Часть 2
14 ноября 2022 г., 18:57
Группа солдат-нацболов спешно двигалась в сторону базы. Несмотря на опасения, оставшиеся мертвецы не пытались как-либо остановить отряд, лишь проводили их своими горящими в темноте глазами и удалились вместе с остальными. Однако произошедшие недавно события ещё будоражили хрупкие человеческие умы, что подстегивало членов отряда ускорить свой шаг. А ведь многие из них сегодня впервые увидели живых мертвецов… Нет, даже хуже! Многие впервые вышли сегодня на полноценное задание, потому произошедшее, вероятно, надолго останется в их памяти и будет приходить ночью в кошмарах…
Наконец, впереди замаячили небольшие ворота, служившие основным входом на базу и выходом с неё. Приблизившись к ним вплотную, солдаты расступились, пропуская вперед своего командира, держащего на руках ещё живую девушку.
— Пароль! — раздался из-за двери лающий голос постового.
— Волкодав! — в тон ему рявкнул Серый. Спустя пару секунд скрипнула щеколда замка и дежурный отозвался уже более спокойным голосом.
— Проходите.
Пройдя ворота и миновав охрану, Людвиг торопливо двинулся по коридорам базы в сторону медпункта, тихо приговаривая успокаивающие слова девушке, которую нес на руках.
— Сейчас-сейчас… потерпи еще чуть-чуть — осталось совсем немного.
Сознание приходило урывками. В один миг перед глазами стояла чернота, в другой Гретхен казалось, что она слышит чьи-то голоса, но все ощущалось очень отдаленным, словно через вату. Пульсирующая боль в месте, где должна была быть её левая рука, доставляла крайне неприятные ощущения, что, как ни странно и держало её в сознании, не давая погрузиться в приятную, но смертельно опасную тьму. Девушку слегка потряхивало, и в голове лениво пробежала мысль о том, что ее, наверное, несут на руках. Сквозь окутывавшую слух дымку Гретхен разобрала всего одну фразу: «Потерпи…». «Потерпеть? — мелькнула в голове туманная мысль. — Да, надо потерпеть немного, и тогда все станет лучше. Так мне говорили… отец… Папа всегда так говорил…» Сил открыть глаза не было, но девушке показалось, что она знает обладателя этого успокаивающего баритона, и на губах сама собой расползлась легкая улыбка: от человека исходило приятное ощущение безопасности, разбавленное невраждебной тревогой, поэтому Гретхен решила, что нет ничего предосудительного, если она останется в таком положении еще немного.
Тем временем Людвиг добрался до медпункта и зашёл в приемную. Это было довольно грязное место, порой просто отвратительное, но за неимением альтернативы, пациентов принимали именно здесь. Работавшего тут врача называли «Доктор Смерть». Почему именно так? Истинной причины, за что доктор получил такое жуткое прозвище, среди обитателей базы уже никто не помнил, но к врачу с его буквально золотыми руками относились с глубоким уважением.
— Что там у тебя? — недовольно проворчал уже довольно немолодой мужчина с следами проседи на висках, поворачиваясь к нежданному посетителю.
— Девушка… у нее нет руки… но она жива! — с порога выпалил Людвиг, бесцеремонно врываясь в кабинет со своей ношей. — Думаю ей ещё можно помочь! Вы же сможете что-нибудь сделать с этим, Док?
—… Ладно, попробую, — больше для виду поворчал врач. — Давай сюда свою калеку. Сейчас я введу обеззараживающее, а ты иди помой руки и обработай их спиртом — поможешь. А я пока приготовлю нужные дозы сыворотки…
В очередной раз выплыв из бессознательного состояния, Гретхен попыталась осмотреться, но тотчас об этом пожалела, когда яркий свет ударил ей в глаза. Пока перед ее взглядом кружили цветные пятна, откуда-то слева раздался грубый голос. Из всей речи она разобрала только «…приходит в себя…» и «КОЛИ!», после чего почувствовала, как что-то — вероятно шприц — кольнуло ее в здоровую руку. Последним, что она почувствовала, перед тем как снова погрузиться в забытье, было знакомое ощущение посасывания под ложечкой — привычный откат от чьих-то тревожных эмоций…
— Тащи ее в лабораторию, пока время еще есть! Сейчас подберу подходящий протез!
Доктор Смерть зачем-то пощелкал своим странным прибором, измеряя одному ему известные показатели, и, записав что-то в своем блокноте, быстро удалился в соседнее помещение, откуда тянулся едкий запах спирта, гнили и каких-то лекарств.
Людвиг занес девушку в операционную. Здесь, в отличие от остальной части медпункта, было чисто, поэтому он, не дожидаясь возвращения врача, положил ее на операционный стол и стал ждать, зависнув рядом молчаливой тенью. Прошло около четырёх тревожных минут (в попытках успокоиться, солдат вел счёт у себя в голове), когда в дверном проёме наконец появился Док с воодушевлённым выражением лица.
— Наконец-то!!! Я подобрал подходящую замену — от родной не отличишь! Сейчас вживлю конечность — будет как новенькая… — Словно только сейчас вспомнив о втором посетителе, он недовольно нахмурился, бросая оценивающий взгляд в сторону застывшего с опустошенным видом мужчины. — Все с тобой ясно… Выйди-ка ты на время, проветрись! Ты не в состоянии мне помогать, так что не отсвечивай…
Убедившись, что солдат покинул операционную, Доктор Смерть повернулся к своей пациентке, одновременно натягивая с противным шлепком медицинские перчатки. Проверив заворочавшуюся девушку, он раздраженно констатировал:
— Черт, надо ввести еще наркоза…
Добавив дополнительную дозу препарата, врач подождал, пока пациентка замрет неподвижно, и развернул свой богатый арсенал медицинских инструментов, некоторые из которых обычному человеку показались бы как минимум устрашающими.
— Ну-с… Приступим! — в глазах держащего в руках скальпель доктора заплясали огоньки безумия, но в одиночестве лаборатории некому было увидеть это…
4 ЧАСА СПУСТЯ
Людвиг тревожно ходил из стороны в сторону за дверями лаборатории, покусывая губы и с хрустом разминая пальцы. Собственные чувства не давали ему покоя: слишком уж быстро развивались события. Судьба девушки волновала Штирнера, но он не мог понять, почему она никак не выходит у него из головы. «А я ведь даже имени её так и не спросил… — промелькнуло в голове у мужчины. — Лишь бы Док смог ей руку пришить — не хочу, чтобы… Да что ж такое! Вот опять!»
