Шкала Рихтера

[Вторник; 05.16.23 14:30]

— Позволь кое-что прояснить, — Мейсон прикрыл глаза, собираясь с мыслями. — Ты правда поверил во всё, что видел в том сне? — За исключением твоей смерти, — кивнул Рикки, — хотя… иди-ка сюда… — Ещё раз меня тронешь — не то что в Калифорнию, в больницу не успеешь попасть. Мейсон стукнул по протянутой ладони и в сотый раз за двадцать минут закатил глаза. — Прекрати. Я — не призрак. И ни разу в жизни их не видел. Ещё раз тебе повторяю: про смерть Итана Петрелли я узнал из газет. И да, я довольно меркантильный человек и повёлся на награду. Я действительно нашёл тело пацана в Италии, но путём своей гениальной дедукции, а не при помощи сомнительного порошка и потусторонних сил. — А что насчёт твоего одноклассника? Он же и в самом деле мёртв. — Алекс, — Мейсон едва заметно поморщился, — попал в аварию. Врачи пытались его спасти, но ничего не вышло. Его не порезала никакая ясновидящая в теле зомби. — А как же Каспар? Элисон? Оскар? — не унимался Рикки. — Ты точно уверен, что эти имена тебе ни о чём не говорят? — Мне и твоё имя ничего не говорило ещё несколько дней назад. А теперь оно снится мне каждую ночь. И можешь быть уверен, там с тобой происходит нечто жуткое. — То есть ты не потомок вымершей ветви эволюции? — Мне не нравится разочарование в твоём голосе. Если без способности видеть мёртвых я тебе нахрен не всрался, то так и скажи. И проваливай уже из моего дома! — Тогда почему ты всё ещё такой агрессивный? — задумался Рикки. — Хотя погоди. Ты же уже говорил, что не мёртвые сделали тебя таким. Просто характер у тебя премерзкий. — Я всё ещё не спустил тебя с лестницы, — подметил Мейсон, — ты ночуешь у меня, ешь мою еду, а вчера ты вообще стащил мою футболку. Да я просто образец гостеприимства! — Ты уже пытался меня побить, я сплю на диване, твою еду сложно назвать едой, а то, что ты объявил футболкой, не годится даже на роль половой тряпки. Не моя вина, что ты постирал мои шмотки и они разом стали мне малы. Мейсон собирался ещё что-то сказать, а потом передумал, махнул рукой и продолжил собирать вещи. Рикки быстро надоело наблюдать за сборами, большая часть из которых состояла в том, что Кларк перекладывал вещи из рюкзака в шкаф и обратно, по всей видимости просто пытаясь чем-то занять руки. — Смотри, как тебе? — он развернул планшет к зрителю. — По-моему, неплохо. — Какая-то девка. Я не сторонник оценочного суждения, так что не стану ничего говорить про внешность. — Сам ты «какая-то девка»! Это Элизабет Гордон. Лучший кейвер в Калифорнии, если не во всей Америке. — Где-то проходило соревнование за это почётное звание? — усмехнулся Мейсон. — Как можно оценить, кто лучше всех спускается в пещеры? Те, кто живы — лучше. Те, кто нет — хуже. — Никакого уважения к чужим заслугам, — сокрушённо протянул Рикки. — А как тебе этот? — А можно сразу всех посмотреть? — Тебе совсем наплевать, кто проведёт рядом с тобой несколько недель в замкнутом пространстве? — Будь мне не наплевать, я бы тебя уже вышвырнул. А так… Если я терплю тебя, то больше мне ничего не страшно. Кстати, напомни, пожалуйста, почему я это делаю? — Потому что я тебе плачу, — Рикки флегматично пожал плечами, возвращаясь к поискам, — это же ты вбил себе в голову, что задолжал мёртвому парню. А ещё ты в порыве какого-то чудного благородства отказался от награды за возвращение Итана на родину. — Ах да, точно, кто там второй? — Адриан Томпсон — антрополог. Теперь я немного предвзято отношусь к людям этой профессии, но если ты уверен, что ни один из них никогда не пытался проводить эксперименты на людях, то одного можем взять. — Зачем? Даже если мы найдем