Глава 29
9 мая 2023 г., 10:23
Арнольд Армстронг был гигантским человеком. Это было заметно по его росту и ширине плеч. Он был первым человеком, которого Адам встретил за очень долгое время – вне Драгуна – который действительно находился с ним на одном уровне. Ростом два с половиной метра, и, возможно, двести или двести пятьдесят килограмм мышц и костей. Мышц и костей, потому что, насколько Адам мог судить, в его теле не было абсолютно никаких киберимплантов.
Возможно, перед Адамом находился самый обширный набор долгой евгеники и биомодификаций, которые он когда-либо видел на мясном человеке. Адам повысил статус Арнольда до статуса мясного человека вместо мешка с мясом, когда впервые встретил его. А всё из-за того, что он делал: он поднимал 800-килограммовые гири, в то время как его сестра подбадривала его, стоя на кровати с красными углями, словно грёбаный монах. С таким весом было бы трудно справиться даже Адаму в его теле Драгун, но не теперь.
Адам ни во что ни ставил мешки с мясом, потому что в большинстве случаев они были пиздец какими жалкими. Металл был лучше мяса, это просто факт. Всё, что может сделать мясо, металл может сделать лучше. Большинство мешков с мясом просто не выдерживали прилагаемой нагрузки на разум, а те, кому удавалось держать себя в здравом уме настолько, чтобы стать боргом, обычно не могли пойти дальше этого. Биомодификации являлись вторым вариантом, менее нагружаемым, но и гораздо менее эффективным в целом. Большинство людей могли выдержать немного биомодификаций, но это всё равно никуда не шло.
У Арнольда было больше, чем просто «немного» биомодификаций, больше, чем Адам когда-либо видел на не-экзотике, и всё это было функциональным, а не косметическим дерьмом. Здесь не было слишком сложной хуйни вроде кожи, устойчивой к ультрафиолету, дополнительных век или прочего дерьма, вместо которого можно просто купить снаряжение. Тут было всё основное: сила, скорость, выносливость и скорость восстановления.
Чистая функциональность, никакой лишней поеботины, и в достаточном количестве, чтобы сравняться с Драгуном по грузоподъемности, сравняться с большинством боргов по рефлексам и почти сравняться с Альфа-классом по прочности. Он, конечно, не мог прыгать так же далеко и был намного медленнее, чем большинство боргов, но таково было ограничение плоти.
Адам и Уриэль уважали классику, даже если современные технологии уже давно затмили бо́льшую её часть. Хорошая стальная дубина никогда не перестанет быть полезной, даже если дубина из эндостали намного лучше. Арнольд Армстронг вывел своё тело за пределы подавляющего большинства мешков с мясом и даже некоторых боргов. Он достиг верхнего предела того, что можно было сделать с плотью, а затем стал совершенствовать имеющееся постоянными тренировками.
Мономечам практически не было места на современном поле боя. Это была старая технология, доведённая до логического предела, и результаты были налицо. Они были достаточно хороши для разделки мешков с мясом и в некоторой степени могли справиться с лёгкой броней, но они слишком легко ломались и с ними приходилось подходить вплотную. Чаще всего просто выстрелить в цель из винтовки было гораздо лучшим вариантом. Латные доспехи перестали использовать, потому что оружие стало слишком мощным. Современный солдат носит броню не для того, чтобы выдерживать прямые попадания, а для того, чтобы пережить осколки и скользящие удары.
Арнольд Армстронг был похож на мономеч. Старые технологии доведены до логического предела. Адам уважал его за это. Жаль, что Адам Смэшер совсем не нравился Арнольду Армстронгу. По крайней мере, он был с ним честен и вежлив.
Если бы Адаму пришлось предположить о причине, то, наверное, это потому, что он трахал сестру Арнольда.
Неоднократно.
До беременности.
А потом ещё немного после этого.
Уриэль хихикнул, даже когда Арнольд искоса взглянул на него, а Виктория повела их на экскурсию по Арене. Она показывала ему особенности того, что она делала с этим местом в последнее время, и прочее дерьмо, которое его не волновало, пока всё в основном работало, а финансирование остальной части реконструкции шло своим чередом. Он уделил достаточно внимания, чтобы записать информацию, но его внимание было сосредоточено на громаде ретроградной военной машине, идущей рядом с ним.
Его (Уриэля) вывод? Адаму не нужно было волноваться, Арнольд беспокоился о своей сестре и не станет создавать проблемы. Он был ответственным членом семьи. Пока потребности Виктории были удовлетворены, он не будет создавать проблемы на его земле. Потребности Виктории было легко удовлетворить: предметы первой необходимости, кров, насилие и ебля время от времени.
