Новичок

      Дерек никогда не считался любителем шляться по барам. Во-первых, приходилось терпеть толпу народа вокруг, что само по себе утомляло. А ещё это означало, что почти каждый раз ему приходилось ночью доставлять домой кого-то из своих основательно перебравших друзей. И если начистоту, приближаясь к сороковнику, он попросту чувствовал себя слишком старым, чтобы тусоваться среди студентов. Однако Эрика была весьма настойчива, то есть без у́стали трезвонила, пока не получила нужного ответа. По-видимому, они просто обязаны отметить окончание лета, перед тем как завтра вернутся к обучению перспективной молодой поросли старшей школы Бейкон Хиллз.       Вот так он и оказался в четвёртом за вечер баре и тихо потягивал виски, одиноко сидя в кабинке, в то время как Эрика с Бойдом практически трахались на танцполе. Айзек пять минут назад отошёл ответить на звонок, и Дерек сделал вид, что не увидел имя Коры на дисплее его телефона. Он надеялся, что этот бар — последний пункт их программы на сегодня, иначе завтра на работе он будет крайне раздражительным.       В заведении, слава богу, было не слишком людно. Кроме Эрики и Бойда, танцевали ещё с пяток пар и стайка девчонок в нарядах всех оттенков розовой жвачки. Несколько пустых кабинок всё ещё ждали своих посетителей. По соседству с Дереком компания студентов, судя по виду, что-то отмечала, заказывая коктейли, с каждым разом всё более затейливые. Дерек вздохнул и откинулся на спинку дивана, закрыв глаза. Подкрадывалась головная боль, разбуженная непрерывным грохотом музыки. Он действительно становился слишком стар для всего этого.       Рядом, совсем близко, кто-то негромко кашлянул.       — Ты сделан из урана и йода?       Дерек открыл глаза. Один из студентов — симпатичный парень с лицом, усыпанным родинками, — опирался о стенку кабинки, держа в руке ярко-зелёный игристый напиток.       — Что, прости? — Дерек нахмурился, не понимая.       — Я спросил, сделан ли ты из урана и йода, — повторил парень и улыбнулся: — Потому что, глядя на тебя, вижу смесь урана с йодом.       Дерек заморгал, пытаясь сообразить, что происходит.       — Такая фигня до сих пор работает? — поинтересовался он и попытался замаскировать внезапно охватившее его веселье глотком виски. Парень просиял, что означало, что манёвр Дерека не достиг успеха.       — Это ты мне скажи, — ответил юнец и указал на пустое место напротив Дерека: — Тут занято?       Строго говоря, так оно и было, но Эрика с Бойдом на танцполе перешли от обжиманий к жарким поцелуям и возвращаться явно не собирались, а Айзека нигде не было видно. Дерек ничего особенного не ожидал, тем более от студента колледжа, но за столько часов это был уже четвёртый бар, завтра на работу, поэтому небольшой флирт не повредит.       — Не занято, — сказал он, и парень, не мешкая, проскользнул за столик. Он держал почтительную дистанцию, хотя его нога как бы случайно задела Дерекову. Тот даже не шелохнулся.       — Я Стайлз, — представился парень, и вблизи стало заметно, что его язык позеленел от коктейля.       — Дерек.       — Приятно познакомиться, Дерек. — Парень произнёс имя таким тоном, что внутри мужчины что-то приятно затрепыхало. — Итак, тебе известно, что учёные-химики открыли новый редкий элемент?       — Нет, не слышал.       — Он называется «красивий», и ты, похоже, целиком состоишь из него.       Дерек фыркнул и снова глотнул виски:       — Этот подкат ещё хуже первого.       — Тем не менее он тебя развеселил, — Стайлз хитро прищурился. И он был прав.

