Как в сказке?

Совон заглянула в комнату брата. Он смотрел фильм на ноутбуке и ел пиццу. Звук был настолько громким, что Совон пришлось набрать побольше воздуха в лёгкие и крикнуть: — Сухо! Её руки сжались в кулачки, а глаза зажмурились. Сухо, стиснув зубами кусок пиццы, обернулся к Совон. В его глазах отражался вопрос: «Чего тебе, малявка?» Сухо заметил, что Совон как-то иначе выглядела. Она сделала лёгкий макияж, не такой яркий, как делала обыкновенно, идя на свидание. На ее губах сияла розоватая помада, ресницы были подведены тушью, а веки накрашены светло-розовыми тенями. Поймав на себе удивлённый взгляд брата, Совон потупила глаза и села на пол. Она взяла со стола кусок пиццы и стала есть, не заботясь о том, что её помада размажется. Сухо смотрел на неё сосредоточенно, силясь угадать подвох. Совон медленно жевала пиццу и смотрела на застывшую картинку на ноутбуке. Сухо дернул ее за рукав платья. — Ты что-то хотела? — спросил он. Его нервировало присутствие Совон, особенно в моменты, когда она подолгу молчала, не решаясь начать разговор. Совон была достаточно застенчивой девушкой. Порою из нее и слова не вытянешь. Совон доела пиццу и проговорила: — Можно у тебя кое-что спросить? — Спрашивай. — Ты когда-нибудь це…целовался? — спросила она, чуть заикаясь от волнения. — Да. Целовался. И не один раз, — ответил Сухо и щелкнул на кнопку воспроизведения. Совон быстро нажала на нее и остановила фильм. — Ну что еще? — А как это? Целоваться? — спросила Совон уже смелее. — Ты столько раз с парнями встречалась, и ни один тебя не целовал? Совон отрицательно покачала головой. — Правда? — Да. Ни разу, — произнесла Совон и покраснела до кончиков ушей. Она склонила голову к груди, пока Сухо размышлял, что ей ответить. — Я скажу тебе одно: целоваться — приятно, если человек тебе нравится, и вдвойне приятно, если ты любишь его, — сказал Сухо и поднял пальцами ее подбородок. — У тебя еще не было первого поцелуя? Не беда. Выше нос, Совон, — он погладил ее по горячей щеке. Иногда Сухо вел себя как образцовый брат: проявлял заботу по отношению к Совон, подбадривал ее. Совон улыбнулась, но тут же вскрикнула. Сухо больно ущипнул ее за щеку. Совон с размаху врезала ему по голове и выбежала из комнаты. — Будешь вести себя так агрессивно — тебя никто не полюбит, Ким Совон! — прокричал ей Сухо. Потирая голову ладонью, Сухо взял телефон и написал Минхо о разговоре с Совон: ему хотелось поделиться с другом забавной ситуацией. Совон посмотрела на время и поняла, что опаздывает на встречу с Минхо. Вдев ноги в ботинки, она выбежала на улицу. Под тонким слоем рыхлого снега прятался лед. Совон скользила на подошвах, раскинув руки в стороны, и вдруг плюхнулась на лед задом. — Сегодня явно не мой день, — проговорила она. Утром Минхо писал ей. Он предложил встретиться у сувенирного магазинчика. Совон прибежала к магазинчику первой. Она поправила шапку и платье. Зима в этом году выдалась снежная и теплая. Температура не опускалась ниже пяти градусов. У Минхо оставалось пять минут. Но ни через пять, ни через десять минут он не пришел. «Неужели снова? — с горечью подумала Совон. — Снова меня обманули». Она потерла пальцами замерзший нос, надела перчатки и затужила шарфик; потопталась на месте. За спиной Совон сверкала витрина магазинчика. Совон присмотрелась к снежной деревеньке за стеклом. Искусственный снежок кружил в воздухе, плавно опускаясь на крыши крохотных домов, размером с коробки. Домиков было великое множество. Рядом с ними стояли малюсенькие фигурки людей: кто с метелкой, кто