Узы родства

2 августа 1991 года Германия Северус Снейп отряхнулся, поднимаясь с земли. Он ненавидел порталы. Особенно такие, сделанные косорукими идиотами из министерства. Удивительно, что ему ничего не оторвало. Он огляделся по сторонам. Его выбросило в какой-то магловской подворотне. Не слишком приятное место, но его появление точно не привлекло внимания. Снейп достал из кармана карту, на которой была отмечена точка, указывающая местоположение Поттера. На днях ему пришлось вновь сварить зелье. Что ж, наличие адреса немного упрощало предстоящие поиски. — Северус, я хочу, чтобы ты отправился к Гарри, — «обрадовал» его Дамблдор. — Он так и не ответил на приглашение. — Может, оно вообще не дошло? — равнодушно предположил зельевар. — Я боюсь, что Гарри могут удерживать силой. Ты должен спасти его, мальчик мой! — А почему бы вам не сделать это самостоятельно? — скривившись, выдавил Снейп. Он считал своим священным долгом портить Дамблдору настроение, утоляя жажду мести хотя бы так. Дамблдор осуждающе посмотрел на него. — Я не могу бросить школу. До начала учебного года осталось чуть меньше месяца, а у меня так много дел. «Мне лень покидать уютное директорское кресло», — перевел его слова Снейп. — «Да и зачем, если есть такой удобный декан Слизерина, которого можно послать куда угодно». — И что вы предлагаете сделать? Выкрасть Поттера? — Освободить, — Альбус тяжело посмотрел на него. — Наверняка люди, похитившие его, не обрадуются твоему появлению. — Я бы тоже не обрадовался, если бы на моем пороге возник незнакомец, — усмехнулся мужчина. Он давно перестал переживать за Поттера. В конце концов, если за год с ним ничего не сделали, значит беспокоиться не о чем. — Какой же ты черствый, Северус, — Дамблдор грустно вздохнул. Снейп мысленно закатил глаза, предчувствуя долгий разговор о всепрощении и любви. Но то ли директор был слишком занят своими мыслями, то ли просто не хотел тратить время, потому что ожидаемой лекции не последовало. Северус бы поставил на первое. — Я могу идти? — скучающе поинтересовался он. Дамблдор сухо кивнул, не удостоив его взглядом. Вернувшись в свои покои, Снейп плюнул на конспирацию и наведался к Малфою, с которым продолжал тесно общаться. Там же он застал лорда Гринграсса. Несмотря на то, что его семья была полностью нейтральной, Амадеус поддерживал отношения с некоторыми пожирателями, которые, на его взгляд, были наиболее адекватны. — Выглядишь как инфернал, — произнес Люциус, как только зельевар вывалился из камина. — Дамблдор, будь он неладен. По какому случаю пьянка? — Сам алкоголик, — оскорбленно фыркнул Гринграсс. — Мы ведем философские беседы о жизни. — Он не оставил тебя в покое? — вычленил главное Малфой. Снейп всегда поражался тому, что даже будучи под градусом, сиятельный лорд не терял способность анализировать происходящее. — Если бы, — вздохнул он, присаживаясь на изящный диванчик. — Мне приказали отправиться за Поттером. Оба лорда были в курсе этой ситуации. Именно у них Снейп спрашивал о Гарри, когда тот исчез. Само собой, никто понятия не имел, где находится мальчик, но их заинтересовала его пропажа. — Динки, принеси гостю бокал, — велел Люциус. В гостиной появилось ушастое существо, сжимающее в лапках посуду. Мероприятие по употреблению алкоголя продолжилось уже с участием Снейпа, и если вначале лорды еще держали себя в руках, то после бутылки вина их развезло. Они тогда много что обсудили. Сначала речь шла про Хогвартс и предстоящий год. Люциус негодовал, что совет попечителей наполовину состоит из взяточников и лжецов. Себя он к этой категории, разумеется, не относил. Амадеус жаловался на старшую дочь, которая устроила бунт после известия о помолвке. Истерику Дафны поддержала Астория и леди Гринграсс, поэтому он справедливо опасался возвращаться домой. В какой-то момент разговор внезапно перешел на Поттера и Темного Лорда. Снейп не помнил, как это произошло, спохватившись лишь в тот момент, когда выдал адрес. Он осознал, что сказал что-то не то лишь по стремительно побледневшему Амадеусу. — Мой тебе совет, Северус — не лезь в это