Дневники Отчаянных Бойцов

      Предстоящая встреча с Аполлониром заставила Драго нервничать, и бессонная ночь прошла в тщетном ожидании вестей от древнего воина Вестройи.       Однако время шло, а ситуация не менялась. Аполлонир не выходил на связь, не давал о себе знать. Можно было предположить, что он занят, но чем можно было заниматься возле Центра в пустом пространстве и в компании пяти коллег, Драго не представлял. Только благодаря контакту с Центром Равновесия он узнал от Ларс Лайон, что Древний Воин Пайруса услышал его просьбу и прибудет, как только они окажутся на неподконтрольной вестам территории. Эта неопределённость тяготила всех.       К счастью, на территории Альфа-Сити по-прежнему не было контроллера, что существенно облегчало положение Фронта Сопротивления. Связь Драго с Центром Равновесия, даже после вмешательства Эксидры и Аполлонира, не ослабла, а наоборот, стала более прочной.        Только эта мысль поддерживала Драго, ведь в остальном от сердца Вестройи не было пользы для бакугана Пайруса, и перед ним стоял непростой выбор: либо совершить новую эволюцию, на что пока не было ни сил, ни возможностей, либо снова слиться с Центром — но он не мог этого допустить, руководствуясь личными, весьма эгоистичными мотивами.       Да и умирать тоже не входило в его планы.       Для Драго и бакуганов вестов всё стало ясно с того момента, когда Мира предложила встретиться с Аполлониром в Руинах Дракона. Остальным она объяснила, что это место представляет собой свалку, которая считается опасным из-за энергетических аномалий, вызванных неисправными механизмами. Тактично умолчав, что источником выбросов были не только механизмы, но и эксперименты, Фермин лишь упомянула, что появление Аполлонира там не вызовет подозрений.       Бакуганы не стали её осуждать за эту недосказанность.       Поскольку свалка находилась недалеко, Драго мог быстро достичь её, Дэн сразу одобрил этот план. Но тут возник очевидный вопрос: кто сможет сопровождать бойца и бакугана Пайруса? Нужен был кто-то, способный незаметно следовать за ними — массивный драгоноид и так слишком привлекал внимание. Его даже в темноте было видно, а присутствие второго бакугана лишь усугубило бы ситуацию.       Спутником Дэна и его бакугана стал Шун, уверенно заявивший, что лучше него и Инграма никто не справится. Эйс, конечно, фыркнул. Он и Персиваль справились бы не хуже. Особенно ночью. Персиваль, бакуган Даркуса, мог легко скрыть в темноте себя и ещё одного бакугана. Но Мира не дала ему высказаться, а Кузо тут же согласился на помощь друга детства, не заметив попытки Элис вмешаться в разговор.       Надув щёки и сердито скрестив руки на груди, Грит так и остался сидеть на красном диване, наблюдая, как остаток дня Мира, Дэн и Шун завершают последние приготовления к вылету. Его раздражала эта суета, но причиной было его бессилие. Бэрон тем временем отводил танк подальше от границы между Альфа-Сити и Бета-Сити.       К вечеру подготовка наконец завершилась. Впрочем, снаряжение было более чем скромным — разве что гантлеты, фонарик и бутылка воды. Мира, подсуетившись, вручила им «шпионскую штуку», как окрестил её Дэн. Прибор, мерцавший голубоватыми огоньками, должен был создавать помехи для спутникового слежения, скрывая энергетические сигнатуры бакуганов.       План был прост, но рискован: полететь на свалку, встретиться там с Аполлониром, поговорить. Если Вексы нападут — улизнуть. Если не получается — двое бойцов смогут отправиться на помощь Дэну и Шуну. Остальные же должны были немедленно отступить — малейший намёк на ловушку, и танк уйдёт на полной скорости от опасности.       Когда наступил момент выдвигаться, команда буквально высыпала из танка, словно горошинки из дырки в мешке. Шун и Дэн молча переглянулись, пока Драго и Инграм оторвались от группы. Две вспышки — насыщенно-красная и теплая зелёная — взметнулись в сумеречном воздухе, ощущая, как под чешуйчатой кожей играют давно не использованные мышцы.       — Удачи! — звонко крикнула Руно, и хор голосов подхватил её напутствие. Дэн в ответ махнул рукой, но в глазах его читалось лёгкое напряжение — слишком уж часто их «обычные прогулки» вдали от команды оборачивались боем с врагами.       Инграм, всё ещё не привыкший к человеческим эмоциям, недоумённо озирался. Как новый член команды Отчаянных Бойцов, он мало что знал о своём бойце и его друзьях — его прежний хозяин, вест, не утруждал себя сантиментами. Теперь же, наблюдая за этой сценой прощания, он чувствовал странное беспокойство. Наклонив голову, он поймал взгляд Драгоноида:       — Почему они прощаются, будто мы отправляемся в Измерение Смерти? — спросил он. Как и его боец, бакуган Вентуса редко вмешивался в разговоры, предпочитая молчать и следить. Да и зачем сближаться с теми, кто использует тебя в качестве временной замены?       