Новый Человек: Попаданец в Адама Смэшера

      Первая Корпоративная война была скорее испытательным полигоном, нежели полноценным конфликтом. Начавшись в 2004 году и закончившись в 2006-м, она состояла всего из двух крупных сражений между «Евро Бизнес Машинс» и «Орбитал Эйр». Обе корпорации пытались приобрести «Трансворлд Эйрлайнс», чтобы обезопасить свои авиационные активы, и в итоге перешли к найму наёмников для организаций террористических актов, чтобы задержать и предотвратить переговоры компании с другой стороной. Конфликт закончился тем, что ЕБМ отступила после того, как её генерального директора захватили наёмники, что позволило «Орбитал Эйр» заполучить ставшую очень дешёвой ТВЭ.       Обе стороны потеряли миллионы в виде ликвидного состояния и продемонстрировали, что физическое насилие вполне так себе приемлемая тактика, которую корпорации могут применять по отношению к любому другому конкуренту в мире. Только по этой причине Адам считал это предприятие успешным, даже если реальные боевые действия были досадно сдержанными и поверхностными.       Вторая Корпоративная война была более увлекательной, если судить по тому, что он читал о ней в своё время. «Петрохем» и «СовОйл», пытавшиеся выйти в Южно-Китайское море и завладеть морскими нефтяными активами в этом регионе, ввязались в короткий конфликт, когда Старик приказал Кагекадзе устроить саботаж на морской платформе Петрохем, что привело к её взрыву.       «Петрохем» сразу же обвинила «СовОйл» в промышленном саботаже, что та, разумеется, отрицала. В отместку «Петрохем» послала своих водолазов заложить взрывчатку на платформу «СовОйл», в результате чего та взорвалась. Так начался полномасштабный конфликт, и за период с 2008 по 2010 год 75% всех нефтяных активов в Южно-Китайском море были уничтожены. «Петрохем» удалось убить гендиректора «СовОйл» Анатолия Новикова, а «СовОйл» удалось перегруппироваться и полностью вытеснить «Петрохем» из региона, а затем прекратить конфликт приказали правительства разных стран.       За время этого конфликта Арасаке удалось добиться того, что многие мелкие острова в регионе перешли под протекторат Японии, и таким образом они значительно расширили своё влияние.       Из-за огромнейшего количества разлитой нефти Южно-Китайское море стало практически непригодным для жизни, что вынудило обе корпорации выплатить большие суммы в качестве репараций всем правительствам региона. Они влили значительные средства в экономику этих стран, что позволили тем дать толчок своей внутренней промышленности. Воспользовавшись этим экстремальным загрязнением, Арасака вернула себе утраченное после Четвертой Корпоративной войны расположение общества, потратив значительные суммы из собственного кармана на помощь в организации и, в конечном итоге, на очистку почти всех нефтяных разливов.       В общем и целом, конфликт получился более жестоким и разрушительным, чем Первая Корпоративная война. Хороший признак грядущего веселья.       Третья Корпоративная война была скучной и не стоящей воспоминаний. Несколько месяцев два инвестиционных фонда или что-то вроде того через Сеть крали друг у друга всякую всячину. Закончилась война тем, что МАФ порвали Фонд Ротштейна на части и заставили их платить по счетам или что-то в этом роде. Весь конфликт почти полностью вёлся через Сеть, и поэтому там не было реальных боёв.       Четвёртая Корпоративная война была единственной корпоративной войной, в которой ему довелось поучаствовать, и то лишь ближе к её концу. В самом начале, когда его контакт в Арасаке рассказал ему о прекрасной возможности заработать несколько эдди, он заинтересовался. Он повесил трубку, когда ему сказали, что работать придётся по-тихому. Его вызвали только в самом конце, когда наконец-то началась открытая заруба.       Первая половина конфликта была простой. «ИХА», немецкая корпорация морских перевозок, объявила о банкротстве в начале 2021 года. Стремясь скупить значительные морские активы, две конкурирующие морские корпорации – «ОТЭК» и «КИНО» – предприняли попытку взаимоисключающей скупки, а затем и враждебного поглощения. В итоге «ОТЭК» наняли «Милитех» в качестве охраны, а «КИНО» – «Арасаку», и так корпоративный саботаж продолжился.       