Граф Чхве

С того злосчастного побега прошло уже около двух недель. Бомгю в ту ночь глаз сомкнуть так и не смог, все думал о своей непонятной реакции на довольно обыденные вещи. Почему он вообще так необъяснимо почувствовал совершенно новое жгучее ощущение где-то в районе груди, осмыслить не получалось никак. Хотелось просто спрятаться от него подальше и вовсе не думать о подобных вещах. Прежде, общаясь с Енджуном на отвлеченные темы, Бомгю не замечал за собой ничего такого. И лишь подобравшись к теме, касающейся межличностных отношений, понял, что все вдруг сменило свои обороты. И вместе с тем Бомгю не понимал, чем заслужил свои сердечные метания, и, испугавшись странного нового ощущения при появлении графа Чхве, решил сталкиваться с ним все реже. Надеялся, что таким образом сумеет хоть сколько-нибудь обуздать непрошенный гнев, который вновь зарождался в душе, стоило ему лишь вспомнить о том снисходительном выражении лица, что было у Енджуна во время их последнего разговора. Эти мысли не давали спокойно жить, напоминая о себе ежесекундно и сбивая Бомгю со всех дел и обязанностей. Но в его жизни вместе с тем произошло и кое-что однозначно хорошее. — Мисс Дженни, рад видеть вас сегодня, как поживаете? Бомгю показательно закатил глаза и поглядел на не менее кокетливую подругу. Они с Субином сегодня решили посетить один из главных ресторанов, где совершенно случайно (надо же) столкнулись с Дженни. Та обедала с братом и, заметив братьев Чхве, приветственно помахала им рукой. Те тут же отреагировали, подлетая к ней и усаживаясь рядом. Ее младшенький, с которым она явилась в ресторан, так же пожал юношам руки. — Чудесно, мистер! — немедля ответила она, получая в ответ приветственный поцелуй в тыльную сторону ладони. Бомгю долго этого выдержать не мог, поэтому воскликнул почти сразу же: — О, да бросьте, вы до помолвки звучали более фамильярно, чем сейчас. Те в ответ добродушно рассмеялись и, оставив попытки наигранно любезничать, переменили тон: — Ладно, не зуди, — отмахнулся Субин и потрепал брата по голове. — Вот-вот, дай насладиться моментом, — закивала Дженни. Бомгю не нашел, что ответить, поэтому лишь многозначительно промолчал. — По правде говоря, до сих пор не верю в то, что все вышло именно так. И это еще мягко сказано. Наравне с мыслями о Енджуне Бомгю нередко посещали еще и те, что слегка принижали его достоинство. — Выходит, этому господину Чхве удалось за один разговор убедить тебя в том, в чем у Бомгю годами не получалось, нуна? — с доброй улыбкой спросил Кай. Дженни виновато поглядела на друга. — Выходит, что так. — Не волнуйся, я не сержусь. — осторожно накрыв ее руку своей, отозвался он. — Не у меня, так хорошо хоть у кого-то получилось вас подтолкнуть. Главное, что двое моих любимых людей теперь счастливы. Субин и Дженни с нежностью поглядели на него с двух сторон. Кай подозвал официанта, и тот принялся поспешно выслушивать заказ. Бомгю ни капельки не слукавил и в действительности был рад за каждого из них, но при этом по-прежнему не мог избавиться от собственных неприятных чувств, что так и сквозили в голове одной тяжкой мыслью: «Но сам я совсем не счастлив».

⚰⚰⚰

Дни текли как обычно, все так же безропотно сменяя друг друга. Енджун продолжал заниматься все теми же вещами, которые наполняли его существование смыслом, принося небывалое удовольствие от собственной жизни. Он все так же посещал близких друзей, ходил на разного рода светские мероприятия и пытался проявлять там свои лучшие качества. Каждый день отличался от предыдущего и это должно было бы радовать, но Енджуну они более не казались такими приятными и наполненными. Отныне все стало необъяснимо тоскливым и серым, не способным воспроизвести на его лице хоть какое-то подобие улыбки, где бы он ни находился. И причина тому становилась яснее с каждым днем, ведь отрицать ее было бы слишком глупо, ведь кое-что однозначно изменилось. — Ты на прием-то пойдешь? — к вечеру заглянув к нему, как обычно, перед сном, спросил Тэхен. — На который из? — Тот, что у господина Хвана. Его дочь, кажется, на тебя глаз положила. Енджун взвыл. С того дня они с младшим сыном господина Чхве так и не говорили, если не считать приветственных кивков головами. И Енджун бы уже давно заволновался на этот счет, если бы только Бомгю не вел себя так, словно все у них в порядке. Словно это общение всегда одному лишь Енджуну было нужно. Вот он и не знал, как подступиться к юноше. Боялся, что сам себе эту близкую дружбу выдумал, а теперь еще и юношу к ней принуждает. Так что и предпринимать Енджун ничего не стал, за исключением нескольких попыток, когда он все же старался остаться с Бомгю наедине, но каждый раз давал заднюю, видя, как тому этого не хочется. Вот Енджун любые последующие попытки и оставил, продолжая все так же терять интерес к жизни и мучиться в догадках. — Ответ положительный, или я чего-то не понимаю? — Тэхен, признаться, мне эти мероприятия уже так осточертели, что и думать о них не могу. Тем более перед сном. — Вас понял, — хмыкнул дворецкий, — загляну утром, — притворил за собой дверь и покинул комнату господина.