кости, исследования проводить будут точно не под землёй. — А как мы отличим по-настоящему интересные останки от костей тех бедолаг, которые не смогли справиться с техникой безопасности? — Ладно, а остальные тебе зачем? — Кто-то должен нести мой рюкзак. У меня остеохондроз. Да и вышла вполне нормальная команда из семи человек. — А почему мы все должны встретиться в Сан-Франциско? Если я ничего не пропустил, пункт назначения — Мехико. — Я должен показать тебя Дэну и Адаму. У меня есть смутное подозрение, что они всё ещё думают, будто я спятил. — Действительно, — Мейсон как мог изобразил возмущение, — и с чего они это взяли?! К слову, интересная у нас компания: коп, который больше не работает в полиции; предсказатель, оставшийся без видений; я, который никогда не видел мёртвых, и вишенка на торте — хакер, чьи навыки под землёй так же полезны, как ромашковый чай при вывихе стопы. — Я сделаю вид, что не расслышал сарказма в твоём голосе. Давай пошевеливайся. У нас вылет через два часа.

[Среда; 05.24.23 18:00]

Друзья Рикки оказались весьма колоритной парой. Одного захотелось вырубить спустя десять минут после знакомства, а второй тушевался, мямлил что-то неразборчивое и, кажется, собирался добровольно лишиться сознания. Мейсон без энтузиазма следил за разговором и, от нечего делать, принялся считать, сколько раз Шепарта назвали сумасшедшим в течение всего вечера. К нему самому, на счастье, ни у кого никаких вопросов не было. Точнее они были, но отвечал на них Рикки, благоразумно предложив ему сидеть и помалкивать. Никаких возражений по этому поводу не возникло. У Мейсона. Адам, или как его там, в общем, тот, что рыжий, кидал на него долгие взгляды и так и порывался втянуть в светскую беседу. Дэн, который кудрявый и взрывной, судя по количеству негативных отзывов, сидел, скрестив руки на груди, и весьма красноречиво высказывался на тему ментального здоровья своего друга. — Вам больше заняться нечем? — исчерпав все аргументы, буркнул Даниель. — Кому и что ты пытаешься доказать? — Себе, тебе и вот ему, — Рикки махнул подбородком в сторону Адама, — что он не один такой на всём белом свете. Вы только представьте: огромная популяция сверхлюдей может жить среди нас, а мы не в курсе. Видения Уортона помогли раскрыть серию убийств. На что, как по-твоему, они ещё могут быть способны? «Скорее всего, как и ты, будут сходить с ума большую часть жизни», — язвительно подумал Мейсон, а потом в шоке посмотрел на Даниеля, который в ту же секунду озвучил его мысль. Теперь этот недо-коп нравился ему ещё меньше. — А почему твой друг всё время молчит? — подал голос Адам, видимо в очередной раз попытавшись задействовать Кларка в разговоре. — Он немой, — отмахнулся Рикки, — но самое главное — он настоящий! Да, не совсем такой, как в моих видениях… — Как минимум, он жив, — подметил Даниель. «Да что ты говоришь? Похоже в этой шайке именно ты отвечаешь за очевидные вещи», — продолжал бубнить Мейсон, по-прежнему не вступая в разговор. — Сама судьба свела нас вместе! — продолжал распаляться Родерик, не обращая внимания на растущее напряжение. — Как и тебя с Адамом! После этой фразы все три слушателя напряглись ещё больше. Даниель вспомнил, какую роль играл в видениях Адама. Адам подумал о том, что помимо их встречи, вокруг его снов ещё была целая череда из жутких смертей. А Мейсон оценил обстановку и пришёл к выводу, что результатом того балагана стало то, что эти двое теперь живут вместе и настойчиво изображают счастливую семейную пару. Кто из них начал волноваться сильнее, было непонятно, поэтому Рикки предпринял попытку успокоить всех разом: — Не в том смысле! Просто я