Falling Through Time / Сквозь время

Глаза Наземникуса беспокойно метались между ними тремя. Гермионе стало дурно. Гораздо легче было думать, что он погиб вместе с Грозным Глазом, чем осознавать, что он на самом деле выжил и пережил битву, только чтобы лишиться руки. Она первой признала бы, что вносила изменения в хронологию событий, но всегда делала это с намерением не причинить вреда. И все же, вот они, плоды ее трудов — полусумасшедший человек, которого доставили в их убежище. Друг он или враг теперь, гадала она, наблюдая за этой сценой. — Почему ты не вернулся в Нору после той вылазки? — спросил Гарри, его слова вернули внимание Гермионы к настоящему моменту. Ее взгляд метнулся от отсутствующей руки к спокойному и собранному выражению лица Гарри. — А ты как думаешь? — резко ответил Наземникус, откидываясь на спинку стула. — Я ушел; Грозный Глаз — нет. Не очень хорошо, когда лев убит, а змея выживает. — Но это была не твоя вина, верно? — вмешался Рон, подавшись вперед над столом. — Я имею в виду… — он посмотрел на Гарри, затем на нее, — Если бы это была не твоя вина, у тебя не было бы причин избегать Ордена… Кто знает, может быть, они могли бы… Гермиона поняла, что он пытается сказать. Если бы он все-таки пришел в Нору, если бы появился перед остальными, это не выглядело бы как предательство. Возможно, они смогли бы как-то спасти его руку. — Мне так же хорошо быть призраком, — усмехнулся Флетчер, и все четыре ножки его стула с грохотом опустились на пол. — Враг не сможет тебя выследить, если будет думать, что ты мертв. Никто не затащит тебя на самоубийственные миссии с Орденом, если будут думать, что ты мертв. Я могу спокойно жить в трущобах Лондона, пока они не перебьют друг друга. — Значит, это все? Ты просто собираешься переждать войну и ничего не делать? — выпалила Гермиона, ее слова звучали горячо. — Дамблдор доверял тебе, поэтому он и принял тебя в Орден, и… — Дамблдор мертв, милочка, — перебил Наземникус, его голос был резким и быстрым. — Вы видели тело так же, как и я. Он мертв, и остаток Ордена тоже может быть мертв, судя по тому, как сейчас обстоят дела. На твоем месте я бы поступил так же. Инсценировал свою смерть и ушел бы куда подальше. — Значит, ты сделал это нарочно? — спросил Гарри, поднимаясь со стула, его рука сжалась в кулак. Он не двинулся в сторону Наземникуса, но Гермиона почувствовала, что у него внезапно возникло желание ударить его. — Ты думаешь, я отдал руку просто ради драматического эффекта? — огрызнулся Флетчер. — Нет. Я попытался аппарировать, и у меня не получилось. Я снова и снова пытался, и наконец мне это удалось, когда Грозный Глаз свалился с метлы. Когда я понял, что расщепился, то попытался вернуться, но не смог найти свою руку в темноте. После этого я сделал то же, что и всегда — увидел возможность и воспользовался ею. — Мы хотели спросить тебя кое о чем еще, что ты прихватил с собой, — произнес Гарри, бросив взгляд поверх головы Флетчера на домового эльфа, стоявшего за его стулом. Кикимер попытался улыбнуться, что, по мнению Гермионы, больше походило на зловещую гримасу, которой его научила Беллатриса. — Когда ты был здесь в последний раз, ты украл много старых вещей Сириуса… — Мы это уже обсуждали, парень… это было… — Среди прочего, ты взял медальон, серебряный, с буквой «S» из изумрудов, — продолжил Гарри. — Нам нужно знать, куда ты его дел или кому продал. Наземникус посмотрел на Гарри с таким выражением, что Гермиона едва узнала его. Последний месяц превратил этого обаятельного воришку, как его называли Фред и Джордж, в озлобленную тень былого. Он всегда был дружелюбен с Гарри, возможно, ему нравилось, что тот порой закрывал глаза на определенные сделки Блэка. Но этот человек исчез, и Гермиона не знала, чего ожидать. — Я продаю много безделушек, парень, не жди, что я все их помню. Гарри снова посмотрел на Кикимера, который сделал шаг в сторону камина и подставки для кочерги. Гермиона бросилась вперед, ее взгляд был прикован к Гарри, а рука потянулась, чтобы коснуться его. — Гарри, нет… Наземникус тоже заметил эту перемену в их поведении; и внезапно озлобленность, казалось, дала трещину, обнажив инстинкт самосохранения. Отражение кочерги засияло в его глазах. — К счастью для вас, я помню эту безделушку, — быстро проговорил он, выплевывая слова одно за другим. — «S» была сделана из изумрудов, верно, цепочка и подвеска без следов окисления? Кикимер обернулся, оказавшись спиной к кочерге и камину. — У кого он сейчас? — У этой жабы, которая работает в Министерстве, — ответил Флетчер, его лицо исказилось от отвращения при воспоминании. — Знаешь, та, которая учила вас, сопляков, пару лет назад. Черт возьми, я