дело, — проговорил он, сделав глоток. — Почему? — В отличие от Гринграсса, зельевар уже утратил способность выстраивать длинные предложения. — Мутные ребята. Не проси, большего сказать не могу. — Обет? — Он самый. Поверь, лучше держаться подальше. Снейп прокручивал в голове эти слова, шагая к магическому кварталу. Он решил первым делом снять недорогое жилье и осмотреться, чтобы понять, как все устроено. Его грудь приятно грел кулон-переводчик, так что проблем с языком быть не должно. Местный аналог Косого носил название Фридрихштрассе. Снейп удивился, когда узнал что один из главных волшебных кварталов Германии был назван в честь магловского поэта. В этом и заключался немецкий менталитет. В отличие от консервативной Британии, где царил жесткий статут, а многие чистокровные ни разу не были за барьером, здешние маги не спешили рвать связи с людьми. Идя по улице, вымощенной брусчаткой, Снейп постоянно видел мужчин, одетых в магловские костюмы. Мелькали длинные платья женщин. Зельевар усмехнулся, представив посреди переулка Дамблдора в цветастых одеждах. Он бы определенно не вписывался в деловую атмосферу, царящую здесь. Ноги сами принесли его в местный бар. Снейп с удовлетворением заметил, что тот был намного чище и уютнее, чем Дырявый котел. Он уселся за стол, покрытый бежевой скатертью, и заказал тарелку жаркого. Через пару минут официантка принесла горячее блюдо, после чего переключилась на других гостей, потеряв к нему интерес. «Итак», — думал Снейп, положив кусок мяса в рот. — «Для начала стоит обзавестись крышей над головой». Он уже не раз бывал в этой стране, но обычно его посещения ограничивались лишь министерством и гильдией зельеваров. Его часто приглашали на разнообразные конференции. На одной из последних он даже пересекся с Фламелем, легендарным алхимиком и создателем философского камня. — Не подскажете, где я могу снять комнату? — обратился Снейп к хозяину бара. Тот с сомнением покосился на него, но все-таки протянул ключ от двери. — Три сикля в день. Снейп кивнул и внес оплату за двое суток. Он не думал, что задержится здесь больше этого времени. Следовало найти мальчишку как можно скорее, чтобы вернуться к лаборатории. Однако Снейп собирался воспользоваться возможностью. Раз уж Альбус отправил его сюда, он вполне имел право заняться своими делами. Зельевар вышел из бара и, дойдя до площадки, аппарировал к одному старому знакомому. Неприметная лавка, втиснутая между домами, выглядела еще непрезентабельнее, чем в прошлый раз. Снейп хмыкнул, прочитав вывеску: «Лечебные зелья и травы». Если не знаешь, что скрывается за дверями, можно было подумать, что это обычная аптека для всякого сброда. Снейп знал. Он уже не раз бывал в этом месте, чтобы пополнить запасы некоторых ингредиентов. Зельевар поднялся по ступеням и, стукнув четыре раза, вошел внутрь. С его последнего визита ничего не изменилось. Все то же маленькое помещение с тесными тумбами, стоящими вплотную друг к другу. На полках лежала всякая бесполезная мелочь вроде лаванды и имбиря. В воздухе витал запах трав и настойки бадьяна. — Северус! — удивленно воскликнул полноватый мужчина. — Не ожидал увидеть тебя в ближайшие пару лет. — Я тоже не ожидал, что здесь окажусь, — Снейп усмехнулся, повернувшись к хозяину. — Ты знаешь, зачем я пришел. Мужчина кивнул, после чего удалился в подсобное помещение. Вернулся он спустя пару минут, держа в руках два закрытых сосуда. — Четыреста галлеонов. Снейп поморщился, как от зубной боли. — Не дороговато? — Обижаешь, — продавец притворно надулся. — У меня лучшие цены во всем этом захолустье. — Поэтому и пришел. Снейп расплатился и вышел на улицу, убрав сосуды в кошелек с расширением. Кровь саламандры была одним из ингредиентов, которые не так уж и просто достать. В Англии ее продажа строго запрещена. Министерство вообще много что запрещало, но Снейпу давно было плевать. У него дома хранилось столько нелегальных вещей, что этого вполне бы хватило на десять лет Азкабана. Вернувшись в бар, Снейп заказал кружку пива и сел за столик в углу. Уже вечерело. Помещение потихоньку