Адам достаточно хорошо оплачивал ей первые два пункта, её работа на него покрывала третий, и он с удовольствием выполнял последний. У Виктории было всё, о чём только может просить полумясо, и Арнольд не мог ни к чему придраться. Его открытая и вежливая неприязнь тоже была своего рода освежающей; никакой корпоративной чуши, когда неприязнь прячется за правилами и фальшивыми улыбками.
Первое, что Арнольд сказал Адаму: «Ты мне не нравишься, Адам Смэшер. Я буду терпеть тебя ради моей маленькой сестрёнки». Упомянутая «маленькая сестрёнка» приняла это в штыки, устроив ему небольшой спор и взбучку. Однако, он так и не отступил от своего заявления.
По крайней мере, он был готов сказать ему это в лицо. В самом деле, Адам находил Арнольда Армстронга гораздо более терпимым, чем подавляющее большинство мешков с мясом в мире. Было бы неприятно, если бы ему пришлось убить его, начни он творить хуйню.
Такую хуйню, что вытворяли уёбки на его территории в последнее время. Мелкие стычки между явными членами банд происходили всё чаще и чаще. Не настолько, чтобы потребовался рипердок, чтобы залатать кого-нибудь, но достаточно, чтобы Адаму уже пришлось пристрелить парочку ублюдков, решивших устроить мочилово в радиусе слышимости от него. Не тех, кто дрался кулаками друг с другом, а тех, кто достал стволы. Они могли приберечь убийство для арены, что они и сделали.
Совсем недавно уровень смертности на Арене подскочил. Почему? Яд. В последнее время среди ублюдков с клинками стало популярно покрывать своё оружие каким-нибудь нейротоксином, потому что он действовал очень быстро. Достаточно было сделать порез, и другой чувак вскоре падал. Или подыхал после матча.
Это не сильно сказывалось на хромовых наркошах. В конце концов, было трудно отравить хромовую руку. Однако, это сокращало популяцию мясных бойцов. Все, на ком было хоть немного мяса и не было твёрдой брони? Они стали умирать гораздо чаще.
Дошло до того, что Виктория ограничила использование яда вне категории «Разрешено Всё». То было самым престижным и сложным стилем турнира на всей арене, именно потому, что разрешалась любая тактика и стиль, кроме огнестрельного оружия, потому что оно могло убить зрителей. Трудно продавать билеты, когда велика вероятность смерти от шальных пуль.
В последнее время в Разрешено Всё стали доминировать ублюдки с киберимплантами, ускоряющими их, и отравленными мономечами. Бой на высоких скоростях, в котором даже лёгкий порез означал смерть через несколько минут. Зрителям это чертовски нравилось, оно продавалось как горячие пирожки. Самым последним чемпионом был какой-то чувак из Тигриных Когтей, Джуничиро или как-то так.
Он нанял Зверей недавно, потому что они помогли при нападении панцербота. Бо́льшую часть времени они отказывались носить броню. Их популяция стала слишком редеть, чтобы они могли патрулировать везде, где раньше могли. Если он хочет сохранить прежний уровень безопасности, ему придётся нанять других ублюдков.
Он, блять, ненавидел вести переговоры, это была ещё одна ёбаная вещь, которую он должен был делать, а не превращать мешки с мясом в трупы. Просто ещё одна раздражительная вещь, с которой ему с недавних пор приходилось иметь дело.
Виктория задала ему вопрос. Он ответил неопределённым рыком, на что она улыбнулась. Мясной танк продолжал пялиться на него.