отдал его ей, чтобы избежать Азкабана. Рон застонал, наклонился и положил голову на стол, обхватив шею руками, словно готовясь к удару. Гарри посмотрел на нее с ужасом в глазах, и она кивнула, зная, что кому-то из них нужно это сказать. — Медальон у Амбридж, — произнесла она скорее утвердительно, чем вопросительно. — Он у нее, и нам нужно его заполучить. Треск огня был единственным звуком, подтверждающим, что это реальность, а не просто дурной сон. Рот Гарри был плотно сжат, его лицо мрачное и измученное. Она знала, что он пытается придумать план, но каждый казался еще менее вероятным, чем предыдущий. — Мне заплатят за мою маленькую подсказку? — спросил Наземникус, нарушая молчание. — Информаторы получают больше, когда что-то дают взамен. Гермиона быстро поднялась на ноги, роясь в своей бездонной сумке. Гарри удивленно взглянул на нее, словно был поражен тем, что она так легко готова уступить. Но прежде чем кто-либо успел ответить, она вытащила палочку и прорычала: — Обливиэйт! — Черт возьми, — выругался Рон, глядя на Флетчера, чье лицо теперь выражало мирное спокойствие, когда он закрыл глаза и погрузился в сон. — Гермиона, что за… — Он знает, где мы находимся, и что мы собираемся искать Амбридж, — быстро объяснила она, убирая палочку. — Не знаю, как насчет вас, но он не вызвал у меня ощущения безопасности… Я не хочу, чтобы кто-либо знал, где мы прячемся, и уж тем более тот, кто может продать нас врагу за прошлые обиды. Гермиона посмотрела на эльфа, который пялился на нее с задумчивым благоговением. — Кикимер, не мог бы ты вернуть Наземникуса в его логово? Я не хочу, чтобы он был здесь, когда проснется, иначе нам придется все это повторять. — Конечно, миссис, — ответил Кикимер с очередной гримасой, которую он выдавал за улыбку. Гермиона повернулась обратно к Гарри и Рону, потянулась, взяла руку Гарри, сжала ее и твердо произнесла: — А теперь давайте придумаем план, как заполучить этот медальон.

***

Фред поправил галстук, выходя из туалетов Министерства. Было раннее утро, и Министерство магии уже гудело, как растревоженный улей, каждый новый слив в уборных отправлял торопящегося сотрудника через портал, пока некоторым приходилось останавливаться и выжимать мокрые брюки. Он подошел к карте, чтобы убедиться, что ему нужно на первый уровень. Папа говорил, что Перси теперь работает на этаже министра вместе с остальным обслуживающим персоналом. Фред крепче сжал горшок с растением и направился к лифтам. Честно говоря, Фред оказался сегодня в Министерстве, потому что надеялся, что есть хотя бы мизерный шанс, что они тоже будут здесь. Когда он в который раз просматривал ее дневник после откровения Люпина, он наткнулся на заметку, сделанную вскоре после свадьбы. Она не была подробной или такой же продуманной, как некоторые другие ее записи. Там просто было написано: «Министерство магии — Медальон — Кэттермоулы — Муфалда Хмелкирк». Он задавался вопросом, связано ли это как-то с медальоном, о котором она писала о Амбридж в Больничном крыле. Они не пришли бы в Министерство магии из-за какой-то жалкой безделушки — это должно быть что-то особенное — что-то, в чем он мог бы им помочь. Что касается Кэттермолов, Фред просматривал списки ведьм и волшебников, вызванных в «Пророке» на встречу с Комиссией по регистрации маглорожденных, и сегодня утром он увидел, что у некой Мэри Кэттермоул была назначена встреча. Кем была эта бедная Мэри и какое отношение она имела к загадочному медальону, Фред пока не понимал. Если они не разрешали Ремусу присоединиться к их охоте, он сомневался, что они примут незнакомца, так что, возможно, дело действительно в медальоне или в квесте, который оставил им Дамблдор. Фред не знал, какое отношение Муфалда Хмелкирк имеет ко всему остальному, но знал, что ее офис находится прямо над Перси, так что не помешает заглянуть. Кроме того, именно с ней он обычно работал по поводу товаров для магазина приколов и получения лицензий на сезонные линии. В худшем случае он мог просто нанести визит, узнать, удобно ли ей будет встретиться позже на неделе, и уйти, чтобы продолжить свою странную миссию. Был шанс, он не был уверен, насколько мал или насколько далеко идущий, но был шанс, что хотя бы один из них будет сегодня в Министерстве. И если это так, Фред был убежден, что он понадобится им для чего-то. Потому что, если он знал эту троицу, они затевали что-то безрассудное — а это, как оказалось, было его специальностью. Но была и другая причина, по которой он хотел быть здесь сегодня. Он хотел снова ее увидеть. Он не знал, что скажет — он не совсем был уверен, что вообще можно сказать, — но просто убедиться, что у нее все в порядке. Услышать, как