с санками, кто с коньками. Поодаль возвышалась горка, с которой скатывались ребятишки. Совон медленно вела взгляд слева направо. Вот она увидела печку. Перед ней стояла старушка. На старушке было пышное платье с фартуком и цветастый чепец на голове. Старушка вытягивала из печки румяный хлеб. Подле нее стоял мальчишка с кувшином молока в руках, а об его ноги ластилась кошка. В другом углу витрины Совон увидела Санта Клауса. Волшебник сидел за дубовым столом и читал письма. Совон вспомнила о своем письме. Куда же занес его ветер? Минхо все не было. Пошел снег. Снежинки кружили в воздухе под бойкую музыку, доносившуюся из динамиков на столбах. Вдруг Совон услышала чей-то возмущенный возглас. Посреди улицы сидел Минхо и помогал какому-то мужчине собирать с снега разбросанные мандарины. — Привет! — весело произнесла Совон, хватая мандарины и протягивая их мужчине. — Ой! Привет, Совон, — сказал Минхо, улыбнувшись. Он подобрал оставшиеся мандарины и сунул их в пакет. — Простите еще раз! Минхо глубокого поклонился мужчине. — Я так торопился на встречу с тобой, что сбил человека, — сказал Минхо. Они шли к сувенирной лавке, над дверями которой висели круглые часы. Минхо нахмурился. — Ты прождала меня целых полчаса! Не замерзла? — Не-а. Совон замерзла. Но увидев Минхо, она вмиг согрелась. Он широко ей улыбнулся и предложил свою ладонь. Ладонь у него была большая и теплая. Совон, сняв перчатку, обхватила ее холодными пальчиками. Они пересекли порог лавки и попали в другой мир. Вокруг все ослепительно ярко сияло. Совон на секунду зажмурила глаза. Как только ее взор привык к блеску она увидела стеллажи с игрушками в прозрачных упаковках, подарки, перевязанные ленточками, фигурки медведей в полосатых шапках и шарфах, Санта Клауса и эльфов, которые стояли сразу у входа и веселыми улыбками приветствовали гостей. Над головой раздавались переливы колокольчиков. Совон и Минхо шли между стеллажами, рассматривая игрушки и сувениры. Минхо отыскал на полках музыкальную шкатулку с балериной. — Я люблю балет, — сказала Совон. — Сходим как-нибудь вместе? — спрашивал Минхо. — Я ни разу не был на балете. — Конечно, сходим. Скоро будет «Спящая красавица», а потом «Щелкунчик», — отвечала Совон. Балерина медленно кружилась под звенящую музыку. — Хочу подарить тебе эту шкатулку, — вдруг сказал Минхо. — Ты уже сделал мне подарок. Те теплые носочки мне очень понравились, — робко отвечала Совон. Минхо закрыл шкатулку и взял ее в руки. На полочках стояли снежные шары, а меж ними пряталась игрушечные снеговики. Совон потрясла шар — снег завихрился, скрыв от глаз маленький дом с деревянной оградкой. Минхо и правда купил ей шкатулку. — С Рождеством, Совон, — сказал он, протягивая ей шкатулку. — Спасибо. Но не стоило. — Тебе не нравится? — Нравится. Просто не удобно как-то. — Совон, я хотел поздравить тебя с Рождеством и поздравил. Я же твой друг, — произнес он, крепче сжимая ее ладонь. Минхо повел ее в кафе. — Ты не против, если я закажу для нас что-нибудь? — Давай. — Тогда это будет… Минхо скользнул пальцем с начала меню к его концу. — Какао и имбирные пряники. О! Тут есть пирожное «Зимняя сказка». Закажем и его? Совон кивнула. Меню у них принял красивый юноша в белом свитере и черных брюках. На груди у него была приколота елочка, украшенная крохотными шарами. — Раон, у нас же осталось пирожное «Зимняя сказка»? — спросил он, подойдя к стойке. — Два как раз осталось, — отвечала Раон. Минхо постучал пальцами о столешницу. — Совон, я все хотел спросить у тебя, почему ты меня