Шёпот внутри

— Теперь мне ясно, что имела ввиду Луна, когда говорила, что на поездах в Феррумфелле ездит только челядь, — сквозь зубы процедил Фобос, осматривая вагон, в котором они с Мирандой находились. Возле широких пыльных окон стояли деревянные лавки, заполненные людьми в тёмных засаленных комбинезонах. Фобосу сразу вспомнились рабочие, которых они встретили на подходе к городу в пещере, заваленной железным хламом. Еще тогда они вызвали в принце чувство некой брезгливости и, стоя теперь посреди таких людей, не способный ничего с этим сделать, Фобосу стало невыносимо тошно. Он хотел отвлечься хотя бы разговором с Мирандой и позвал ее несколько раз, но девушка, нервно теребившая что-то в руках, даже не смотрела на Фобоса, все время прокручивая в голове план действий. — Эй! Ты меня игнорируешь? Знаешь же, что я это ненавижу, — с раздражением сказал Фобос, схватив девушку за плечо. Его ноги затекли, но он не мог заставить себя сесть на свободное место. — Простите, мой принц, — дрожащим голосом ответила паучиха, и постаралась улыбнуться, — я просто задумалась. — Ты так и не сказала, куда мы едем и долго ли еще мне находиться среди этих отбросов. Последняя фраза оказалась сказана чересчур громко и на Фобоса устремилось несколько десятков озлобленных взглядов. — Эй ты, принцесса. Чего забыл-то в нашем вагоне, такой аккуратненький? — выкрикнул бородатый плечистый мужчина. — Раз так противно наше общество, мы можем тебя от него избавить, — вторила бородатому молодая девушка с длинными рыжими косами. — Ага, прямо на полном ходу поезда, — весело сказал парень, сидевший рядом с девушкой. В вагоне поднялся гул. В адрес Фобоса посыпались открытые оскорбления и брань, кто-то даже кинул в него какой-то едой и на безупречно-чистом жилете принца образовалось жирное пятно. Фобосу стало страшно и он, попятившись, вжался спиной в тамбурные двери. Миранда безучастно смотрела в окно, делая вид, что ничего не происходит. «Ничего. Скоро все закончится. Пусть его немного побьют, а потом я спасу его и выведу на поверхность», — думала она. — Невоспитанные кретины! Свиньи! Уроды! Да такие как вы должны мне ноги целовать! Я же принц… — сорвался Фобос, совершенно не понимая, что он несёт. Его сердце стучало так сильно, что отдавалось в ушах. Ладони вспотели, а колени тряслись. Он выглядел беззащитным маленьким мальчиком, оказавшимся среди диких шакалов, готовых его разорвать. И это могло бы произойти, ведь некоторые особенно разозленные его словами люди, уже повскакивали со своих мест и направились к Фобосу, сжимая кулаки, как внезапно вагон вздрогнул, словно от удара. — Что это? Снова камнепад? — спросил кто-то. — Камни не ползают по крышам вагонов, — пробормотал бородатый, слыша над головой грохот, будто по вагону тащили что-то тяжелое. Народ ринулся к окнам, протирая грязные стекла рукавами и снятыми косынками. Внезапно раздался душераздирающий крик — женщина, побледневшая от ужаса, стояла напротив окна, за которым показалась оскаленная морда чудовища со свисающими вниз длинными золотистыми волосами. — Да ну не может быть, — пробормотала Миранда с отчаянием закатывая глаза. Спохватившись, она стала искать Фобоса, который будто исчез, едва в вагоне началась суматоха. Принц, не догадываясь, что источником шума является его советник-змей, выскользнул в тамбур, в надежде убежать от попутчиков в другой вагон. Однако дверь заклинило и он пытался ее открыть, наваливаясь всем телом, но все попытки были тщетны. Фобос в бессилии опустился на пол грязного тамбура, разглядывая свои руки — покрасневшие и разбитые. — Седрик… Я бы сейчас всё отдал, лишь бы ты оказался рядом, — пробормотал он. Аквамариновые глаза налились слезами. И, будто услышав мольбу своего принца, Седрик, заметивший в вагоне Миранду и таким образом поняв, что Фобос находится где то рядом, вырвал дверь вагона. — С-Седрик? Это ты? Э-Это правда ты? — заикающимся от радости голосом воскликнул принц. Змей протянул огромную лапу и, схватив за шиворот Фобоса, словно нашкодившего котёнка, вытащил на крышу. Теперь его тело казалось еще крупнее, либо принц уже забыл, как выглядел его советник до превращения в человека. Тем не менее он был искренне рад, что Седрик рядом. Так рад, что едва увидел его красно-зеленое змеиное лицо, схватил змея за острые выпирающие скулы и поцеловал прямо в губы. «Что? Он меня целует, когда я в обличие монстра? Это