думаю, что наша встреча была не случайной, вот и всё. — О какой случайности может идти речь, — первым из ступора вышел Даниель, — если ты несколько месяцев теребил нас рассказами о нём, потом сам его нашёл, а затем похитил из его же дома? — Ты можешь прекратить говорить так, будто меня тут нет? — поинтересовался Мейсон, злобно сверкнув глазами. — Ты вообще не вмешивайся! Мой лучший друг спятил, а ты, вместо того, чтобы послать его куда подальше, притащился вместе с ним к нам домой! Я, конечно, понимаю, что тебе глубоко посрать на его состояние и ты готов и дальше подпитывать его фантазии, но это не означает, что у тебя есть право разговаривать! Адам тихонько потянул Даниеля за запястье, призывая сесть на место и не обострять конфликт. Слишком поздно. Мейсон уже вскочил на ноги и бросился к нему, сшибая по пути низкий журнальный столик. Рикки благоразумно отскочил в сторону, давая возможность двум агрессорам разобраться самостоятельно. Максимум на что хватило его дееспособности — так это оттащить слабо сопротивляющегося Адама от эпицентра сражения. — Ты не хочешь вмешаться? — спросил Уортон, устав от попыток разнять клубок из двух тел, который уже вовсю катался по полу. — Я что, похож на идиота? — хмыкнул Рикки. — Давно хотел посмотреть, как Дэн получит по голове. Если мои представления о Мейсоне хотя бы чуть-чуть совпадают с реальностью, шансы у них примерно равные. У твоего сожителя лучше физическая подготовка, но Кларк гораздо агрессивнее. Ставлю сотку на Дэна и двести на Мейсона. Оу, а вот это, наверно, было больно. — Это была моя любимая ваза, — протяжно вздохнул Адам, — я, между прочим, купил её в Милане. Даниель, прошу, только не этот стеллаж. Он стоил нам целое состояние! — Пойдём, выпьем кофе? Я ещё не всё тебе рассказал, — заговорщически шепнул Рикки, пытаясь переступить через воюющих на полу мужчин. — Мейсон, не души его так сильно. Он уже почти синий. Кларк и не думал вслушиваться ни в чьи советы, усилил напор и крикнул в ответ что-то о том, что сам Рикки может не уходить далеко, потому что станет следующей жертвой.

[Среда; 05.24.23 19:49]

Даниель подобрал с пола очки Мейсона и не без колебаний вернул их владельцу, сидевшему на полу посреди разгромленной гостиной. — Полегчало? — спросил Кларк, когда Лэм сел рядом с ним и, болезненно поморщившись, прислонился спиной к стене. — Не особо. — Ему же не пять лет. Всё никак не пойму, чего ты так психуешь? Он говорил, что твои проблемы с гневом остались в прошлом. — Вот поэтому! — вспыхнул Даниель. — Рикки слишком доверчивый. Как он мог рассказать тебе все подробности той истории? У него мозги набекрень и полностью отсутствует инстинкт самосохранения. — С этим я бы поспорил, — поморщился Мейсон, прикасаясь кончиками пальцев к разбитой губе, — он же не попытался нас разнять. И парня твоего утащил. — Полагаю, он сделал это, чтобы промыть ему мозги и переманить на свою сторону. Чёрт, у меня, кажется, ребро сломано. Мейсон окинул его внимательным взглядом, не без труда повернув голову вправо. — Слушай сюда, королева драмы. Я не могу сказать, что понимаю твои чувства, потому что не люблю врать, но попробуй взглянуть на ситуацию здраво. У твоего приятеля хроническое шило в толстой кишке. У него нет друзей, работы и личной жизни. Что плохого в том, что парень немного развлечётся? С нами будут специально обученные люди, и мы спускаемся не в жерло вулкана, а всего лишь в подземный город. Он подышит сжатым воздухом, отдохнёт от интернета, загар не могу обещать, но в целом и без него всё выглядит куда более оптимистично, чем ты себе представляешь. — Есть у него друзья, — буркнул Даниель. — А тебе