заполнялось людьми, решившими отдохнуть после рабочего дня. Кто-то общался с друзьями, играл в карты или ел овощное рагу. Мужчины за соседним столиком громко смеялись, обсуждая какую-то Розу. Из-за количества звуков переводчик то и дело сбоил, да и Снейп, носящий его на себе, уже порядочно выдохся. Артефакт черпал силы из внутреннего резерва, поэтому долго им пользоваться было проблематично. Вздохнув, зельевар отставил полупустую кружку и поднялся наверх. Он надеялся услышать что-то полезное, но сильная головная боль настойчиво советовала прилечь. Закрыв дверь и бросил несколько запирающих, Снейп скинул мантию, лег на кровать и прикрыл глаза. Завтра с утра он займется мальчишкой.

***

Снейп просыпался медленно. Он громко зевнул и хотел как следует потянуться, но внезапно понял, что не может пошевелить рукой. Его что-то держало. Остатки сна мгновенно слетели. Снейп распахнул глаза и обнаружил себя лежащим на какой-то жесткой поверхности. Высокий потолок навевал мысли о Хогвартсе, но он совершенно не мог находиться в замке. Зельевар вспомнил вчерашний день. Он абсолютно точно уснул в снятой комнате. Северус снова попробовал напрячь свои мышцы, но это не дало результата. — Так-так, кто это тут у нас, — Снейп дернулся, услышав насмешливый голос. Он не видел его обладателя из-за царящей вокруг темноты, но отчетливо ощущал присутствие человека. — Северус Снейп. Очнулся, я погляжу. Быстро же ты. — Где я? — голос оказался настолько хриплым, будто его держали под круциатусом. — А сам-то как думаешь? — мрачно усмехнулись в ответ. Действительно. Легко догадаться, особенно учитывая каменную плиту. — Кто вы? — Ты правда считаешь, что я отвечу на этот вопрос? — в голосе прозвучала насмешка. — Впрочем, возможно и так. Но не сейчас. Прежде чем Снейп успел спросить что-то еще, от стены отделилась тень. Она быстро скользнула к нему и, остановившись у изголовья, сняла капюшон. Северус увидел мужчину. Он даже не успел среагировать, когда тот резко наклонился вперед и погрузился в его сознание, сминая окклюментивный барьер. До сегодняшнего дня Снейп считал себя неплохим менталистом. Даже больше, чем неплохим. Врожденный дар работы с сознанием, доставшийся по наследству от матери, открывал перед ним широкие перспективы. Он знал лишь двоих, кто мог похвастаться подобной способностью: Дамблдора и Волдеморта. Впрочем, последний уже десять лет как был мертв, поэтому можно смело вычеркивать его из этого списка. Снейп был истинным слизеринцем. Находясь между двух огней, ему приходилось изворачиваться и врать. Никто из двоих «господ» так и не понял, насколько много Северус недоговаривал. Сначала он действительно поддался на сладкие речи Реддла, ведь тот обещал ему мастерство. Для нищего полукровки это была несбыточная мечта. Затем возникло пророчество, Лили... Он тогда наделал множество глупостей, пытаясь спасти любимую. Не спас. Зато Дамблдор плотно взял его в оборот, показав для наглядности внутреннее устройство Азкабана. Но даже в моменты, когда Снейп был ослаблен и истощен, никто никогда не мог ворваться в его сознание так, как это сделал неизвестный волшебник. Он просто продавил его защиту единым ударом. Снейп почувствовал боль. Дикую, выворачивающую наизнанку агонию. Из носа хлынула кровь, но маг был к этому равнодушен. Он перебирал воспоминания, стараясь что-то найти. Перед Снейпом проносились ряды разрозненных образов: первая встреча с Лили, знакомство с Люциусом, набухавшийся в хлам отец... Он впервые чувствовал себя настолько открытым, и это было непривычно и странно. В какой-то момент картины начали выстраиваться вокруг Дамблдора и Поттеров. Снейп напрягся и попытался перевести мысли в другое русло, но получил ощутимый ментальный удар в качестве предупреждения. Все закончилось также внезапно, как началось. Волшебник отпустил его, и Снейп откинулся на плиту. Он даже порадовался наличию своеобразной опоры, ибо в противном случае просто упал бы на пол. — Хм, — задумался маг. Он посмотрел на лежащего зельевара, из носа которого все еще лилась кровь, и произнес: — Липси, позаботься о нем.