Суперсолдат никак не мог разобраться, что с ним происходит. Все его размышления словно зациклились на немке и как в заколдованном круге возвращали к воспоминаниям о ней. Виновата ли в этом была ее отчаянная дерзость перед лицом смертельной опасности или странное снисходительное милосердие к противнику — Людвиг не знал. Как не знал и того, откуда взялось это беспокойство за жизнь девушки. В природе мужчины было заботиться о слабых и восстанавливать справедливость там, где это возможно. Но почему-то казалось, что мотив его нынешних переживаний на самом деле несколько глубже…
Размышления солдата были прерваны, когда дверь операционной отворилась с протяжным скрипом и из-за нее показалось уставшее, но довольное лицо Доктора Смерти.
— Хей, Штирнер! Можешь поздравить меня — пришил я руку твоей девке. — Ликующе возвестил врач. — Так ещё есть и другие хорошие новости! Признаться честно, я думал, ей придется еще несколько дней рукой не шевелить, чтоб ткани срослись. Но нет! Ее совместимость с имплантом просто чудовищна — практически сразу все прижилось!.. Ну разве не чудеса?! Ты мне скажи, откуда ты ее такую взял?
Воодушевленно вещающий об успехе трудной операции доктор так увлекся своим рассказом, что даже не заметил, как облегченно улыбающийся Людвиг, бережно взяв девушку на руки, тихо покинул помещение. Миновав несколько поворотов коридора, солдат принес ее в небольшую комнату, служившую его личной квартирой. Стены в ней были обшарпанными, на потолке висела старая лампочка, явно видавшая и лучшие времена, а скудный интерьер комнатушки могли разнообразить лишь шкаф, небольшая тумбочка возле кровати, да письменный стол с придвинутым к нему стулом. На самом столе стояли компьютер, несколько капсул с биожидкостью и набором шприцев, ручка с тетрадью, а в центре, прямо под монитором, гордо возвышалась статуэтка двуглавого орла, на груди которого красовался герб с серпом и молотом. Аскетичная обстановка была привычным делом для жителей Национал-большевистской Республики или, как её чаще называли, Н.Б.Р. Все здесь жили одной важнейшей идеей: свершить великое Возмездие и вернуть российскому народу былое величие.
Уложив девушку на кровать, мужчина тихонько придвинул к ней стул и стал ждать, когда его бессознательная гостья проснется, невольно любуясь ее аккуратными чертами лица. «Интересно, получится ли её убедить остаться здесь? Было бы неплохо…»
Тем временем, Владимир Орлов, сидя в своей Цитадели, размышлял об итогах своей ночной прогулки. Дела принимали несколько иной оборот, нежели он планировал изначально, и это разжигало в давно небьющемся сердце Советского Лидера, казалось бы, давно позабытое чувство предвкушения.
— Это будет… да. Это будет весьма интересно. — Рот Орлова растянулся в леденящем душу оскале. — Наконец, что-то стоящее.
Встав из обитого темно-красной драпировкой кресла, генерал подошёл к панорамному окну, глядя на распластавшуюся по ту сторону ледяную пустошь зимней Сибири, разбавляемую лишь чернотой таежного леса. Прищурившись, Лидер вперил взгляд в мрачную мглу, словно пытаясь разглядеть что-то, и тотчас же усмехнулся, будто разгадал сложный ребус.
— Кажется, у нас посетитель, — вполголоса прошептал он и послал мысленный приказ дежурным у ворот Цитадели: «Встретьте гостя как подобает и проводите в мой кабинет». — Что ж, товарищ, ты как всегда вовремя: у меня как раз есть для тебя подходящая работа…
Не ведая о поджидающей его встрече, по зимнему лесу неторопливым шагом двигался мужчина средних лет в армейской форме. На голове у него была копна светлых, почти белых, волос и расстёгнутая шапка-ушанка. Николай — так звали мужчину — шёл без особой цели и направления, наслаждаясь родным пейзажем и двигаясь туда, куда ноги понесут. Высокое черное строение он заприметил ещё издалека, но сворачивать смысла не увидел: здесь, на бескрайних просторах, чужаков не водилось. Да и усилившаяся метель словно намекала, что неплохо было бы найти укрытие и переждать непогоду.
Добравшись до ворот Цитадели, Николай со спокойной простотой уверенного в своей безопасности человека кивнул вышедшим из тени мертвым солдатам.
— Лидер предупредил о вашем визите. Можете проходить.
Не поведя и бровью, мужчина последовал за своим сопровождающим внутрь, по пути снимая и отряхивая от навалившего не нее снега шапку. Поднявшись по лестнице вслед за провожатым, Николай подошёл к огромным дверям, которые отворились прямо перед его лицом, открывая вид на не менее просторный зал с двумя лестницами по бокам, ведущими к длинному коридору под потолком. На полу зала на манер «красной дорожки» был расстелен алый ковёр с отделкой из серебряной бахромы; на стенах висели гобелены с жутковатыми узорами, выполненные из тканей различных тёмных оттенков.
Пройдя до конца коридора, мужчина оказался перед высокой дверью из чёрного дуба, украшенной затейливой резьбой.
— Заходи, — послышался из-за двери голос Лидера.
Слегка вздрогнув от неожиданности, Николай вошёл внутрь, учтиво кланяясь хозяину помещения:
— Здравствуйте, товарищ.
Орлов всё ещё стоял у окна, скрестив руки на груди. Его плащ висел на вешалке, поэтому было видно, что он одет в свою офицерскую форму советского образца. Частично повернув голову в сторону вошедшего, Лидер поприветствовал гостя в ответ:
— Здравия желаю, товарищ. Что привело тебя сюда?
— Интерес, да печальная дорожка, — простодушно пожал плечами Николай, посмотрев на Лидера.
— Хех, мне даже стало интересно, что за дорожка такая… — добродушно усмехнулся Владимир. — Ну что ж, присаживайся, коль пришел. Поговорим.
— А и ладно, почему нет — давайте, — улыбнулся Николай, присаживаясь на стул. — Хоть разноображу себе прогулки по лесу.
— Есть какие-нибудь новости, что можешь мне поведать? — Лидер нагнулся, доставая из-под письменного стола бутылку коньяка. Разлив янтарную жидкость в бокалы, он протянул один из них Николаю, и мужчины чокнулись, поднимая традиционный тост. — Слыхал о том, что произошло вчера?
