С другой стороны

Обработав ему рану, я сквозь тряпку приложила холод на его щёку. Глаза брата бегали туда-сюда. - Стюарт, мать твою, мороженое – это холод, чтобы потом твоя рожа не разбухла. А если ты съешь его сейчас, то ничего тебя не спасёт, – прошептала я, держа одной рукой ведёрко, а другой отвесив брату небольшой подзатыльник. В ответ он лишь тяжело вздохнул. Видимо, надеялся схомячить. Ага. Счаз. Сказав ему держать холод у щеки самому, я принялась обрабатывать остальные его раны. Сначала Стюарт пытался создавать впечатление непоколебимого мужчины, но на долго его не хватило. Он то тихонько всхлипывал, то шмыгал, а потом совсем разнылся, когда я принялась осматривать его раны на животе. Мда.Сегодня ему прям хорошенько досталось. Однако я грозным взглядом дала понять, что в няньки играть с ним не собираюсь. Стюарт тут же заткнулся. Только морщился, когда я наносила ему мазь от ушибов. - Готово – сказала я, убирая бинты и мази обратно в сумку, - теперь открой мороженное. Стюарт сразу же просиял. Он мгновенно открутил крышку ведёрка, достал с внутренней стороны пластиковую ложку и облизнулся. Ему явно хотелось слопать всё и сразу, но на моём лице было написано «попробуй только», поэтому он ждал меня. Как только аптечка была спрятана, то мы с братом уселись на его кровать и по очереди ели мороженое. Какое оно было вкусное… Ванильное, чуть подтаявшее из-за щеки Стюарта, оно всё равно морозило нам горло. Я закрыла глаза и расплылась в улыбке. Чего только стоил мне этот десерт. Пришлось откладывать всю валявшуюся мелочь в доме, выбивать у одноклассников их карманные, чтобы скопить на это ведёрко. А ещё спрятать среди мяса в морозильнике так, чтобы никто не заметил, иначе попадёт. Изначально я хотела сама всё тихонько съесть, растягивая удовольствие. Но… Стюарту важнее. Когда мне так попадало, никто не удосуживался обрабатывать мне раны и кормить сладостями. Пусть хоть Стюарт насладится этим. Наверное, это одно из самых радостных воспоминаний моего детства. Но также одно из самых тревожных. Всё потому, что буквально спустя пару минут, я услышала шаги на первом этаже. Тяжёлые. Громкие. Пугающие. Внутри всё упало. Я отобрала у брата ведёрко и вместе с ложкой засунула его под кровать. «Могу успеть добежать в комнату, главное, чтобы он не успел увидеть меня» - пронеслось в моей голове, когда я подбегала к выходу. Но в этот момент дверь открылась с другой стороны. Оглянувшись на Стюарта, я успела увидеть его взгляд полный ужаса. Он уже собирался бежать к шкафу, но было поздно. В комнату зашёл отец. Вокруг сразу стало темно, душно и страшно от одного его присутствия. Он окинул меня взглядом, но не стал задерживать его. На секунду стало легче, что отец проигнорировал меня. Я уже собиралась выбегать, но тут до меня дошло, за кем он пришёл. Стало ещё страшнее. Отец пристально смотрел на Стюарта. Было видно, как брат начинает дрожать. «Нет, нет, нет, Стью, вот это не нужно. Держи себя в руках.» - мысленно наставляла я брата. Но он не слышал. Ещё чуть-чуть, и он бы начал плакать. Отец пристально наблюдал за ним. Стюарт на секунду опустил взгляд на меня, словно на последний луч света. Но я не могла его спасти сейчас. От этого мне тоже хотелось плакать. К сожалению, отец тоже заметил, куда смотрит Стюарт. Теперь он прожигал взглядом меня. - Ты обработала ему раны? – сотряс комнату басом отец. Я молчала. Отец повторил ещё строже: - Ещё раз спрашиваю, это ты обработала ему раны? Сглотнув, я легонько кивнула. Отец в ту же секунду схватил меня за руку почти до хруста и вывел из комнаты. Я слышала, как следом за нами выбежал Стью, но дальше своей комнаты он не смог выйти. Отец оттолкнул его назад: - Мы обсудим твоё поведение на следующей тренировке. Сейчас я буду разговаривать с твоей старшей сестрой. Я уже не слышала большую часть нравоучений отца. Все мои мысли были заняты Стюартом, но я точно знала, что сейчас говорит отец. Изо дня в день, одно и то же: - Твой брат – будущий наследник. Его нужно научить всему сейчас, чтобы потом он стал достойным преемником. Не смей мешать ему. -Тебе повезло, что родился твой брат. Теперь ты лишь женщина, которой нужно лишь родить детей. - Твой брат слишком слаб. Если ты, как твоя мать, будешь его баловать, то из него вырастет тряпка, которую убьют сразу же, когда он унаследует компанию. Если будешь мешать его тренировкам – будешь наказана. Но меня это мало волновало. Единственное, о чём я думала, было: «Ну, надеюсь, Стюарт не съест всё мороженное без меня.»