Запнулся

-Снова не спишь, - Миранда сказала будто знала наперёд, ведь света в комнате почти не было, только свеча, которую она сама и занесла. -Не спиться, - тихо и меланхолично слышится голос Томаса. -Почти месяц. И все никак не поговоришь с ним. -Повторюсь, в этом нет смысла. Был бы, если бы я видел хоть какие-то проявления симпатии в мой адрес. -А не спишь ты потому что поздно проснулся? Нет, ты ищешь эти проявления. -Тщетно, - выдохнул Гамильтон. - Конечно. И я решил, что лучше пусть будет все как есть. Об этом я тоже говорил. Продолжать диалог на эту тему было бессмысленно, подобные разговоры не поднимались давно, но сейчас Миранда просто не смогла сдержаться. А вот промолчать о том, что встречалась сегодня с лейтенантом вполне. Тот разумеется держался как подобает, но все же на какой-никакой диалог вывести удалось и даже расположить к себе чуть больше, чем раньше. Узнала как он служил, чем занимался в детстве и кем был его отец и… ничего больше. Никакой лишней эмоции. При первой встрече Миранде показалось, что раскусить его будет просто. Но видимо он окреп и первочувство от встречи с возлюбленным, которое шатало его прибралось. Теперь он абсолютен и не допускает никаких сантиментов. -Бог с ним, - через пару минут молчания произнёс Томас и посмотрел на Миранду. - Как твой день? -Томас. -Не надо. -Чего? -Вот так. Ты произносишь это так… снисходительно. Я не пытаюсь отвлечься от… Джеймса, мне правда интересно как твои дела. -Все прекрасно. Но я устала, позволь перенести нашу беседу на завтра. -Конечно, прости, - Гамильтон повернулся на бок, лицом к середине кровати. -Ничего страшного. Миранда вздохнула. Все снова погрузилось в тишину. Но к счастью вовсе не нагнетающую, каждый просто плыл в своих раздумиях, понимая, что нет смысла озвучивать друг другу и так очевидные мысли. Наконец когда леди Гамильтон закончила вечерний туалет, она легла рядом. Том все ещё не спал, он словно находился в трансе, смотря в одну точку, но стоило женщине лечь, он обнял ее и наконец прикрыл глаза. Миранда улыбнулась этому и положив руку ему на плечо тоже начала заспать. На утро, как всегда, будто и ничего не было Томас проснулся один, приведя себя в порядок и позавтракав, сразу сел за работу. На удивление, он отвлёкся от происходящего, занимаясь исключительно изучением нужной информации, которую, казалось, и так прекрасно знал. Джеймс пришёл позже обычного, но Том этого не заметил. Только улыбнулся непроницаемой маске лейтенанта и внимательно посмотрел ему в глаза. -Что-то не так? -Все хорошо. Мне нужно… Нам нужно поговорить. У Томаса перехватило дыхание на долю секунды. -Да, конечно. Что такое? -Милорд, Ваш план. То, что мы обсуждаем почти месяц. Не стоит мучить голову долгими думами, чтобы понять как Вы хотите воплощения того, что задумали, но прежде, чем мы начнём, я хотел бы сказать, что большинство ваших идей так или иначе трудноисполнимы. Может стоит смотреть более… объективно? Гамильтон выслушал его до конца и на удивление Джеймса даже не выглядел расстроенным, совсем наоборот, он усмехнулся. -Милорд? Томас помолчал пару секунд, затем встал с места и отошел к окну. Макгроу слегка напрягся, не понимая, что означают эти жесты. Он был готов к тому, что Томас скажет вкрадчивое простое «Вон» и даже не повернётся. Но все оказалось иначе. -Но увидел Господь человека, которого создал по подобию своему и увидел, что тот одинок и сказал: «Не хорошо быть человеку одному.» Какова же мораль сей истории? - он повернулся обратно. Джеймс растеряно и немного исподлобья смотрел на него. - Каждому нужен помощник. От облегчения на лице Джеймса даже заиграла улыбка, несмотря на то, что он не до конца понял к чему Томас сказал это. -Вас назначило мне в помощники Адмиралтейство по