Что «КИНО», что «ОТЭК», обе корпорации были вынуждены прекратить свой конфликт в 2022 году из-за давления, оказанного на них правительством стран. А вот Арасака и Милитех продолжали воевать вплоть до 2023 года, но уже по своим собственным причинам. «КИНО» и «ОТЭК», сильно обесценившиеся в результате этого конфликта и пострадавшие от разрушительных ударов, которые нанесли Милитех и Арасака, в конце концов были вместе с «ИХА» полностью куплены Евробанком.       Итогом Четвертой Корпоративной войны стало то, что полным победителем вышел Евробанк, заполучив контроль над активами всех трёх акватехнических корпораций и поставив их под управление новой материнской компании «Европиан Маритайм». Единственным их конкурентом осталась сравнительно крошечная компания «Декер, Танака и Роджерс Шипинг». Они доминировали в мировом океане и судоходстве вплоть до 50-х годов, когда мир начал понимать, что Морские Мины Арасаки самовоспроизводятся и больше никому не подконтрольны.       Морские путешествия вымерли в 50-х годах, но «Европиан Маритайм» быстро адаптировалась к новым условиям, используя как свою монополию, так и прямую поддержку Евробанка. Воспользовавшись комбинацией коммерческих термоядерных двигателей «Дженерал Моторс» и недавно изобретенных реакторов на гравитехе, «Европиан Маритайм» почти сразу же преобразовала «КИНО» и «ОТЭК» в новую корпорацию, полностью посвятившую себя переоборудованию своего огромного судоходного флота в воздухоходный флот.       «КИНОТЭК» снова стала корпорацией первого плана, теперь продавая очень, очень ценный товар – дешёвую модернизацию, дающего гарант недопущения полного обесценивания судоходных активов. Их единственными потенциальными конкурентами в этой области была «Орбитал Эйр», корпорация, у которой Европа в целом старалась не покупать никакой продукции.       Держа всю эту историю в голове, Адам решил, что Европа станет его первым пунктом назначения, как только команда «КИНОТЭК» закончит переоборудование Эбунике и установит на него новые лазерные ПРО. Поскольку напряженность с годами только возрастала, он был разумно уверен, что кто-нибудь нападет на кого-нибудь и развяжет старую добрую войну в том регионе.       Да что там, если он наймётся на нужную сторону, это может подтолкнуть их к немедленному нанесению прямых ударов. Если он правильно разыграет свои карты, то сможет зажечь пороховую бочку, и тогда он будет в деле ещё несколько месяцев, а возможно, и лет, прежде чем придется переходить к следующему конфликту. Он не волновался о том, что когда-нибудь выйдет из бизнеса: люди убивают людей, это факт жизни.       Ему просто нужен был корабль и рота убийц-единомышленников, которые прикроют его с флангов. Какой смысл в войне, на которой нельзя повеселиться?       Вопрос с подвохом: все войны были весёлыми. Война, которая не доставляет удовольствия, содержит слишком мало боевых действий и, следовательно, не является войной. Обнаружив приближающееся движение, он переместился к асфальтовой стене позади себя, чтобы иметь возможность приложить к ней руку. Сейсмика была приятной особенностью, одной из немногих новых, которые он получил.       Прислонившись к стене одного из многочисленных оборонительных укреплений, за обслуживание которого он когда-то платил Мальстрём, он наблюдал за небольшой толпой сотрудников «КИНОТЭК», проводивших обследование теперь опустевшей Эбунике. После обследования они составят смету, и он выложит столько миллионов, сколько потребуется, чтобы переоборудовать всё это.       Для покупки нового судна потребовалось бы ждать несколько лет в очереди. Корпорации не просто брали и строили по первому требованию гору кораблей для покупки – они принимали заказы, а затем ставили вас в очередь на покупку этого товара. Обычно требовалось несколько лет на выполнение данного заказа, потому что транспортировка всегда была востребована. Большинство крупных дорогих вещей приобреталось именно таким образом, потому что производить товары, которые потенциально никто не будет покупать, в большинстве случаев было просто неразумно с точки зрения бизнеса.       