Убить Паскаля

      Чай приятно грел руки и помогал сосредоточиться. Вчера, приехав сюда, Паскаль не мог определиться, как начать разговор. С чего, с кем из них — или лучше со всеми сразу. Впрочем, последнее Паск отмел быстро. То, что касается Риши, он вкратце изложил Мишке по телефону, донес суть, остальное уже нужно обсуждать с глазу на глаз. Ребятам сообщит по факту.       Куда сложнее дела обстояли с Королем. Нужно обсудить и не тащить это дальше, проблем без этого хватает с лихвой. Хотя он всё равно не знал, как сказать Ричарду, что спал с его Лорой. Что она хотела с ним развестись.       Да черт возьми, он просто не знал, как рассказать всё и не получить по морде. Конечно, тоже не конец света, просто драки в его план не входят. Возможно, только в его планы и не входит, но в этом уравнении он не один.       «Всегда знай, что любит твой враг. Всегда».       Так говорил его отец, намекая на то, что потом это можно использовать себе на благо. Что бы он сказал в этой ситуации? Да ничего хорошего в сторону самого Паскаля. Начал бы с того, что нужно же быть таким идиотом, чтобы связаться с замужней женщиной. Это верх глупости. Или ты так не делаешь, или просто забираешь эту женщину себе. Всё. Третьего варианта, который Паск изобрел, просто не существует.       Но Паскаль не отец… Иногда даже жалко.       На кухню, широко зевая, зашел Мишка. Молча налил себе крепкий кофе, щедро разбавив его молоком. Сам Паскаль не видел толка тратить кофе, если потом заливаешь молоком, но спорить с силовиком не хотелось. Тем более, пока тот первый не заговорит, почти невозможно угадать его настроение.       Мишка вздохнул и оперся ладонями на стол. Тот страдальчески скрипнул, но не сдвинулся с места.       — Ну так что, мы с тобой почти родня? Это прям неожиданно, друг мой, и вызывает множество вопросов.       Паскаль сощурился, пытаясь уловить настроение друга. Ведь всё, что они обсуждали, было только по телефону, а там много приходится скрывать. Мишка криво ухмыльнулся и отодвинул стул ногой, потом сел, облокотившись на спинку руками. Поставил кружку с кофе и уставился на собеседника.       — Прямо как на допросе.       Паскаль говорил невесело, ни сама ситуация, ни предыдущие и прошедшие разговоры, — ничего не давало и намека на скорое разрешение проблем.       Мишка снова ухмыльнулся, но ответил на этот раз гораздо мягче.       — Поверь мне, допрос выглядит не так. А это… — Он выразительно посмотрел на свои руки. — Прости, это просто привычка. Но вопросы и правда есть. Я знаю, что она тебе дорога, но ей что, и правда грозит такая опасность, чтобы ты шел на крайние меры?       Паскаль вспомнил улыбку Риши во время последнего разговора. Накрашенная, чрезмерно для себя, улыбалась так широко, что тональный крем катался в складах губ, настолько много его было. Причем макияж был сделан довольно быстро и местами грубовато. Ей не в характер. Но самое страшное — это ее слова про назначенного недавно ей жениха. Паскаль слышал о нем. Фархат, старший сын более бедного дома, чем их, но не менее известного. Только вот известна семья жениха была отнюдь не добрыми делами. Скорее наоборот. Козни, интриги и вспыльчивый характер каждого отдельно взятого человека складывался в общую неприятную картину. Они всегда слепо шли напролом к цели. По головам. Почему дядя выбрал именно его?..       «Понимаешь, я правда немного ошибалась. Он мне нравится. Даже неловко как-то говорить. Ты же меня поддержишь?»       Долгое время не было ни звонков, ни сообщений, из соцсетей Риши пропала. Только через его друзей, а точнее, недругов его дяди, удалось выяснить, где она. Довольно быстро после Риши и вышла на видеосвязь. Наверное, те, кто держал ее у себя, думали, что видеозвонок — хороший способ доказать, что всё нормально. И как раз тут просчитались. Паскаль слишком хорошо знал Риши.       Слишком, чтобы сейчас ей верить.       Ее глаза, красивые, накрашенные. Стрелка неровно сделана, словно тряслись руки, и вдобавок слишком жирно…       Ее взгляд… Неживой…       — Эй, ты всё еще со мной, друг?       