Интерлюдия 8: Разные и Адам
4 декабря 2022 г., 19:53
Новый альбом Адама Смэшера «MGR Revengeance» является частично визуальным опытом, сопровождаемый несколькими сценами, предположительно нарисованными самим Адамом Смэшером. Благодаря картинкам зритель понимает, что, внезапно, техно-саундтрек на самом деле является оперной автобиографией. Неизвестно, что означает «MGR», однако уже было выдвинуто несколько теорий.
На обложке изображён огромный ББПИ, противостоящий боргу с моно-катаной. Место действия: пыльная пустыня со скудными кустарниками, вечер, закатное солнце.
Песня 1: Rules of Nature
На сцене изображён светловолосый мальчик в тенистом переулке. Мальчик одет в кроссовки, шорты, чёрную толстовку «Метс» и бейсболку. В руках у мальчика окровавленная бейсбольная бита. Мальчик ест ломоть хлеба. Мальчик сидит на трупе мужчины. На земле разбросан пакет с продуктами.
Песня 2: A Stranger I Remain
На сцене изображён светловолосый юноша в форме новобранца. Его глаза прикрыты шлемом. Он ухмыляется. Он стоит в ряду других новобранцев. Перед ними ходит сержант.
Песня 3: Hot Wind Blowing
На сцене изображён светловолосый мужчина в обветренном армейском обмундировании. Он в пустыне. Он стреляет в нескольких людей в одежде из стран Ближнего Востока. Мужчина ухмыляется. Со спины видно подходящее армейское подразделение.
Песня 4: I’m My Own Master Now
На сцене изображён светловолосый мужчина. Он уходит от армейского офицера с явным отвращением. Он срывает с себя форму. При этом, однако, он крепко сжимает пистолет.
Песня 5: The Stains of Time
На сцене изображён светловолосый мужчина. Он одет в уличную одежду и бронежилет. Он стреляет из пулемета по скоплению людей с символикой банд. Он улыбается.
Песня 6: Collective Consciousness
На сцене изображён сильно раненый мужчина. Он свисает с потолка, у него отсутствуют три конечности полностью и одна конечность до локтя. Вокруг него стоят несколько представителей корпорации. У представителей на спинах клеймо Арасаки. Позади мужчины находится кибернетическое тело.
Песня 7: Red Sun
На сцене изображён мужчина, по большей части состоящий из киберимплантов. Его импланты абсолютно чёрные и громоздкие. В руках у него массивный пулемет. Он стреляет в толпу людей. Лицо мужчины закрыто кибернетической челюстью и маской-черепом.
Песня 8: It Has To Be This Way
На сцене изображено кибертело «ДайОни» и мужчина с чёрной хромовой рукой. Они ведут перестрелку на вершине башни. Башня рушится. На заднем плане виден вертолёт.
Песня 9: The Only Thing I Know For Real
На сцене изображён борг. Его импланты чёрные, но не слишком громоздкие. В руках у него моно-катана и пистолет. Он стоит перед большим четвероногим ББПИ, на спине которого закреплена большая пушка. У мужчины есть лицо и седеющие волосы. Вокруг них руины города.
***
Арасака приобретает целиком район Пасифика в Найт-Сити! Цена сделки не разглашается! Правительство Найт-Сити пошло на шокирующий шаг: было принято решение отказать китайской корпорации «Кан Тао» и продать район Пасифика целиком корпорации «Арасака» после того, как руководство Арасаки сделало предложение. На месте планируется масштабная реконструкция, так как агенты Арасаки начинают перемещаться в район и наводить там порядок. Арасака сообщает, что для борьбы с бандитизмом в районе была назначена ныне популярная общественная фигура Адам Смэшер. Арасака планирует обнародовать планы реконструкции в конце года, но они проговорились, что у них «нет планов снова сделать это место туристической достопримечательностью», к явной досаде многих городских проектировщиков.***
Бестия испытывала смешанные чувства по отношению к мужчине, сидящему рядом с ней. Адам Смэшер находился в своём теле Гемини, он всё ещё абсолютно затмевал всех ростом, за исключением разве что самых боргнутых киберпсихов, и медленно потягивал свой коктейль (за который заплатила она), глядя на детей, которых он навязал себе на службу. Наряжен по писку моды пятидесятилетней давности. Они сидели в центре зала, пили и смеялись, а мать парнишки (которую через год воскресили из, дери её, мертвых, какого хера?) разговаривала с её барменом-милашкой. Дети показывали какой-то фокус с пулями и пистолетами (у этих детишек всегда фокусы с оружием), лучше