Charm/Очарование

— Грейс —

Медленно, очень медленно, Хадсон наклоняется вперед, и я забываю, как дышать. Как думать. Как быть. Я забываю обо всем и обо всех, что не является им. Что не является этим моментом. Мое сердце бешено колотится, пока я пытаюсь понять, что происходит. Я не хочу, чтобы Хадсон целовал меня. Не хочу. Правда? И тут, когда его губы почти касаются моих, прямо над нашими головами раздается громкий, несносный крик. Реальность врезается в меня, и я отступаю назад, в ужасе от того, что я чуть не сделала. Я чуть не поцеловала брата Джексона. Я чуть не поцеловала Хадсона. Хадсона. Стыд проносится сквозь меня, сталкиваясь с ужасом, сожалением и кучей других эмоций, которые я пока не готова рассматривать слишком пристально. Но это нормально, потому что у меня нет времени на них тоже. Потому что проклятый дракон решил, что сейчас наступит момент, когда он займет свою позицию. Его когти скребут по крыше, когда он пролетает мимо, ревя от ярости. По моему позвоночнику пробегают мурашки. Это нападение ощущается по-другому. Я не знаю почему, но это так, и быстрый взгляд на озабоченность на лице Хадсона говорит мне, что он чувствует то же самое. — Что нам делать? — спрашиваю я, когда дракон с такой силой ударяется о крышу, что сотрясает всю комнату, опрокидывая с грохотом один из книжных шкафов. У меня нет времени оплакивать тома книг, разбросанные по всей библиотеке, когда Хадсон хватает меня за руку и толкает нас ближе к двери. — Мы не пойдем туда! — шепчу я, крича от ужаса. — Эта штука убьет нас! — Я не уверен, что у нас будет выбор, — мрачно отвечает он. — Что это значит? Но, боюсь, я уже знаю. Потому что дракон сейчас колотит по крыше, ударяя по ней снова и снова, как динозавр из «Парка Юрского периода», ища слабое место, которым он может воспользоваться. — Разве нет способа заставить его исчезнуть? — шиплю я. Но даже когда я спрашиваю, над нами раздается громкий скрип. А затем черепица и дерево обрушиваются на нас сверху, когда Хадсон обхватывает меня. Я вскидываю руку, пытаясь заслониться стеной, как я делала это снова и снова с тех пор, как мы здесь оказались. Но уже слишком поздно. Дракон влетает через разбитую крышу, глаза светятся от ярости, а из его открытой пасти вырывается пламя. — К черту! — восклицает Хадсон. И тут мы встаем и бежим к двери. Точнее, он бежит и тащит меня за собой. — Он вытащит нас оттуда! — говорю я ему снова. — Не хочу тебя расстраивать, — отвечает он ироничным тоном. — Но он достанет нас, даже если мы останемся здесь. Когда он заканчивает, поток огня бьет в стену рядом с нами. И я понимаю, что Хадсон прав. Есть только один путь к спасению. — Ты готова? — кричит Хадсон, распахивая входную дверь, которую мы так долго держали закрытой. — Даже близко нет! — кричу я в ответ. Но готовность сейчас не имеет значения. Ничто не имеет значения, кроме того, чтобы остаться в живых. Поэтому я крепче сжимаю руку Хадсона и бегу с ним прямо в темноту.