Переоборудование Эбунике выйдет немного дороже, но зато на порядок быстрее, поскольку ему не придётся ждать, пока подойдёт его очередь. Чем быстрее они её переоборудуют, тем быстрее он сможет выбраться из этой дыры.       Всё его старое дерьмо уже вывезли, и сейчас оно проходило дальнейшую экспертизу в хранилище аукционного дома. Как выяснилось, оценщице требовалось вызвать специалистов, потому что некоторые из его вещей были древними, вот такие пироги. Он не преминул уточнить, что случится с ней, её семьей, её друзьями и её корпорацией, если это будет попытка обокрасть его.       Уродливая женщина была больше оскорблена намёком на то, что это могло быть потенциальной кражей, чем его угрозами в адрес всего, к чему она была привязана – что было первой достойной внимания чертой, которую он увидел в этом существе. Молодец, мешок с мясом, у тебя пока была хотя бы одна положительная черта.       За углом к нему подошли пацан и его мать. Оба приостановились, увидев, как рабочие заползают на Эбунике.       — О, они уже тут? — спросил пацан, на что он кивнул в знак подтверждения.       — Бабы? — спросил он, сосредоточившись на единственном нормальном борге среди рабочих, который сейчас направлял к нему.       — Всё ещё ходят и смотрят квартиры. Хотя я не понимаю, зачем. Мы ведь не пробудем здесь дольше нескольких... месяцев, так? — он рыкнул в подтверждение.       На это ответила женщина.       — Потому что для них это весело, Ди.       Он сосредоточился на борге, который теперь уже находился на расстоянии вытянутой руки. Он наклонил голову набок в знак вопроса к модифицированному Самсону. Самсон, одетый в ностальгический комбинезон и каску, заговорил в той грохочущей металлической манере, которая присуща всем Самсонам.       — Сухой док, тридцать или того лет? — прорычал он голосом старого моряка. — Вы открыли морские ворота?       — Двадцать семь лет, и нет, — в ответ прорычал Адам. — Попытка саботажа.       Самсон обдумал это, откинув челюсть и сощурив оптику.       — Да хера с два тут попытка. Чистый саботаж. Из-за долгой стоянки в сухом доке в корпусе появились течи. Там воды сейчас по самое небалуй.       — Во сколько выйдет?       — Придётся вызывать подъёмник, чтобы вытащить её из воды. Воротам полный кабздец. Расценки компании за это и стойки ещё десятка.       Адам зарычал от раздражения, но потом кивнул, подтверждая согласие.       — А сами перспективы-то есть?       Как он и догадывался, бригадир кивнул и пробурчал ответ.       — Такие малютки не шибко трудные. Установка этой ПРО потребует перестройки каркаса в дополнение к замене носовой части, также может понадобиться несколько конденсаторов – тут уже зависит от того, какие движки у этой девочки. Обойдётся всё, пожалуй, примерно в пятьдесят пять – пятьдесят семь миллионов и месяц работы.       Адам согласно рыкнул. Не так уж плохо, он ожидал худшего.       — Эй, Юстас! — к ним подбежал один из рабочих, юноша с тёмной кожей и заплетёнными в косу волосами. Самсон с недовольством посмотрел на него.       — Что, блядь, опять вы негритосы сломали? — несмотря на оскорбление, сам работник, казалось, не выглядел задетым и ответил.       — Мы не узнаём модели движка, их нет в базе данных, — Самсон рыкнул и повернулся к Адаму.       — Ты помнишь модель или это какое-то самодельное дерьмо? — спросил он.       Адам покачал головой.       — МикроФьюжн 260 от Дженерал Моторс, — своим рыком ответил он на вопрос.       Самсон благодарно кивнул, затем закатил оптику и повернулся к рабочему.       — В следующий раз проверьте, сука, бумажный блядь каталог, ленивые вы обезьяны! А не только ебаную базу чипов.       Рабочий по-прежнему оставался невозмутим и ответил со спокойной улыбкой.       — Он заперт в вашем ящике для инструментов, бригадир Юстас.       Самсон замолк, а затем сплюнул в сторону и ушел, чтобы, наверное, открыть свой ящик с инструментами для рабочих. Рабочий остался с ними смотреть, как бригадир топает прочь, а затем повернулся к Адаму и заговорил.       — Не обращай внимания на Юстаса, он слишком упрям, чтобы обращаться к нам несправедливо.       — Я не спрашивал, — прорычал Адам, ему было насрать на то или другое.       Рабочий кивнул.       — Даже так, я люблю поболтать.       — Ты не против оскорблений, чумба? — пацан совершил ошибку, вступив в разговор. Одна из его бровей приподнялась в легком любопытстве. Рабочий легко пожал плечами и ответил.       — Старику Юстасу под сто тридцать. Всю свою жизнь он вкалывал за тем, чтобы устроить своих сыновей и внуков в колледж. Все его внуки получили шикарные должности в службе безопасности, аж в самом космосе. А потом грянула Семичасовая война.       Адам рыкнул. Да, это всё объясняет.       — Семичасовая война? — спросил пацан, демонстрируя недостаток своего образования. — Никогда о ней не слышал.       — Работники орбитальной станции О'Нил-2 устроили восстание и захватили там власть ещё в 2022-м. Они перебили там всю охрану ЕКА, захватили ортиллерийское вооружение и разбомбили объекты ЕКА и ЕЭС, — разъяснил он. — Большинство из тех работников были африканцами.       Рабочий по простому пожал плечами.       — Более или менее, чумба. Трое внуков Юстаса были на новеньком О'Ниле-2, ещё четверо – на различных разбомбленных объектах. Он так и не смог простить.       — И вы просто терпите это? — пацана явно не убедили.       — Юстас кидается ругательствами, ровно как и все остальные, чумба, но это всего лишь слова. Да и какая вообще альтернатива? Подливать масло в огонь цикла ненависти? Большинство из нас уже давно решили отказаться от этого, — ухмыльнулся рабочий. — Мне нравится проповедовать доброе слово, чумба. А доброе слово – это быть добрыми к ближнему своему. Так что не судите Юстаса слишком строго, он просто старый пёс, которого слишком сильно обидели, чтобы он перестал лаять.       — Эй! Макака с ключом в жопе! Тебе платят не за болтовню! — крикнул Самсон неподалёку от корабля. Рабочий повернулся и сообщил, что услышал его, затем достал брошюру и протянул её пацану.       — Подумай об этом, чумба. Я просто хочу сделать мир лучше того, какой он сейчас. Надеюсь, жизнь сложится для тебя удачно, — рабочий, наконец, побежал, обратно остальным рабочим. Парень покрутил брошюру в своей руке, вскинув бровь.       — ...Что за нахер это было? — похоже, он был слегка озадачен прошедшим разговором. — Было похоже, будто мне что-то втюхивают, но без самого товара.       Адам рыкнул.       — Евангелисты, — он не стал ничего разъяснять, у парня есть сеть, он сам может поискать.       Пацан кивнул, а затем прочитал брошюру вслух.       — Земля и Ты: Шаги к лучшему завтра?       А, защитник окружающей среды. Что ж, это объясняло всю ту сопливую пиздохрень, которую нёс этот мешок с мясом.       Несколько минут стояла тишина: парень зачем-то убрал в карман пластиковую брошюру, и они с женщиной расположились рядом, прислонившись к стене, и наблюдали за тем, как рабочие осматривают Эбунике.       В конце концов, пацан заговорил.       — ...Так что у нас на повестке дня?       Адам на секунду задумался. Бабы искали квартиру, Грейсон всё ещё был здесь и присматривал за рабочими, он уже попросил Бестию распространить инфу, что ищет работников себе в ЧВК...       — Ничего, — ответил он, немного подумав.       — Хах, — ответил парень. Последовал ещё один момент тишины, прежде чем парень снова заговорил. — Может, тогда устроим спарринг, Смэшер?       Адам задумался. Он кивнул и уже собирался ответить, как раздался голодный гул. Они с пацаном повернулись к единственному присутствующему мешку с мясом. Щеки женщины порозовели от внезапного внимания.       Адам фыркнул.       — Зови баб, Мы сначала поищем жрачку.       Парень с забавой посмеялся.       — Где будем есть?       — Женщина, выбери ресторан, — Адам передал решение матери пацана.       После аж двадцати минут нерешительных поисков Адам понял, что это было плохой идеей. В конце концов они решили просто зайти в первую попавшуюся закусочную.       Бургеры были ссаниной, а стулья – слишком слабыми для его тела. В итоге ему пришлось стоя прислониться к стене.