прошению моего отца, но сдаётся мне, что даже Вы считаете, что наше предприятие обречено, - Лорд сделал пару шагов и обратно сел на стул, складывая руки на подлокотники. -Прошу прощения, милорд. Я этого не говорил. Я сказал, что разумнее умерить наши желания. Стремиться к достижимому. -И что же Вы считаете достижимым? -Видите ли, сэр, вопрос о пиратах щекотлив. Я верю, что есть пути… -Забудем о пиратах, - просто произнес Томас. -Простите? -Я не верю, что пираты причина болезней Нассау. Они лишь ее проявление. Я бы хотел сначала разобраться в первопричинах. -В первопричинах, - не то переспрашивая, не то повторяя для себя произнес лейтенант. -Взятки Губернатора. Слабость его управляющих. Нерадивость хозяев. Уязвимость вызванная этим - вот что манит пиратов Нассау и никак иначе. С этого и начнём, как Вы считаете, что вернёт Нассау к устойчивой прибыльности. -Помимо уничтожения пиратов? - уточнил Макгроу. Томас тихо вздохнул. -Давайте пока о них забудем. -Что для этого надо…? - Джеймс посмотрел наверх в сторону, задумался, затем вновь взглянул на Тома. - Фермеры. Люди умеющие производить сахар и растить табак. Полиция для поддержания порядка, плотники для возведения зданий, духовенство для подъема духа. Продовольствие, по меньшей мере на полгода. А лучше на год. Три транспортных судна с экипажем конечно и честный губернатор. Каких еще не было, чтобы за всем этим следить, - Джеймс легко покачался на месте и насмешливо улыбнувшись продолжил: -Словом надо собрать колонию, погрузить ее на суда, пересечь океан и думать, что она приживется в среде, которая вот уже пятьдесят лет сопротивляется всякой попытке наладить устойчивую коммерцию. Не забудем и о пиратах, которых вы решили не обсуждать. Томас пару раз кивнул. В какую-то долю секунды воспринимая лейтенанта как ребёнка, при этом прекрасно понимая, что он прав. -Вы уверены, что трёх кораблей будет достаточно? - спокойно, но уперто произнес лорд. Джеймс опустил взгляд и набрав побольше воздуха произнес: -Милорд, я отвечу Вам честно: я очень сомневаюсь в осуществимости чего-либо подобного. -Это я уже понял. -Если… Вам нужен помощник в большей степени разделяющий ваши взгляды. То я уверен… Адмирал Хеннесси Вам его предоставит. Томас зависает на пару секунд. Он не понимает, почему Джеймс решил оборвать их общение. Они ведь так хорошо говорили. Чистый лист… Это все было так странно и резко, что даже выбило из колеи. Однако, Гамильтон подумал, что не может лишится его дружбы. Не сейчас. Он не сможет прожить и недели без Джеймса. Он был уверен в этом. И не только потому что любил его, но и потому, что Джеймс оказался дельным помощником. -Новый свет - это дар, лейтенант. Святая возможность… исправить наши ошибки и начать заново. И я не хочу, чтобы участие моей семьи в этом предприятии стало причиной его неудачи, - Гамильтон вновь встал со стула, но на этот раз уверенно отправился к Джеймсу, который чуть ли врос в пол, не силах даже думать, что намеревается сделать Томас. -Я ищу не того, кто будет мне поддакивать, - сказал последний. - А того, кто поможет мне удержаться на плаву в Нассау. Ставки слишком высоки. -И… Вы думаете, что этот человек я, хотя ясно, что мы придерживаемся разных взглядов, - неуверенно продолжал лейтенант. Выражение лица Томаса смягчилось, стоило ему самому понять насколько близко они сейчас находятся друг к другу. -Именно поэтому. Непохожие люди способны на самые… неожиданные достижения. -Томас, - дверь открылась без стука. -Да, милая? Миранда какое-то время смотрела то на одного то на другого, затем подошла чуть ближе и улыбнулась. -Добрый день, лейтенант. Как Ваша встреча с адмиралом Хеннесси? - спросила она обращаясь к Джеймсу. -Прекрасно, мадам. Спасибо. -Встреча? - отстранённо спросил