бы им не прострелить дыру в её крыше, она только вчера её отремонтировала. Они были хорошими ребятами, настолько хорошими, насколько это вообще возможно в этом поганом городе. Дэвид был пучком консервированного солнечного света, а девушки ходили за ним хвостиком. Они составляли милое трио. Её выводило из себя каждый раз, когда она видела логотип Арасаки на их одежде. Теперь они были клеймёными, цепными псами корпо, и они никогда не смогут сбежать от этого. Неужели служить под началом Адама Смэшера лучше, чем умереть от рук Адама Смэшера? Она уже не знала. Спросите её год назад, и она бы сказала, что смерть предпочтительнее, чем оставаться рядом с ублюдком-убийцей. Спросите её сейчас, и она не сможет вам ответить. Насколько она могла судить, этот мерзавец был хорошим начальником для ребятишек, что было полным пиздецом. Он платил им поровну, следил, чтобы они были готовы перед работой, оплачивал полностью обновление хрома и снаряжения, предоставлял им бесплатное жильё. Если бы вы сказали ей, что Адам Смэшер сделает что-угодно, кроме того, что бросит детей в мясорубку, она бы вам не поверила. И всё же, вот она, сидит рядом с этим ублюдком, пока он пил какой-то фруктовый коктейль, который принёс Кевин. Она сказала ему приносить Смэшеру такие напитки, чтобы посмотреть на реакцию ублюдка, но до сих пор каждый раз он только ворчал и рычал. Он явно не хотел быть здесь, в окружении «мешков с мясом», в клубе с музыкой, которую он ненавидел, и пить фруктовые напитки. Однако, дети хотели быть здесь, и поэтому он сидел в углу бара и наблюдал за ними, как ястреб. Нет, не ястреб. Как лев, следящий за своим прайдом. Отдыхает в тени с видного места, пока детёныши резвятся. Адам Смэшер был ворчливым, рычащим, первобытным хищником, который защищал то, что считал своим. Ей почти хотелось рассмеяться над таким глупым образом. Адам Смэшер ни хрена не защищал, он был киллером, которого Арасака посылала всякий раз, когда им требовалось, чтобы все в радиусе ста метров были мертвы, как враги, так и случайные прохожие. Он был тупорылым орудием разрушения, которым запугивали всех, кто думал, что может выебнуться на Арасаку и остаться безнаказанным. Ходячее стихийное бедствие, превращающее людей в трупы. Он не был тем, кто бросался с юной девицей на руках, чтобы спасти ту. Он не был тем, кто оставался, чтобы убить убийцу, стрелявшего в мальчика, которого он наставлял. Он не был тем, кто спасал проституток и бездомных от мусорщиков на улицах. Он не был тем, кто создавал хренову музыку. Он не был тем, кто критиковал её грёбаный выбор одежды. Он был человеком, который убил тупого, ходящего на сторону мудака, которого она до сих пор не может забыть все эти годы спустя. Бестия взяла напиток и начала говорить, чтобы заглушить все эти размышления и саморефлексии. — Мусорщики практически исчезли из города, думаю, ты уже знаешь. Он не повернулся, чтобы посмотреть на неё, но она знала, что он слушает. Он всегда слушал, даже когда никто не слушал. — Забавно, но вы с Арасакой избавились от одной банды, а после этого появились ещё две. — У первой нет названия. После внезапной кончины основных поставщиков подержанного хрома у риппердоков возникли проблемы с тем, чтобы вообще оставаться в бизнесе. Они решили объединиться в профсоюз, образовав что-то вроде специальной псевдо-банды. У них нет руководства или командной структуры, просто формализованное соглашение присматривать друг за другом. Никто не уверен, сколько они просуществуют. Адам заговорил, и голос его скрипел с характерными роботизированными нотками. Адам никогда не пытался скрыть, кем он был, даже в более человеческом теле. Адам никогда не прятал свои мысли за вежливыми словами или лукавыми фразами. Он был честным, возможно, самым честным человеком в городе. Бестия захотелось рассмеяться: «Самый честный человек в городе – по совместительству самый смертоносный». Звучит как плохая шутка. — Новая банда скоро заполнит этот вакуум. Затишье не продлится долго. Обычно Бестия согласилась бы, но в данном случае у неё было предчувствие. С годами она научилась доверять своим чувствам. Она сделала глоток и продолжила. — Другая банда сформирована из смеси уцелевших мусорщиков и некоторых других разнородных группировок, сплотившихся вокруг парня по имени Джордж Гуд... Он заметил заминку. — Какое у них название? Бестия издала стон и уткнулась лицом в ладонь. Секундное смущение от выбранного новой бандой имени было почти невыносимым. — ...