— Новости? — весело фыркнул гость. — Не смешите — этот мир как будто необитаем. Разве что, поговаривают, в этом году урожай хороший уродился — авось, и проблему с нехваткой продовольствия решим, и экономику скоро восстановим.
— Может быть, может быть… — согласно покивал Орлов, и в комнате ненадолго повисло молчание. Внезапно, что-то почувствовав, Мертвец откинулся на спинку кресла и разразился приступом поистине зловещего смеха. Нажав на кнопку на подлокотнике, Лидер заговорил, всё ещё немного посмеиваясь:
— Отправьте одного из агентов в штаб нацболов. Мне нужно кое-что передать этим двоим…
Повернувшись лицом к Николаю, особо не отреагировавшему на странные выходки собеседника, он добавил:
— Есть у меня к тебе поручение, товарищ. Окажешь посильную помощь? — Дождавшись ответного кивка, генерал продолжил. — Ничего сложного — просто подбодри того, кого скоро встретишь.
В ответ на непонимающий взгляд собеседника Орлов вздохнул:
— Поймёшь, когда увидишь. А мне сейчас нужно идти. Спасибо за приятную беседу: будем надеяться, не в последний раз. Ступай, спокойного тебе пути. За мной ходить не смей — это дело моё личное, тебе о нём пока знать не надо.
— И вам спасибо за гостеприимство, — Николай не стал выпытывать ненужную ему информацию и, вежливо кивнув хозяину на прощание, покинул Цитадель, снова отправляясь в путь. Метель сошла на нет, и мужчина ещё долгое время брёл по припорошённой снегом тропе пока, дойдя до заброшенной деревеньки, не присел передохнуть на шаткую лавочку возле одной из изб, да так и уснул, прислонившись щекой к промерзшей деревянной доске…
В это же время посланный Орловым агент медленно продвигался к лагерю нацболов. В отличие от других своих собратьев-мертвецов он обладал более «человечной» внешностью, поэтому заподозрить его в принадлежности к нежити было в разы труднее. Вдобавок солдат был оснащен специальной маскировкой, так что риск обнаружения его истиной природы сводился к минимуму. Ловко обойдя охрану благодаря выданной ему карте и миновав патруль, за поворотом, прямо у дверей обозначенной на карте комнаты, он заметил двоих офицеров, преграждавших ему вход. Бойцы, судя по всему, уходить не собирались — к большой досаде агента.
— Придется обезвредить… — недовольно констатировал тот.
Бесшумно подойдя к нацболом, мертвец вытащил из кобуры на поясе пистолет с глушителем и начал действовать. Одному из бойцов он с безжалостной точностью всадил пулю прямо в затылок; другого, едва успевшего встрепенуться, вырубил ударом по шее, попутно удержав от падения и прислонив к стене коридора. Наконец, подойдя к двери, посланник подтолкнул через щель внизу аккуратно сложенный алый конверт, и крикнул, имитируя голос одного из солдат:
— Товарищ, вам тут письмо пришло, мы под дверь засунули — посмотрите на пол!
Убедившись по звуку возни за дверью, что послание получено, выполнивший свою миссию мертвец моментально удалился, растворяясь в тенях…
Очередной раз придя в себя, Гретхен наконец почувствовала, что в голове прояснилось. Открыв глаза, девушка отметила скудный интерьер комнаты, в которой находилась: кровать, тумбочка и серые стены… «Я что, в медпункте? Вот только — как? Кто меня подобрал?»
Мысленно прокручивая в голове события прошлой (?) ночи, Гретхен вдруг почувствовала, что в эмоциональный фон комнаты вплетается новая нить помимо ее собственной. Встрепенувшись, она резко подскочила, поворачивая голову к источнику чужого присутствия, и её взгляд наткнулся на сгорбившуюся на стуле фигуру. В сидящем у её кровати человеке она не без удивления узнала вчерашнего знакомого.
— Т-ты? — От неожиданности девушка выпалила свою мысль вслух, чем моментально разбудила задремавшего Людвига. В голову резко нахлынул новый поток воспоминаний, и Гретхен судорожно схватилась за правую руку, с удивлением ощупывая конечность. — Ч-что?.. но я ведь помню, как…
— Успокойся! Всё хорошо, ты в безопасности, — из паники девушку вывел знакомый голос и ощущение теплых рук на её собственных дрожащих ладонях. Крепко сжав рукой покрывало кровати, Гретхен лихорадочно заработала мозгами. «Штирнер?.. твою ж… Значит, в плену. Из огня да в полымя — лучше и не придумаешь!»
Пошевелив на пробу рукой (которой, как она помнила, у нее быть и вовсе не должно!), девушка наконец совладала с голосом:
— Итак, полагаю, я здесь в качестве пленника?
В ответ на прозвучавшее предположение Людвиг почему-то нахмурился.
— Нет. Ты не в плену. — К вящему удивлению Гретхен мужчина отрицательно покачал головой. — Я сказал им, что ты воин-партизан: была ранена, пряталась в лесу. А наша маленькая… ну, пусть будет стычка, — всего лишь недоразумение. Все, что выдавало в твоей форме принадлежность к Рейху, я убрал или замаскировал. Ты здесь в безопасности.
— С чего мне верить тебе? — С сомнением протянула девушка. — Мы всего пару часов знакомы… Да ты даже имени моего не знаешь!
Внезапно Людвиг подался вперёд, наклоняясь к самому лицу Гретхен, и горячий шёпот обжёг её ухо:
— Не кричи. Я тебя, считай, от неминуемой расправы спас… Не хочу, чтобы ты была мертва. — Когда девушка отпрянула назад, мужчина продолжил уже чуть громче с лёгкой ухмылкой. — А имя… Так ты скажи — вот и узнаю.
— Гретхен. — Насилу успокоив бешено колотящееся сердце, она всё же ответила на вопрос. — Меня зовут Гретхен. И это всё ещё нисколько не объясняет, почему я жива, а не валяюсь где-нибудь в канаве на корм собакам. Что тебе нужно от меня?
Ответить Штирнер не успел — за дверью раздался голос солдата-дежурного, а затем что-то было просунуто под дверь внутрь комнаты. Встав со стула, Людвиг склонился, поднимая валяющийся на полу предмет, оказавшийся на поверку ярко-красным конвертом. Мужчина распаковал его, вчитываясь в короткое послание, и на его лице проступили следы хмурого напряжения. Резким движением распахнув дверь, он увидел валяющихся на полу сослуживцев: под одним сверкающим пятном уже разливалась лужа крови, но другой, к счастью, ещё дышал и выглядел относительно целым.