Томас. Ну конечно. Кто ещё мог надоумить Джеймса. -Да, нам вчера удалось перекинуться парой фраз. -Значит встреча? Поэтому Вы… говорили всё это? - смотря прямо в глаза Макгроу сказал Томас с нотками обиды. - Вам наверняка сказали, что я безумец, услышав, что я хочу для Нассау. И Вы поверили. Побоялись, что Ваша репутация рядом со мной ухудшиться? -Томас, я уверена, что ничего подобного не было, - укоризненно произнесла Миранда. -Если Вы…. Действительно не хотите быть моим помощником, лейтенант. Я Вас не держу. -Сэр… Я совсем не это имел в виду. Я не считаю Вас безумным… я не считаю. Просто я хочу быть полезен, а если наши мнения не сходятся, смогу ли я помочь? Вопреки тому, что надо мной есть люди, я имею собственное мнение и их подводки или намеки мне не указ, - Макгроу прикрыл глаза и помолчав несколько долгих мгновений твёрдо произнес: -С вашего позволения, я остаюсь. -Чудно, - Миранда вновь расплылась в улыбке, словно сейчас не было опасного момента. - Попросить чаю? Лейтенант? -Благодарю, - неотрывно смотря в глаза Томасу, произнес Джеймс. Томас пару секунд ещё держал зрительный контакт, но затем зажмурился, прижав пальцы к переносице и коротко усмехнулся. -Да, любимая. Пожалуйста. Джеймс вздохнул, выпрямившись. Сейчас их отношения натянулись так, что готовы были треснуть по швам. Миранда, к счастью, не ушла, лишь выглянула из-за двери и подозвала служанку, отдав приказ. -Ну что как продвигается план? Томасу хотелось язвить. Сейчас он отчасти чувствовал себя преданным, хотя если посудить ничего такого в словах Джеймса не было. Ведь планы Гамильтона действительно опасны и сомнительны в плане осуществимости. Может Томас остро воспринимал любые слова Джеймса? Он и сам не понимал. Ему по-настоящему было важно воплотить свои идеи, он был уверен, что это поможет миру, хотя бы немного. И до конца не понимая мешает ли ему влюблённость в Джеймса или же наоборот. Он цепляется за каждую фразу. -Все нормально, - тихо сказал лорд. - Я прошерстил кое-какие архивы и… Мне есть, что сказать. *** -…хотя в ином случае это наверное приведёт к бунту, тем более рабы… -Прости. Я немного… - Томас потёр глаза, - прослушал. Что ты говорил о… о чем ты говорил? Джеймс немного удивлённо и растеряно забегал глазами, затем встал с кресла и отряхнулся от невидимой пыли. -Милорд, я думаю на сегодня хватит. -Я совершенно бодр. -Я так не считаю. Все нормально. Я не опоздаю в следующую встречу. Томас устало накрыл глаза ладонью, пытаясь взбодриться. В кабинете было тепло и свет от свечей очень мягко обволакивал, поэтому волей-неволей клонило в сон, особенно после множества беспокойных ночей. -До свидания, милорд. -До свидания. И Лейтенант, простите мне мою выходку сегодня днём. Я… для меня очень важно найти верного союзника. Честного. -Я понимаю, - Макгроу помолчал, затем протянул руку, - До свидания. -До встречи. Он отошел к двери, уже намереваясь уйти, но в последний момент полуобернулся: -Сэр. Я… я буду на вашей стороне, чтобы не произошло. *** -Это значит… что это значит? Это что-то, ну хоть что-нибудь значит? - в стену произнес Томас, после того как неотрывно глядел в неё минут двадцать. Как Гамильтон понял в последствии, это не значило ничего, кроме того, что значило, как бы странно это не звучало. Проходили встречи, обсуждения. Более отстранённо. И сам Джеймс стал более холодным, ещё более холодным, чем был до этого. Хотя после знакомства с лордом Эшем стало все как-то проще. Присутствие Питера ставило между бывшими возлюбленными стену, невозможность быть ближе, чем они есть. Вести себя так как подобает. Томас окончательно решил, что не будет ничего говорить Джеймсу. Зачем подвергать свою честь и их общение, даже такое, минимальное и формальное, на беспутную попытку