Уличные Обезьяны. Пауза. Адам действительно повернулся, чтобы посмотреть на неё, и с секунду он молчал. — Уличные Обезьяны? Бестия кивнула. — Они ведь знают, что это имя означает? Бестия кивнула. — Джордж Гуд родом из Луизианы, и в прошлом он сделал себе на заказ руки гориллы. Он объявил, что "станет королём бетонных джунглей" в своей речи, когда банда начала формироваться несколько недель назад. Адам ещё мгновение смотрел на неё, затем фыркнул и повернулся обратно, вернувшись к наблюдения за детьми. — Испанский стыд. Бестия была полностью с ним согласна. Она надеялась, что эта новая банда будет уничтожена очень скоро. Это была маленькая банда, так что вполне возможно, что ей больше не придётся о ней слышать. Как бы то ни было, хватит с неё делиться информацией, пора ублюдку ответить хоть чем-то. — Так что это был за трюк, когда ты расплавил к херам целую гору мусорщиков? Адам прорычал на это. — Разогнал их хром, затем залочил их на разгоне. ...сука, ей это и так известно. — Как? Адам снова насмешливо фыркнул. Он посмотрел на неё краем глаза, как будто она сказала что-то невероятно тупое. Ублюдок, это был честный вопрос. — Нетраннерство, это нетрудно понять. ...Итак, либо он прикрывал его Арасаковский ручной ИИ, либо он снова был полностью прямолинеен. Неужели он правда ожидал, что она поверит, что он смог быстро взломать всю северную Пасифику за те тридцать или около того секунд, которые потребовались ему, чтобы унести Люси к ТТ? ...Адам, вероятно, был самым честным человеком в городе, он действительно мог это сделать. Эта мысль напугала её до усрачки. Она решила пока проигнорировать это: он либо лжёт, либо способен воспроизвести атаку ИИ, пока убегает. — Зачем Арасаке посылать тебя сейчас в Пасифику? Адам громко зарычал на это, он явно был сильно раздражён этим. — Босс сказал мне, что я отвечаю за её восстановление, и назначил охуенное жалование на то, чтобы всё было сделано. Не знаю, блять, нахуя, но мне придётся переехать туда, как только предварительная отделка будет завершена. ...что? Она знала только то, что его назначили на эту территорию, а не то, что он отвечает за её восстановление! Что за хуйня? Зачем Императору назначать своего мясника на административные обязанности? — Ты хоть что-нибудь смыслишь в градостроительстве? — спросила она. Хренов ублюдок был киллером от и до, и она сомневалась, что он знаток хоть чего-то, что не связано с убийством. Адам замолк, рыкнул и отпил напиток. — Чуть-чуть, и теперь мне придётся изучить эту тему. — Ты знаешь про градостроительство, серьёзно? — спросила она с изрядной долей сарказма. — Много свободного времени между работами. Я не сплю, — объяснил он, и это в какой-то степени в самом деле всё объясняло. Она знала, что у него не было социальной жизни. Если он всё время сидел в башне, у него должно было быть какое-нибудь хобби. Кроме музыки и моды, очевидно. Бестия отвернулась к своему стакану и снова задумалась о своём виде. Она уже давно знала, что выглядит не на все сто. С годами всё становилось только хуже. Женщина медленно разлагалась, что было хорошо видно всем вокруг. Безмолвный крик, взывающий хоть к кому-то, кому есть дело, высказать что угодно, кроме апатии к её состоянию. Но всем было наплевать, пока она ветшала. Всем, кроме убийцы-мудака. Он вывел её из себя, и она должна была доказать, что он не прав. Она прошла курс омолаживающих процедур, она снова пыталась принарядиться... И когда она посмотрела в зеркало, то почувствовала себя лучше, чем когда-либо за последние десятилетия. Он вернулся и пялился на неё, как развратный ублюдок. Она чувствовала себя такой же сексуальной, как и в двадцать, всё ещё способна привлечь взгляды каждого засранца на улице. Бестия усмехнулась и сделала ещё один глоток. Похоже, она всё ещё была падка на жестоких, мудаковатых музыкантов. Какое же, блин, паскудство. Он возьмёт на себя ответственность, она уж проследит.***