— ТРЕВОГА! — закричал, приходя в себя, солдат, едва успев открыть глаза, пока Людвиг склонился над вторым раненным товарищем, с горечью отмечая отсутствие у него пульса. — На базе посторонний! Оповестите охрану!
Словно по сигналу, солдаты по всему штабу подхватили тревогу. Вся база зашевелилась. Слова о погибшем сослуживце разлетелись словно гром, и уже через пять минут отряды нацболов стали прочесывать все в поисках скрывшихся врагов.
Встревоженная поднявшейся суетой, Гретхен вскочила с кровати и направилась к двери, шлепая босыми ногами по полу.
— В чем дело? Что в этом конверте? — Позабыв про свою текущую проблему, девушка схватилась за рукав пальто Людвига, чтобы привлечь его внимание. Обернувшись, мужчина аккуратно схватил девушку за плечи и завёл ее назад в комнату, запирая за собой дверь.
— Они были здесь, — вполголоса поделился Штирнер. Видя непонимание на лице собеседницы, он пояснил. — Те, из леса.
Непроизвольно содрогнувшись, Гретхен развернулась и посмотрела Людвигу прямо в глаза:
— Без шуток. Что им ещё надо?
— Ему. Судя по инициалам, это Орлов… — вспомнив, что девушка не знает настоящего имени мертвеца, мужчина быстро исправился. — То есть, Советский Лидер написал. Говорит явиться в какое-то заброшенное село, если хочу получить ответы. И ты тоже должна там быть.
«Ой, не нравится мне это. Без сомнения — ловушка», — подумала Гретхен, невольно вторя мыслям погрузившегося в раздумья Штирнера. У неё перед взором все еще стояла картина обезображенного лица Лидера. Этот…это существо внушало неподдельный страх, но из мыслей не шли его слова. «Что он имел в виду тогда? Что ему известно об Орде и Архонте?»
— Что конкретно он там написал? Покажи.
Пробежавшись по строкам послания, на автомате переданного ей Людвигом, девушка нахмурилась.
Если хочешь узнать ответы на свои вопросы, то приходи в заброшенную деревню, что стоит в миле от поляны, где мы вчера распрощались. Возьми с собой и девушку, ей должно быть интересно. Отказ не принимается.
Ваш СЛ
Прочитав содержимое письма, Гретхен крепко задумалась. У нее определенно были вопросы к Лидеру, но вряд ли он станет на них отвечать, учитывая, как они расстались в прошлый раз. Вскинув голову, девушка отложила письмо на тумбочку и обратилась к Людвигу. — Похоже у нас нет выбора, кроме как сунуться в берлогу к медведю… Этот Лидер, кажется, не из тех, кто будет повторять дважды. Лучше не злить его больше, чем есть. Гретхен скрестила руки на груди, подходя к мужчине практически вплотную и постучала по его предплечью, пытаясь вывести собеседника из его глубоких дум. — Ты-то сам что думаешь? К тебе Лидер был дружелюбнее — может и сторгуетесь на что-то… Я-то в любом случае только прицеп: не пойму, зачем ему понадобилась, но очень хочу это выяснить. — Девушка повела плечами, грустно усмехаясь. — В общем, решай — что бы ни выбрал, я поддержу. «Без него мне точно не протянуть долго, да и долг нужно выплатить — жизнь он мне спас как-никак. Буду считать, что это моя новая миссия», — мысленно прибавила она. Тем временем в маленьком селе у болота, в крайней избе, сидел и барабанил когтями по столу Лидер. Орлов ни на секунду не сомневался, что званые гости придут. То, что он хотел рассказать… Хотя нет, пока ещё рано… Он специально пришел на место встречи один, и на то было две причины: первая — дать людям больше уверенности и заставить их говорить более открыто; вторая — даже один он нисколько не боялся за собственную безопасность. Это, скорее, всем остальным стоило опасаться совершить роковую ошибку, ведь даже в одиночку Лидер был более страшной угрозой, чем многие могли представить на первый взгляд. Пока же он просто отбивал по столешнице незатейливый ритм: ту-ду-дум, ту-ду-дум, ту-ду-дум. В этот момент в головах Людвига и Гретхен раздался вкрадчивый шёпот: «Я начинаю терять терпение… Принимайте решение или пожалеете». Когда в её голове раздался хриплый голос, девушка подскочила на месте и быстро завертела головой, через миг понимая, что фраза прозвучала мысленно, а не вслух. — Черт возьми! Он еще и следит за нами! Вынырнув из своих мыслей, Штирнер коротко кивнул на реплику немки: — Мы идем. Лучше выдвигаться прямо сейчас. — Мужчина поглядел на одетую в больничную робу собеседницу и спохватился. — Сейчас. Я дам, во что можно переодеться. Твои вещи на тумбочке. Передав Гретхен стопку одежды, он вышел из комнаты и подозвал к себе пробегавшего мимо парнишку. Перебросившись с ним парой кратких фраз, Людвиг прислонился к стене и стал ждать. Уже через пять минут дверь комнаты открылась, и его взору предстала девушка в слегка помятой нацболовской форме, усердно затягивающая ремень на поясе. — Чертовски непривычно. Это что, мужская экипировка — почему висит так? — Недовольно проворчала она, тут же сама себя обрывая. — Впрочем, забей. Мы идем? — Пф-ф-ф… — Не сдержавшись, фыркнул Людвиг. — Пошли. У нас нет времени, чтобы тратить его на такие мелочи. Выйдя с базы через потайной вход, чтобы не привлекать ненужного внимания, они спешным шагом двинулись в сторону назначенного места встречи… Гретхен старалась поспевать за размашистым шагом солдата, но вскоре ей пришлось перейти на полубег, то и дело спотыкаясь о снежные кучи. — Эй, Супермен, помедленнее там! Не все из нас рождены бегунами. Я понимаю, что торопиться надо, но ты ж меня сейчас так совсем загонишь! Мужчина остановился, обернувшись, и бросил сердитый взгляд на разбушевавшуюся спутницу. — А ну хватит тут словечками разбрасываться! Садись на спину, так и быть, донесу, медлячка, — сам от себя того не ожидая вдруг предложил он. Гневно втянув в себя воздух в ответ на обидную подколку, девушка всё же запрыгнула Людвигу на спину и обхватила его руками на уровне ключицы. После того, как они продолжили путь, Гретхен помялась, но всё же выдавила тихое «спасибо», чуть крепче сжимая сильные плечи мужчины. Оставшуюся дорогу они оба