Мишка окликнул его с намеком на шутку, но одновременно с тревогой в голосе. Паскаль шумно выдохнул. Казалось, на грудь что-то легло камнем и давило, давило уже много дней. Отпив уже остывший чай, он вздохнул.       — Я с тобой. Просто… знаешь, иногда очень сложно подобрать слова так, чтобы тебя верно поняли.       Мишка хмыкнул.       — Ага, особенно когда допрос ведешь.       Паскаль, не выдержав, поморщился. Конечно, Мишка для Риши лучший вариант из всех имеющихся, с ним будет безопаснее всего, просто порой работа Мишки или, точнее, его шутки про нее, вызывали некую оторопь. Хотя сам Паск не был неженкой и разное видал.       Мишка, снова став серьезным, спросил прямо:       — Ты уверен, что тебе это нужно?       Паскаль задумчиво кивнул. Решение про фиктивный брак родилось почти сразу. Жалко, что до этого не додумался раньше, но, с другой стороны, повода не было. Риши какое-то время явно не трогали, только потом решили использовать как рычаг давления на него самого.       — Да, ты сможешь ее защитить, а браки по расчету у нас до сих пор в порядке вещей. Как бы ни хотелось отойти от этой традиции.       Силовик кивнул.       — Это я понимаю, но не слишком ли ты обо мне хорошего мнения? Я, конечно, наработал дружеские связи и кое от чего правда могу защитить, но я ж не господь бог, от всего не убережешь.       От этой прописной истины чай, кажется, остыл совсем. На душе было мерзко и смурно. Копошились сомнения. А правильно ли он поступает? Стоило ли вообще идти против дяди, уклада семьи и, можно сказать, самой системы? Он не знал, и думать не хотелось…       — И что ты сразу скис? Я сделаю, что смогу. По старой дружбе. Может, ты и не помнишь, но ты сам мне помогал не раз.       Паскаль и правда не особо помнил. Конечно, когда надо было, он помогал и деньгами, и совместными попойками, чтобы стереть отголоски Мишкиной работы с его же мыслей. И просто чем мог, тем и помогал, но чего-то равноценного тому, что просил сейчас, не припоминал.       Силовик задумчиво продолжил:       — Так скоро всё это?       Паскаль глянул в телефон, там висело одобрение на быстрое заключение брака. Он навел справки и «забронировал» местечко для двоих.       — Думаю, можно сразу, как она приедет. Сейчас ей помогли сесть в самолет. Приедет, немного придет в себя, помогу купить ей пару женских штучек, и… наверное, несколько дней.       — А ты уверен, что она вообще согласится?       Паскаль усмехнулся и ответил грубовато-прямо:       — Миш, она женщина. У нас за нее всегда всё решали. Не могу сказать, что у нее есть выбор, и также не буду врать: я ей его просто не дам. Ты правда можешь защитить ее от многого, в том числе от прямого насилия.       — Ладно, только еще вопрос задам.       Голос стал чуть спокойнее, мягче… Иллюзия хорошего отношения к собеседнику. Паскаль чувствовал, что вопрос будет непростой, и не ошибся.       — А если она мне понравится?       Паскаль коротко улыбнулся. Конечно, вопрос разумный для взрослых людей, но казалось, что это в какой-то степени проверка. Может, Мишка и не хотел класть на нее глаз, но уточнить собирался. Проверить, насколько Паскаль ему доверяет. В этом не было ничего обидного, учитывая работу Мишки, спасибо, что он еще не спросил про цикл ее месячных, чтобы не списывать всё на истеричный характер фиктивной жены, например. Просто он всегда предпочитал выяснять всё, даже самые неудобные вещи, сразу, в моменте. Когда есть время и возможность получить нормальный ответ.       Силовик смотрел на него цепко, не скрываясь. Пристально изучал мимику и, наверное, даже то, куда случайно скользнет взгляд Паскаля. Чтобы потом сложить всё в одно и получить полный результат.       — Ну это вы сами решите. Так как она женщина, фактически в семье ей ничего не принадлежит. Никаких ценных бумаг и прочего, чем управляют мужчины. У нее есть сбережения, но уверен, что их уже заблокировали, поняв, что я помог ей сбежать. Конечно, никто из семьи не примет ваш брак. Но по закону она будет твоей женой в этой стране и многих других. Поэтому они не смогут просто так ее забрать, опираясь на закон…       Мишка неожиданно тряхнул головой.       — Паск, не забалтывай. Давай это занудство оставим на потом. Ответь на вопрос…       — Сами разберетесь. Мне неважно, кого она выберет, главное, чтобы с ней всё было хорошо. Она слишком светлая для того мира. Может, тут ей и правда будет лучше. А будет ваш брак фиктивным или нет, это ее решение и твое. Мне правда неважно. Только не думаю, что тебе будет с ней легко.       — Она же по-нашему говорит, значит, найдем общий язык. Сделаю из твоей восточной недотроги нормальную бабу. Стрелять научу вон, ножом пользоваться, кроме кухни.       Представив лицо Риши, когда ей дадут пистолет, Паскаль коротко рассмеялся.       — Ну не знаю. Тебе придется выше головы прыгнуть.       Силовик только хмыкнул.       — Ладно, как ее встретишь и пообщаешься, сразу познакомь со мной, а то в загсе еще не к тому пойдет замуж. Всякое бывает.       Он шутил, по-прежнему грубовато, но так искренне.       — Кстати, про всякое бывает, ты же сюда не только ради разговора со мной приехал?       Вот это самое сложное.       — Да, не только. У меня вообще к вам какой-то деловой визит получается.       Мишка встал со стула и отодвинул его подальше. Потом кивнул на дверь.       — Так пошли, разбудим его. Не люблю оттягивать неприятные моменты. Более легкими от этого они не станут.       Паскаль улыбнулся.       — Если бы я знал еще, что ему сказать.       Мишка ухмыльнулся. В такие моменты собеседник сразу понимал, что ничего хорошего не последует.       — Паск, правду скажи. Просто как есть. Ты же не думаешь, что для таких новостей можно подобрать подходящее время и обстановку?       Паскаль устало потер переносицу. Еще у себя на родине он научился говорить неприятные вещи. Чаще всего холодно и сухо, просто излагая факты. Но то его национальность. Они привыкли. В чем-то более непримиримые, чем остальные люди в этой стране, они привыкли к жестким правилам. У них правит сила. А долго правит сила, помноженная на мудрость. Вот последнее здесь и нужно продемонстрировать. Только вот сам Паск терялся. Не хотел совсем так… бесчеловечно. Ричард не был ему другом, но и посторонним быть перестал еще за какое-то время до их прямого знакомства.       Дверь на кухню тихо открылась.       Ирви выглядел крайне сонным и, как всегда, немного недовольным.       — Доброе утро, ребят.       Мишка приветственно махнул рукой, Паск только задумчиво кивнул. Вот еще одна его, пусть и не первая по важности, головная боль. Он не хотел бы, чтобы Ричард сделал неприятное Ирви, но и лезть совсем напрямую — верх бестактности. За которую сам эльф, несмотря на милую внешность, легко отгрызет ему голову. И будет прав. Беспокойство одного не должно душить второго.       Пока Ирви делал себе кофе, на кухне царила тишина. Эльф сделал глоток, с наслаждением прикрыв глаза, и, не открывая их, поинтересовался:       — А что замолчали-то? Я же слышал, что о чем-то говорите. Или не для моих нежных ушей ваши серьезные разговоры?       Этот сарказм, такой присущий ему, заставил Паскаля коротко улыбнуться.       — Не то чтобы. Мы говорили про свадьбу Мишки.       Силовик явно с трудом сдержал смех. Ирви недоуменно моргнул.       — На Риши сильно давят из-за меня, и я решил устроить фиктивный брак с тем человеком, которого если и попробуют тронуть, то с опаской.       Эльф молчал какое-то время, потом вздохнул и неожиданно грустно сказал:       — Знаете, я скучаю по тем временам, когда мы разговаривали про тренировки, турниры и выезды. Как-то всё несколько тошно стало.       Мишка ответил за Паскаля, выразив мысли обоих чуть более жестко, чем он бы сам это сделал.       — Реальность всегда тебя поимеет, что бы ты там ни хотел. А тренировки… Вот разберемся и снова будем в строю. Я сейчас тоже вынужденно выйду с них.       Ирви ощутимо поморщился и сел за стол.       — Я как раз хотел спросить, пока Рич спит, как там дела с моими… с нашими проблемами?       Паскаль кивнул, соглашаясь на смену темы. Пусть сначала будет еще один разговор, а Король останется напоследок. Как самое интересное и тяжелое.       — Прежде чем я отвечу, хотел сказать свое мнение…       Ирви напрягся моментально. Мишка довольно мягко и коротко коснулся его плеча.       — Друг, ты просто его выслушай. Знаешь же, что у Паска есть право высказаться.       Эльф мазнул по ним тускнеющим взглядом.       Знал и был настроен уже пройти это. Может, даже специально вышел к ним до того, как проснется Ричард.       Паск вздохнул, подбирая формулировки помягче. С Ирви нельзя было давить. Не в общении точно, если, конечно, хочешь, чтобы тебя услышали, а не просто закрылись и отмалчивались. Да и было в Ирви что-то, отчего давить не хотелось. Наверное, Паскаль просто по-своему привязался к нему и не хотел ломать больше, чем уже было. Может даже, эта привязанность могла перерасти во что-то большее. Очень может быть, но тут Паск сделал свой выбор и сознательно не сближался лишнего. Хорошая и долгая дружба лучше, чем хорошие отношения. В этом конкретном случае точно лучше.       — Ирви, я уже знаю, кто примерно на тебя давил. Точнее, я знаю, кто организовал всё это, хотя еще много пробелов. Но не могу сказать, что мне было приятно от осознания того, что друг всё это скрывал.       Эльф несколько вяло огрызнулся:       — А как я, по-твоему, это скажу? После тренировок или за чашкой чая?       Паск терпеливо ответил:       — Хоть бы и так…       Ирви посмотрел на него совершенно тусклым взглядом.       — Паск, я трус. Они хотели от меня компромат на тебя, и знаешь, я почти был готов его дать. Просто трусость — она в моей крови, и даже на это я оказался не способен. Не смог ни сказать, ни их послать, ни тебя подставить.       Мишка мрачно сказал.       — Это не трусость. Хотелось бы мне верить, что ты поймешь разницу.       Ирви ничего на это не ответил. Молча смотрел в стол, словно ожидая дальнейшей экзекуции.       Паскалю очень хотелось как-то поддержать друга, но неприятная тема еще не закончилась, и сначала нужно всё обсудить.       — Я согласен с Мишкой.       Эльф буркнул, так и не поднимая взгляда:       — Очки на вас розовые. Хотя вроде взрослые люди.       Мишка улыбнулся, словно хотел что-то прокомментировать, но, глянув на Паскаля, промолчал. Сейчас было бы не к месту.       — Ты сказал, что они хотели на меня компромат. Я догадываюсь, какого рода. Но почему ты сам не полез ко мне?       Эльф неопределенно дернул плечом.       — Показалось, что ты не купишься, да и самому было бы гораздо сложнее. Не люблю подставлять свою задницу.       Паскаль потер переносицу. И ведь всё равно Ирви подставил свою задницу во всех смыслах, просто не под него. Но говорить вслух то, что и так всем понятно, явно не стоило.       — Ты мог просто его отвлечь.       Ирви тихо и горьковато рассмеялся.       — Так я и отвлек, самым удобным и быстрым способом. Не верю, что он мог просто отойти и поболтать со мной. В тот момент, а ты же не слепой, Рич был нацелен кому-нибудь присунуть.       На такую формулировку поморщился даже непрошибаемый силовик. Эльф скосил на него взгляд.       — Да брось ты. Все люди, особенно по пьяни, очень примитивны в своих желаниях. Я не исключение, так что, если вас это успокоит немного, самонасилия с моей стороны было минимум. Но мы сейчас не это обсуждаем, верно?       В голосе слышалась мягкая сталь. Даже если бы Паскаль решил обсудить именно это, то срочно бы передумал.       — Да, Ирви, не это. Хотя я, разумеется, беспокоюсь не только за твою жизнь. Так что надеюсь, он…       Ирви перебил его, раздраженно дернув плечом. От неуверенности и смущения сейчас не осталось и следа.       — Паск, прекрати. Это я не буду обсуждать с вами, или не сейчас. Но можешь мне поверить, я не позволю ему что-то мне сделать. Всё?       Паскаль снова вздохнул. Эти сутки — сплошное время вздохов и растерянности.       — Хорошо.       Желание Ирви не трогать такую личную тему было понятно.       — Ну так что там с заказчиком всего этого праздника? — эльф сам решил перевести разговор на более безопасные рельсы.       — Это моя родня. Я более чем уверен в имени, просто пока нет прямых доказательств. Для своей семьи, особенно после смерти отца, я слишком маргинален. Разумеется, список тех, кому не по душе такой глава, довольно длинный.       