Charm/Очарование

— Хадсон —

— Ты играешь грязно! — пискнул я, пытаясь увернуться от решительных щекоток Грейс. Тот факт, что я купился на этот поцелуй, показывает, насколько доверчивым я стал. И насколько она дьявольски коварна. — Если это так, то потому, что я научилась этому у лучших, — отвечает она, перекатываясь на меня сверху и прижимая мои запястья к кровати по обе стороны от моей головы. Может быть, мне стоит напомнить ей, что я могу поднять ее двумя пальцами и даже не вспотеть при этом. Но поскольку она сейчас лежит на мне сверху, положив ноги по обе стороны от моих бедер, я не намерен напоминать ей об этом. Не тогда, когда она наконец-то перестала меня щекотать. И не тогда, когда она мне нравится именно там, где она есть. Поэтому вместо этого я притворяюсь невеждой. — Я понятия не имею, о чем ты говоришь. Я был совершенно прекраснен с того дня, как мы познакомились. — О, точно. Я помню. — Она делает вид, что задумалась. — Почему бы тебе снова не изобразить тукана? Я помню, что это было очень мило. — Я знал, что в конце концов тебе это понравится. Просто тебе понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя. Я одариваю ее гордой улыбкой. Она возвращает ее с интересом. — Я имею в виду, что может не понравиться? Это такой красивый, мелодичный звук. — Это действительно так. И если тебе нравится тукан, подожди, пока ты не услышишь одноусого звонаря. Ты знаешь, что их крики достигают более ста двадцати пяти децибел и звучат как… — Нет! — Она закрывает мне рот рукой. — Нет, нет, нет! Сегодня утром мы не будем заниматься птичьими криками. Я бросаю на нее самый невинный взгляд, на который только способен, учитывая, что она закрывает половину моего лица своей рукой. И когда это не срабатывает, а на самом деле только заставляет ее подозрительно сузить глаза, я делаю следующее. Я лижу ее ладонь. — Эй! — Она бросает на меня взгляд «какого черта» — что справедливо, но потом все-таки поднимает руку. Что тоже справедливо, на мой взгляд. — Попалась! — говорю я ей с ухмылкой, которая может быть немного дьявольской. — Пожалуйста. — Она вытирает руку о простыню и бросает на меня взгляд. — Нет. — Так ты все-таки хочешь услышать клич Одноусого звонаря? Это не то, что ты скоро забудешь. — Еще один птичий крик, — говорит она мне, сузив глаза, — и ты больше никогда меня не укусишь. Я поднимаю бровь. — Это что, вызов? — Это… — Она прерывается, когда будильник рядом с кроватью начинает звонить. — Нам нужно собираться на поздний завтрак с мэром. Я не уверен, кого из нас только что спас звонок. Поэтому вместо того, чтобы настаивать на том, чтобы мы закончили то, что, как я знаю, является нелепым спором, я решаю перевести разговор в другое русло. — Мы можем все отменить. Провести день в деревне, пока солнце еще не село. — Мы могли бы, — соглашается она, даже когда скатывается с меня и встает с кровати. — Но тогда мы не сможем расспросить его о том, как он был уверен в пекарне, что драконы не будут проблемой, а потом они сделали все возможное, чтобы убить всех. Кроме того, ты видел этого человека. Если мы не придем, я не сомневаюсь, что через десять минут он будет ломиться в нашу дверь. Похоже, он очень хочет отблагодарить нас. Смоки, обеспокоенная всей этой суматохой в комнате, издает раздраженный звук, прежде чем проскользнуть под щелью в окне и спуститься по стене здания. Я думаю о том, чтобы позвать ее обратно, но не похоже, чтобы она меня слушала. — Он был очень настойчив со своей благодарностью, — говорю я через несколько секунд, отвечая на комментарии Грейс о мэре. Я сажусь и с интересом наблюдаю, как Грейс наклоняется, чтобы порыться в куче грязной и полугрязной одежды на полу. Это были напряженные несколько недель, и стирка не была приоритетом. Скоро нам придется это изменить. И опять же, если бы у нас была чистая одежда, я бы смотрел на это совсем по-другому. И это было бы очень печально, потому что то, как Грейс выглядит в футболке, на самом деле просто прелесть. Я видел достаточно ее воспоминаний, чтобы понять, что она не согласна, но я думаю, что она чертовски великолепна — как внутри, так и снаружи. — Честно говоря, я не думаю, что нам есть что надеть, чтобы не быть покрытыми кровью дракона или потом, — говорит она. — Благодарен нам или нет, но я уверена, что старина Свил не будет впечатлен нашим положением. — Да, ну, его и не нужно впечатлять. — Я подхожу к куче и достаю джинсы, которые не надел вчера вечером. Да, они немного грязные после школы, на колене слабый липкий отпечаток детской ладони, но это намного лучше, чем появляться в крови. Кроме того, нам нужно посетить бранч. И, как сказала Грейс, мэр не производит на меня впечатление терпеливого человека.