провели в молчании. Пробежав около мили, Людвиг, наконец, достиг описанной в послании деревушки и остановился возле того дома, где слабо мерцал свет из окна. — Думаю, нам сюда. — Гретхен слезла со спины солдата, когда они остановились перед ветхой избой. Штирнер поднялся по лестнице крыльца и постучал в дверь, легко поддавшуюся его движению и со скрипом отворившуюся вовнутрь. — Кажется, не заперто. Внутри избы царил полумрак, разгоняемый лишь слабым светом масляной лампы, и разглядеть что-либо представлялось практически невозможным. Однако оба вошедших без промедления узнали в сгорбившейся за столом фигуре их недавнего знакомого. Хозяин помещения, серой громадой возвышавшийся в его центре, казался в тусклом освещении еще жутче, нежели в ночном лесу. — Ого, неужели вы-таки согласились на мое приглашение? — Заговорил Лидер, разрушая повисшее молчание. — Я тронут, что вы меня не проигнорировали. Что ж, заходите. Сегодня ВЫ задаёте вопросы. «Слабовато верится, — промелькнуло в голове Гретхен, пока она смотрела на выжидающе ухмыльнувшегося Орлова. — Что ему от нас ещё нужно?» Последнюю мысль она повторила уже вслух. — Зачем мы вам понадобились? Вернее, почему именно мы? — …Скажем так. — Спустя секунду размышлений выдал Лидер, по-птичьи наклоняя голову на бок. — Вы меня заинтересовали. — Простите за то, что задержались, — перехватил инициативу на себя Людвиг, пока девушка вновь не наговорила опасному собеседнику лишнего. — Уж не обижайтесь на сомнения — просто думали, что это вражеская ловушка. А вопросы — да, есть у меня парочка… — Я вас слушаю, — подался вперёд Лидер, когда Штирнер опустился на стул напротив него. Гретхен по привычке продолжала считывать эмоции окружения, и то, что она прочла у Людвига, ее позабавило: «Храбрится и вежлив, а у самого настрой — как на пороховой бочке». Подавив ухмылку, она подошла к мужчине и села плечом к плечу с ним, всем своим видом показывая скептичность своего настроя. — Отбросим экивоки. Все что-то хотят от других. МЫ хотим от вас ответов, а что нужно ВАМ от нас? — Вы узнаете это, но в конце нашего разговора. Обещаю. — Невозмутимо возвестил Орлов, наблюдая за реакцией девушки. Её недоверчивость была забавной, но не вполне беспочвенной. — Искренность в кредит? — Скрестила руки на груди Гретхен, бросая выжидательный взгляд в сторону Людвига, словно прося поддержать её заявление. — Обычно это плохо заканчивается. — Я всегда держу свое слово, — с непоколебимой уверенностью отрезал Орлов и проникновенно поделился. — А лгать не способен чисто физически. — А кто говорил про ложь? — тут же парировала немка. — Вы вполне искренне можете потом от нас попросить что-то для нас неприемлемое. Где гарантии? — ХЕХЕХАХАХА!!! — Зашёлся заливистым смехом в ответ на её обвинение мертвец. — Как минимум у вас попросту нет выбора. Но, поверьте, я не требую от людей невозможного. Не такой я че… Уже не человек. — Ну вот что… — решил разбавить повисшее в комнате напряжение Штирнер. — В последнее время мы заметили, что нам кто-то скрытно помогает. Если это были ваши люди, то чего вы этим пытаетесь добиться? Я всё же не понимаю, разве вы нас не считаете врагами, ну или, по крайней мере, соперниками? — Как я могу считать своим врагом того, у кого те же цели и убеждения, что разделяю я сам? — Размеренно отозвался Орлов. — Пусть мы и идём к ним разными путями. Услышав ответ на вопрос Людвига, Гретхен позволила своим сомнениям немного отступить. В конечном счёте, что она теряет? Возможно, это тот самый шанс узнать интересующую её информацию… Наконец, решившись, девушка решила аккуратно зайти издалека. — С ним понятно. А что я? Как вы вообще про меня узнали и откуда у вас сведения об Архонте? — Есть у меня свои связи и один ОЧЕНЬ могущественный союзник… — туманно отозвался Орлов. — А что до вашего лидера… Поверь мне, девочка: в планах, что он вынашивает, нет места ни вам, ни тому миру, что он вам пообещал построить. Вы для него лишь пешки — разменные фигуры в большой игре… — Почему я должна верить какому-то трупу, а не своему командиру? Ты же даже не говоришь, откуда все это узнал! — Правдоподобно возмутилась Гретхен, стараясь не выдавать истинной причины своего раздражения. «Зараза, ответил ведь, но так толком ничего и не объяснил! Я так и знала, что вся эта искренность — сущий фарс с его стороны!» Если бы не присутствие суперсолдата, перед которым нужно было отыгрывать роль верной сторонницы Красной Орды, она бы давно уже спросила Лидера напрямую, что ему известно о планах Архонта. Но в присутствии Штирнера приходилось держать себя в руках и не выбалтывать свой секрет раньше времени. — Я благодарю за пищу для размышлений, но это не значит, что сразу кинусь под твои знамена. — Можешь не верить… — пожал плечами Орлов. — Только учти, что я тот, кто может помочь исправить твои ошибки… Наконец, наблюдающий за их пикировкой Людвиг не выдержал: — Да о чем вы, в конце концов?! Что за Красная Орда, о которой она всё время говорит, кто такой Архонт?.. объясните, а то чувствую себя полным идиотом! Покосившись на напряжённо сжавшего кулаки мужчину, Лидер примирительно произнёс, не обращая внимания на возмущенно запротестовавшую в ответ на его слова девушку: — Она тебе потом всё расскажет, а пока задавай свои вопросы. Ты же вроде спрашивал, какие у меня на твой варлорд планы? — А у тебя есть планы на нашу страну? Это какие же?! — тут же встрепенулся Штирнер. Покосившись в его сторону, Гретхен не на шутку озадачилась вопросом, волновавшим её всю дорогу до сюда. «Как многое я могу вообще этому Людвигу доверить? Он ведь всё ещё так слепо фанатеет по своим идеалам и даже понятия не имеет, что его начальство — по крайней мере, немалая его часть — вытворяет на самом деле… Интересно, кстати, а Лидер в курсе того, что сейчас происходит в окрестностях Чернобыля?..» «Да, в курсе», — неожиданно прозвучал ответ в её