это всё зачем? Я так понимаю, ты взял второй отпуск за полгода. — За свой счёт, — уточнил Кларк, — точнее — за счёт твоего друга. Ой, не делай такое лицо! Не все из нас живут в шикарном доме на берегу океана. К тому же, когда я соглашался на эту авантюру, я не знал, что подготовка займёт не два дня, а в лучшем случае два месяца. — Это Адам настоял на переезде, — зачем-то подчеркнул Даниель. — Ему было сложно оставаться в Чикаго, так что… — Заткнись, пожалуйста. Я эту историю слушаю последние десять дней. Твой друг просто гуру красочных описаний в обрамлении бесполезных фактов. У меня от вас двоих глаз дергаться начал задолго до нашей встречи. — Если Рикки там ничего не найдёт, как думаешь, есть шанс убедить его остановиться? Вернуться домой и продолжить портить жизнь местному отделению полиции? — Что значит «если»? Уж не веришь ли ты, что там и правда могут быть останки древних людей, способных глазами двигать предметы? — Рикки порой поражает своим упорством. Он же смог найти препарат, способный вызвать вполне осязаемый глюк… — О, так меня ещё не называли. — И я настаиваю на том, чтобы ты вернул его живым, — закончил Даниель. Мейсон положил руку на сердце, добавил голосу торжественного напыления и, стараясь не закатывать глаза слишком демонстративно, произнёс: — Я сделаю всё возможное, чтобы вероятность его смерти не возрастала по мере погружения под землю. Не могу обещать, что буду его останавливать, если вдруг он сам попытается сигануть с обрыва, но толкать туда точно не стану. — Все живы? — выглядывая из-за двери, спросил Рикки. — Отлично, если с мордобоем закончили, идём во двор. Они скоро прибудут. — Да, Лара Крофт, — отсалютовал Мейсон, не делая попыток подняться с пола. Даниель вскочил на ноги, смерил его долгим взглядом, а затем почти дружески протянул руку: — Полагаю, тебе тоже надо с ними познакомиться. Вставай, давай.

[Среда; 05.24.23 20:50]

Мейсон не верил ни одному слову из того, что рассказывал Рикки. Сначала он был неприятно удивлён появлением незнакомого парня, одетого как попугай, который нагло ввалился к нему на кухню и заставил выслушать бредовую историю о видениях. Потом он начал злиться, когда некоторые этапы повествования начали весьма сильно походить на реальную жизнь. Его прозвище. Имена коллег и родственников. Даже та история с псом была настоящей выдержкой из его детства. Первая мысль: Рикки Шепарт — сталкер, который непонятно зачем решил изучить его биографию. Вторая мысль: кто-то из знакомых решил от него избавиться и отправить в другую страну на неопределённое время. И третья мысль: и чёрт бы с ним, интересно ведь, к чему это всё может привести? И вот сейчас он находится в стадии лёгкого офигевания, потому что до последнего надеялся, что в любой момент из шкафа выпрыгнет Кинг в обнимку с Тайлером и объявит, что он самый настоящий лузер, раз поверил в такой бред. Вместо этого он сидит в беседке перед чужим домом и отслеживает уже третью машину, паркующуюся возле ворот. Гостей встречали и провожали хозяева дома, а сам Рикки всё это время бегал по лужайке, с кем-то шумно ругаясь по телефону. Мейсон открыл банку пива и задумчиво посмотрел на рыжую макушку, уже в четвёртый раз пробегающую мимо него. Адам Уортон. Из всех участников этого травести-шоу он, как ни странно, казался самым адекватным. Если не брать во внимание, что в юности он успел угробить несколько человек, а потом полжизни просидел в подвале собственного дома, то он был довольно милым. Ещё бы мог держать в узде собственного парня, цены бы ему не было. Поверил ли Мейсон в то, что Адам мог предсказывать будущее через свои сны? Вовсе нет. Решено было считать