* * * * * * *

      Наверняка это было чем-то вроде преждевременного кризиса среднего возраста. Для взрослого гея привезти домой студента из бара ночью перед рабочим днём по смыслу равнялось покупке мотоцикла сорокалетним натуралом, но того, как Стайлз тёрся о шею Дерека, пока тот возился с ключами, хватило, чтобы послать к чёрту все сомнения.       У него ни с кем не было... близости уже довольно давно. Работа, мягко говоря, выматывала, Дерек редко куда-то выходил, а со временем перестал чувствовать необходимость в этом. Однако прикосновения горячих губ Стайлза словно разбудили его заново. От такого можно впасть в зависимость.       Наконец Дереку удалось открыть дверь. Как только они вошли, Стайлз, осмотревшись, одобрительно хмыкнул, на языке у него явно вертелся комментарий, но Дерек позаботился, чтобы заткнуть его поцелуем.       Путешествие вверх по лестнице в спальню оказалось опасным из-за того, что ни один не хотел отпускать другого ни на секунду. Стайлз спотыкался, при этом так мило краснел, а Дерек не мог дождаться, когда доберётся до его губ. Раздевание больше походило на борцовский поединок, каждая из рук пыталась одержать победу, и ни одна не преуспела, пока Стайлз, смеясь, не поднял свои вверх, сдаваясь. Избавившись от помех, Дерек быстро расправился с остатками их одежды.       Холод простыней резко контрастировал с тёплой кожей Стайлза, оседлавшим Дерека, который прижимал его бёдра к себе изо всех сил.       — Чёрт, какой ты горячий, — задыхаясь, произнёс Стайлз. Наклонившись, он одной рукой упёрся в матрас, а вторую запустил в волосы Дерека, который не сдержал тихого стона, когда тот потянул их за кончики.       — Что, больше никаких химических подкатов? — поддразнил Дерек, поглаживая бок Стайлза и наслаждаясь разбуженными там мурашками.       Стайлз рассмеялся и уткнулся в его нос своим:       — Ну, ты нестабильная взрывоопасная частица, — сказал он, получив в ответ улыбку. — Потому что поднимаешь мою точку кипения.       Дереку не составило труда опрокинуть Стайлза и подмять под себя.       — Мы ещё даже близко не подобрались к точке кипения, — сказал он, и смех парня сменился сдавленным стоном, когда Дерек ртом захватил его член.

* * * * * * *

      Дерек проснулся от звуков ругани и проклятий. Это была тихая, но непрерывная череда "факов" и "чертей", но он был так измотан и ему было так уютно в коконе из тёплого одеяла, что не возникало никакого желания разлеплять глаза, пока не прозвонит будильник. Тело пребывало во власти тяжёлой, но приятной истомы, а кожа всё ещё гудела после чужих прикосновений.       Как же было хорошо. Им обоим. К тому же было весело; Дерек не мог припомнить, когда хоть с кем-то так здорово проводил время в постели, если вообще проводил. Может, нужно чаще снимать студентов. Хотя навряд ли причина в возрасте. Он был уверен, что дело в том, что это Стайлз, а не то, что он студент. Возможно, если грамотно подойти, они могли бы когда-нибудь повторить. Может, даже кофе вместе выпить.       Звук хлопнувшей двери эхом разнёсся по лофту, и Дерек тут же окончательно проснулся, распахнув глаза. Он перевернулся и обнаружил, что место Стайлза пусто. Только одежда Дерека разбросана вокруг по полу, а Стайлза нет. По сути, кроме ломоты в теле ничто не указывало, что он вообще тут был.       Ну что ж, кажется, с кофе пролёт.