вернуть все в прежнее русло? Хотелось. Джеймс снился ему неоднократно. Иногда Томаса захватывали безумные порывы нежности, которые так или иначе приходилось сдерживать, подавлять. Вся его осознанность испарялась, стоило закрыть глаза и вспомнить моменты нахождения рядом с Джеймсом. Хотя признаться даже немного смирился с тем, что они уже не будут близки. Он мучился в конце концов от того, что некуда было деть все что он чувствует. Миранда делала вид, что все нормально. Она давно высказала Томасу свои мысли и решила, что повторять их впредь будет достаточно глупо, ведь пока тот сам не разберётся то и убежать его в чем-то почти не имеет смысла. Хотя в тот вечер, она говорила ему, что ей кажется, что Джеймс борется сам с собой. Быть в конфликте с самим собой всегда тяжко, а Томас ситуацию лучше не делает. Но лорд слушал ее достаточно бесстрастно и думал о своём, в каких-то моментах возможно даже и соглашаясь, но на следующее и следующее утро спокойно забывая ее слова. Прошло несколько недель и все бы было так как было, если бы не один вечер. Гамильтон погрузился в документацию, он внимательно читал, хмурился и кивал, даже не заметив как в его кабинете появился чуть припозднившийся Джеймс. Магкроу прокашлялся, привлекая внимание. -Джеймс, - Томас слабо улыбнулся и поднял голову, но улыбка тут же пропала с его лица. - Джеймс… Что с тобой? -Все нормально, - бесцветно проговорил он, голос был надломлен, а вид в целом, оставлял желать лучшего. Обычно чистые адмиралтейские брюки запачканы в какой-то грязи, волосы растрепанны, хотя Джеймс пытался привести их в порядок в карете, видимо, получилось не очень хорошо. Рассечена бровь, треснула губа, а под носом видно размазанную кровь, что уходила слегка на щеку, хотел вытереть, о чем говорит кровь ещё и на рукаве, пусть видно её плохо. -Я же вижу, что нет, - сказал Гамильтон. Он поднялся, вышел изо стола, закрыл дверь и повернул стул к Джеймсу, приглашая сесть. Последний буквально рухнул на него. -Что приключилось? -Все в порядке. Простите мне мой внешний вид, буквально минуту, хорошо? И мы начнём. -Нет! Господи, Джеймс, - Томас растерял всю свою сноровку в общении с ним. Плевать, было не до неё! Лейтенант выглядел убито и это было важнее, чем какая-то формальность или маска. Том придвинул крохотную софу, что стояла у стола и сел на неё перед Джеймсом, взяв его руку в свою, замечая, что и костшки сбиты. -Милорд. Вам не стоит… -Не отпущу тебя, пока не расскажешь, что с тобой случилось. Макгроу вскинул голову вверх, поджимая губы, словно старался, сдержать слёзы и затем опустил, сглотнув. -Я не достоин, - обведено произнес он. - Я… Сидеть здесь. Я плохой помощник, милорд. Я должен уйти. Мне не место тут, рядом с Вами. С Мирандой. Это мое решение. Прошу вас не держать меня. -Нет-нет-нет, что за чушь, - Томас сильнее сжал его руку, - лучшего помощника я бы не сыскал на всем белом свете, Джеймс. Кто тебе сказал такую ересь? Почему у тебя кровь? Тебе угрожали? Джеймс совсем невесело усмехнулся и посмотрел на Томаса, в зелёных глазах стояли слезы, губы подрагивали. И это вызвало такие неприятные мурашки на загривке, как от холода. -Нет, - сипло произнес он. - Мне никто не угрожал. Я п… - Нет, он не мог сказать об этом. Слишком унизительно. -Подрался? С кем? Макгроу выдохнул. Куда уж. -С другими офицерами. Но я не мог иначе, они говорили омерзительные вещи в вашу сторону. А Вы… - в горле появился ком. Джеймс замолчал и снова сглотнул. Каким же слабаком он себя чувствовал, какой стыд обуевал его за то, что он не сдержался и сказал все Томасу. - Вы не заслуживаете этого. -Тебе больно? Макгроу слабо кивнул и закрыл глаза, из-за чего слёзы все же скатились по его лицу. Речь шла конечно не о физической боли от потасовки. Речь