его просто чудаковатым художником, склонным к слуховым и зрительным галлюцинациям. — Мейсон! — прокричал Рикки, закончив переговоры. — Ты не хочешь пойти поприветствовать наших гостей? В ответ он отрицательно помотал головой и вернулся к своим наблюдениям. Даниель Лэм. В его случае выводы дались немного сложнее. Во-первых, у парня бед с головой даже больше, чем у Адама, а тот в свою очередь провёл довольно длительный отрезок жизни, будучи накачанным транквилизаторами. Во-вторых, у него определённая тяга к геройству и стремление к самоуничтожению. То, как он изображает курицу-наседку и носится со своим опрометчивым лучшим другом, вовсе не вызвало в Мейсоне умиления. Скорее раздражение. Даже родительская гиперопека должна иметь свои границы. В-третьих, этот козёл совершенно не умеет рассчитывать силу и, кажется, теперь у него сотрясение мозга. Касаемо Рикки Шепарта, тут всё было предельно ясно. Парню скучно в нормальном мире людей и хочется приключений. Всё бы ничего, если бы он не втягивал в это окружающих. В частности, его скромную персону. Теперь оставалось понять, что тут делают все остальные. Родерик пытался аргументировать свой подбор участников экспедиции, но тогда Кларк вообще не верил, что это может когда-нибудь состояться, поэтому большую часть слов пропускал мимо ушей. Придётся навёрстывать упущенное. Итак, Элизабет Гордон. Визуальное вскрытие ни к чему не привело. Несколько шрамов говорили о том, что не все её погружения проходили успешно, но в остальном это была вполне обычная женщина. На вид ей было слегка за тридцать. Высокая, не меньше шести футов, худощавая, но с довольно округлыми формами. У неё были светлые волосы, узкое лицо и цепкие глаза какого-то мутно-коричневого цвета. В целом, её можно было бы назвать привлекательной, если бы не хмурый взгляд и заметные складки вокруг губ, которые весьма ощутимо добавляли ей возраста и делали похожей на строгую училку начальных классов. Послужной список он не открывал, несмотря на настояния Шепарта, потому что не мог сказать точно, сколько раз и на какую глубину надо погрузиться, чтобы считаться опытным спелеологом. Адриан Томпсон. Двадцать девять лет. Самым примечательным в нём была не стремительная научная карьера. И не внешность, с которой его бы с распростертыми объятьями встретили в любом модельном агентстве. И даже не то, что он додумался взять в экспедицию собственную жену. Дело было в его голове. Он прославился ещё в детстве, когда его таскали на все возможные конкурсы, чтобы позабавить публику и, по всей видимости, добиться эмоционального выгорания. Эйдетическая память — вот что было самым занимательным в резюме этого парня. Мейсону это показалось немного жутким. В его жизни было много моментов, которые он предпочёл бы не помнить и боялся даже представить, каково это — вообще не иметь возможности забывать. Впрочем, парень выглядел довольно беспечным. Мышцы лица и тела расслаблены, улыбка кажется искренней, а походка — лёгкой и не сдавленной грузом воспоминаний. Алиса Томпсон шла под руку с мужем и была его полной противоположностью: мелкая, лохматая — выглядела так, будто сбежала с какого-то шабаша. Несмотря на жару, она вырядилась в чёрную кожаную куртку, такого же цвета джинсы и грубые ботинки на толстой подошве. Чем она была знаменита, Мейсон не знал и вообще не понял, нахрена нужно брать её с собой. Майкл Роджерс. Самый спорный участник группы. А ведь он уже видел Алису. Геолог, тридцати трёх лет. Допустим, у него был опыт копания в земле, но на кой черт им сдался специалист по камням? Да и выглядел он так, будто приехал в бар, а не на обсуждение будущей экспедиции: в