* * * * * * *

      К тому времени, как часом позже Дерек запарковался у здания школы, он вверг себя в отвратительное настроение, такое же горькое, как чёрный кофе, который ему вручила Эрика. Она тут же заметила это, сопроводив привычной снисходительной иронией:       — Судя по этим впечатляюще насупленным бровям, прошлой ночью случился грандиозный облом, Ромео, — прокомментировала она, закидывая идеально уложенные волосы за плечо.       Вместо ответа Дерек с мрачным видом отхлебнул кофе. Разумеется, Стайлз не остался. Разумеется, для него эта ночь была не так хороша, как для Дерека. У пацана наверняка каждые выходные новый сногсшибательный трах, не чета ему. Он юный шустрый студент, Дерек ему практически в дедушки годился — одной ногой в могиле стоит. Ярко-красные губы Эрики скривились в ухмылке.       — Ох, бедный мой малыш, — жалобно сказала она, сжала его руку и открыла перед ним двери. — Без него тебе будет лучше. Как по мне, он ходячая проблема. Неприятности у него на лбу написаны.       Дерек лишь хмыкнул, вяло приветствуя проходящих мимо коллег.       — Главный плюс в том... — Эрика прервалась, салютуя стаканом с кофе очередному встречному. — ...в том, что ты больше никогда его не увидишь.       Дерек не понял, утешило его это или нет, но жгучая боль немного отпустила.       Они шли в учительскую по пустым коридорам, и Дерек, как и каждый год, наслаждался тишиной, наполнявшей здание, в которое завтра ворвутся дикие орды учеников. Уже через неделю он будет скучать по этой тишине.       Учительская была довольно тоскливым кабинетом, слишком маленьким для такого количества педперсонала, к тому же продуваемым сквозняками и постоянно нуждавшемся в хорошей уборке. Тем не менее, она была единственным убежищем преподавателей школы Бейкон Хиллс, что делало её самым ценным помещением в здании. Первое, что увидел Дерек, войдя, была директор Натали Мартин, которая, по-видимому, знакомила с обстановкой двух новых учителей. Одна из них, девушка азиатской наружности, выглядела смутно знакомой, но Дерек не мог вспомнить, где её видел раньше. У неё, судя по брошенному взгляду, этой проблемы не возникло. Она радостно заулыбалась и поспешно хлопнула по груди своего спутника, заставляя повернуться. Дерек успел машинально отметить, что у того отличная задница.       — А, мисс Рейес! Мистер Хейл! — воскликнула директриса и выдала светскую улыбку. — С возвращением! Проходите, поприветствуйте новых членов нашей команды.       В ту секунду, как второй новичок обернулся, стало понятно, почему Дерек не мог оторвать взгляда от его зада — он близко познакомился с ним минувшей ночью. Эрика, похоже, подавилась собственным языком, удивлённо фыркнув.       Стайлз.       — Это Эрика Рейес, преподаёт физкультуру, и Дерек Хейл, английский язык, — просветила новичков Мартин, и девушка тут же протянула руку в знак приветствия.       — Я Кира Юкимура, учитель истории, — сказала она. Эрика ответила рукопожатием и толкнула Дерека локтем, чтобы восстановить его двигательные функции.       Тот словно одеревенел, особенно лицом, но пожать протянутую руку ему всё-таки удалось. Стайлз выглядел не менее огорошенным, и Кире пришлось кашлянуть, чтобы он о́тмер и пришёл в движение.       — Стайлз Стилински, химия, биология и физика, — он с улыбкой протянул руку Эрике. На трезвую голову он ещё симпатичней, подумал Дерек, как такое вообще возможно?       — Рада познакомиться, Стайлз. — Эрика уже пришла в себя, судя по игривым ноткам в голосе и тому, что она задержала его руку чуть дольше, чем надо.       Под её озорным взглядом поздоровался и Хейл. Ладонь Стайлза была большой и мягкой, Дерек слишком хорошо помнил, как она блуждала по его телу всего несколько часов назад. Ему стало жарко.       — Добро пожаловать, — хрипло выдавил Хейл, проглатывая комок в горле, и, не выдержав, отвёл глаза от пронзительного взгляда. Что, если от запала прошлой ночи ничего не осталось? Дерек не был уверен, что сможет это вынести. Со временем да, он справится, но сейчас ему было слишком неуютно.       Он посмотрел на Киру, чьё радостное возбуждение било ключом, на Эрику, которая зловеще ухмылялась, и на директора Мартин, которая вообще была не в курсе всей этой катастрофы.       — Что ж, нам лучше продолжить экскурсию, — сказала директриса. Дерек готов был упасть на колени в знак благодарности, но кое-как устоял на ногах. — Уверена, позже у вас будет время узнать друг друга получше. Идёмте!       — Приятно было познакомиться! — успела выкрикнуть Кира, прежде чем Стайлз вытащил её из комнаты.       Дерек упорно рассматривал свой стакан с кофе. Безмятежная ранее тишина теперь оглушала и душила. Эрика громко прочистила горло, чтобы привлечь его внимание.       — Думаешь, я сглазила тебя этим "больше никогда его не увидишь"? — спросила она. Ей не следовало выглядеть всей такой вне себя от радости, вот совсем не следовало.       — А не пошла бы ты подальше, — ответил Дерек, но она продолжала весело хихикать, пока они усаживались за свои столы.