голове, но на этот раз девушка смогла удержаться и не подать виду, с чем мысленно себя и поздравила, вслух же отвечая нарочито громко и с издёвкой. — Неплохо. Знаете и молчите. Раз уж вы с Людвигом такие друзья, то что ж ему не расскажете? Ах, ну дааааа… Вы же скоро их территории захватите, и это будет неважно. А сколько людей в это время гибнет там — это, право, пустяк… Воздух в комнате резко сгустился. Мороз пронзил тела людей, и в домике внезапно стало ещё темнее. Лидер приподнялся со своего места, на его лице отчётливо проступил гнев. Огонь в пустой глазнице разгорелся ещё сильнее, а край стола превратился в щепки под давлением огромных когтей. — Ты на кого голос посмела поднять, ничтожество?! Забыла, что я могу прикончить вас здесь, и глазом не моргнув? Сядь и знай свое место. — Проигнорировав испуганно застывшую Гретхен, Орлов ответил на заданный Людвигом вопрос. — Есть. Я намерен взять вас под свой контроль, не насильственным путём, разумеется… — Ни за что! — перебил его Штирнер с нескрываемой злостью в голосе. — Мы никогда не позволим захватить себя!!! Ни один национал-большевик, от мала до велика, не станет в стороне отсиживаться! Только попробуйте к нам сунуться — и тогда вам и вашим союзникам конец! МЫ БЕЗ БОЯ НЕ СДАДИМСЯ! На последних словах мужчина перешел на крик, и Гретхен отшатнулась, видя, как его лицо приобретает почти дьявольские черты, а эмоции окрашивает кипящее пламя ярости. Теперь девушке казалось, что в воздухе борются две противоположные силы: адский огонь Людвига и могильный холод Орлова. Ноги стали как ватные, и Гретхен сама не поняла как рухнула назад на стул. «Что же это такое? Когда уже закончится всё это безумие? — С отчаянием подумала девушка. — Когда только шла на эту чертову миссию, даже подумать не могла, что она всё перевернет с ног на голову. Мне уже ничего от вас не нужно — только отпустите живой…» Внезапно, тело Людвига окутала темная субстанция и буквально впечатала его в стул: — А ты сиди и проявляй уважение к тому, кто лично участвовал в Великой Октябрьской революции, сопляк! Я сильнее тебя, моя армия сильнее твоей. Я хотел решить всё мирно, но ты не оставляешь мне выбора… — Глаза лидера источали леденящий душу мрак, а сам он выпрямился, всем своим видом демонстрируя готовность к битве. В ответ на его слова Людвиг выдавил хитрую усмешку и вдруг во весь голос закричал: — Братцы, ОГОНЬ! Тотчас же из десятка разных мест избушку прошили автоматные очереди, и в воздухе зазвенел свист пуль. Юркнув под стол, Гретхен понадеялась, что стреляющие по мертвецу солдаты будут целиться выше. «Вот же засранец! — Мысленно обругала она Людвига. — Когда он вообще успел своих предупредить? И зачем мы тогда разыгрывали спектакль со скрытным уходом? Зря я ему доверилась… Впрочем, плевать. Моя цель не изменилась. Если выживу, доведу дело до конца и добьюсь правды». Тем временем Орлов лениво отмахнулся от летящих в его сторону снарядов, будто и вовсе их не замечая. — Ну что ж, я хотел по хорошему… — Лучше убирайся, пока не поздно! — Грозно приказал ему Штирнер. — Мы двоих ваших мертвецов положили, добьем и тебя рано или поздно. — Не сравнивай меня с другой нежитью, — пророкотал Лидер, медленным шагом направляясь в его сторону. — Я сильнее и быстрее человека в несколько раз. И не думал же ты, что я явился на встречу безоружным?.. А теперь повеселимся! Резко сорвавшись с места, Орлов мощным взмахом руки пробил одну из стен, протаскивая через обломки находившегося возле дома солдата и без малейших усилий свернул ему шею. Через несколько секунд по всей комнате уже валялись трупы нацболов — у одних сильным ударом был переломан позвоночник, другие оказались выпотрошены острыми когтями мертвеца. Взревев, Людвиг бросился на Лидера, выхватывая из кармана шприц с кислотно-зелёной жидкостью. — Не надейся уйти отсюда живым! И на тебя управа найдётся! — Вколов смесь в первое попавшееся место, которым оказалось левое предплечье мертвеца, суперсолдат с мстительной улыбкой проследил за тем, как она начинает разъедать кожу на руке нежити. — Это тебе за наших! — Ты же не серьёзно? — вздёрнул бровь Орлов. — Думаешь, эта жижа способна меня убить? Изловчившись, он схватил Штирнера за ногу и мощным броском отшвырнул его к противоположной стене помещения так, что весь дом сотрясся от удара. — А я ведь так и не рассказал вам… Впрочем, уже не важно. — Лидер перешагнул через труп, двигаясь к поднимающемуся с пола Людвигу, и заставил его вновь упасть жестким ударом ноги под дых. Тихонько выползя из своего укрытия, Гретхен попыталась незаметно двинуться к выходу, но чуткий слух мертвеца уловил ее движения. — СТОЯТЬ! — услышав окрик, девушка замерла и прижалась к стене. Кажется, возможность потихоньку покинуть зону конфликта отпадала… — Убирайся вон! Оставь нас всех в покое!!! — прокричал суперсолдат, уклоняясь от очередного удара и предпринимая попытку контратаки. Наблюдая за рукопашным боем Орлова и Людвига, Гретхен мысленно пожелала удачи последнему. «Надеюсь, вы это слышите, товарищ мертвец. Ваше время давно прошло. Сгиньте и дайте дорогу другим». — Ну уж нет. Я сделал слишком много, чтобы закончить все сейчас, — вслух отозвался на Лидер, отвечая то ли ей, то ли Штирнеру, а, может, и обоим разом. — Вы первые начали битву — вы и падете. Посмотрев в глаза остановившемуся на миг солдату, Орлов насмешливо бросил: — Что же ты замер? Или всё-таки понял, что со мной тебе не совладать? Поверьте, в этом мире есть силы, от которых даже меня бросает в дрожь… С одной из таких я знаком лицом к лицу… Но навряд-ли ты когда-либо сталкивался с именем «Красная Угроза»… Надеясь воспользоваться отвлечением, Людвиг зашёл сбоку, тщательно примериваясь, и быстрым движением вытащенного из ножен холодного оружия отсёк Лидеру одну из кистей. — Ой, это было… Неприятно. — Совершенно ненатурально посетовал Орлов, в следующую же секунду