Мишка скрестил руки на груди.       — А чего просто тебя не убить?       Эта мысль часто приходила в голову, только кроме недоброжелателей, дома у него были и друзья. Более молодые, прогрессивные и сильные. В случае его смерти это привело бы к разбирательствам и общему недоверию.       — Есть те, кто встанет на мою сторону. Их не так много, но они имеют больше власти в современном мире. Более крупный бизнес и межнациональные выгодные браки. Думаю, тот, кто хочет меня сместить, разумно опасается недовольства и проблем. Убить меня — это крайняя мера, Удобнее с позором вышвырнуть, а вот потом можно и подстроить неприятную случайность. С Риши едет один из хороших знакомых. Он намекнул, что стоит поговорить.       Мишка хохотнул.       — Ну у тебя прямо время неприятных обсуждений. Не завидую.       Ирви чуть нахмурился.       — Так твоя сестра приедет сюда?       Паскаль только кивнул.       — Да… Там находиться стало слишком опасно для не. Так что поживет немного с вами. Будет вам готовить.       Эльф поморщился.       — Она же не прислуга.       На такую искреннюю реакцию захотелось улыбнуться. Но он уже слишком устал. И самое важное еще не сделано…       — Нет, но она очень любит это делать. А дома ей не позволено часто подходить к плите, слишком высокородна. Там как раз прислуга есть. Так что смотри, разжиреешь.       — Я тренироваться буду. А вкусно поесть и без нее не против.       Мишка промолчал, он в целом стал резко задумчивым. Потом мрачно спросил:       — Я могу потом поговорить с твоим другом, который сюда приедет? Хотелось бы его проверить.       Паск нахмурился.       — Боишься, подставит? Я знаю его очень много лет, больше, чем вас. Не в обиду, но там, где я вырос, привыкли держать слово.       Силовик пожал плечами.       — Не знаю, но сам посуди, ты подолгу тут, с нами. Никто не знает, что там в голове тех, кто на твоей стороне. В любом случае я просто поговорить. Правда. И обыскать, а то приедет весь с аппаратурой на прослушку, так и получится, что ты сам всё разболтаешь. Останется только доставить твой голос мужеложца в руки заказчику. А спасение Риши — очень удобный предлог втереться в доверие и вывести тебя на интимные разговоры.       Эта мысль царапала, но была разумной. Все меняются. И те, кого он считал друзьями, тоже могли выбрать иные цели. В чем-то быть на стороне его дяди более выгодно. Многолетний опыт, куча знакомств, пусть и не таких прогрессивных, как требует современность, но твердых. Старые ценности в почете у многих. На этом стоит семья.       С другой стороны — он сам. Идущий в ногу со временем, любитель менять уклад. Связи есть, но, по сравнению со старшими членами семьи, не такие еще крепкие. Выбрать его значило подвергнуть себя удару. Особенно если он проиграет в этой схватке. Это не просто бой на ристалище, в чем-то это драка на смерть. Мишка прав, не стоит слепо полагаться на дружбу с детства.       Паскаль коротко кивнул.       Кажется, этот тяжелый разговор почти окончен. Будет немного времени отдохнуть и собраться с мыслями.       Но Ирви не дал ему воспользоваться передышкой.       — Уже подумал, что скажешь Ричу? Знаешь, он всё еще не пережил эту потерю, тем более вы так и не обсудили твою причастность к ее смерти.       Паскаль в очередной раз вздохнул. Ему начинало казаться, что в комнате просто не хватает воздуха. Хоть окна открывай.       — Вот честно, Ирви, пока ни одной мысли в голове.       Эльф пожал плечами.       — Всегда можно сказать как есть, не думаю, что теперь это его так заденет.       Паскаль посмотрел на стол, словно прося тот одарить его красноречием для предстоящего диалога.       — Ну конечно, представь: ты потерял любимого человека, чуть не спился по дороге, винил того, с кем сейчас вынужден работать, и вишенкой добавим то, что о многом он просто не знал. Уверен, что не заденет?       Дверь на кухню открылась почти бесшумно. Король зашел молча и напряженно. Во взгляде читался немой вопрос, на который теперь точно придется отвечать.