* * * * * * *

      Дерек не сомневался, что избегать Стайлза на протяжении дня ему удавалось благодаря чисто тупому везению и тому, что он притворялся неимоверно занятым. При неизбежных всё-таки столкновениях он тут же заводил отвлечённо-вежливый разговор о внуках миссис Феннел или коллекции садовых гномиков мистера Притчетта, но чувство облегчения при виде сразу сбегавшего Стайлза стоило того. Эрику это без конца забавляло, и она как раз расписывала Бойду подробности дня Дерека, когда он присоединился к ним за обедом в учительской.       — Ты вроде говорил, что он учится в колледже, — задумчиво сказал Бойд, поливая салат заправкой.       — Я так и думал, — угрюмо проворчал Дерек, ковыряясь в своей тарелке. — Хотя, кажется, он об этом особо не распространялся.       — Да уж, разговоры однозначно не были основным мероприятием вашей повестки дня. Вернее, ночи, — хмыкнула Эрика.       Грубо, но не поспоришь. Хотя вообще-то Стайлз говорил, и говорил много. Правда, не столько о перспективах развития карьеры, сколько о размере хейловского члена и ощущениях от него. Стоило только прикрыть глаза, и Дерек слышал его голос, видел его под собой, видел, как его грудь вздымается с каждым вздохом, краска заливает разгорячённую кожу. И жаркий шёпот прямо в ухо: " Чёрт, Дерек, давай, заполни меня до конца, не останавливайся, пожалуйста." Нет, хватит об этом, сыт по горло.       Судя по одинаково весёлому выражению на лицах друзей, обдурить Хейлу никого не удалось.       — Возможно, разговор — это то, что тебе сейчас нужно, — предположил Бойд. Вот почему Дерек всегда хорошо с ним уживался — Вернон Бойд воплощал для него голос разума. Однако сейчас он озвучил самую глупую на свете идею, и Хейл решил её проигнорировать.       — Я скорее брошу работу и сбегу из города, — сказал он.       — Тогда тебе лучше поторопиться, — Эрика смотрела куда-то Дереку за́ спину, — потому что он идёт сюда.       Накрывшая волна паники была настолько стремительной и сокрушительной, что Хейл наверняка смог бы убедительно изобразить сердечный приступ, но времени уже не оставалось. Через две секунды Стайлз стоял у их стола, выглядя неприлично привлекательно в классической белой сорочке с чёрным галстуком. Он улыбался, но в глазах присутствовала настороженность.       — Привет, — сказал он, протягивая руку Бойду. — Мы ещё не знакомы. Я Стайлз, преподаватель естественных наук.       Пока они здоровались, Дерек не мог оторвать взгляда от их рук.       — Вернон Бойд, психология. Значит, ты вместо Харриса?       — Ага, директор сказала, он нашёл работу где-то дальше на юге.       — Скатертью ему дорога, — ответил Бойд, чем вызвал у Стайлза смех. — Добро пожаловать в нашу банду, Стайлз.       — Спасибо!       На минуту повисла пауза, в течение которой никто не ел, никто не двигался и никто ничего не говорил. Дерек знал, что сейчас произойдет, и, само собой…       — Э-э... Дерек, мы можем поговорить?       Эрика с Бойдом уставились на них, а Хейл судорожно сглотнул.       — Конечно, — изобразил, по его мнению, улыбку славного парня, больше похожую на кислую мину.       — Наедине, — осмелился потребовать Стайлз, и Эрика подавилась смешком.       — Конечно, — повторил Дерек, вставая на деревянных ногах, и последовал за ним в коридор. Сердце ускорялось с каждым шагом.       Стайлз быстро огляделся, убеждаясь, что они одни, и повернулся к Дереку.       — Насчёт прошлой ночи, — начал он, но Хейл его опередил.       — Забудь о ней, — выпалил он. Стайлз должен понять, что это было разовое событие, они хорошо провели время, не более того. Что никаких чувств он у Дерека не вызвал. Хейлу не хватило бы сил вынести жалостливый сконфуженный взгляд, которым наверняка наградил бы его парень, знай он, что утром Дерек собирался пригласить его на свидание. — Не спорю, было весело, но сейчас мы в одной профессиональной обстановке. Давай больше не вспоминать об этом, школа большая, нам совсем не обязательно общаться.       Стайлз молча смотрел на него, спокойный, как удав.       — Мы должны делать вид, что ничего не произошло. Так будет лучше. — Дерек понятия не имел, откуда в голосе столько решимости, но даже для его собственных ушей слова прозвучали как окончательный приговор.       Стайлз ответил не сразу. Множество трудночитаемых эмоций отразилось на его лице, прежде чем не осталось ни одной.       — Отлично, — наконец произнёс он ровным, ничего не выражавшим голосом. Равнодушие — о нём Дерек знал всё. — Если ты так хочешь.       — Да, — не оставил сомнений Хейл, невзирая на то, что всё тело вопило в знак протеста. — Это именно то, чего я хочу.       — Ясно. Что ж, думаю, ещё увидимся. Или нет.       — Или нет, — чуть помедлив, согласно кивнул Хейл удалявшейся спине. И пусть сердце в груди подняло бурю, он не позволит не единому слову сорваться с губ.