***

В следующий раз Снейп пришел в себя в комнате. Она была мрачной и не очень большой, но выглядела довольно уютно. Шторы на окнах были плотно задвинуты, поэтому зельевар так и не смог понять, какое сейчас время суток. Он осторожно ощупал свой нос, с удивлением отметив отсутствие крови и каких-либо травм. Голова почти не болела. В целом Снейп чувствовал себя почти хорошо, чему был немного шокирован. Он не ожидал, что его будут лечить после столь грубого вторжения в разум. Зельевар откинул одеяло и собирался подняться с кровати, но внезапно перед ним возник эльф. Домовик уставился на него своими маленькими голубыми глазами и тоненько пропищал: — Хозяин сказал Липси привести гостя, когда он очнется. Снейп усмехнулся. Гостя, значит? Впрочем, он был не в том положении, чтобы решать. Честно говоря, он уверился в мысли, что его собираются долго пытать. Ощупав карманы, Снейп понял, что остался без личных вещей. Конечно, он владел некоторыми беспалочковыми заклинаниями, но решил для начала разобраться в ситуации. Пока что его, вроде как, убивать не стремились. Он оказался в подобии кабинета. У дальней стены стоял длинный стол, за которым сидел мужчина. Кажется, тот самый, что применял к нему легиллименцию, но Снейп не был уверен. Раздавшийся хлопок заставил его оторваться от записей и поднять на зельевара глаза. — Надо же, — хмыкнул маг, разглядывая его. — Сам Северус Снейп почтил нас своим присутствием. Я надеялся, что у Дамблдора еще остались мозги, но он, видимо, абсолютно не дорожит своими последователями. Изначально я хотел вас убить. — И... Что же вам помешало? — Хороший вопрос, — мужчина поднялся из-за стола. — Меня зовут Карлус Поттер. Я ожидал, что старина Альбус пошлет кого-то ко мне. Не думаете же вы, что я не знал о вашем желании вернуть Гарри? — Снейп вздрогнул, услышав ненавистное имя. — Вы так хотели попасть в особняк, что я... Несколько ускорил процесс. — Мальчик у вас? — Разумеется. Но, как вы понимаете, я не собираюсь его отдавать. Можете передать Альбусу, чтобы он искал нового избранного. Я являюсь законным опекуном Гарри Поттера и больше не позволю ни во что его втягивать. — Я бы хотел убедиться, что с ним все в порядке. — Это невозможно, — в глазах мага блеснула сталь. — С чего вдруг я вообще должен отчитываться перед вами? Вы слишком многое на себя берете, Северус. — Я поклялся заботиться об этом ребенке. — Правда? Почему же тогда вы ни разу его не навестили? Почему не обращали внимание на его жизнь? Вы вспомнили о нем лишь сейчас, и то по чьей-то указке, — Карлус неодобрительно усмехнулся. — Не стоит оправдываться великими целями. Вы живы лишь потому, что мне нужно донести до Альбуса мысль не вмешиваться в мои дела. Поверьте, в следующий раз я не буду так ласков. В ваших же интересах сделать так, чтобы этого раза не наступило. Руку, — маг протянул Северусу ладонь. — Зачем? — Клятва. Считали, я просто отпущу вас? Снейп отчетливо скрипнул зубами. Он вовсе не хотел обзаводиться очередным поводком, но чувствовал, что этот Поттер намного сильнее. — Я не собираюсь требовать от вас невозможного. Поклянитесь не появляться здесь без приглашения и не причинять вред роду Поттеров. Разумеется, непреложным. Возьмите вашу палочку, — словно издеваясь, Карлус протянул ее рукоятью вперед. Тем не менее Снейп понимал, что напасть сейчас означало бы самоубийство. — Адриан, будь так добр, скрепи, — произнес маг. В тот же момент из воздуха соткалась фигура. Присмотревшись, Снейп понял, что это молодой человек. Зельевар вздохнул и, понимая, что его не отпустят, приложил к запястью кончик волшебной палочки. — Я, Северус Тобиас Снейп, клянусь...