Вудуисты переживали раскол. Это было немного неудобно для неё. Они видели тот ролик, в котором Адам Смэшер бежит с девушкой на руках. Наверное, все в этом грёбаном мире видели. Но их волновала не эта часть. Их волновала запись той же сцены в киберпространстве. Сияющий золотой костёр, омывающий целый, мать его, район и выборочно плавящий мусорщиков, но не трогающий всех остальных. Если это не было работой ИИ, то это была работа нетраннера, работающего наравне с ИИ. То, что огонь втянулся обратно в Адама Смэшера, как только он перешёл в режим аварийного отключения, означало, что сигнал должен был исходить от него. Либо Адам Смэшер был непосредственным носителем ИИ, либо он работал на уровне ИИ, когда нёс девушку к ТТ. И то, и другое можно было охарактеризовать только как пиздец. В одночасье Вудуисты взорвались. Половина из них объявила его ложным идолом, половина – аватаром Тех, Кто За Стеной. И обе стороны готовы были подкрепить своё мнение насилием. Насилие, которого стало только больше после того, как стало известно, что Арасака купила всю Пасифику и поручила Адаму Смэшеру привести её в порядок. Они объявили это признаком хитрости материального мира либо руководства духовного мира. Так или иначе, Брижитт была в предвкушении. Насилие докажет, кто здесь прав, ей нужно было только выбрать сторону и выжить.***
Винсент шёл вперёд сквозь пыльные ветра. Перед ним стоял круг из машин, стволы были направлены в его сторону. Он шёл вперёд, не боясь, что пули коснутся его. Три шага до первого снаряда, который упадёт на их правый фланг. Два шага. Стволы прицелились точно в него, а не в банду за его спиной. Один шаг. Пальцы на спусковых крючках приготовились нажать. Снаряд упал, превратив самые западные машины в металлолом. Все направленные на него орудия внезапно всколыхнулись, некоторые из них повернулись, чтобы посмотреть на новую угрозу с их стороны, а некоторые открыли огонь по нему. Он сделал один шаг вправо. Все пули первого залпа прошли мимо него. Он достал шестизарядник; в конце концов, нет ничего лучше классики, если хочешь произвести впечатление. Два шага до того, как второй снаряд упадёт на их восточный фланг. Один шаг до того, как они снова откроют по нему огонь. Он поднял руку и стряхнул пепел со своей сигареты. Снаряд упал, снова отвлекая их. На этот раз в него стреляли больше, он шагнул влево и поднял руку. Второй залп в основном в молоко, четыре пули пробили его плащ, но не тело. Четыре шага до того, как его люди на западном фланге смогут открыть огонь по их внутренним позициям, пыль начала рассеиваться. Три шага до того, как они поймут, что их окружили снайперы на холмах вокруг. Два шага до того, как они оправятся от двойного обстрела, чтобы снова обстрелять его. Один шаг до того, как его раковая палочка перестанет быть полезной для того образа, который он здесь старался продать. Он вытащил её изо рта двумя пальцами и бросил на землю сбоку от себя. Непринужденная незаинтересованность лучше подчёркивала его абсолютное превосходство, чем серьёзный вид. Раздался третий залп. Он повернулся боком, когда пули пролетели по обе стороны от него, вместо того чтобы поразить его в упор. Его снайперы открыли огонь, и ключевые члены их командного состава рухнули. Один шаг до уверенной победы. Они поняли, в каком положении находятся, и Винсент беспрепятственно продолжал приближаться к клану Кочевников Делмингас. Их старейшина вышел из-за круга машин, чтобы наконец встретиться с ним. Его профиль говорил о том, что он недоверчив, но не глуп, он знал, в какой ситуации он сейчас находится. Мужчина подошёл к нему и заговорил. — Ладно, вы нас уже окружили и покалечили. Чего ты хочешь? Винсент излагался прямолинейно, что лучше всего подействует на такого человека. — Вашу верность. На это мужчина слегка наклонил голову, а затем медленно ответил. — ...Какую цель ты преследуешь? Винсент ответил честно. — Объединить Кочевников. Потребовалось мгновение, но мужчина медленно кивнул. Он был загнан в угол, у него не было выбора, если только он не хотел, чтобы весь его клан погиб. Он согласился, как и знал Винсент, что он так поступит. Итак, четвёртый клан теперь под его знаменем. Неплохо для месяца работы. Хорошее начало. Винсент махнул рукой медикам, чтобы те занялись ранеными из клана Делмингас – все они были ранены пулями с транквилизаторами, от которых требовалось специальное противоядие. Не было смысла убивать кого-то, если можно было этого избежать. Ему понадобится вся помощь, которой он сможет заручиться, когда отправится в Найт-Сити. Сразу же после этого он зашагал обратно к своему грузовику-штабу. Ему нужно было просмотреть профили. Он постарался, чтобы его походка оставалась такой же непринужденной и уверенной, как и раньше. Не стоит упускать потенциальный момент социального влияния.***