шла о его чувствах, о сомнениях, о переживаниях и тревоге, о воспоминаниях, а накопившихся эмоциях, которые заполняли настолько, что не могли быть удержаны даже железными стенами. Слишком долго. Слишком сильно. Томас не выдержал, он отпустил его руку и положив ее на повреждённую щеку поцеловал его в губы. Джеймс застыл. Все произошло как-то быстро и достаточно порывисто. Как в их первый поцелуй. Гамильтон медленно отстранился буквально на пару сантиметров, затем поцеловал уголок губ, щеку, убрав руку, затем скулу и висок. Это было нежно и сакрально. Томас был уверен, это то, что сейчас необходимо Джеймсу. Им обоим. И не ошибся. Макгроу его не отталкивал, он лишь упёрся лбом в его плечо. -Все хорошо, все на месте, - прошептал Гамильтон, зарываясь пальцами в его волосы. Лейтенант вздрогнул и шумно выдохнул, стараясь найти в себе хоть какие-то силы. Ему нечего было сказать. Он все сказал. Все ли? -Томас,- прошептал он, сам не до конца понимая зачем. -Тише. Тише. О, Джеймс… Том не знал сколько времени они так просидели. Достаточно долго, пока Джеймс устало не вздохнул, когда эмоции поиссякли. Стало в разы легче. -Пойдём в комнату, - Гамильтон все ещё гладил его по голове и старался сказать все гораздо мягче. - Поднимайся. Джеймс медленно встал, делая вид, что все ещё сохранять здравый рассудок и гордость, особенно когда пришлось идти до покоев и очнулся он когда Томас стоял напротив лбом прижимаясь к его лбу. -Подлец, все это время ты просто играл. -Я играл? - отстранённо спрашивает Макгроу. -Если бы ты сказал мне все в первый день нашей встречи… -Ты лорд, у тебя большое состояние, любимая жена, в приятельстве половина знати Лондона, а я всего лишь лейтенант. Что я должен был делать? -Ну уж точно не молчать, - Томас чуть наклонил голову и прижался к его губам своими, на этот раз уже встречая ответ. - Точно. Черт возьми! Не делать вид, будто ничего не было! Точно не ставить меж нами великую стену! -Прости, - прошептал Макгроу. -Нет, нет… - уже более спокойно произнес Томас. - Это я, я должен просить прошения. Боже. Как я скучал. Я уже и не надеялся на то, что смогу тебя поцеловать. Любимый. Джеймс судорожно выдохнул, пытаясь понять происходит ли все это с ним на самом деле. Его не отвергли. Он по прежнему… любимый? Боже, он уже тысячу раз убедил себя в том, что с Томасом ему не быть, поверил в это. Подавил чувства. Но те так или иначе вылезали в мелких незначительных фразах, в его мыслях. -Ох, твои раны… надо что-то… чем-то обработать, - Томас отстранился, начиная оглядывать комнату в поисках чего-либо, что могло бы помочь, хотя бы даже графин с водой. -Пустячные царапины. Ничего боле, - хрипло сказал Макгроу. -Ну и что? Не будешь же ты марать мои простыни кровью? - усмехнулся лорд. -Что? -Я шучу. Можешь марать. Но давай лучше обработаем? -Твои простыни? -Ты же останешься? -А Миранда? -Она поймёт. К тому же, у нас что нет других комнат? А ещё сегодня воскресенье, она должна быть у Сэра Грегори, он обещал ей романтический ужин. -Ужин? Томас тихо засмеялся и снова поцеловал его. -Романтический? -Джеймс, ты состоишь из вопросов. Томас попросил служанку принести таз с водой и полотенцем, и если найдётся что-нибудь, что отчистит царапины. Принесли незамедлительно, без лишних вопросов. Также забрали грязную одежду лейтенанта, чтобы, по прошению Лорда, к завтрашнему дню она сияла. Джеймс сидел на кровати, все ещё находясь в каком-то помутнении. Гамильтон сел рядом, взяв его руку в свою. -Я не понимаю почему ты не злишься. Мне как-то приснился сон, где ты злишься. -На что? Том опустил глаза, не говоря ничего - совестно. -На то, что ты уехал? Я знал, что так будет. Предполагал. Правда я не думал, что это будет так долго. Я просто хотел знать: все ли у тебя