* * * * * * *

      — Ты идиот, — позже скажет Эрика.       — Заткнись уже, — парирует Хейл.       Бойд неодобрительно хмыкнет, и от этого станет лишь больнее.

* * * * * * *

      Как уже говорилось, школа Бейкон Хиллс была огромной. Избегать Стайлза оказалось делом плёвым, особенно когда ученики вернулись после каникул. Здание едва не взорвалось от неудержимой энергии, вы́свобожденной девятью сотнями подростков, которые несколько недель не видели друг друга, а теперь оказались в одном замкнутом пространстве. Они были повсюду — смеялись и плакали, обнимались-целовались, — при этом некоторые успевали поздороваться с учителем английского, когда он проходил мимо.       Хейлу было известно, что он не самый популярный педагог в школе, но это его ничуть не беспокоило. Больше всего публика любила Эрику и Бойда, причём по противоположным причинам: Эрику — за крутой норов, Бойда — за отсутствие такового. Дерек же был угрюмым и строгим (о чём прекрасно знал) и не производил захватывающего контента, интересного подростковой аудитории. Разве творчество Диккенса сравнится с Тик Током и процессом наблюдения в нём за людьми, которые ведут себя, как придурки? Хейл не переживал по этому поводу, разве что сочувствовал им. И в их возрасте он тоже вёл себя по-идиотски.       Дереку было начхать на отсутствие собственной популярности — лишь бы дети учили уроки. Вот почему его вроде не должно было беспокоить, что тема повсеместной и непрерывной болтовни учеников начала становиться пугающе однотипной: новый учитель естественных наук — самое замечательное, что случилось в школе Бейкон Хиллс за последние годы. Так что как бы легко ни казалось избегать Стайлза, всё было совсем не так. И сколько бы Дерек не убеждал себя, что невероятная популярность новичка его не волновала, дело обстояло с точностью до наоборот. Куда ни сунься, везде звучало имя Стайлза, произносимое с придыханием, восхищением, иногда с ревностью и всегда — с необузданной пубертатной страстью. Стайлз был весёлым. Стайлз был свой в до́ску. Стайлз превращал уроки в развлечение. Стайлз был чертовски сексуален в своей белой рубашке (а тут ещё эта Стейси из одиннадцатого класса), но это вряд ли информация, подходящая для школьного опроса.       Некуда бежать, от Стайлза не спрятаться, не скрыться. Это приводило Дерека в бешенство.