невозможно! Невозможно!» — хаотично думал Седрик, все сильнее прижимаясь могучим телом к своему правителю. Едва Луна произнесла слова о том, что Седрик останется в Феррумфелле, а Фобос с Мирандой отправятся в Меридиан, внутри змея начала закипать ярость. Не просто злость, как та, что он периодически испытывал к Фобосу на протяжении всего путешествия, а именно животная, всепоглощающая ярость, такая же горящая и удушающая, как лава, что он увидел внутри этой горы. «Посадить на цепь? Закрыть в огромной каменной подземной клетке? Да кто они такие, чтобы так обращаться с тобой, с Седриком — правой рукой принца Меридиана», — услышал он зловещий змеиный шепот внутри себя. Он смотрел на удаляющийся поезд, в котором ехал тот, кто стал смыслом его никчемной жалкой жизни. Седрик, словно в тумане, посмотрел на Луну, ее очертания казались размытыми, будто у него в глазах была пелена. — Ему необязательно. Миранда выведет его по тоннелю на поверхность, — безмятежно ворковала она, стоя к нему спиной. И это стало последней каплей. Седрик почувствовал, как одежда на его теле разрывается от внезапно разбухших мышц, тело становится свинцовым, ноги срастаются, образуя огромный змеиный хвост, кожа покрывается роговой чешуёй. Эти метаморфозы происходили с такой скоростью, что Седрик сам не понимал, что именно ощущает в этот момент. Ярость, закипевшая в нем, была гораздо сильнее боли и выбивая хвостом стекло для дальнейшего побега, он выпрямился, пробивая мощной спиной потолок. — Мое имя Седрик, — сказал он и удивился, что совсем забыл, как звучит его голос в змеином обличии. — Оборотень! Оборотень! — завизжала Луна, но змей, одним ударом ладони захлопнул ее так, что девушка потеряла сознание. «Я успею! Успею! Должен успеть!» — думал Седрик, спускаясь с отвесной скалы. В здании слышались крики, за которыми последовали и выстрелы. Воздух наполнился запахом пороха. Пороха и крови. Жгучая боль пронзила все тело змея острой иглой — один из выстрелов достиг цели и пуля угодила прямо в хвост. Но и в этот раз боль стала чем то отдалённым, чем-то ненужным. С болью он разберётся потом, когда будет время, сейчас главное — догнать поезд. Пули продолжали свистеть до тех пор, пока Седрик не спустился со скалы, зацепляясь руками и хвостом за едва видимые шершавые выступы. Он достиг обрыва довольно быстро, теперь оставалось только спрыгнуть с огромной высоты прямо на крышу одного из вагонов. Не будь он оборотнем, подобное безрассудство стоило бы ему жизни. Не долго думая, Седрик прыгнул, раскрыв руки, словно крылья хищной птицы. И к простреленному хвосту добавилась содранная, в нескольких местах, до мяса кожа. Змей полз по поезду, оставляя за собой густой кровавый след. Он успел. Но хватит ли у него сил найти Фобоса, не создавая паники. Вдруг у этих людей тоже есть оружие и они застрелят его. Сейчас ему некуда бежать. Седрик не решался заглядывать в окна каждого вагона, учитывая, насколько они были грязные. Он полагался на свое чутьё, но ветер настолько сильно сбивал и смешивал запахи, что змей почти отчаялся. — Принц…принц…- услышал он заветное слово из вагона впереди, среди гула голосов и ругани. Сделав усилие и перепрыгнув на соседнюю крышу, Седрик решился заглянуть в окно. Ему было плевать, насколько сильно испугались его пассажиры, главное, что он увидел Миранду. И теперь Фобос, такой родной и теплый целует его. — Постой! — вдруг воскликнул принц, отпрянув, — что всё это значит? Как ты смог обратиться в змея, и почему был на крыше, и… Седрик! Ты же ранен! — Нас предали, государь, — вздохнув, ответил змей. Он вкратце рассказал Фобосу о своем последнем разговоре с Луной. И о том, как догонял поезд. — Миранда! Как она могла! Вот же падаль! — выругался принц, — кстати, где она? Седрик, послушай, тебе снова надо стать человеком. — Сейчас? Вы с ума сошли, как я… — Я верю, что ты сможешь. Ради меня, то есть… Ради нас с тобой, — Фобос положил руки на лицо своего советника. Сам от себя не ожидая, сейчас он не приказывал, не врал, не манипулировал Седриком. Его сердце разрывалось от боли, когда он видел окровавленные раны на теле змея. Сейчас ему было все равно, как выглядит советник, ставший его любовником. И в Фобосе не было ни капли чувства омерзения к Седрику, которые он демонстрировал при любом удобном случае последние несколько лет. — Прошу, — прошептал принц и снова нежно коснулся губами светло-сиреневых жестких губ Седрика.