекло.       Брюс, увлекаясь, продолжил:       — Да. Сильное магнитное поле этого артефакта, вероятно, искажает верхний слой атмосферы, что, в свою очередь, может влиять на распространение радиоволн. Так же, судя по полученным данным, сфера способна генерировать мощные электромагнитные импульсы, которые, взаимодействуя с атмосферой, могут вызывать локальные изменения температуры и влажности, приводя к кратковременным, но интенсивным погодным явлениям, таким как грозы или, вот, снегопад летом. А что касается жары, то… Возможно, она возникла из-за того, что сфера создала условия для усиленного солнечного нагрева, изменяя распределение тепла в атмосфере.       — Короче, — устало выдохнула Валькирия. — Но причём здесь животные?       — Ну… Многие животные, включая птиц и китов, используют магнитное поле Земли для навигации, — поправив очки, смущённо продолжил Брюс, — сфера, искажая это поле, может дезориентировать существ, обладающих такой способностью, и привлекать их в определенную область. То есть сюда, в Асгард. Это, конечно, нельзя интерпретировать как прямой призыв, скорее, манипуляция инстинктами…       — А нельзя от неё просто избавиться? — нетерпеливо перебила его Валькирия, — уничтожить, например?       Локи, сложив руки на груди, кинул на неё взгляд исподлобья:       — Думаешь, я тебе это позволю?       — Ты забываешься, — процедила Валькирия, понизив голос, — Лакей.       Они схлестнулись взглядами, как мечами в нешуточном сражении. Тор тут же вклинился между ними и отодвинул их друг от друга мощными плечами. Брюс хотел было продолжить дальше рассуждать, но осекся из-за нарастающего напряжения. Задумчиво приложив руку к подбородку и откинувшись на спинку стула, он немного помолчал, а после, подняв руки в примирительном жесте, аккуратно предложил компромиссное решение:       — Давайте так. Для начала её необходимо как следует изучить. Любая энергия просто так никуда не девается и не исчезает, особенно настолько мощная, и потому уничтожением сферы проблему в одночасье вряд ли можно решить. Но пока для неё у меня есть специальный контейнер. Он надёжный, как раз подходит для хранения подобных штуковин.       — Мы не можем знать наверняка, что последует за её уничтожением, — согласно закивал Тор, повернувшись к Валькирии, — и если с ней получится как с эфиром, то проблем будет куда больше, чем ты можешь себе вообразить.       — Да уж. И как тогда теперь это всё остановить? — ворчала Валькирия, разводя руками. — У нас тут, между прочим, скоро будет целый зоопарк. И тотальный неурожай.       Беннер нахмурился:       — Хм. Чтобы это выяснить, как я уже сказал, мне нужно более детально изучить сферу. Однако на это потребуется ещё время.       Валькирия, вздохнув, согласно кивнула.

***

      К счастью асгардцев, выбрасывание морских обитателей на берег прекратилось. Беннер, сосредоточенно наблюдая за показателями приборов, лишь выдвигал предположения, почему всё так внезапно закончилось, но не мог дать однозначного ответа на все вопросы Валькирии и Локи. По его словам, магнитное поле сферы являлось неустойчивым, и в данный момент не было настолько сильным. Практически не выходя из своего гостиничного номера, Брюс сосредоточенно занимался только ею.       Снег всё так же падал, но уже медленно и тихо. Он укрывал город и его окрестности белоснежным одеялом, придавая привычным улицам и зданиям волшебный, таинственный вид. Одетый в пальто, Локи, стоя на заснеженной улице, машинально трогал пушистые хлопья, ловя их на ладонь. В последнее время он мог думать только о сфере, догадываясь, что яростная атака птиц на море была как-то связана с силой, заключенной в артефакте.       Эта сфера, «игрушка» целестиалов, как выразился Коллекционер, почему-то отправила его в этот мир. Локи не мог отделаться от ощущения, что все это было слишком… странным. Переживание грызло его изнутри. Как так вышло? Почему именно сейчас? И главное: неужели сфера просто случайно выбросила его сюда?       Обдумывая слова Беннера, Локи горько усмехнулся: сколько времени он потратил впустую, не предпринимая ни единой стоящей попытки вернуться домой. Все эти дни и месяцы, наполненные бессмысленными спорами и перебранками с Тором… Почему он так упрямо цеплялся за прошлое, вместо того, чтобы наслаждаться настоящим?       Локи теперь каждый день смотрел на громовержца, жадно ловя любое его слово, каждую улыбку, каждый звук его теплого, успокаивающего голоса. Но, в противоречии всем желаниям, внутри него разгоралось чувство отвращения к самому себе. Как он мог променять своих родных на этого человека? Неужели возвращение домой больше не имело для него никакого значения? Неужели цель его изменилась, и теперь он был готов оставить всё, что когда-то было ему дорого, ради мгновений, проведенных с Тором? Эти мысли терзали его, заставляя чувствовать себя предателем. Локи не мог понять, как его сердце могло так легко поддаться обаянию, когда умом он разрывался, уже не зная, чего хочет на самом деле.       Погружённый в эти мысли, Локи не заметил, как Тор бесшумно подкрался сзади. Мягким прикосновением шарф опустился ему на шею, а затем горячие руки обняли его со спины, заставив вздрогнуть.       — О чём думаешь? — шепнул Тор ему в волосы.       Локи посмотрел по сторонам, а затем, не увидев никого постороннего, слабо улыбнулся и прислонился головой к его плечу. Он слегка откинул волосы, немного отросшие за все эти месяцы, открывая лицо для взгляда громовержца.       — Я… волнуюсь, — признался он после недолгой паузы.       Тор понимающе кивнул, крепче обнял мага и прижался бородатой щекой к его виску.       — Ауч, — со смешком выдохнул Локи, изображая недовольство, — ты колючий.       — Что ж, тебе придётся привыкнуть, — ответил Тор с улыбкой и коснулся его губ.       — Надеюсь, у меня будет на это время, — пробормотал Локи еле слышно, закидывая голову и отвечая на поцелуй.       Ещё один день прошёл в напряжении и беспокойстве для каждого асгардца. Тор, ожидавший результаты исследования, как собственный приговор, старался не смотреть на Локи лишний раз, боясь разжечь в себе неконтролируемое и неуместное желание. Единственное, что радовало громовержца, так это то, что Локи начал пусть постепенно, но открыто отвечать ему взаимностью, робко раскрывая свои чувства. И, будто вторя магу, Тор думал о сфере, боясь, что она, проявившая себя так не вовремя, разлучит их.       На следующее утро, когда громовержец, замученный ожиданием, уже готов был ворваться к Беннеру и потребовать у него готовое решение проблемы, Брюс сам пришёл в дом к Тору:       — Ты не против, если Локи поучаствует в моём эксперименте? Есть у меня одна догадка насчёт сферы, но её нужно проверить.       Только Тор открыл рот, чтобы ответить отказом, как из тени спальни показался Локи:       — Я абсолютно не против, — с напускной жизнерадостностью ответил он учёному и встал близко к Тору, метнув на нёго прищуренный взгляд.       Растерянно моргая, Брюс молча смотрел на них пару секунд, а затем, в смущёнии чуть отвернувшись, сказал:       — Эм… Хорошо. Вот, что тебе нужно сделать…