* * * * * * *

      Описать внешность Адриана Харриса было так же трудно, как и его метод преподавания. Химия, физика и биология ни у кого не были любимыми предметами, а всё из-за высокомерного тона Харриса. Дерек с ним не сталкивался, а вот Бойд с Эрикой, насколько ему известно, — да, сталкивались. В то время как Хейла не беспокоило отсутствие популярности, Харрис явно о ней пёкся. Как бы то ни было, до Стайлза Дерек вообще не замечал, что в школе ведётся обучение по научным дисциплинам...       ...Началось всё с запаха. Дерек прочитал уже пол-лекции о Шекспире, когда Тоби Джонсон с последнего ряда сморщил нос и воскликнул:       — Что это за хрень?       Дерек повернулся, собираясь строго его одёрнуть, но тут по классу прокатилось волнение, и ученики начали вертеться и корчить рожи, зажимая носы. Через секунду и Хейла накрыл едкий запах тухлых яиц. Проникнув сквозь ноздри, он, казалось, достигал самого горла.       — Ладно, — сказал Дерек, борясь с желанием тоже заткнуть нос. — Мистер Джонсон, мисс Нгуен, откройте, пожалуйста, окна, пока я схожу на разведку.       За пределами кабинета легче не стало, в коридоре вонь только усилилась. По всему этажу ученики, давясь и кашляя, высыпали из классов в сопровождении озадаченных педагогов. Кира Юкимура, подруга Стайлза, организованно выводила свой класс во двор школы, залитый солнцем. По дороге она одарила Дерека не менее солнечной улыбкой, хотя ей не следовало быть такой жизнерадостной в подобной ситуации, и тем не менее.       — Здравствуйте, мистер Хейл! Похоже, сегодня проводим уроки на открытом воздухе, — сказала она и повернулась на вопли своего ученика: — Нет, мистер Морган, вы не умираете, это всего лишь неприятный запах. А теперь поторапливайтесь!       Дерек не успел ответить, потому что дальше по коридору, едва не слетев с петель, распахнулась дверь кабинета химии, и вместе с ней вылетел Стайлз.       — Живей, ко́дла! — командовал он сдавленным из-за прищепки на носу голосом, что не мешало ему давиться от смеха. — Спасайся кто может!       За ним вывалила орава истерично хохочущих мальчишек и девчонок, некоторые держались за животы, только непонятно, от тошноты или от смеха. И все, спеша мимо Дерека к выходу, громко благодарили Стайлза за незабываемый урок.       — Обалдеть! Он просто чокнутый! — услышал Дерек от кого-то из детей. В запыхавшемся голосе звучал неподдельный восторг, с потрохами выдававший абсолютный культ поклонения своему герою.       Они остались в коридоре вдвоём, и хотя их разделяло метров пятнадцать, сердцу Дерека этого хватило, чтобы предательски заколотиться.       — Прошу прощения за бардак, — сказал Стайлз, избавляясь от прищепки. — Что-то слегка пошло не так с сероводородом.       Дерек нахмурился, глядя на него. Была в парне какая-то сумасшедшинка.       — Просто не давай такому повториться, — выдал Хейл натянутым тоном и направился в свой класс. Вся одежда, казалось, провоняла тухлятиной.       — Не могу ничего обещать! — крикнул ему вслед Стайлз.       Оказалось, что он действительно не зря ничего не пообещал. За зловонным инцидентом последовали катастрофа с какой-то бактериальной слизью и фееричный салют из порошка магния с алюминием.       