она скажет ему, что все под контролем. Может быть, провести мозговой штурм, заполнить пробелы из дневника — он понятия не имел, что означает заметка о поместье Малфоев следующей весной, она не оставила там много подробностей — просто, что они были там на Пасху. Эгоистично, но он жаждал заверения, которое мог получить только от Гермионы Грейнджер. И он надеялся, что сможет дать ей некое обещание или уверенность. Что он все еще расстроен, зол, что она солгала, — но у него все еще есть чувства к ней. Что, какими бы сложными ни были обстоятельства, он не мог отрицать, что ее безопасность и счастье по-прежнему были для него превыше всего. Это было слишком много для импровизированного рандеву в Министерстве магии. Но ему повезло придумать причину быть там. Все началось с идеи подложить растение этому напыщенному идиоту Перси. День рождения Перси был несколько недель назад. Помимо того, что мама большую часть дня была сама не своя, он прошел без каких-либо празднований, поскольку виновник торжества продолжал свою уже трехлетнюю привычку избегания семьи. Но он и Джордж несколько недель назад провели мозговой штурм под влиянием огневиски и решили, что, возможно, они недостаточно используют удлинители ушей. Они превратили одно в передатчик, который будет отправлять запись в магазин. Само ухо можно было трансформировать и легко замаскировать; пока устройство маскировки работало, никто бы и не узнал. Итак, маленькое растение, которое его мама держала в саду, на самом деле было передатчиком, который, как надеялся Фред, даст им некоторое представление о том, что именно происходит. Перси, возможно, и не был тем крутым парнем в Министерстве, каким он себя воображал, но он работал на первом этаже, и, возможно, подслушивал что-нибудь полезное для Ордена. Особенно в отношении комиссии по регистрации маглорожденных. Они не слышали ничего, кроме того, что сообщалось в «Ежедневном пророке»; магглы приходили на собеседования, касающиеся их способностей. Некоторых арестовывали, но обычно по сфабрикованным и не связанным с их кровным статусом обвинениям. У него было довольно хорошее представление о происходящем, просто общаясь с Гермионой в прошлом году, она проболталась. Орден считал, что к Рождеству они либо заключат в тюрьму, либо иным образом изолируют все британское население маглорожденных. Кто будет следующим, задавался он вопросом, кому понадобятся паспорта? Итак, прижимая растение к себе, он надеялся, что Перси прольет свет на ситуацию. — 1-й уровень, Министр магии и обслуживающий персонал, — произнес мечтательный голос, когда Фред вошел в офисы. Различные офисы обслуживающего персонала выстроились вдоль зала, ведущего в Зал Совета министров. Фред увидел золотые буквы, выгравированные на стекле: «Младший помощник министра магии», а под ним тем же золотым шрифтом было написано «Перси Игнатиус Уизли». Фред вздохнул, надеясь, что его брата не будет за дверью, и вошел. Офис был пуст. Небольшая приемная, обставленная на вкус Перси. Места для сидения были аккуратными, а на книжном шкафу у стены стояла подборка сухих книг. Прямо перед дверью стоял стол, за которым печатала ведьма с каштановыми кудряшками. — О, привет, — сказала она, заметив вошедшего, и приветливо подняла глаза. Она сняла свои собственные очки в роговой оправе, и Фред заметил, какие у нее красивые голубые глаза, которые сверкали, когда она говорила. Фред не предполагал, что Перси выберет такую привлекательную секретаршу. Он посмотрел вниз и увидел имя «Одри Вудман», выгравированное на табличке перед столом. — Могу я вам чем-нибудь помочь? — спросила она, все еще улыбаясь. — Я хотел узнать, могу ли я повидаться с Перси? — улыбнулся Фред. — Я… э-э, пропустил его день рождения и сказал маме, что зайду, и она хотела, чтобы я передал ему подарок. Одри посмотрела на растение, а затем на Фреда с вопросительным выражением лица. — Ты его брат, — просияла она, как будто это было лучшее, что она услышала за весь день. — Я вижу сходство, конечно, в волосах, но… — она запнулась, словно уже сказала слишком много. Она посмотрела на дверь за своим столом, и на ее лице промелькнула тень хмурости. — Боюсь, он сегодня в залах суда, он вернется не раньше обеда… — О, не волнуйтесь, я так и думал, — пожал плечами Фред, его взгляд задержался на двери. — Занятой парень, наш Перси. Можно ли мне просто оставить это для него? Пусть это будет сюрпризом? Одри усмехнулась, и Фред задался вопросом, присущи ли ей вообще другие эмоции. — Это будет прекрасно, я уверена, он будет в восторге. Она быстро встала и подошла к двери, отпирая ее и впуская Фреда. Офис был похож на приемную. В центре стоял аккуратный, упорядоченный стол. На