***

— Какой любопытный случай, — артефактор с интересом взглянул на Гарри. — Говоришь, палочка взорвалась прямо в твоих руках? Мальчик неловко кивнул. Он не хотел вспоминать эту историю, понимая, что поступил очень глупо. Что только не делает скука... Два дня назад Гарри наконец-то очнулся. Первым, что он увидел, было раздраженное лицо Карлуса, предвещающее ему адские муки. Некромант выглядел по-настоящему злым. Гарри физически ощущал его недовольство. Темная энергия клубилась вокруг колдуна, показывая настроение хозяина. Карлус излил на него массу негодования. Он разразился монологом о наличии у Гарри такой вещи, как мозг. Присутствующий при этом Адриан выглядел сочувствующим, но Гарри понимал, что наставник тоже беспокоился за него. Карлус в красках описал, как вернулся домой и застал массовую истерику домовиков, которые понятия не имели, куда делся маленький господин. Как спалил часть деревьев, пока пытался найти его тушку. Добравшись до Гарри, некромант был взбешенным, как цербер. Он обозрел поле битвы, труп гончей, который разорвало на куски. Увидел бессознательно подопечного с руками в крови. Гарри совершенно не помнил, что произошло. В его памяти отпечатался лишь момент, когда он упал. Карлус с неудовольствием пояснил, что у него снова случился магический выброс. Немного менее мощный, чем в прошлый раз, но все же достаточный для того, чтобы убить адскую тварь. — Поистине любопытно, — Гарри отвлекся от мыслей, подняв глаза на артефактора. — Вам больше не подходит боярышник, молодой человек. Конечно, смена древесины встречается не так уж и редко, но... Обычно первая палочка служит хозяину как минимум до семнадцати. Волшебник взрослеет, набирается опыта и меняется, но это происходит со временем. В вашей жизни не случалось каких-нибудь потрясений? Гарри пожал плечами. Пожалуй, к сильным потрясениям можно было отнести только крестраж, но он не собирался об этом рассказывать. — Что ж, вот ваша новая палочка. Тис и волос фестрала. Гарри осторожно принял ее из рук артефактора и взмахнул, тут же почувствовав отклик. В воздухе вспыхнули искры. — Благодарю за работу, мастер. — Мне всегда приятно изготавливать палочки для вашей семьи.