Адам Смэшер смотрел на грудастую. Она стояла перед дверьми его лифта в окружении четырёх агентов Службы Безопасности Арасаки. Её руки были в наручниках. Адам посмотрел на охранников. — Что она тут делает? Ответила грудастая, несмотря на то, что он спрашивал не её. — Я согласилась дезертировать в Арасаку на двух условиях. Адам рыкнул. — На каких? — Первое, ты должен сразиться со мной. Второе вступит в силу, если ты победишь меня. «Если»? Самонадеянная женщина, Адам Смэшер никому, блять, не проигрывал. Она сама проиграла пацану и гремлину. Кстати о них, подошли дети и напряглись при виде женщины, а затем озадаченно расслабились, увидев, что она связана. Женщина увидела их и кивнула им, после чего громко заявила: — Я не восприняла тогда вас двоих всерьёз и тем самым вынудила вас одержать ничего не стоящую победу. Я прошу прощения за это, — ах, она была одной из этих, «благородных». Парень моргнул на это, а затем принялся чесать затылок. — ...Извинения приняты, наверное? Гремлин кивнула в знак согласия, выглядя так же растерянно. Грудастая снова поднялась во весь рост и улыбнулась им. Затем она посмотрела на Адама и жестом указала на свои наручники. Адам хмыкнул и жестом приказал группе СБА освободить её. Не то чтобы она могла нанести здесь кому-то вред, пока он был рядом. — Ну что, пойдём? — сказала она. Адам снова рыкнул и направился в зал для спаррингов, жестом приглашая её следовать за собой. Дети тоже последовали за ним, явно желая увидеть предстоящий поединок. Адам встал на одну сторону ринга и ждал, когда грудастая сделает то же самое. — Парень, объявляй начало. Пацан от неожиданности вздрогнул, поднял руку и отпустил её с криком «начали!» Они одновременно активировали свои Сандэвистаны. Она бросилась с места, чтобы ударить его кулаком, и Адам решил оказать ей ответную услугу, заехав по ней кулаком в ответ. Их кулаки столкнулись с сокрушительным бумом. Она двинулась, чтобы ударить его другой рукой, он ответил ей тем же. Кулаки обоих скрестились, когда их Сандэвистаны издохли. Она била чуточку сильнее, чем он, но его брони было более чем достаточно, чтобы полностью игнорировать её удары. Однако, её руки не были достаточно бронированы, чтобы игнорировать его удары. Костяшки пальцев на обеих руках грудастой получили травмы. Ну такое, лучше, чем большинство мешков с мясом, но всё равно недостаточно хорошо. Возможно, у неё получится победить всех троих его детей, если, конечно, она серьёзно отнесётся к бою с ними. Но она не смогла бы победить его, даже если бы он стоял совершенно неподвижно и позволял ей бить себя. Адам рывком опустил руки, разрывая их замок. Прежде чем она успела пошевелиться, он просунул свои руки под её и схватил за оба запястья. Толкнув, он повалил её на пол, руки ещё немного подломились под силой 300 кэгэ хрома, прижавших её к запястьям. Она проиграла, причём довольно отчётливо. Он был слишком тяжёл, чтобы его можно было поднять с такой позиции. Она тоже это понимала. Она ослабила хватку и улыбнулась ему. — Второе условие: ты единственный, кто может приказывать мне. Ему придётся достать для неё хром получше, чем тот, что у неё был сейчас, но всё нормально, он полагал, ещё одно тело, которое можно бросить на мясо для ебли, это всегда полезно. — А теперь касаемо личной просьбы, пожалуйста, обрюхать меня. ...хах, а она из прямолинейных, да? Тем не менее, она не просила романтики, только секс. Уриэль разразился забористым смехом, наполнив им его голову. Ладно, ему нужно будет попросить техников поместить туда живых головастиков. — Потом. Уриэль не мог перестать смеяться. Дети почему-то выглядели сбитыми с толку. Женщина выглядела так, словно находилась на перепутье между яростью и замешательством. Чего это с ними? Хотя, Адаму в общем-то было плевать.