отращивая назад потерянную конечность. — Ублюдок! — гневно рычащий Штирнер уже и сам начал терять человеческие черты: кожа стала сереть, белки глаз налились кровью — когда с размаху ударивший его по лицу Орлов сначала дернул его за обе руки, выворачивая их под неестественным углом, а затем завершил работу, с чавкающим звуком отсекая мужчине половину ноги. — Вот теперь можем спокойно поговорить, — с довольным видом улыбнулся Лидер, наступая ногой на тело поверженного суперсолдата. Увидев, что Людвиг уже на грани поражения, Гретхен стиснула зубы и, аккуратно вытащив с пояса одного из трупов шприц, похожий на тот, что использовал мужчина, бросилась вперёд. «Сейчас или никогда, — подумала девушка, вкалывая смесь прямиком в шею Орлова. — Умру, так хоть не последней трусихой. А так хоть время этому болвану выиграю…» — Ты же понимаешь, что это не сработает? — с железным спокойствием уточнил Лидер, даже не повернувшись в её сторону. — Возможно. — Сглотнув, хрипло ответила Гретхен. — Но стоять и смотреть, как ты его убиваешь, я тоже не буду. Я ему должна — жизнь за жизнь. Коротко кивнув в ответ на её заявление, Орлов ослабил давление на грудь поверженного солдата и наклонился в его сторону. — А теперь слушай сюда. Я не намерен захватывать твою страну в том смысле, о котором ты подумал. Мой план лишь в том, чтобы сделать её своим союзником в будущем. А пока вы не в достаточной степени развиты — стать вашим покровителем и привести тот бардак, что вы называете армией, в надлежащую форму. — Отодвинувшись мертвец убрал ногу, но ошеломлённый Штирнер так и остался лежать на полу. — Но ты понял всё не так и даже не выслушал меня полностью. Если бы я действительно хотел вас присоединить к своему варлорду, как его часть… …то давно бы это уже сделал. Слушая речь мертвеца, Людвиг несколько раз поменялся в лице. Только сейчас он понял, что натворил. Заметив проступившее на его лице отчаяние, Орлов добавил. — Вот-вот. Твоя импульсивность, солдат, подвела тебя, и ты принял неверное решение, чем и товарищей своих подвёл. — Обернувшись к Гретхен, он внимательно осмотрел её и аккуратным движением стёр с её лица пятно крови, оставшееся, вероятно, от возни струпом. — А ты, юная красноармейка, прошла проверку. Я хотел понять, действительно ли ты так верна своим идеалам, как мне подсказывала интуиция. И она оказалась права. Но из Орды лучше уходи. Хочешь — присоединяйся к нацболам: с их руководством я скоро разберусь… Или можешь у меня найти пристанище. Клянусь, что помогу тебе исправить ошибки и узнать правду. Гретхен сжала руки в кулаки, чтобы не было видно как они дрожат. В Орду ей теперь точно дороги не было: «Просрочила как минимум два сеанса связи, а скоро и третий пропущу. Официально — я мертва…». Да и возвращаться, учитывая, что она узнала о действиях организации во время слежки за Рейхом, не особо хотелось. Но и ни один из предложенных вариантов не казался девушке правильным… — Извините, но этого я сделать не могу. — Твёрдо покачала головой Гретхен. — Я допускаю, что в Орде мною могли воспользоваться, но менять «шило на мыло» не стану, особенно после того, что о Н.Б.Р. в том числе узнала. С теми, кто из людей живое оружие лепит — мне не по пути. — Очень жаль, — с действительным сожалением в голосе отозвался Орлов. — Впрочем, есть и другое место, куда ты можешь пойти… Слышала что-нибудь об ССТФ — Сибирской Социалистической Трудовой Федерации? Их лидер — Гриффон Норияки. Хороший человек. Просто обратись к нему и скажи, что от меня. Он поможет. Поджав губы, девушка обдумала предложение. Про ССТФ ей доводилось слышать от коллег: один из самых мирных регионов и крупнейшая страна на современных территориях бывшей России со столицей в Красноярске. Об их лидере говорили многое — но редко дурное, так что этот вариант Гретхен был больше по душе. — Спасибо. — Решившись, кивнула она. — Дадите наводку, где его искать? Орлов протянул, вытащив из кармана, небольшую бумажку. — Здесь вся необходимая информация, — пояснил он, передавая записку в руки девушки. — Когда пойдёшь — двигайся всё время на восток; как устанешь идти — открой и прочитай послание. Но смотри, не раньше. — Благодарю. — Кивнула Гретхен, повторяя про себя данные ей инструкции, и покосилась в сторону Людвига. — А что с ним? Вы же его отпустите? — НЕЕЕЕТ!!! — Внезапно прокричал Лидер, подаваясь вперёд. — ЗАПРУ ЕГО В СВОЕМ ПОДВАЛЕ И ЗАСТАВЛЮ СЛУШАТЬ ДВАДЦАТИЧАСОВУЮ ЗАПИСЬ ГИМНА РЕЙХА! Вздрогнув от неожиданности, девушка попятилась с расширившимися глазами и едва не споткнулась. С трудом удержав равновесие, она перевела дух, и посмотрела на вовсю хохочущего Орлова, осознавая, что его слова были лишь глупой шуткой. — Пугать-то так зачем… — Прости, не удержался, — успокоившись улыбнулся Лидер. — Ничего я с твоим суперсолдатом не сделаю — разве что до базы добраться помогу… Что ж. Запомни, если понадобится моя помощь — я приду. Просто позови меня по имени, необязательно вслух. Если нужно где-то переночевать, можешь зайти в наш лагерь — ничего дурного тебе там не сделают… Сомнения относительно мотивов мертвеца никуда не делись, но Гретхен все же благодарно кивнула. После всего произошедшего такое добродушное отношение казалось иллюзией, но пренебрегать им она не собиралась. Слушающий их диалог Людвиг с напряжением уставился на девушку. Ему абсолютно не хотелось, чтобы девушка куда-то уходила, но и насильно держать её он не мог. — Н-не уходи… — просипел мужчина, глядя в сторону Гретхен. — Н-не надо, останься…прошу… — Лучше бы о себе подумал, Ромео, — усмехнулся Орлов, кладя когтистую руку на плечо девушки. — Смотри-ка, похоже ты у кого-то вызвала интерес, и далеко не в дружеском смысле… Услышав хрип Людвига, Гретхен на несколько секунд заколебалась в своём решении уйти. Чужие эмоции давили на сознание, мешая думать. Девушка все еще отдавала отчет, что не может присоединиться к