гавайской рубашке, белых шортах и каких-то странных тапках, надетых поверх красных носков. У него были коротко стриженные тёмные волосы, большой нос и близко посаженные глаза светло-коричневого цвета. В целом, он создавал не самое приятное впечатление и был похож на проходимца, который проворачивает махинации с кредитными картами. Самым последним прибыл Кристофер Янг. Палеограф. Высокий мулат с невероятно пухлыми губами, острыми скулами и зелёными глазами. По тому, что Майкл Роджерс не входил в дом, а ждал его приезда, Мейсон сделал вывод, что два последних гостя давно знакомы между собой, а то, что при встрече они поцеловались в губы, вместо рукопожатия, толкнуло на мысль, что знакомы довольно близко. Разве не здорово? Из семи человек у них две парочки, которые, конечно же, не будут отвлекаться на отношения друг с другом, ругаться и тормозить экспедицию. Осталось только Рикки замутить с Элизабет и получится неплохой романтический круиз. Ему самому в таком случае останется пустить себе пулю в лоб, чтобы не портить ребятам всё веселье. — Все уже в сборе, — к нему неуверенно шагнул, кажется, Адам. — Рикки уже вжился в роль первопроходца и занялся организационными вопросами. — Блеск, — ответил Мейсон, продолжая потягивать пиво, — я спешу изо всех сил. — Тебе это всё не нравится? — уточнил Уортон, присаживаясь рядом. — Зачем тогда ты вообще едешь? — А как твой… забыл его имя, среагировал на твои видения? — Даниель, — Адам вымученно улыбнулся, — захотел разобраться. Но большую часть времени он был уверен, что скоро умрёт. — У нас с ним намного больше общего, чем мне бы хотелось, — недовольно произнёс Мейсон. — Ну, а ты сам? Был таким же невыносимым как Шепарт и пытался доказать всем вокруг, что не спятил? — Вовсе нет. Мне было страшно. Я перестал понимать, что реально, а что вымысел. Рикки был одним из первых, кто мне поверил. — И что он сделал? — Ворвался ко мне домой и попросил нарисовать что-нибудь. — Значит, и с тобой у нас есть сходства, — констатировал Мейсон. — Меня он просил рассказать про призраков. — А ты точно не… — Нет, — отрезал Кларк. — Точно нет. Я бы запомнил. — Пойдём в дом, — жалобно попросил Адам, — я не хочу один быть в шоке от происходящего. И общаться с этими странными людьми. Брови Мейсона удивлённо поползли вверх. — А мне говорили, что ты спятил. Ну, или был близок к этому. Не такой уж твой Дэн и странный. Просто слегка несдержанный.

[Среда; 05.24.23; 23:00]

— У кого-то остались вопросы? — деловито спросил Рикки, продолжая изображать профессора. Люди, собравшиеся в переделанной под импровизированный штаб комнате, сдержанно переглянулись и синхронно помотали головами. Кроме одного. — Мне обязательно оставаться здесь на время подготовки? — Мейсон даже руку поднял, в попытке подыграть происходящему балагану. — Я так понимаю, разрешение на экспедицию ты не получил? Это может слегка подзатянуться, а я внезапно очень сильно соскучился по работе. — Нет, — коротко ответил Рикки. — Ещё вопросы? — Как долго мы там пробудем? — Мистер Кларк, на ваши вопросы я смогу ответить позже. Не задерживайте здесь остальных. Мейсон пожал плечами и вернулся взглядом к экрану телефона, с которого, в течение всего совещания, смотрел передачу о методах трепанации черепа. — Я бы хотел кое-что уточнить, — неуверенно сказал Кристофер, — у троих из нас нет опыта в погружении. Ты уверен, что целесообразно проводить поиски на такой глубине? — Всё, что выше, давно уже изучено, — пояснил Рикки, — да и у нас есть время подготовиться. Я спускался в пещеры Иллинойса в прошлом году, — опомнившись, он тут же бросил быстрый взгляд на Адама, но столкнулся с каменным