***
Когда он вернулся после этого небольшого социального приключения, было уже поздно. Это было то, что он должен был сделать, но не то, что ему нравилось делать. Впрочем, это касалось большинства вещей, он давно привык к этому. Он вошёл в главный зал, где стояла его скамья. Что-то было не так. Он осмотрел зал. Всё было на тех же местах, что и раньше, никаких следов проникновения или изменений. Он сосредоточился на несколько минут, ходя вокруг и пытаясь найти, от чего возникало это неприятное ощущение. Он так и не смог отыскать причину. Это беспокоило его. Он начал мысленно перечислять особенности комнат. Было тихо. Внутри никого, кроме него, не было. А, обычно в его доме было шумнее, чем сейчас, когда в нём жили мелюзга и женщина. Сейчас они были в Башне. Загадка решена, он подошёл к своей скамейке и сел на неё. Им с Уриэлем есть что изучить сейчас? ... Он решил проигнорировать это, если такое и имелось. Он открыл свои самые старые сборники и нажал кнопку «воспроизвести», установив внутренний будильник на следующее утро. Он начал просматривать свои старые убийства, отмечая все ошибки и неэффективные действия, которые он совершил тогда. Затем он сравнил их с убийствами, которые он совершал в последнее время, чтобы убедиться, что плохие привычки не вернулись к нему. Тишина стояла в комнате все следующие часы.***
Сегодня ему снова предстояло патрулирование, и Адам обнаружил ещё одну раздражающую вещь, когда снова начал снаряжаться. У него осталось два магазина и немного безгильзовых патронов пятидесятого калибра. Его заказы прибудут не раньше следующей недели. Он издал рык про себя, когда повесил револьвер пятидесятого калибра и недостаточное количество амуниции на пояс, и начал искать другое оружие для патрулирования. У него ещё оставалось приличное количество патронов в латунных гильзах пятидесятого калибра, но они были для Браунинга M2, и ему совсем не хотелось собирать потом весь этот мусор, который образовывался каждый раз, когда ему приходилось что-то убивать этим пулемётом. Что у него ещё есть? Предпочтительно безгильзовое. ...У него ещё оставалась приличная пачка безгильзовых патронов калибра пять-пятьдесят шесть. Вероятно, около шестисот. Он мог бы использовать HK21, если готов потратить время, чтобы перевести их на ленточную подачу. Эх, он давно им не пользовался, можно вспомнить былое. Он подошёл к коробке с нужными патронами и взял патронную ленту. Припав на колено, он начал получасовой процесс заряжания ленты. Закончив с одной, он взял другую и принялся заряжать её тоже. Так он делал до тех пор, пока у него не появилось пять барабанных магазинов. Он не сильно волновался, у него ещё оставалось несколько десятков ящиков с патронами разных размеров. Если он продолжит использовать их в том же темпе, то успеет сделать оптовый заказ как раз к тому времени, когда они закончатся. К тому же он всегда мог просто начать физически избивать мешки с мясом до смерти, если патроны всё же закончатся. Кроме того, возможность покопаться в его пыльном старье оказалась более весёлой, чем он ожидал, ведь он уже давно не использовал ничего из этого. Патронные ленты, наконец, были укоплектованы, а затем заряжены в несколько магазинов, после этого он подошёл, чтобы взять MK21, и провёл техническую проверку, чтобы убедиться, что всё в рабочем состоянии. Всё было в порядке, поэтому он зарядил пулемёт барабаном и отправился в очередной ежедневный патруль. Ещё один день, ещё несколько десятков мешков с мясом, которых надо убить. Хех, с каждым разом ему всё больше нравилась эта часть его работы. Просто ходи себе и убивай мешки с мясом, отвечающие определённым критериям. Ему стоит чаще заниматься этим в будущем.***
Около полудня ему требовалось посетить ещё одну грёбаную встречу, на этот раз по поводу церкви, на постройку которой он выделил средства. Судя по всему, на строительной площадке к бригаде приставали мешки с мясом, которые ему, возможно, придётся убить. Они не вели себя агрессивно, но Адам надеялся, что они станут, когда он придёт туда. Он подошёл к территории, отведённой под здание; она была огромной. Церковь займет место одного из многоквартирных домов и будет находиться почти напротив главной дороги, прямо напротив его собственной постоянной базы, когда начнётся строительство. В отдалённом будущем это снизит максимальную численность населения, но ему было похуй. Когда он добрался туда, то увидел напряжённую перепалку между своими рабочими и несколькими людьми с татуировками, стилизованные под «V» и розы. Ах, валентины сегодня в полном составе, отлично, у него есть шанс убить кучку выёбывающихся бандосов. Вроде бы в наше время они были серьёзными людьми, но он всё ещё помнил, как они были кучкой мальчишек из братства, которые просто хотели трахать красивых женщин; вряд ли что-то кардинально изменилось с тех пор. Перед ними, разговаривая с его главным строителем (какой-то мужик по имени Джон, он знал своё дело), стоял довольно пожилой мужчина в широкополой шляпе и бело-золотом