противоположных углах стояли лотки «Входящие» и «Исходящие». На столе Перси стояла банка с одинаковыми перьями и бутылки с изумрудными и черными чернилами. Была одна фотография в маленькой золотой рамке, на которой была мама, приподнимающая бровь. Это застало Фреда врасплох, он не ожидал увидеть никаких следов семьи во внутреннем святилище Перси. Он положил растение в лоток «Входящие», и усик папоротника упал прямо перед лицом миссис Уизли. Фред приложил палец к губам, глядя на маму и подмигивая, направляясь к выходу. — Спасибо, Одри, я ценю вашу помощь, — сказал Фред, закрывая за собой дверь. — Я пойду… — Подождите, как вас зовут? — спросила она. — Он еще не назвал мне всех ваших имен, просто сказал, что вас довольно много… — Билл, — соврал Фред, зная, что Перси с меньшей вероятностью выбросит подарок, если он придет от старшего. — Отлично. Еще раз спасибо, Билл, он будет рад это получить подарок от вас. Фред сильно сомневался, что Одри что-нибудь знает о семейной ситуации, потому что был уверен, что независимо от того, пришло ли растение от Билла, Фреда или даже Джинни, есть хороший шанс, что оно окажется в мусорном ведре к концу дня. Но это был всего лишь повод прийти в Министерство, сказал он себе, когда помахал рукой и направился к лестнице, поднимаясь на следующий уровень, Отдел магического правопорядка. Этот этаж был намного оживленнее предыдущего. Из Отдела авроров доносился изрядный шум, но он предположил, что так и должно быть. Тонкс упоминала, что после смерти Скримджера произошел некоторый раскол, поскольку не все поверили лжи, которую Пий распространил на свадьбе. Она не была уверена, кто поддался новому режиму, но сказала, что стало важнее, чем когда-либо, не высовываться и держать личные симпатии при себе. Он все еще смотрел на Отдел, когда почувствовал, что врезается в миниатюрную женщину со светлыми волосами, собранными в пучок. — О, мне так жаль… — сказал он, поднимаясь и протягивая руку, только чтобы осознать, что это была именно та ведьма, которую он искал. — Муфалда! Я надеялся тебя увидеть! — сказал он с улыбкой, стараясь не обращать внимания на ужас на ее лице. Как будто она увидела призрака. «Может быть, она тоже знает, что тебе недолго осталось в этом мире», подумал он. — Ч-что? — спросила Муфалда, ее голос звучал напряженно. — Можете ли вы назначить встречу, боюсь… — Быстренько, — перебил Фред. — Это не займет больше пяти минут. Просто хотел убедиться, что Джордж и я получили зеленый свет на некоторые наши зимние товары, прежде чем мы отправим заказ на поставку. Муфалда снова посмотрела на него, а затем на дверь офиса, перед которой они стояли. — Очень хорошо, — казалось, она вздохнула и открыла дверь, пропуская их мимо секретарши, когда они вошли в ее кабинет. — Должна сказать, мистер Уизли, это очень… не вовремя, — надулась Муфалда, беспорядочно расхаживая по кабинету, словно не зная его планировки. Она посмотрела вниз и вытащила папку из верхней части лотка «Исходящие», просмотрела ее содержимое и снова подняла на него глаза. — Пожалуйста, договоритесь с моей секретаршей, вы можете прийти на следующей неделе, и… — На самом деле, дело не в зимней коллекции, — сказал Фред, твердо стоя на месте. Он пытался выудить у Муфалды любую информацию, которая могла бы помочь ему их найти. — Я увидел ваше имя в списке людей в залах суда сегодня, и… У меня есть друг, маглорожденная… Ей предстоит предстать перед комиссией по регистрации в ближайшие пару дней, и она немного нервничает, — соврал Фред, пытаясь прочитать ее выражение лица. Честно говоря, он встречал Муфалду всего дважды, но она казалась более собранной, чем сейчас, а не такой измученной. — Я хотел узнать, не могла бы вы дать мне совет, чтобы помочь ей не волноваться? Это была ложь, и он это знал. Он был почти уверен, что Муфалда тоже. Хотя она вела себя не так, как обычно, ее лицо на мгновение смягчилось, а затем стало мрачным. — Вы должны сказать своему другу, чтобы она не приходила на допрос. А уехала из страны и вернулась, когда политика министерства изменится. Фред уставился на Муфалду. Он был уверен, что видел это выражение лица раньше, но на другом лице. Ее брови были сведены вместе, и она прикусывала губу, как это делала Гермиона, когда усиленно о чем-то думала. Муфалда вернулась в настоящий момент и посмотрела на Фреда, слегка раздраженная. — Что-то не так? — Вы напоминаете мне старую подругу, вот и все, — сказал Фред, отступая назад, его рука сжала спинку стула. Нет, она не сделает ничего настолько глупого. Она безрассудна, но не настолько. — У вас так много друзей моего возраста, мистер Уизли? — спросила Муфалда, приподняв бровь. — Нет, но… — этот оскал. У