⚰⚰⚰

На самом деле Енджун с каждым новым днем постепенно начинал осознавать, что прошлые его проблемы такими уж особо значимыми и не являлись. Ведь теперь, когда Бомгю и вовсе перестал посещать всякого рода светские мероприятия, перспектива мило улыбаться ему и кивать в знак приветствия больше не казалось такой безнадежной. Енджун невольно начинал скучать уже лишь по тому, что мог видеть его и находить хоть какой-то смысл в том, чтобы к ночи вставать с кровати и отправляться на бал или ужин. Теперь же прибывать туда всякий раз, зная, что Бомгю, вероятно, вновь не придет, было невыносимо. — Здравствуйте, госпожа Ким. Как поживаете? — обратившись к Дженни, спросил он ее на одном из последних балов в этом месяце. Та выглядела невероятно счастливой и с радостью поддержала разговор со ставшим для нее уже более приятным господином, которому внутренне она по-прежнему была благодарна. — Добрый вечер, господин Чхве! Рада видеть вас! У меня все чудесно, вы сами как будете? Они стояли у стола с напитками и разговаривали вполголоса, пока основная часть гостей кружила в танце. Субин пригласил свою близкую кузину, поэтому Дженни пока была предоставлена сама себе. И Енджун не сумел этой возможностью не воспользоваться. — Замечательно, мисс, — от неподдельной радости в ее голосе в ответ Енджуну удалось искренне улыбнуться, — только вот, друга вашего в последнее время совсем не видать. — Ах, Бомгю, — она как-то странно повела глазами, и Енджун сразу же это заметил, — он неважно себя чувствует. — Вот уже месяц? — выгнув бровь, спросил он, — может, ему нужна какая-нибудь помощь? Могу я его проведать? — О, думаю, не стоит. Понимаете ли, тут дело вовсе не в физическом здоровье. Бомгю одолевают скорее душевные терзания. Потому я и не думаю, что он хочет сейчас хоть кого-нибудь видеть. Енджун нервно сглотнул. Поверить не мог, что все способно обернуться вот так, и спросил у Дженни об этом напрямую: — Полагаете, наш Бомгю влюбился? Дженни мгновенно побледнела после его слов и резко занервничала. Однако тут же собралась и уже в следующую секунду ответила: — Простите, но мне ничего об этом не известно. Енджун понимал, что она лукавит, но донимать девушку не стал. Не в его это было духе, да и того, что он узнал, уже сполна хватило. Поблагодарив юную леди за приятную беседу, он поспешил вернуться в тот вечер домой, чтобы как следует все обдумать. Оставаться на балу еще хоть секунду сил больше не было.

