Проказа Судьбы

Подступало время осени. Дни укорачивались, солнце уже не успевало глубоко прогревать землю и воды в реках, ночи становились все холоднее, и теперь нельзя было подолгу сидеть вечерами на улице, слушая возню мелких букашек, стрекот кузнечиков да кваканье лягушек. Некоторые деревья постепенно желтели, роняли вниз свои листья. Еще пара месяцев пройдет, как выпадет первый снег, усилятся ветра, окрепнут морозы, а еще через месяц Великий лес окончательно завалят вьюги снегом, реки оледенеют, и по ним заходят сани с товарами. Изо рта вырывался блеклый, почти незаметный пар. Тсуна навалился всем своим весом на деревянную балку, пытаясь сдвинуть ее с места, но очередная попытка оказалась тщетной – Тсунаеши только вогнал в ладони новые щепки. Он вытер со лба выступивший пот и посмотрел наверх. Там он смог увидеть небольшие клочки ночного неба через щели между обломками дома. Облака медленно плыли по вершине мира, подгоняемые ветром, они кучковались и клубились чудными пузырями. Тсуна набрал в легкие побольше воздуха и вновь уперся в балку. Руки его от напряжения сразу же задрожали, а правая кисть наполнилась болью - странный ожог в виде руны воспалился, покраснел и так сильно чесался, что кожу вокруг раны хотелось разодрать в клочки, лишь бы прекратить эту муку. Тсунаеши закряхтел, но еще сильнее уперся в деревяшку. Он жалел, что сил в его хрупком и слабом омежье теле осталось совсем мало, ровно настолько, чтобы поддержать себя в сознании и продолжать толкать столб. На магию, на самое маленькое заклятие их бы не хватило. Что-то затрещало, и балка немного сдвинулась со своего места, образуя маленькую щель. Тсуна чуть не плюнул от досады, зло фыркнул и опустился на пол, прикрыл глаза. Тихое дыхание природы упокоило его, погрузив в забытье. - Тсуна! – невдалеке раздался знакомый голос. – Тсуна! Савада вздрогнул, сбрасывая с себя тяжелый сон, и громко закричал: - Ямамото, я здесь! Под обломками! Послышались быстрые шаги, захрустели обломки камней, затрещали деревяшки. Тсунаеши подскочил, с надеждой уставился в щель. - Сюда! – продолжал он звать друга. Вскоре вместо клочка темно-синего неба Тсуна увидел лицо Такеши. Тот, заметив его, радостно улыбнулся. - Наконец-то мне удалось тебя найти, - воскликнул мечник. – Гокудера уже весь изволновался. Почему ты не откликался? - Я… уснул. Ямамото понимающе хмыкнул. - Помоги мне, - попросил он, - одному мне не сдвинуть эту махину с места. *** Такеши помог добраться Саваде до полянки, на которой ярко горел костер. В кругу оранжевого света сидел Хаято и спасенный мальчик. Гокудера медленно мешал густую жидкость в котелке, а ребенок внимательно следил за его действиями. В сторонке стояли лошади. Они спокойно щипали траву. Стоило Тсунаеши войти в круг света, как лицо Хаято разгладилось, на нем появилась улыбка, яркие зеленые глаза оживились, и напряжение исчезло из его движений. Конечно же, маг был сразу же завален вопросами о самочувствии и цельности его тела. - Все хорошо, - отмахивался он. - Но ваша рука… - испуганно прошептал мальчик. – Ее нужно срочно промыть и забинтовать! Тсуна поначалу хотел отказаться от помощи, но еще раз взглянув на ожог, протянул руку ребенку, который уже держал в руках маленькое ведро с водой, тряпки и бинты. Будет лучше, если никто не увидит этой странной раны. - Как тебя зовут? – поинтересовался Тсунаеши у мальчика. - Ламбо, - ответил тот практически сразу, - Ламбо Бовино. А тебя? - Тсунаеши Савада. Для тебя просто Тсуна, - маг старался скопировать улыбку Такеши. - Вы все, - Ламбо обвел глазами друзей Тсунаеши, - служите королю? Да? Я видел похожие значки на одеждах только у людей, которые приезжали к нам из столицы с поручениями Его Величества. - Да, - вместо замявшегося Савады ответил Хаято. – Мы подчиняемся только королю. В зеленых глазах мальчишки загорелся странный огонек, и он, видимо от радости, слишком сильно затянул узелок на бинтах, заставив Тсуну ойкнуть. - Возьмите меня с собой! – заканючил