***

1 сентября 1991 года Великобритания. Школа чародейства и волшебства Хогвартс. Альбус Дамблдор восседал на позолоченном троне, ожидая прибытия первокурсников. Остальные ученики уже зашли в главный зал и рассаживались по факультетским столам. Взгляд директора зацепился за близнецов Уизли. Фред и Джордж рассказывали что-то друзьям, возбужденно размахивая руками. Рядом стоял Перси, который неодобрительно смотрел на своих братьев, изредка поглядывая на стол Рейвенкло. Дамблдор огляделся вокруг. Место Макгонагалл пустовало, так как именно она должна была встретить юных волшебников у ворот. Филиус равнодушно наблюдал за своими учениками. Помона пила тыквенный сок. Синистра и Вектор о чем-то шептались, не слишком обращая внимание на происходящее. Северус сидел неестественно прямо и, казалось, был полностью погружен в себя. Альбус вздохнул. Отправляя Снейпа за Гарри, он совершенно не ожидал, что тот вернется один, да еще и в таком ужасном состоянии. Он тут же пригласил его в кабинет. Северус был настолько подавлен, что даже не заметил веритасерум, подлитый в чай. — Значит, все-таки Карлус, — вздохнул Дамблдор. — Не думал, что Гарри заинтересует его. — Вы знакомы? — внезапно для самого себя спросил Снейп. — Пересекались несколько раз. Альбус нахмурился, закидывая в рот лимонную дольку. Знал ли он Карлуса? Разумеется. Карлус Поттер был сильным темным волшебником. Настолько темным, что посягнул на самое страшное: некромантию и ритуалистику. Дамблдор даже не хотел представлять, как он повлиял на психику бедного мальчика. Опекунство, подумать только... А ведь он десять лет считал опекуном Гарри себя. Выслушав рассказ Северуса, Альбус понял, что мальчик действительно потерян для них. Во всяком случае, на ближайшее время. Можно было попробовать выкрасть его, но глупо пытаться проникнуть на защищенную территорию. Некроманты окружали свои дома вовсе не безобидными чарами. Дамблдор вздохнул. Оставалось надеяться, что общественность не слишком остро отреагирует на пропажу героя. Макгонагалл ввела в зал первокурсников. Они шли за ней, неловко оглядываясь по сторонам. Черноволосая девочка с восторгом рассматривала зачарованный потолок. Драко Малфой, которого можно было сразу узнать по платиновым волосам, окинул высокомерным взглядом стол Гриффиндора. Пухленький мальчик, замыкающий цепочку детей, выглядел очень напуганным. Присмотревшись, Альбус понял, что это Невилл Лонгботтом. «Может, действительно переиграть все, пока не поздно?» — невольно подумал он. — «В конце-концов, Невилл тоже подходил под пророчество». Он окинул мальчика цепким взглядом. В голове появились зародыши нового плана, но Альбус решил для начала присмотреться к ребенку. Тем временем Макгонагалл встала около табуретки, на которой лежала шляпа. Дамблдор удивился. Похоже, он прослушал песню, погрузившись в себя. — Тот, чье имя я назову, должен выйти вперед и надеть шляпу на голову, — пояснила Минерва. Дети испуганно переглянулись. Видимо, профессор произвела на них впечатление. Макгонагалл взяла в руки список и, пробежавшись по нему взглядом, начала зачитывать имена: — Аббот, Ханна! — Хаффлпафф! Как только все ученики были распределены по факультетам, Дамблдор приготовился произнести речь. Он старательно игнорировал недоуменный взгляд своей заместительницы, решив придумать что-нибудь позже. — Я рад вновь приветствовать вас в стенах Хогвартса, — начал Альбус, поднявшись со стула. — Надеюсь, вы хорошо отдохнули за лето. Тем же, кто впервые переступил порог школы — добро пожаловать! Не сомневаюсь, что вы будете прилежно учиться и найдете настоящих друзей... — Прошу прощения, — Дамблдор повернулся в сторону Слизерина. На него недоуменно смотрел Драко, посмевший прервать его речь. — У вас есть вопрос, мистер Малфой? — Альбус доброжелательно улыбнулся, хотя ему очень хотелось запустить чем-нибудь в наглеца. — Гарри Поттер, — Драко надменно поднял голову, стараясь походить на отца. — Он должен был поступить в этом году, но... Здесь его нет, — под конец фразы мальчик сбился с серьезного тона. В его голосе проскользнула растерянность. Оглядевшись по сторонам, Дамблдор заметил, что не только его волновал этот вопрос. Все факультеты молчаливо уставились на него, надеясь получить объяснения. Директор вздохнул. Что ж, этого следовало ожидать. Он даже не сомневался, что завтра утром волшебники будут знать о пропаже избранного. Оставалось лишь попытаться обратить это в свою пользу, сохранив репутацию. — Спасибо, что сказали об этом, мистер Малфой. Я собирался прояснить ситуацию несколько позже, но не буду отказывать вам в возможности утолить любопытство. Видите ли, Гарри Поттер...