лицом Даниеля, сглотнул комок слюны и продолжил: — Так что можно сказать, что опыт у меня уже есть. — Что насчёт распределения ролей? — вмешалась Элизабет. — Нас не слишком мало для полноценной экспедиции? — О, а вот это отличный вопрос, моя дорогая, — подскочил Шепарт и начал разгребать груду бумаг, которую успел раскидать в процессе повествования. — Я — что наверно и так всем понятно — командир отряда. Своим заместителем назначаю Алису. Ответственным за пропитание будет Майкл, мы с ним это уже обсудили. Кристофер будет вести протокол. Адриан возьмёт на себя роль комиссара: будет следить за тем, чтобы никто никого случайно там не прикончил. Мейсон! Это тебя касается! Кларк от неожиданности выронил телефон и кинул разъярённый взгляд в сторону оратора: — Ну и что же, в таком случае, остаётся мне? — Ты, будешь талисманом. Ладно-ладно, шучу, не смотри так — ты сейчас дыру во мне просверлишь! Ты удивишься, но в экспедициях тоже нужны санитары! — Ты больной? — уточнил Мейсон. — Я санитар морга, ау! Я трупам кишки промываю и зашиваю их после вскрытия! Я не убираю мусор после шайки недо-исследователей! — В этом нет ничего сложного, — беззаботно отмахнулся Рикки, — уверен, с этим бы даже Тайлер справился. — Не говори так, будто ты с ним знаком! Даниель опустил руку на плечо Мейсона и слегка надавил, в попытке успокоить. — Позже можешь его прибить, — шепнул он, наклонившись к самому уху, — но сейчас здесь слишком много свидетелей. Правда, не могу обещать, что тебе не придётся встать в очередь. — Ты про меня забыл, — подала голос Элизабет. — Ты, разумеется, наш учитель и эксперт по выживанию. У тебя самая серьёзная роль: помочь нам всем сначала туда попасть, а потом — вытащить нас на поверхность. Мы все возлагаем большие надежды на то, что ты с этим справишься.

[Четверг; 05.25.23 01:30]

Рикки собирал свои распечатки, раскладывая их по папкам в зависимости от назначения, что-то тихонько бормоча себе под нос. Мейсон плохо слушал его выступление, но мог с уверенностью сказать, судя по количеству информации: к процессу подготовки парень подошёл максимально ответственно. Теоретическая база не готова. Он даже ни разу не слетал в Мексику, потому что был слегка занят тем, что вывозил его с Аляски. А перед этим провёл несколько месяцев в этом самом доме. А ещё раньше летал в Африку, где, собственно, ему в голову и пришла вся эта прекрасная затея. Распределение обязанностей он почти на сто процентов придумал прямо на ходу, потому что Мейсон слышал, как Майкл шепнул Кристоферу, что мало чего знает о приготовлении пищи в полевых условиях. Список необходимых вещей, он скорее всего тупо скачал из интернета, и он больше подошёл бы для узкого круга родственников, решивших отпраздновать День Благодарения. Зато аппаратура почти вся в наличии. Благодаря Элизабет, которая заблаговременно сообщила, что потребуется для спуска в пещеру. С каждым часом в Мейсоне крепла уверенность, что поездка будет какой угодно, но только не развлекательной. Ещё и хозяева дома почему-то не идут спать, а продолжают сидеть в их штаб-комнате и до сих пор пытаются вразумить своего неусидчивого товарища. В процессе брифинга Мейсон заметил ещё одну черту в характере Дэна: тот, оказывается, умеет слушать. И, что не менее важно, слышать. Он не прокомментировал ни одного слова в процессе самого разговора, но после ухода посетителей на голову несчастного Рикки обрушилось столько негатива, что на какое-то мгновение его даже стало немного жаль. При этом доводы были вескими, подкреплёнными аргументами и почти что цензурными. Сам бы он никогда так не смог. Собственно, поэтому и молчал почти всё