хорошо. Томас поднёс его руку к губам и поцеловал, затем встал с места и взяв полотенце, намочил уголок, принимаясь утирать кровь. -Про меня говорят много плохого. Я знаю. Тебе не стоит обращать внимание на это. Особенно ввязываться в драки. Хорошо? -Не могу ничего обещать. Томас тихо вздохнул и продолжил. Они не говорили, думали о своём, пока Гамильтон заботливо вытирал кровь и наносил снадобье. После чего посмотрел на Джеймса. -Пожалуйста. Ложись. -Но наш план… -Подождёт. Я думаю ничего не случиться, - вкрадчиво произнес Томас проведя рукой по его шее, к тому же получая ни с чем несравнимое удовольствие. -Ты так возмужал. Совсем не тот юноша с которым я расставался семь лет назад. Лейтенант. Не буду спрашивать как ты добился этого. -Отчего же? Спроси, - слабо улыбнувшись сказал Джеймс взяв его за запястье. -Ну? -Мой отец знал Адмирала Хеннесси, правда, адмиралом он тогда не был. Я пахал как лошадь и тот разглядел во мне потенциал. Когда я стал прапорщиком, меня взяли служить в Лондон. И вот, одним чудесным утром я узнаю, что выбирается кандидат на роль помощника некого Лорда Томаса Альфреда Гамильтона. Очень ненавязчивым способам, я сделал так, чтобы взяли меня. Я бы не вынес если бы взяли другого. Я так хотел тебя увидеть. Но не знал как. -Ты мог бы просто прийти, - растеряно сказал Том, снимая жилет. -И каким же образом? Сказать, что я твой бывший любовник и очень хочу тебя видеть? Сомнительно. Томас снял рубашку, быстро расстегнув все пуговицы и положил ее рядом с жилетом на подлокотник кресла. -Тогда почему ты был так холоден? -Откуда мне было знать сохранил ли ты те же чувства по отношению ко мне. Я старался быть максимально отстранённым. Я рассчитывал на то, что если ты меня помнишь ты покажешь это сразу. И ты не проявлял ничего. И я подумал, что… всё, - Джеймс накрыл глаза ладонью, вспоминая как его надежды в тот день умирали, не оставляя ничего за собой. Наконец, когда Томас остался в одном исподним он залез на кровать, потянув за собой и Макгроу. Они улеглись друг напротив друга, на бок, лицом к лицу. -А в тот день, когда ты сказал, что будешь на моей стороне, - сказал Гамильтон,лаского убирая рыжую прядь за ухо. Джеймс вдруг улыбнулся в зубы и у Томас, кажется, совсем позабыл как дышать. -Мне показалось ты все понял и думал, что меня стоит отстранить, потому что… Я не знаю, Томас. На этот раз очередной порыв поцеловать Том не сдержал, он припал к этим совершенно потрясающим губам, стараясь вложить в поцелуй всю свою любовь. Хотя она не обошлась бы и тысячами поцелуев. У Джеймса пробежалась дрожь по груди, он дотронулся до бока Томаса одними пальцами, но затем уже достаточно смело обнимал. Они оба боялись, что это лишь сон. Потому что сумбурно, непонятно. Нереалистично. А стоило лишь Джеймсу подраться в каком-то трактире, стоило лишь Томасу проявить немного ласки. -А сегодня? Почему ты сказал, чтобы я не держал тебя? - спросил Гамильтон, когда нашёл в себе силы отстранится. -Не хотел себя мучить. Я знал, что остаюсь, только потому что в глубине души надеюсь на то, что… ты влюбишься в меня снова. Томас прижался к нему. -Мы теперь никогда не расстанемся. Я обещаю, - он оставил быстрый поцелуй за ухом и на скуле. Джеймсу было что сказать, но он молчал. Сам не понимая почему. Ему хотелось сказать как сильно ему нравятся поцелуи Томаса, хотелось сказать о том как он счастлив, но молчал. Молчал и принимал поцелуи касания. Внешне он по прежнему был достаточно сдержан, но внутри бурлило столько чувств, что их нельзя было выразить просто одним жестом или фразой. -Томас, я люблю тебя, - наконец произнес Джеймс и то очень тихо, быстро и скомкано куда-то в загривок. -И я тебя, - ответил Томас, который все же услышал эту тихую мольбу и прижался покрепче.