нее была ухмылка Гермионы. Он потянулся к ее запястью, все еще не уверенный в себе. Если это не она, он получит билет в один конец в закрытую палату Святого Мунго. — О чем ты думаешь? — тихо спросил он. Она резко отвела голову, отводя волосы в сторону. Он почувствовал, как у него все внутри похолодело, и схватил ее за руку. — Гермиона? Муфалда посмотрела на свою руку, а затем на него. Сначала шок, а затем вспышка ярости, когда она подняла свободную руку и ударила его по голове. — Ты сказал, что не будешь вмешиваться, — прошипела она, снова ударив его, на этот раз своей сумкой. Он едва увернулся. — Ты обещал! Не торопиться, не вмешиваться. Ничего. Но твои обещания уже ничего не значат, не так ли?! — она фыркнула, вырывая запястье из его хватки. — О чем ты думаешь? — снова спросил он, удивленный собственной яростью. Он снова схватил ее за запястье, наверняка оставив синяк. — Гермиона, они отправляют каждого маглорожденных первокурсника в Азкабан, черт возьми, ради тебя они, вероятно, вызовут эту змеюку прямо сюда! — выплюнул он, положив руки ей на плечи, вставая между ней и дверью. — Ты уходишь. Сейчас же. — Я не могу! Я… — сказала она, вырываясь из его хватки, поворачиваясь и делая пару шагов. — Послушай. Через сорок пять минут Гарри, Рон и я ворвемся в атриум, размахивая проклятиями, а за нами тридцать маглорожденных, убегающих отсюда. У меня нет времени на это, Фред. — Гарри и Рон здесь? — спросил Фред, широко раскрыв глаза. — У вас троих что, нет самосохранения или вы все действительно такие чокнутые? — Нам нужно достать медальон, — спокойно сказала Гермиона. — Он у Амбридж. Поэтому мне важно, чтобы ты ушел, чтобы я могла забрать его. Мне нужно, чтобы ты пошел домой, чтобы тебя не вызвали на допрос или что-то в этом роде. У них будет вечеринка, если они узнают, что ты был здесь, когда мы… — Гермиона… — сказал Фред, осторожно направляясь к ней. — Гермиона, пожалуйста. Если я помогу тебе, возможно, вам не придется рисковать. Я спущусь с тобой в зал суда, придумаю душераздирающую историю о том, что хочу увидеть Перси, ты войдешь и вытащишь медальон, и мы возьмем с собой столько маглорожденных, сколько сможем. Скажем, что они нужны нам для фильтрации или что-то в этом роде — у них тридцать человек, мы можем сказать, что открылся еще один зал суда. Она свирепо посмотрела на него, и не имело значения, что у Муфалды были ледяные голубые глаза, он узнал этот смертельный взгляд где угодно. — Слишком много если, Фред. Что-то может пойти не так, кто-то из нас может попасться… — Как ты сама сказала, я Фред Уизли. Я смогу помочь тебе, — вздохнул он, и слова кольнули, когда он их произнес. Он наблюдал, как она сузила глаза и снова начала ходить туда-сюда. Как он никогда не замечал, что она ходит, когда раздражена? У него были воспоминания о ее пятом курсе, когда она постоянно ходила туда-сюда. Она остановилась так резко, что Фред подумал, что она, возможно, споткнулась. А потом она обернулась и пошла к нему, и ярость следовала за ней по пятам. — Нет, — твердо сказала она, тыча пальцем ему в грудь. — Я категорически запрещаю это, Фред. Ты обещал, что не будешь вмешиваться. Ты обещал быть мудрым. — И это говорит нежелательное лицо номер два, — огрызнулся он. — Да ладно. Я здесь, позволь мне помочь… — Нет, черт возьми, — огрызнулась она, тыкая пальцем в его грудь немного сильнее, до такой степени, что ему стало больно. — Ты вообще представляешь, какие будут последствия, если они увидят, что ты был здесь с нами? — спросила она, и в ее безумно сверкнули. — За твоей семьей уже наблюдают, если ты будешь так близко к эпицентру, они подумают, что ты в этом замешан. Они придут и заберут тебя. — Я… Это риск, — пробормотал Фред, делая шаг и наблюдая, как безумие овладевает ею. — Но я в Ордене. Я сказал, что пойду на этот риск, и… — А как же Джордж? — прошипела она. — Что случится с Джорджем, когда его брата-идиота увезут в Азкабан? Ты получил письмо от Джинни? Учитывая, что сейчас в Хогвартсе, я не удивлюсь, если ее тоже заберут. Фред почувствовал, как его лицо заливается краской. — Что ты от меня хочешь, а? Просто уйти и притвориться, что я тебя не видел? — Именно это мне и нужно, чтобы ты сделал, — сказала Гермиона, скрестив руки на груди. — Если ты когда-нибудь любил меня так, как говорил, сделай это для меня сейчас же, — Фред заметил легкую дрожь в ее голосе. — Черт возьми, Фред, пожалуйста. Просто уходи. И позволь мне тоже уйти. Слова, казалось, замерли в его горле, когда он смотрел на нее. Если ты когда-нибудь любил меня… Но как насчет него? Если бы она когда-нибудь любила его, разве она не поняла бы, что просит невозможного? — Прощай, Фред, — сказала она, проходя