Штирнеру и его группировке, но и бросать его вот так… Шумно вздохнув, Гретхен проигнорировала насмешку Лидера и подошла к распластавшемуся на полу солдату, опускаясь рядом с ним на корточки. — Извини, пойти с тобой я не могу. Но не думай, что это прощание. — Наклонившись, девушка прошептала на ухо мужчине несколько цифр. — Это номер моего коммуникатора. Можешь связаться со мной, если понадоблюсь. Встав, девушка решительно двинулась в сторону двери, но на пороге всё же обернулась, посылая Людвигу прощальный взгляд. — Еще увидимся. — И обращаясь уже к обоим. — Мирной дороги вам, товарищи. Гретхен развернулась и пошагала вперед по снегу, мысленно все еще удерживая нить эмоций Штирнера. Пока она того хочет, она всегда сможет его отследить сама. А теперь — пора заняться своим будущим… ***бонус от соавторов*** Проводив взглядом ушедшую девушку, Лидер повернулся в сторону Людвига. — Ну что, боец, пошли. Подброшу тебя, так и быть, до базы. — Н-нет! — отрицательно помотал головой Штирнер, пытаясь отползти. — Не надо мне такой п-помощи… Не трожь остальных!.. — Да сдались мне ваши солдаты, — проворчал Орлов, закидывая сопротивляющегося мужчину на плечо. — Не трону я твоих товарищей покуда сами не полезут. А теперь виси тихо и помалкивай. Договорился уже сегодня… И брови не хмурь — а то состаришься раньше времени, и сбежит тогда твоя девчонка. Упрямо зыркнув на мертвеца, Людвиг всё же не нашёл в себе сил заявить, что Гретхен «не его», и счёл за благо смириться с ситуацией, повиснув в хватке Лидера. Орлов же, кажется, пребывал в отличном настроении… — Если я чешу в затылке — НЕ БЕ-ДА… В голове моей опилки, ДА ДА ДА!.. — напевал он полюбившуюся ему песенку медведя из старого советского мультика. Так и прошли они всю дорогу до базы нацболов под звуки различных детских песенок, которые, по мнению невольного их слушателя, в исполнении мертвеца звучали слишком уж жутко и приобретали поистине кровожадный подтекст. У самого порога базы Орлов внезапно свернул в сторону от ворот, подходя к окну медпункта, расположенному с южной стены штаба. — А мы пойдём другим путём… Скажи-ка, Людвиг, ты часом не мечтал когда-нибудь полетать? — Пока мужчина успел осознать, что именно собирается сделать Лидер, тот уже тщательно примерился и точным броском отправил свою ношу прямиком в оконный проём. — Молчание — знак согласия. Убедившись, судя по количеству отборно мата с той стороны, что его «снаряд» достиг цели и даже относительно цел, Орлов уже собирался уйти, когда в его голову пришла хулиганская мысль. Уцепившись с помощью когтей за кирпичную кладку, мертвец забрался в окно следом за солдатом. Самого Людвига в помещении уже не оказалось. «А шустро он уполз, — усмехнулся про себя Лидер, расправляя полы темно-серого пальто и выходя в коридор. — Пойду-ка я ему подарочек на память оставлю». Натянув на лицо фуражку и скрыв под одеждой когти, мертвец стал едва ли отличим от остальных обитателей базы. Несколько солдат в коридоре даже кивнули ему, проходя мимо, видимо, приняв его за одного из собственных Генералов. Дойдя до столовой, Орлов обнаружил, что помещение пустует, что, впрочем, не было удивительным, учитывая ранний час. Попробовав оставленные на столе котлеты и закусив их коркой чёрного хлеба, Лидер вдруг заметил в углу оставленное кем-то из рабочих ведро с чёрной краской, которой, судя по всему, красили стены в помещении. Искушение оказалось слишком велико, и, расплывшись в ехидной ухмылке, мертвец подошёл к только недавно отштукатуренной стене, беря в руки кисть… …Анюта поправила собранные в косички волосы, подвязывая их косынкой. Сегодня была её очередь дежурить в первую смену, так что из зеркала в кухне на девушку взирало невыспавшееся лицо с заметными мешками под глазами. Наспех умывшись, юная повариха огляделась по сторонам, и поняла, что забыла свой фартук в зале. Спешно пошагав назад, она толкнула дверь подсобки и остановилась как вкопанная. Прямо перед ней, шагах в пятнадцати, возле ещё непокрашенной стены столовой, стоял высокий мужчина в генеральской форме и что-то самозабвенно рисовал чёрной кистью, капли с которой летели на только недавно вымытый ею пол… — Что же вы творите?! — закричала девушка, поднеся ко рту ладони, глядя на всё это безобразие. Орлов — а это был именно он — отвлёкся от рисования на стене и, увидев, что его обнаружили, неловко улыбнулся. — Да так, искусством занимаюсь немного… — Батюшки-святы! — Только сейчас Анюта заметила, что на руках «генерала» виднеются огромные когти со следами запёкшейся крови, а лицо чужака покрыто странными шрамами и почему-то отливает трупным цветом. От переизбытка чувств, бедная кухарка, где стояла, рухнула в обморок. Пару раз моргнув, Лидер перевёл взгляд на свеженамалёванную картину и, добавив пару штрихов, чинно удалился, не забыв прикрыть банку с краской. Когда на крик девушки в столовую ворвались несколько солдат, Орлова там уже не было. Обыскивая помещение, нацболы почти сразу же обнаружили оставленный на стене Шедевр и застыли как вкопанные. А посмотреть там было на что… На белой штукатурке ещё не подсохшие штрихи краски складывались в образе двух человек в весьма неприличной позе. Один из них, мужчина, в чертах которого было нетрудно опознать Неуязвимого командира — Людвига Штирнера, в порыве жаркой страсти сжимал в объятиях какую-то девушку, целуя её в… Впрочем, на этом моменте у обнаруживших сию находку солдат запунцовели уши, а откуда-то с задних рядов уже значительно увеличившейся аудитории импровизированной «выставки» грянул хохот… Сидящий в медпункте Людвиг, выслушивающий громкую тираду Доктора Смерти о необходимости соблюдать малейшие меры собственной безопасности и хотя бы немного ценить его труд, пока тот пришивал ему протез на месте потерянной конечности, ещё не знал, что сегодня в очередной раз стал звездой базы — на этот раз уже по совершенно иной причине…