Последней каплей стал взрыв калия.       Теперь, по прошествии времени, стало очевидно, что тогда Дерек погорячился. Совсем чуть-чуть. Хотя в его защиту можно сказать, что очень немногие люди хорошо относятся к взрывам, происходящим на их рабочем месте. Итак, должен ли он был прочитать инфорассылку для персонала, предупреждавшую о химических экспериментах на школьном дворе на той неделе? Может быть. Следовало ли потратить хотя бы секунду, чтобы заметить, что никто из учеников даже не вздрогнул при звуке взрыва? Возможно. Нужно ли было сделать глубокий вдох вместо того, чтобы пускаться в обличительную тираду посреди школьного двора перед тридцатью учениками Стайлза? Определённо.       Но где-то между громким бумом и представшей за ним картиной хохочущего Стайлза (очки сдёрнуты, волосы растрёпаны) Дерек потерял всякое терпение.       — ...и я сыт по горло тем, что ты относишься к моему месту работы как к детской песочнице! Ты безответственный авантюрист, а люди тут пытаются преподавать, а не в игры играют! — Грудь Дерека вздымалась, дыхание сбилось, в горле першило.       Веселье Стайлза словно ветром сдуло. Глаза потемнели, а улыбка, растянувшая губы, могла обмануть учеников, но не Дерека.       — Понятно, кто-то сегодня встал не с той ноги, — сказал он, вызвав робкие смешки в толпе обалдевших учеников. Некоторые держали телефоны над головой. Чёрт, только этого не хватало. — Окей, класс, помогите прибраться здесь, пока мы с мистером Хейлом побеседуем. Про калий договорим в пятницу!       Толпа неохотно расходилась, будто не решаясь оставлять своего драгоценного кумира наедине с занудой Хейлом. Дерек бы с большим удовольствием смылся с ними — никакого желания оставаться с глазу на глаз со Стилински он не испытывал. Три девушки остановились возле Стайлза, и Дерек услышал, как они спрашивают, всё ли в порядке. Он ослепил их улыбкой, уверяя, что лучше и быть не может. Наконец девушки исчезли, как и улыбка с лица Стайлза. Теперь они были одни. Стилински подошёл ближе.       — Я сделал всё как надо, — сказал он. Голос был низким и мрачным, отчего живот Дерека свело, как если бы он сорвался вниз с самой высокой точки американских горок. — Я предупредил директора Мартин, предупредил учеников и их родителей, описал всё в инфорассылке, перенёс эксперимент на улицу, заставил всех надеть защитное снаряжение и обезопасил периметр. Теперь понимаю, что следовало принять дополнительные меры предосторожности — отдельно предупредить непогрешимого мистера Хейла, учитывая, что он, по-видимому, ставит себя особняком. Уж простите великодушно. В следующий раз пришлю вам почтового голубя. Или подам дымовые сигналы. Или отправлю королевского гонца. Неплохо звучит, правда?       Мозг Дерека вопил: "Исправь всё, исправь сейчас же!" Только вот он не знал, как.       — Стайлз, я...       — И слушать ничего не хочу. А если ещё раз заговоришь со мной в подобном тоне перед учениками, я вырву эту палку тупости из твоей задницы и поколочу тебя. Понял?       Дерек кивнул.       — Прекрасно. А теперь отвали.       Хейл так и сделал.

* * * * * * *

      Когда Кира Юкимура в следующий раз столкнулась с Дереком в коридоре, она даже не улыбнулась.