мимо него и выходя за дверь. Он слышал, как она разговаривает с секретаршей, прося записать Фреда на следующую неделю для обсуждения лицензирования зимней продукции, а затем дверь снова закрылась в коридор. Чувствовала ли она тоже самое? — задавался вопросом Фред, стоя в офисе. Он оставил ее на пристани у пруда. И теперь она оставила его в офисе Министерства, продолжая выполнять какую-то миссию, которая могла убить их, или, что еще хуже, отправить в Азкабан. Когда он вошел в Министерство сегодня, он был почти вне себя от оптимизма, что они помирятся, как только он ее увидит. Теперь он чувствовал, что они совместно вбили один из последних гвоздей в гроб того, что между ними было. Тридцать маглорожденных за сорок пять минут, подумал он, глядя на часы. Она не сможет сделать это одна. Она хороша, но не настолько, чтобы справиться с тридцатью безоружными маглорожденных в самом сердце Министерства. Ей понадобится его помощь. Он выбежал за дверь, игнорируя секретаршу, у которой была готова карточка для записи на прием. Он распахнул дверь и почувствовал удар от столкновения с кем-то. — Прошу прощения, — сказал он, закрывая ее, чтобы понять, что его маловероятной жертвой была не кто иная, как Долорес Амбридж, согнувшаяся в коленях, а Муфалда-Гермиона смотрела на это в ужасе. — О, Долорес, — воскликнула Гермиона, наклоняясь и поднимая Амбридж. — Вы должны быть осторожны у дверей, люди стали такими невоспитанными в наши дни, не так ли? — сказала она с укором, бросая на Фреда грозный взгляд. Амбридж подняла глаза, чтобы увидеть нападавшего, и, казалось, побледнела, прежде чем покраснеть. — Мистер Уизли, что… — она сделала паузу, на мгновение придерживая плечо. — Что это значит?! — Боюсь, у мистера Уизли и у меня была короткая встреча сегодня утром, чтобы обсудить лицензирование зимней коллекции его магазина, — вздохнула Гермиона. — Очень хорошие идеи, произошла заминка в расписании, поэтому я попросила его договориться о встрече с моим секретарем, и он, должно быть, торопился вернуться в свой магазин. — Лицензирование? — сказала Амбридж, как будто это было единственное слово, которое она расслышала. — Какие-нибудь из этих дьявольских продуктов действительно одобрены лицензией Министерства? — Мне пора уходить, мисс Хмелкирк, — сказал он, кивнув Гермионе. — Профессор, — сказал он с ухмылкой, оставляя их, а Амбридж изо всех сил начала громко советовать Гермионе прекратить любое одобрение и лицензирование всего, что связано с Уизли. Он свернул за угол к лестнице и встал за стеной, пока их голоса не исчезли в стороне лифтов. Когда он услышал тихий звон колокольчика и щелчок двери, он понял, что они направляются вниз в залы суда. Фред стоял там и прокручивал сценарий в голове. Гарри, Рон и Гермиона пробрались в Министерство, чтобы получить эту безделушку. За тридцать секунд с тех пор, как Гермиона покинула его, до того, как Фред распахнул дверь, она нашла Амбридж. По расчетам Гермионы, у них осталось около сорок минут действия оборотного, прежде чем их раскроют. Он собирался отправиться на поиски остальных двоих — в конце концов, насколько сложно найти двух идиотов, притворяющихся не теми, кем они являются, — но гораздо разумнее было выследить человека, которого он уже нашел. Осторожно Фред подошел к лифту и закрыл двери, прежде чем кто-либо смог присоединиться к нему. Одна вещь, которую сказала Гермиона, не давала ему покоя: что случится с семьей, если они узнают, что он им помогал. Используя отражение от стены лифта, он поднял палочку к голове, и темно-каштановые волосы заменили естественный рыжий цвет. Он вытащил набор запасных очков, которые держал в кармане для таких случаев, и превратил галстук из веревок, завалявшихся в карманах. Если кто-то посмотрит на него вблизи, была вероятность, что его обнаружат, но он был слишком уверен в себе, чтобы думать, что это даже отдаленно возможно. Двери лифта остановились на Главном атриуме, так как в залы суда не было доступа к лифту; он просто спустился по лестнице и придумал план по пути. Он прошел полпути, когда в него врезался парень, который выглядел так, будто тонет, бормоча что-то об установке зонтов над кабиной. Безумное место, это Министерство, подумал он про себя. Когда он спускался по лестнице, Фред почувствовал, как резко похолодало. Он видел клубы дыхания и точно знал, что здесь таится. Дементоры парили в конце коридора, а также по бокам двери в зал суда. Длинные скамьи тянулись вдоль стен, и с обеих сторон были сидели маглорожденные. Он знал, что у него не хватит паспортов на всех. Были несколько детей школьного возраста, которых они, должно быть, пропустили. — Извините, — сказал мужчина позади