время. Адам делал вид, что совершенно не устал и стойко держал спину прямо, пару раз, правда, едва не рухнув на пол. То, что Даниель в перерывах между отчитыванием Шепарта, успевал бросать быстрые взгляды в его сторону, по всей видимости, готовясь ловить того на лету, совсем немного растрогало. Да и в целом, после знакомства с остальными участниками, градус симпатии к бывшему детективу полиции слегка подрос. Совсем слегка. — Я поеду с вами! Адам резко пришёл в сознание, Мейсон поднял вопросительный взгляд, а Рикки выронил свои листовки. Все трое повернули головы к Даниелю. — Это ещё зачем? — спросил Родерик. — За внесение язвительных комментариев отвечает Мейсон. За тоску по дому — тоже он, а за здравые мысли я сам понесу ответственность. Для тебя мест нет. — Если ты едешь, то и я тоже, — упрямо вымолвил Адам. — Ага, чтобы мне не только за Рикки, но ещё и за тобой присматривать? — Так, ну всё, это выше моих сил, — Мейсон натянул кожу на висках так сильно, что по его рукам зазмеились синие вены. — Дэн, или как там тебя, будь так добр, заткнись нахуй! Если ты думаешь, что я не вижу, как ты трясёшься за всё живое вокруг, то ошибаешься. Ты, блять, проверяешь температуру чая, перед тем как передать ему напиток, — он мотнул головой в сторону Адама, — и всегда идёшь чуть впереди, видимо, ожидая выстрела снайпера и готовясь принять удар на себя. Это же просто смешно! Мы тут все взрослые люди. Ты не можешь ходить за каждым с рулоном туалетной бумаги, на случай, если у кого-нибудь протечёт задница! Рикки, конечно, не самый разумный человек, но он не ребёнок! Мы справимся. Без тебя. И, возможно, даже вернёмся живыми. Можешь начинать орать. Орать Даниель не стал. Вместо этого он нахмурился, смерил Кларка долгим взглядом, а потом махнул тому рукой, предложив поговорить наедине. Мейсон весь внутренне сжался. Во время своей пламенной речи он не успел подумать о том, что она может стать поводом к продолжению недавней потасовки. Рана на губе снова начала кровоточить, и он был почти уверен, что ещё один удар — и ему потребуется наложение швов. Они вышли на балкон. Даниель устало опустился в плетёное кресло, а Мейсон остался стоять, подперев руками металлические перила. — Моё беспокойство возникло не на пустом месте, — шепнул Даниель. — Ты многого не знаешь о Рикки. — Если он не маньяк-потрошитель, то я буду спать спокойно. Мне не нужна конкуренция. — У него непростая семья. Была. Большую часть юности он потратил на войну с ними. — То, что ты говоришь о них в прошедшем времени, должно мне намекнуть на то, что он справился? — Я не знаю, — Даниель сокрушённо развел руками. — Не знаю, что с ними случилось. Сестру Рикки нашли на пустыре, а родители погибли от взрыва. Я до сих пор не могу утверждать, что ни одно из этих событий не прошло без его прямого участия. — И, вместо того, чтобы упрятать его за решётку, ты стал его лучшим другом? — Мейсон даже не попытался скрыть сарказм в голосе. — В Чикаго настолько всё плохо с правосудием? — Ты сейчас решил мне нотации почитать? Я всего лишь хочу предупредить: на данном этапе я волнуюсь не за Рикки. Точнее, не только за Рикки. Своим безрассудством он может погубить всех вас. Я знаком с ним больше пяти лет, но всё ещё не понимаю, какие силы им движут. — И ты в порыве благородства решил составить нам компанию и рискнуть и своей шеей тоже? Забудь об этом. Ты может и готов к трудностям, но Адаму вряд ли пойдёт на пользу ещё один спуск в пещеру. — Присмотри за ним, — сдался Даниель, — за его мнимой веселостью могут скрываться очень мрачные тайны. — Правда, что ли? — Мейсон вскинул брови и едва заметно улыбнулся. — А у кого их нет?