⚰⚰⚰

Бомгю лениво перелистывал страницы очередного романа, что ему посоветовала Дженни, с каждой секундой все больше теряя концентрацию и способность сосредоточиться хотя бы на паре слов. Отвлечься от назойливых мыслей не получалось совсем, а потому он, решив себя все-таки не мучить, со временем отложил книгу и решил выйти во двор, чтобы прогуляться. Надеялся таким образом проветрить голову. Но именно там его встретила Дженни. — Здравствуй, дорогой! — в присущем ей приподнятом настроении воскликнула она и приветственно обняла лучшего друга. Бомгю, несмотря на не самое лучшее расположение духа, удостоил ее ответной улыбкой. — Давно вы прибыли? — Только что. Мама вновь хочет переговорить с госпожой Чхве по поводу всяких свадебных мелочей, сам понимаешь. Бомгю кивнул в знак согласия. Свадьба Субина и Дженни была назначена на конец лета, ждать которого предстояло еще четыре месяца. — Вообще, признаюсь, я приехала еще и потому, что хотела с тобой поговорить, — вдруг как-то неожиданно серьезно заявила она, когда они с Бомгю принялись расхаживать вдоль сада. Тот подозрительно поглядел на подругу, — понимаешь, я не могу скрывать, что меня не на шутку беспокоит твоя отреченность. — О чем это ты? — Бомгю, тебя на общих встречах не видели вот уже с месяц. Со мной ты стал каким-то молчаливым. Я не хочу давить, просто волнуюсь. И хочу понять, что случилось. Тебя что-то тревожит? Мне ты ведь можешь сказать. Бомгю протяжно вздохнул. Он и сам понимал, что его разбирательства в собственных чувствах слегка подзатянулись, ненароком отрывая его от светской жизни. Мама уже говорила с ним на эту тему, но, заметив, что от этих разговоров сыну становится только хуже, оставила того в покое. Дженни, разумеется, другое. И Бомгю в действительности может все ей рассказать, но, по правде говоря, и понятия не имеет, как обличить свои мысли в слова. Как признаться ей в том, что причина кроется в одном самодовольном графе, от одного лишь вида которого Бомгю вдруг становится необъяснимо хорошо и вместе с тем плохо? Как объяснить это вообще кому-то еще, если самому себе не можешь? — Неужто это все из-за господина Чхве Енджуна? Бомгю был крайне обескуражен такой проницательностью и одновременно напуган. Почему-то мысль о том, что даже Дженни может прознать о его слишком долгих мыслях о Енджуне, приводила в неподдельный ужас. И он сам не до конца понимал почему. По тому, как неожиданно он замолчал, все и так было ясно. Дженни вновь продолжила: — Послушай, я понятия не имею, какие у вас там отношения, но, надеюсь, он ничем тебя не обидел? Потому что все, что я могу предположить — ты избегаешь встреч именно с ним. Бомгю мгновенно оживился после ее предположения и тут же запротестовал в защиту Енджуна. — Что ты, разве мог он? Мы ведь оба убедились в том, что он далеко не такой мерзавец, как мы полагали. Он не задел меня ни в коем разе, дело не в этом. — А в чем же? Бомгю остановился и громко вздохнул. С трудом посмотрел подруге в глаза, столкнувшись с ее выжидающим взглядом. — Не думай, что я молчу потому, что не доверяю тебе, — наконец ответил он, — скорее самому себе. — Что это значит, Бомгю? Я совсем перестаю тебя понимать. — Прости. Ты права. Дело в Енджуне, и я не выхожу из дома потому, что именно его видеть не хочу, но, поверь, понятия не имею почему. Дженни скептически выгнула брови. — Он точно не обидел тебя? — Да нет же! Поверь, от такой мелочи я бы на такой срок не закрылся. — В таком случае тебе пора выбираться! — чуть более громким голосом сказала Дженни, — не знаю уж, что у вас там случилось, но это не может продолжаться вечно. Не можешь сказать — не говори, но тебе пора попытаться себя преодолеть. Я буду рядом, и ничего плохого не произойдет. В любом случае так тебе самому будет проще разобраться в том, чего сейчас ты не понимаешь. На протяжении всей своей речи Дженни неотрывно смотрела Бомгю прямо в глаза, словно пыталась заглянуть ему в самую душу. И ее слова все-таки подействовали. Бомгю всерьез задумался над тем, что она сказала ему в тот день.

⚰⚰⚰

Енджун в чудеса никогда не верил. Все считал это глупым перекладыванием людьми ответственности с себя и своих сил на упование божьего или магического свершения. Однако, несмотря на это, чудо с ним все-таки произошло. — Сколько можно, Енджун? Уже четвертый ужин за пару недель. Сходи хоть куда-нибудь, бога ради. Люди судачить начнут. — Я ведь говорил тебе — осточертели мне эти приемы. Сколько можно праздную жизнь вести? Пора бы и за голову взяться. Тэхен открыто рассмеялся. — И это мне главный прожигатель жизни говорит? Опомнись, мы в таком обществе живем. Выбора нет. Енджун на его слова никак не отреагировал. Желание посещать мероприятия, на которых его главного стимула изображать приличного господина больше нет, отпало окончательно. Тэхен заметил это равнодушие и не сумел вновь не прибегнуть к своему главному козырю. — Мне тут птичка на хвосте новость принесла… Енджун вмиг оторвал взор от окна и поглядел на дворецкого в другом конце комнаты. Тэхен, радостный от своего умения завладеть вниманием друга, продолжал: — Что, мол, другая семья Чхве сегодня в полном составе явится. Енджун с укором и недоверием прищурил глаза. — Врешь. — Сам проверь. Енджун поглядел на него еще с минуту пронзительным взглядом, обещающим смертную казнь в случае лжи. Не то чтобы Тэхен вообще когда-нибудь ему лгал, но сейчас в правдивость его слов верилось с трудом. Появление Бомгю на ужине вместе со всей семьей сейчас приравнивалось для Енджуна к чему-то несбыточному. К чему-то слишком прекрасному, чтобы быть правдой. И все же, чудеса порой случаются. И Енджун позволил себе в них поверить. Ну, разве что, только на этот вечер. — Мой выходной костюм.