избегала? — Избегала? — Ага. Когда я приходил к вам в гости, ты от меня пряталась. — Я стеснялась, — ответила Совон. Совон действительно избегала Минхо. Она тайком наблюдала за ним из кухни или из гостиной, где пряталась за широким диваном. Уж слишком ей было любопытно видеть повзрослевшего Минхо. После школы он уехал в Сеул, а через год внезапно вернулся. От брата Совон узнала, что Минхо хотел поступить в Сеульский университет. Он поступил. Но что-то ему там не понравилось, и он решил вернуться в родной город. Здесь он поступил в университет на первый курс. Совон не интересовалась, на кого он учится, но узнать ей хотелось. Увидев Минхо спустя год, Совон заметила, что он подрос, стал шире в плечах, а еще стал больше улыбаться. В школьные годы он был жизнерадостным парнем, порою вместо уроков ходил на волейбольные матчи или в киберклуб, много времени уделял спорту, особенно лыжам. Он пришел ни с того ни с сего. В квартире раздался звонок, Совон помчалась к двери. Не посмотрев в камеру, потянула за ручку и увидела Минхо. В детстве она была хулиганкой. Во время уроков считала ворон и любила спорить с учителями, за что частенько хватала пару. А потом до вечера занималась уроками с Минхо. Но стоило ей чуть повзрослеть, она изменилась. Стала зажатой и боязливой. — Совон? — проронил Минхо и мягко улыбнулся. Он потянул было к ней руки, чтобы обнять, но Совон резко отпрянула и сбежала в свою комнату. Её сердце колотилось как ненормальное, гулко отдаваясь в шее и висках. Минхо часто ходил к ним, несмотря на то, что пары у него заканчивались ближе к вечеру. Хотя Совон и пряталась от него, с каждым днем она все сильнее хотела его видеть. Чувство, которое охватывало ее в моменты появления Минхо, было не объяснить: Совон и радовалась, и корила себя за симпатию к нему. Однажды Минхо застал ее врасплох. Совон вышла из комнаты, воровато оглянулась и быстренько сбежала по лестнице. Отыскала на кухне свою порцию обеда и задумалась. Мама купила две бутылки лимонада: один с лимоном, а другой с арбузом. Совон забормотала считалочку, поочередно указывая пальцем на бутылки. Вдруг с ее глаз исчез арбузный лимонад. — Сухо! Это мой… — воскликнула она, оборачиваясь. Минхо отпил лимонада из горла и подмигнул ей. У Совон коленки задрожали от его игривого взгляда. Совон схватила лимонад с лимоном и побрела к лестнице. — Совон, ты хотела этот лимонад? — Минхо потряс бутылкой. Совон не ответила. Ей было совсем не жалко лимонада. Дабы выбросить Минхо из головы, Совон решила найти себя парня. Но у нее ничего не выходило. И Минхо не желал вылезать из ее головы. Она приходила в восторг, едва завидев его в окне. Но стоило ему повернуть голову в сторону ее комнаты, она задергивала шторы. Совон и сейчас робела пред ним. Она медленно подняла взгляд с его темно-красного свитера с рисунком белых оленей к его лицу. Поймав ее взгляд, Минхо прищурился и улыбнулся. Он погладил пальцами ее ладонь, отчего по коже Совон пробежали мурашки. — Какао, имбирные пряники и пирожные, — проговорил официант над ухом Минхо. — Приятного аппетита! И с Рождеством! — Спасибо! Вас тоже с Рождеством! — сказали одновременно Минхо и Совон и залились смехом. — Благодарю! — ответил официант, которого звали Ли Феликс. — Феликс! Где кексы с вишней? — громко сказала Раон, поставив на столик противень с пирожками, присыпанными сахарной пудрой. — Раон, там пару штук оставалось. Я их съел, — отвечал Феликс, по-доброму смотря на Раон. — Могу еще приготовить. — Не надо уж, — говорила Раон, укладывая пирожки на длинные