Nemrut ve Ufaklık

      В жизни Эврена дорогих сердцу людей можно было пересчитать по пальцам одной руки. Дерин, с которой они были вдвоем против целого мира — подруга детства, которая со временем стала значить намного больше, чье спрятанное за семью замками ранимое сердце он готов был оберегать от всех бед. Рухи, что несмотря на возможность размолвки с боссом, защищал и вступался за него. Человек, вечно заменявший в детстве отца, и потому человек, к которому он испытывал куда большую привязанность, чем к собственному родителю. Мать, как бы он не обманывал себя, тоже входила в это число людей. Он до сих пор не мог объяснить себе почему женщина, что в детстве лелеяла каждую его рану, беспокоилась за каждое его падение, вдруг бросила его и исчезла. Но память берегла множество светлых воспоминаний, не позволяя потухнуть надежде, что однажды она вернётся. И конечно же, Мила. Его маленькая принцесса, которую он с тяжким сердцем после совместного времяпровождения оставлял в ненавистном доме, обещая увезти оттуда навсегда, как только она достаточно повзрослеет и это станет возможным. Его чудо, снизошедший подарок небес, принесший в его мрачный серый мир света и утешения. Трое человек и один образ из памяти — отражение его настоящего мира, нежно оберегаемого от всего остального, ради которого он был готов драться словно лев, защищающий свой прайд.       Этот мир был только для него, и потому когда его тихую идиллию с Милой кто-то осмелился нарушить, Эврен раздражился. Встречи с сестрёнкой и так казались редкими и короткими, и он не хотел тратить ни одной минуты на кого-то другого.       Парень почти не удивился, увидев Эдже. Конечно, упрямая, не дозвонившись, все равно смогла до него добраться. И все бы ничего, но у его маленького чуда и прибывшей девушки возник контакт на каком-то необъяснимом уровне. Сестренка была не из робкого десятка, но с новыми людьми сходилась не так быстро. Но в случае с Эдже они словно нашли друг друга: им хватило пяти секунд обмена взглядами, чтобы проникнуться симпатией. И вот уже Мила не дает ей уйти, а приглашает в игру, хотя раньше всегда по-детски ревновала и обижалась, если внимание ее брата кто-то отвлекал.       Ufaklık из уст его маленькой принцессы звучит так неожиданно мило и забавно, что он не может сдержать улыбки. Вначале она едва заметна, но потом он уже готов засмеяться, когда Мила повторяет просьбу с тем же обращением. Эдже тут же перевела все в шуточное заигрывание, хотя все разы, когда он называл ее Ufaklık, оборачивались недовольством на лице и ворчанием под нос. Девушка вообще вела себя с Милой настолько непринужденно, будто каждый день только и делала, что сидела с детьми. А его маленькая госпожа, похоже, проникнувшись искренностью новой знакомой, без размышлений согласилась на новое условие.       Да, Эдже была совершенно не похожа на всех знакомых ему ранее девушек. Другие бы, даже если и выбрались в заброшенную часть парка, сбежали бы, сморщив личико в брезгливом выражении, не допуская даже мысли присоединиться к ним. Эдже же с такой легкостью нашла с Милой общий язык и включилась в игру, даже не задумываясь, что может испачкаться. Нет, ее волновали лишь сама игра и возможность бросить ему вызов. Она даже переманила на свою сторону его принцессу, и та без долгих размышлений выдала ему жёлтую карточку. Ему, старшему брату, которому верила безоговорочно и всегда принимала его сторону, когда приходилось выбирать между позициями двух взрослых. Как же быстро спелись эти две девчонки!       И это не могло не вызывать беспокойства. Эврен боялся, что девочка за один день уже успела привязаться к Эдже, а та больше не вернётся. И тогда Мила переживет то же, что и он когда-то — окажется оставленной без объяснения причин. Так когда-то поступила его мать, просто оставив их с отцом дом ночью и исчезнув без следа. Конечно, это не одно и то же, но открытость и живость Эдже сегодня могли достаточно глубоко проникнуть и закрепиться в сердце его маленькой леди, которое он разобьёт лишь одной фразой, что девушка больше не придет. А не придет она по его вине, и это разобьёт уже его сердце. Но это не страшно, правда? Ведь эти кусочки он собирал воедино уже не в первый раз. Страшно, что этим вечером разобьётся даже не два сердца, а три. И третье такое же чистое и невинное, как у ребенка, принадлежит Ufaklık. Он ведь знал, зачем она пришла — она ждала объяснений. Объяснений, после которых дверь между ними закроется навсегда. И это будет самым правильным для их слишком полярных миров.       Вот только правильное не сходилось с желаемым. Потому что этой девушке удалось пробудить в нем чувства, которые он, казалось, навсегда закопал в глубинах своей души. Она дарила ему уют и покой. Она учила его заново искренне улыбаться и смеяться. Она бросала ему вызовы и давала отпор, глядя прямо в глаза.       Может, поэтому Эврен все оттягивал разговор? Они ведь могли поговорить в машине по пути в отель, могли поговорить в номере до или после того, как он оставил ее переодеваться. Но как взвалить сломанное им самим на хрупкие плечи девушки, что в его одежде казалась ещё более миниатюрной и ранимой? И правда Ufaklık, особенно с этим взглядом больших глаз, как у котенка, что она принесла в его дом. Взглядом, что зачаровывал и не отпускал. Взглядом, от которого перехватывало дыхание, только глубже заполняя лёгкие ароматом духов, напоминающих мамины. Нет, ему не хватало сил объясниться — последние он потратил на то, чтобы отдалиться и пропустить ее к лестнице.       Вот только ожидавший его гость не стал так церемониться. Ягыз вывалил все ей в лицо без задней мысли, не забыв намекнуть и на чувства к Дерин. Эврен ожидал ответного удара в свой адрес, но он думал, что даже у Ягыза хватит совести не бить по Эдже, которая оказалась в центре событий, в которых никогда не должна была оказаться.       Эврен ждал бури, вроде той, что девушка устроила охране университета в первый день их знакомства, но вместо этого он увидел удивление и непонимание. Девушка одним взглядом просила его опровергнуть услышанное или объяснить. Вот только объяснять было нечего. Этой милой девушке не место в его жестоком мире, а его судьба — вновь оказаться оставленным.       Только Эврен не учел, что Эдже не его мать, не одна из девушек, что оказывались в его кровати. Эта девушка особенная, словно сошедшая с экрана старого фильма студии «Йешильчам». Такие никуда не уходят. И он понял это в ту же ночь.       В ночь, когда жизнь подарила ещё двух человек, которых Эврен был готов включить в оберегаемый прайд. Один — парень, что протянул руку, забыв все обиды. А вторая — девушка, что под утро написала: «Я понимаю». Близнецы, такие разные и такие похожие, что умели поддержать, помогая подняться, и прощать, если сожаление было искренним. Двое, что готовы были сражаться за своих близких и благородно включили в этот список его и Дерин. Керем, которому он, наконец, готов был вверить оберегаемое годами сердце подруги, и Эдже, что пробила, несмотря на трудности, путь к его.