Ламбо. – Научите меня драться! Тсунаеши внимательно посмотрел на него. Черные густые волосы немного вились и топорщились в некоторых местах, щеки еще были пухлыми, совсем как у маленьких детей, слегка курносый нос красный от слез, глаза опухшие, одежда порвана. Не взять с собой бедного ребенка, оставшегося без родителей и семьи, Тсуна не мог. - Хорошо, мы возьмем тебя с собой, но зачем ты хочешь научиться драться? - Когда будет война, я хочу отомстить за своих родителей! – с жаром и детской честностью ответил Ламбо. Тишина вновь нависла над ярким костром. Хаято медленно развернулся к Бовино и удивленно посмотрел на него, раскрыл в беззвучном вопросе рот, Ямамото замер над походными рюкзаками, так и не вынув из них нужную ему вещь. Их страхи и опасения становились реальностью. Внутри у Тсунаеши похолодело. С трудом, онемевшим языком он выдавил из себя: - Война? С чего ты решил, что она будет? - Тот дракон мне сказал, когда… когда поймал, что его племя придет на наши земли и принесут смерть, как только застынет во льду Хранэ, - мальчишка вытер ладонью вновь выступившие слезы. Кто бы мог подумать, что драконы вернутся и оповестят о своем возвращении таким извращенным, кровавым образом. Тсунаеши не сомневался, что ему удалось убить Южного Дракона. Он хорошо помнил историю мира и различные байки с легендами, предсказания и пророчества, которые гласили, что Южные Драконы, полноправные властители земель и неба, вернутся для свершения своей мести. Уж много времени прошло с Великой войны, когда произошел Раскол, поделивший род драконов на две части. Люди успели оправиться от своих потерь и оплакать погибших, восстановить семьи, вырастить десяток новых поколений, построить новые города и дома. И так давно было это горе, что времена, полные крови, стали сказками, стерев страх и веру в существование драконов из умов людей. Близилась пора, когда предстояло вспомнить байки ныне покойных прадедов. *** В кабинете правителя страны Солнца было просторно и уютно: обитые тканью стены украшены замечательными картинами, несколько уютных кресел, пушистый ковер, стол, на котором всегда ровными стопочками лежали бумаги, несколько больших окон, занавешенных легким тюлем. Здесь всегда пахло чем-то приятным, успокаивающим, в зимние поры тепло не покидало эту комнату, и тишина не нарушалась противными сплетнями придворных. - Не может быть! – воскликнул Реборн. – Драконы не могут вернуться! Моя семья, мой предок убил последнего Южного Дракона! - Я рассказал правду, - уставший от путешествия Тсуна вяло пробормотал свой протест. – Или ты хочешь сказать, что я вру? Правитель Солнца заметался по комнате. Он нисколько не сомневался в словах юного мага, но его разум отказывался принимать ужасный факт, принесенный из Резтона. - Думаю, мне стоит отправиться искать Северных Драконов, - поднялся из своего кресла Савада. - Зачем тебе это понадобилось? – удивился Реборн. - Против дракона может противостоять только дракон. Люди этим зверям не ровня, нашему народу нужна поддержка. - Драконам могут полноценно противостоять и маги! – возмутился Его Величество. - Нас, магов, осталось слишком мало, - продолжал настаивать на своем Тсунаеши, - да и прошлую войну мы пережили только благодаря Северным Драконам! - Допустим, все так, как ты говоришь, но где ты собрался искать этот народ? Это глупо! Я не отпущу тебя! Тсуна не ответил. Его идея казалась безумной и невыполнимой. Никто не знал, куда ушли Северные Драконы, почитаемые защитниками и спасителями, хранителями мира. Именно они приняли сторону людей в той ужасной войне и не позволили сделать их рабами, но стоило отгреметь последним битвам, и все северяне до единого исчезли, будто их никогда не существовало на землях образовавшегося альянса Аркобалено, союза семи стран. - Иди домой, Тсуна, мне надо подумать, - устало вздохнул Реборн. – И не советую тебе покидать пределы поместья, иначе мне покажется, что ты решил нарушить мой приказ и отправился на поиски легенды… *** Неделю