Фреда, отталкивая его, когда он подошел к дверям. Фред узнал в нем Ранкорна, о котором отец предупреждал семью. У него был талант выставлять даже старейшие семьи волшебников более маглорожденными. — Если бы не тот факт, что все знают, что мы предатели крови, старина Ранкорн отправил бы нас в Азкабан к концу дня. Видимо, этим он сегодня и занимался. Для кого-то другого. Для Кэттермоул, возможно. Один из охранников подошел к Фреду. Плана не было, он это знал. Он импровизировал. Именно такой план разозлил бы Гермиону больше всего, если бы она знала. Но он жил ради таких представлений. — Кто вы? — спросил охранник, подходя к нему. — Вас прислала Сюзетта? — Да, — соврал Фред. Он посмотрел в коридор, и обеспокоенные, встревоженные лица маглорожденных повернулись к нему. — Оливер, Джеймс, только что был назначен в комиссию на прошлой неделе из Отдела магического правопорядка. Здесь… Всегда так многолюдно? Охранник, казалось, был рад его прибытию. — Обычно мы рассматриваем двенадцать дел в день, но на прошлой неделе работали в два раза больше. — Кажется, наверху проблема с палочками у детей, — начал Фред, глядя на немногих, выстроившихся вдоль стен. — Сюзетта хочет, чтобы я поднялся и посмотрел, смогут ли они пролить на это свет. Палочки не от Олливандера; думаем, что они поддельные, — прошептал он. Глаза охранника расширились. — Почему бы им просто не использовать это в качестве доказательства для их трибунале? — Они хотят сначала их напугать, — сказал Фред, сохраняя ровный голос, хотя внутри он кипел от ярости. — Кроме того, может быть, мы сможем выяснить, есть ли подпольное дельце по покупке палочек, понимаете? Люди продают украденные палочки маглорожденным. Мы не больше чем на двадцать минут, — подмигнул он, снова надеясь, что его уверенности хватило. Охранник все еще казался неуверенным, но нерешительно кивнул. — Хорошо, один из них все время болтает, мне нужно, чтобы он перестал мне надоедать, — объяснил он, прежде чем повернуться и посмотреть на учеников Пуффендуя и Когтеврана. — Эй, вы, Пуффендуйцы и Когтевранцы, идите сюда, — позвал он. Около семи подростков вышли вперед. Нервный парень рассмеялся, вставая. — Что-то не так с вашими палочками, они хотят проверить вас наверху, — сказал он. — Забирайте их, мистер Джеймс. Он кивнул и повел их вверх по лестнице. Прежде чем они добрался до атриума, он загнал их в кладовку и запер дверь. — Он собирается убить нас, Лу? — спросил мальчик у старшей девушки, его глаза широко раскрылись. — Это ловушка? — Нет, но мне нужно, чтобы это сработало, — сказал Фред, снимая очки. — Меня зовут не Оливер, меня зовут Фред. И я собираюсь попытаться вытащить вас отсюда, хорошо? — Но мы не можем уйти, у нас назначены встречи… — начала младшая девочка, возможно, с третьего курса. Она напомнила ему законопослушную Гермиону, и он улыбнулся. — Не сегодня. Экспекто Патронум, — его лис вырвался из палочки, проносясь между ногами детей, прежде чем повернуться и посмотреть на него. — Передай Джорджу, что мне нужно, чтобы он встретил меня в кафе «Неро» напротив Министерства. У нас доставка в Эссекс. Он повернулся к детям. — Когда мы доберемся до атриума, отправимся в кафе «Неро» через дорогу и за угол, — сказал Фред. — Вам всем небезопасно здесь находиться, мои друзья отвезут вас в Шармбатон, вы переждете там войну. — Мы едем во Францию? — Это безумие… — Ты уверен, что это не ловушка? — спросил маленький мальчик, его глаза широко раскрылись, когда он взглянул на свою сестру. — Ни малейшей, — сказал Фред. — Но нам нужно двигаться быстро. Мои друзья вот-вот начнут заварушку, так нужно убираться как можно скорее. Он оглядел их лица, находя самую старшую из всех, девушку с длинными черными косами, заплетенными в пучок. — Как тебя зовут? — Мэллори, — сказала она, ее глаза не отрывались от него. Он чувствовал, что она пытается определить, может ли она ему доверять или нет. Он попытался показать свою лучшую, самую убедительную улыбку. — Мэллори, мне нужно, чтобы ты отвела эту группу в кафе «Неро». Ты встретишь человека с рыжими волосами, похожего на меня, только без уха. Его зовут Джордж, дай ему это, — сказал он, доставая галлеон Отряда Дамблдора. — Скажи ему, что Фред тебя прислал. — Ты не пойдешь с нами? — спросил один из детей. — Лу, это ловушка… — Нет, это не так, — сказал Фред, проводя рукой по волосам с нарастающим разочарованием. — Я же сказал тебе, моим друзьям нужна помощь. Мне нужно вернуться в подземелье и помочь им. Вы, ребята, знаете Гарри Поттера? Это он. Мне нужно пойти помочь ему. Бормотание и ворчание прекратились в тот же миг, и Фред понял по глазам Мэллори; она, по крайней мере, доверяла ему больше, чем пять секунд