пончо. Его руки опирались на инкрустированную драгоценными камнями трость с изображением черепа, а одна из рук имела похожий хромовый дизайн, та была также инкрустирована золотом и драгоценными камнями. Всё его лицо было обветрено и покрыто морщинами, а его брови и борода были густыми и седыми. Он носил белый костюм, под которым были кожаные сапоги и жилет. По всему его костюму виднелись слабые скелетные узоры. Старик повернулся с остальными за столом, когда Адам приблизился, но никто так и не потянулся за оружием. Как жаль. — Ах, сеньор Смэшер, доброго вам дня, — окликнул его прилично одетый старик, когда он подошёл, люди из его банды оставались неподвижными и вежливыми, чтобы у него не появилось повода их выпроводить. Рабочие Пасифики приветствовали его различными «здарова, босс». Он не стал отвечать, просто переложил пушку, держа его за приклад и положив на плечо, когда подошёл к столу. На экране было несколько планшетов с проектами зданий, большинство из которых выглядели просто пиздец как уродливо. Он посмотрел на бригадира и старика и ждал объяснений, зачем его вообще вызвали. Оба мужчины заговорили одновременно, перебивая друг друга. Они обменялись взглядами, бригадир выглядел немного раздражённым, а старик проявлял терпение. Бригадир хмыкнул и жестом попросил старика выступить первым. Старик вежливо кивнул, несмотря на то, что его телохранители опасливо зыркнули. — Разрешите представиться. Я Франсиско Мурриета Кампо-Орта, из Валентино Бандидос. Я пришёл к вашим людям с предложениями по проекту молитвенного дома, который вы им приказали построить, — старик говорил спокойно, вежливо и по существу. С его точки зрения, все это, вероятно, было правдой. Со стороны же выглядело всё так, что старик пришёл и начал угрожать его работникам, заставляя их делать то, что Адам им не велел. Адам какое-то время задержал свой неизменный взгляд на старике, давая понять, что он не впечатлён. — Спрашивай, прежде чем угрожать моим рабочим, — прорычал он, давая понять подтекст всем остальным участникам сцены. Старик не стал отнекиваться, зная, что это ему не поможет. Адам повернулся к бригадиру и увидел, как тот щёлкнул челюстью и кивнул, подтверждая. Так вот что, в сущности, произошло? Ну, прежде чем убивать их, он мог бы хотя бы посмотреть, что они предлагали. — Какой был запланирован дизайн? — спросил он, и его бригадир указал на планшет. Адам взял его и начал смотреть. Он и Уриэль начали злиться. Что это за постмодернистская архитектурная хуйня? Ёбаный ты в рот, как же это отвратительно. Бетон, сталь и стекло, организованные в... Это была огромная куча навозного дерьма, в данном случае всё было очевидно. Он подпустил во взгляд ещё больше свирепости и нахмурился. — Откуда вы, блядь, это взяли? — прорычал он, и его бригадир поспешил ответить. — Арасака заказала это какому-то архитектору из Европы. Какому-то парню по имени Гери. — Это какое-то дерьмище, никогда больше не берите дизайны у этого мешка с мясом. Его бригадир кивнул и щелкнул пальцем в сторону парня за компьютером, который что-то начал набирать. Адам перевёл взгляд на старика, который кивал, словно ожидал такого результата. Адам решил не убивать их в этот раз, потому что они предотвратили появление на его территории гигантского бесполезного здания. Он посмотрел вниз, на планшеты, лежащие на их стороне раскладного стола, и начал брать их один за другим и просматривать чертежи. В конце концов, он нашёл тот, который ему больше всего понравился: с красивым соборным видом. Он повернул его и постучал по экрану. — Этот, используйте меньше стеклянного фасада и добавьте несколько балконов для ПВО. Его бригадир кивнул и взял у него планшет, после чего отошёл и передал его парню за компьютером, который начал возиться с ним. Адам повернулся к старику и прошёл взглядом по всем его лакеям поблизости. Он снова посмотрел на старика и заговорил. — Больше так, сука, не делай. В следующий раз просто отправь ёбаное сообщение. Старик кивнул и ответил: — Ах, мои извинения, сеньор Смэшер, но понимаете, иногда трудно донести свою точку зрения. Я должен был убедиться, что это будет доведено до вашего сведения. Адам в ответ издал рык. Да, дизайн мог быть просто пиздецовым, старик оказал тут ему большую услугу. Он отплатит ему тем, что не убьёт их всех. Старик, видя его согласие, продолжил. — Ещё кое-что, если позволите, сеньор Смэшер. Вы уже думали, кого нанять в качестве служителей веры в этом доме? Если нет, то у меня есть на примете несколько истинно верующих из местных, — снова сделал предложение он. Адам собирался просто разместить в сети предложение о найме, но так тоже можно. Старик использовал эту возможность, чтобы завести на его территории шпионов и тому подобное, но Адама это не сильно-то и волновало. Старик не делал из этого здесь никакого секрета. — Твои лакеи будут следовать правилам на моей земле, или я их убью, — ответил Адам. Старик кивнул и улыбнулся. — Вы честный человек, сеньор Смэшер. — Ложь для мешков с мясом, я выше этого.