просидел Савада у себя в поместье, ожидая, когда Реборн вспомнит о нем и, передумав, даст разрешение на поиски, но письма от правителя не приходили. С каждым днем Тсуна все больше впадал в отчаяние, его надежда на разумность Реборна таяла, а в юную голову начинали закрадываться мысли о неповиновении. У Тсунаеши было много времени на раздумья. Все прошедшие дни он провел практически в полном одиночестве, рядом с ним был только старый отставной капитан стражи, который следил не только за состоянием дома и прилежащим к нему территориям, но и за самим Савадой, и пара слуг. Гокудера отправился на важный допрос - сеть разведки никогда не спала. Ямамото поехал к Сасагаве Рехею, тот согласился приютить у себя Ламбо. Тсунаеши оставалось лишь ждать, когда друзья привезут ему новости и рассказы из своих поездок, и рыться в своей небольшой библиотеке в надежде, что хотя бы в одной из книг будет упоминание о драконах. День за днем он до самой поздней ночи сидел среди книжных полок, пока усталость не закрывала ему глаза. Этот день не стал исключением, и Тсунаеши заснул в кресле, выронив на пол книгу. Так началось его путешествие. Он проснулся от беспокойства, зародившегося в груди, и заволновавшейся интуиции. Поврежденную руку, что никак не хотела заживать, жгло огнем, а во рту пересохло. Взгляд метался из угла в угол, пока не наткнулся на широкоплечую фигуру в черном плаще. Тсунаеши вскочил с кресла и возмущенно спросил: - Вы кто и что делаете в моем доме? Фигура замерла, словно раздумывая, и в следующее мгновение метнула в Тсунаеши толстый том. Савада успел увернуться и отпрыгнуть в сторону, но человек в плаще оказался быстрее, подскочив к нему и сбив с ног. Тсуна упал на пол и почувствовал, как фигура придавила его бедра, сев на него сверху, также он ясно увидел в темноте отблеск от лезвия кинжала. Догадка, подсказанная развитой интуицией, пронзила мысли омеги. - Я знаю, где находится храм Начала и Конца! – в предчувствии смерти выкрикнул он. Клинок замер около его горла, чудом не вспоров нежную кожу. - Откуда ты знаешь, что я ищу? – из-под капюшона раздался грубый, рычащий голос. Тсунаеши попытался разглядеть лицо дракона в облике человека, но ему удалось увидеть только алые глаза, полные стали и злости. Вот он – шанс найти Северных Драконов, который нельзя упускать. Больше подобных подарков Судьба не преподнесет! - Говори! - Мне… поведал о вас один человек, дракон, - прохрипел Тсуна, - вы были неосторожны в своих поисках. Сколько уже ищете? Десять лет? И будете искать еще больше, если вам не покажут дорогу… - Говори прямо! – практически прорычал дракон. - Я знаю человека, который может показать дорогу к храму. Мужчина задумался. Тсунаеши чувствовал, как он рассматривает его, разглядывает каждую черточку на лице, смотрит в глаза. - Что ты хочешь взамен, человек? – дракон наклонился настолько близко к Саваде, что он чувствовал его горячее дыхание. - Приведи меня к своему королю живым и невредимым, - стараясь говорить твердо и храбро, чтобы скрыть свой страх, потребовал Тсуна. Дракон на это неожиданно рассмеялся. Его смех походил на гоготание, перемешанное с хрипом, и наводил ужас. - Не много ли ты хочешь, человек? - Нет. - Что ж, не буду спрашивать, зачем тебе понадобилось попасть на наши земли, - резко став серьезным, сказал дракон, - но я готов заключить с тобой эту сделку. Меня все устраивает. Тсуна не вырывался, когда дракон сделал маленький надрез на своей и его ладонях, а потом послушно прошептал слова клятвы: - Я, Савада Тсунаеши, клянусь на собственной крови, что приведу тебя к храму Начала и Конца! - Я, Занзас, Северный Дракон, клянусь на собственной крови, что представлю тебя… живым и невредимым своему королю! – закончил мужчина. – Вот и познакомились, Савада. Если завтра в полночь не будешь около северных ворот, я уеду без тебя - наш договор разорвется. Дракон ушел через окно библиотеки, а Тсуна остался лежать на полу. Его ноги дрожали от волнения и совсем не слушались.