назад. — Хорошо, — сказала она, выпрямляясь и оглядывая своих юных подопечных. — Вы меня слышали, мы поднимаемся наверх и уходим отсюда. Фред посмотрел в ее сторону с улыбкой, когда открыл дверь и вернулся к лестнице, ведя их в Атриум. В комнате было больше народу, чем когда Фред впервые прибыл, и он подумал, что это поможет им в побеге. Оттуда, где он стоял, он не видел никого, кто охранял бы путь к каминам. Он наблюдал, как Мэллори и шесть других детей направились к своим каминам, готовый придумать нелепое оправдание, если потребуется. Но все семеро исчезли под его бдительным взглядом, замаскированные в толпе ведьм и волшебников, все еще приходящих на работу. Во рту у него пересохло. Вывести детей было легко. Он не знал, повезет ли ему во второй раз со взрослыми. Но вдруг раздался грохот, доносящийся из недр Министерства. Легкое дрожание пола заставило внутренности Фреда сжаться. Он посмотрел на свои часы. Тридцать минут прошли. Их время почти истекло. Он взял палочку и взмахнул ею в сторону статуи, где когда-то стояло прежнее Магическое Братство. Мрамор треснул, и все сооружение начало крениться набок, прежде чем рухнуть на землю; обломки рассыпались по дорожкам, а в воздухе повисло облако пыли. Второе движение палочки, и водопроводные трубы лопнули, обрушив на них шторм. В этом хаосе Фред увидел Гермиону, за которой следовали Ранкорн и растерянный уборщик, бегущие по лестнице. Несколько взрослых маглорожденных устремились за ними, в том числе женщина, которая прилипла к руке уборщика. Маглорожденные бросились к каминам, хватая летучий порох, как спасательный круг, и бросая его в огонь, прежде чем выпалить свои пункты назначения. — Остановите их! — прогремел голос, и Фред увидел изможденное лицо Яксли. Разве его отец не говорил, что он сейчас что-то делает для Министерства? Какая-то высокая должность, которая служила надзором за комиссией по делам маглорожденных? — Пригнись! — крикнул Фред Гермионе, выхватывая палочку и посылая осколки разбитого мрамора в сторону Яксли. Гермиона вовремя увернулась от мраморных кинжалов, толкнула Ранкорна к камину и потянулась к уборщику. Должно быть, это Гарри и Рон, подумал он. Женщина рядом с уборщиком, казалось, не понимала, что происходит, и отказывалась уходить, даже когда Гермиона умоляла ее пойти за детьми и. Женщина оттолкнула Гермиону, прежде чем обнять уборщика и крепко поцеловать его в губы, как раз в тот момент, когда его волосы стали длиннее и рыжими. Сломанные водопроводные линии и статуя сыграли свою роль в том, чтобы удержать охранников и других, которые попытались бы помешать их побегу. Но Фред знал, что этого будет недостаточно, если эта женщина продолжит мешать их побегу. Яксли двигался вперед, и Фред тоже начал бежать к четырем заблудшим людям. Он полез в карман, вытащил две приманки-детонатора и волшебную хлопушку, полную перуанского порошка. Это были последние из его трюков, им нужно было убираться, сейчас же. Шум разнесся по атриуму, когда Яксли затерялся в облаке дыма. — Это даст вам несколько секунд, — сказал он им четверым. — Я позабочусь о миссис, вам троим нужно уходить, сейчас же, — сказал он, его глаза встретились с глазами Гермионы, положив руку ей на плечо и сжав его. — Бегите, черт возьми. И не смейте останавливаться. Казалось, в этот момент она хотела много чего сказать. Оборотное зелье больше не действовало. Ее лицо было более усталым, чем когда он видел его в последний раз, но в ее глазах все еще была искра. Уверенность в том, что даже два идиота с ней не понимали, что происходит, она понимала. И у нее был план. У нее все еще был тот огонь, из которого состояла Гермиона Грейнджер. Она кивнула, приложив свою руку поверх его, прежде чем отстраниться. — Пойдем, — сказала она, хватая Гарри и Рона за руки. — Пошли… — Это был Фред? — донесся до него издалека голос Рона. — Откуда он узнал… Женщина, которая целовала Рона, теперь растерянно посмотрела на него, всхлипывая, что ей нужно найти Рега. — Должно быть, произошла ошибка, — рыдала она. — Мне нужно было пойти с ним и забрать детей. — Пойдем, я отвезу тебя домой, и мы соберем детей, хорошо? Поедем же, — сказал он, направляясь к ближайшему камину. — Держу пари, Рег встретит нас там… Но в этот момент Фред услышал крик, который пригвоздил его к этому месту. Яксли прорвался сквозь порошок и ворвался в камин, в который ушли Гермиона, Гарри и Рон. Они внезапно исчезли, как и Яксли вместе с ними; Фред мог только в ужасе наблюдать, как зеленый летучий порошок, как пыль, оседает вокруг. Она ушла, подумал он, когда Мэри Кэттермоул прокричала свой домашний адрес ему в ухо, и зеленые языки пламени поглотили их. Она ушла, забрав Яксли с собой.