⚰⚰⚰

Бомгю откровенно нервничал. Все поглядывал в окно кареты тревожным взглядом и безустанно теребил края своей накрахмаленной кружевной рубашки. Сохранять спокойствие сейчас совсем не получалось. Он все не мог перестать думать о том неясном чувстве, что поселилось в нем после того злосчастного вечера на очередном балу. И от неясности этой хотелось бежать, но так обычно поступают трусы. Бомгю хотелось верить, что он не трус, что он может продолжать жить, не боясь выходить из дома. Вот и делал шаги навстречу своим страхам, желая посмотреть им в лицо. По прибытии их тут же встретила жена господина Хвана, с милой улыбкой приветствуя семью Чхве. По правую сторону от нее находилась ее младшая дочь. От ее вида Бомгю тут же стало как-то нехорошо, он словно вернулся в тот самый вечер, когда внутри него что-то перевернулось. — Что ж, прошу, пройдемте к столу. Ужин оказался поистине королевского размаха. Бомгю уже давненько такого не видел. Гостей было немерено, и шумный гул уже явно свидетельствовал о множестве начатых тем. Бомгю, пытаясь унять волнение, принялся быстрым взглядом проходиться по каждому из сидящих здесь. Енджуна пока не было, и Бомгю не знал, радует его это открытие или нет. К тому моменту к ним с Субином как раз подошла Дженни. Она ласково поприветствовала Бомгю и позволила жениху поцеловать свою ручку. Однако старшего из братьев почти сразу же отвлек отец, и лучшие друзья вновь остались наедине. Дженни усадила Бомгю рядом с собой. — Я так горжусь тобой, что ты смог прийти! — Знала бы ты, как мне боязно, — все еще не осмеливаясь до конца поднять головы, ответил Бомгю. — Не волнуйся, я постараюсь не отходить от тебя, чтобы в случае чего не оставить вас наедине. Да и потом, быть может, он и не прибудет сегодня вовсе. Но тут же, словно в укор ее словам, в холле раздались восхищенные возгласы. — Здравствуйте! Рад видеть вас, госпожа Хван! — Ах, Енджун, милый, как давно мы не виделись, я уж успела соскучиться! Бомгю с Дженни тревожно поглядели друг на друга. Голоса на мгновение стихли, но в тот же момент из-за угла вышел новый прибывший гость. Бомгю с трудом сдерживал себя от смешанных эмоций, ведь выглядел Енджун обворожительно. Слегка взбудораженный, одетый с иголочки и такой радостный, словно здесь его ждет нечто особенное. Глядя на такой его вид, Бомгю ведь даже в самых смелых мечтах и подумать не мог о том, что причиной такому состоянию является он сам. Очарованный на какое-то мгновение, он даже не сумел отвести взгляда, когда Енджун, осматривая в том же ключе всех присутствующих, столкнулся с ним глазами. И видит бог, его счастливой улыбкой, возникшей в ту секунду на совершенном лице, можно было бы всю вселенную осветить. Губы, что легонько тронула улыбка, машинально самозабвенно прошептали одно единственное имя: — Бомгю. Обладатель этого имени после такого тут же пришел в себя и, смутившись, опустил голову. Енджуна этот жест только позабавил. Теперь, спустя такое непростое испытание, как разлука со ставшим уже близким другом, ему вовсе не было стыдно за свою настойчивость. Ведь если прежде он удовлетворялся созерцанием Бомгю издалека, смущаясь поговорить обо всем начистоту, теперь был настроен завладеть его вниманием полностью. Не задумываясь поправив ворот своей рубашки, Енджун уверенной походкой двинулся в сторону Бомгю.