тарелки. Совон смотрела на Раон и Феликса и улыбалась. Они казались ей забавными и счастливыми. Вот бы и ей получить щепотку счастья. — Совон, смотри! — заговорил Минхо. — У меня пряник в форме звездочки. А у тебя? Сердечко, кажется… Он наклонился, вглядываясь в пряники на ее тарелке. — Да. Сердечко и новогодние шарики. На тарелке Совон лежали круглые пряники, покрытые полосками разноцветной глазури. Сначала Совон попробовала пирожное. Оно было сочным и мягким, с орешками внутри. Пирожное Совон было с белой прослойкой, а пирожное Минхо с шоколадной. А сверху пирожные были покрыты крупинками сладкого снега. — Можно попробовать твое? — спросил Минхо и взамен пододвинул к ней свою тарелку. — Вкусно, — сказал Минхо, распробовав ее пирожное. — Сходим после на каток? Сувенирный магазинчик, кафе и каток находились недалеко друг от друга. Минхо первым надел коньки и вышел на лед. Совон давно не каталась на коньках. Ее ноги слегка подрагивали. Она прокатилась от одного бортика к другому, догоняя Минхо. Облокотившись о бортик, Совон засмотрелась на маленькую девочку, быстро скользящую по льду. Девочка ловко подпрыгивала, кружилась в воздухе и мягко опускалась на лед. Совон ловила себя на мысли, что хотела бы быть такой же легкой, как эта девочка, такой же воздушной. Она заскользила, постепенно набирая скорость, и вдруг врезалась в Минхо. — И такое бывает, — сказал Минхо, потирая лоб. Он помог Совон подняться. — Держись за мою руку, — предложил он. Совон решительно отказалась. Она пару раз падала на лед. После катка у нее болел не только лоб, но и коленки, и локти, и спина. Минхо предлагал ей помощь. Совон отрицательно качала головой. Несмотря на ушибы, Совон вышла с катка довольной, ведь в конце концов у нее получилось не падать целых двадцать минут. Совон была горда собой. На темно-синем небе мерцали звездочки. Снег весело поскрипывал под ногами. Совон запихнула руки в карманы и вскинула голову. Она вдохнула морозный воздух и закашлялась, прикрыв рот ладонью в перчатке. «Ну вот. Я снова облажалась», — подумала она, бросив взгляд на Минхо. Минхо смотрел на небо, часто моргая. Его ресницы покрылись инеем и слипались от мороза. — Минхо, а на кого ты учишься? — спросила Совон, теребя пальцами свою сумку. — На актера, — отвечал Минхо. — Кстати! Совон, приходи на съемки! Я буду очень-очень рад, если ты придешь. — Ты в дораме снимаешься? А какой жанр? — затараторила Совон вне себя от радости. — Романтическая комедия. Съемки будут в среду вечером. Придешь? — Приду, — ответила Совон. Она никогда не была на настоящих съемках, а тут появилась возможность увидеть изнанку любимых сериалов. Совон не могла отказаться от такой возможности! Они остановились возле дома Совон. Минхо заметил на снегу буквы, которые начертил вчера палкой. — Спасибо за прогулку. Было интересно, — сказала Совон. — И за шкатулку спасибо. — Рад, что тебе понравилось. Я попозже напишу время съемок. — Ага. Наступила тишина. Совон все теребила сумку. В ней лежал подарок для Минхо. — Минхо, я обещала подарить тебе что-то, — начала Совон, вытягивая из сумочки термокружку и упаковку печенья. — Вот здесь травяной чай, правда он уже остыл. Надо было попробовать его еще в кафе. — Совон… — А здесь печенье. Я сама испекла, — она сунула ему в руки подарки. — И еще… Совон поднялась на носочки и быстро поцеловала его в щеку. — Минхо, спасибо тебе, — тихо проговорила она. — Совон! — воскликнул Минхо, как только она шмыгнула за ворота дома. Он осмотрел подарки в руках и счастливо улыбнулся. «Она мне безумно нравится!»