Не то чтобы Инграм был против.       — Они же подростки, — фыркнул Драго, на секунду задирая голову к небу, где уже зажигались первые звёзды. — Вечно драматизируют.       Через минуту к ним подошли их бойцы. Бакуган Пайруса наклонился к подошедшему Дэну. Кузо в ответ одарил его своей фирменной ухмылкой — той самой, что всегда появлялась перед шалостями.       — Ты готов, Драго?       — Всегда.       Шун внешне сохранял ледяное спокойствие, но лёгкая улыбка, тронувшая его губы, выдавала истинные чувства. Инграм уже обернулся в форму птицы, став меньше, поэтому, взобравшись по крылу, он занял позицию на голове своего напарника.       Как только Дэн удобно устроился на морде своего товарища, убедившись в надёжности своего положения, дракон расправил свои могучие крылья. Бакуган слегка наклонился вперёд, а затем резко оттолкнулся задними лапами, взмывая в воздух с такой силой, что у Дэна захватило дух. Пыль вихрем взметнулась в воздух, а ветер с воем ворвался в уши, вырывая непроизвольный крик:       — О-о-о!       Кузо крепко ухватился за левый рог бакугана, пригнувшись ниже, чтобы защититься от сильного ветра, который пытался унести его. Но Драго лишь усмехнулся. Его боец уже не раз летал на нём и каждый раз реагировал так, будто это было впервые в его жизни.       Дэн и Драго одновременно оглянулись. Рядом с ними, словно их тень, парил Инграм. Его изумрудные крылья переливались в лунном свете, создавая иллюзию, будто они выкованы из металла. А на голове, невозмутимый как статуя, стоял Шун — крошечная фигурка с развевающимися чёрными волосами. Наверное, и сам Дэн выглядел также — маленький человечек на гигантском ящере. Он даже не мог разглядеть лицо друга — только силуэт, теряющийся в потоках ветра.       А потом мир перевернулся.       Драго, словно нож сквозь масло, разрезал пушистые облака, выравнивая полёт. Холодный воздух обжёг лицо, а в ушах зашумела кровь, и Дэн, преодолев страх, глянул вниз. Далеко под ними, как на детской карте, раскинулись изумрудные леса, прорезанные серебристой нитью реки. Альфа-Сити, окружённый куполом, сиял вдалеке россыпью ярких огней, напоминая драгоценный камень, брошенный на тёмно-зелёный бархат. Воздух здесь пах грозой, снегом от гор и чем-то неуловимо чужим — может, пылью далёких планет, а может, просто опасностью, что витала вокруг. Облака, пушистые и манящие, казались такими близкими, что Дэн невольно протянул руку, мечтая ухватить клочок этой белоснежной ваты.       — Обалдеть, — непроизвольно вырвалось у Дэна, и Драго, услышав это, обрадовался. Даже если он был бакуганом Пайруса, это отнюдь не означало, что он не способен оценить великолепие Вентуса.       Поймав восходящий поток воздуха, бакуган легко парил в небе, будто сливаясь с ветром. Затем его голос раздался чётко и уверенно:       — Держись крепче. Сейчас я покажу тебе настоящий полёт.       Не раздумывая, Дэн крепко вцепился в рог Драго. Тот резко развернулся, а затем сложил крылья — и стремительно ринулся вниз в свободном падении. Ветер взвыл в ушах оглушительным свистом, земля неумолимо приближалась, а сердце Дэна бешено колотилось, готовое вырваться из груди. Но вместо страха его охватило неудержимое чувство восторга — и он закричал, громко, радостно, ничего не боясь.       Где-то сзади Инграм резко взмыл вверх, едва избежав столкновения, явно не ожидав такой глупости. Шун не сдержался и выругался вслух. Что за безрассудство? Разве сейчас время для таких игр?       Но Драго уже выходил из пике, вновь расправляя крылья, и, набрав скорость, стрелой метнулся вверх. Дэн, всё ещё смеясь от переполнявших его эмоций, обернулся к друзьям, готовый поделиться своим восторгом.       Однако вместо Инграма он увидел Скайресс.       Это длилось лишь мгновение — тень воспоминания, мимолётный обман зрения. Но боль от этого мига оказалась острой и реальной. Он не раскаивался в том, что на мгновение представил её вместо Инграма. Скайресс была незаменима — так же, как и все остальные бакуганы не могли заменить друзей из Отчаянных Бойцов.       Оставшаяся часть полёта прошла спокойно. Вскоре они уже приближались к свалке, и Дэн, не боясь упасть, с любопытством вглядывался в раскиданные внизу обломки. Груды металла всевозможных форм и расцветок, полуразрушенные корпуса роботов, искорёженные машины — всё это создавало жутковатый пейзаж. К своему удивлению, Драго почувствовал лёгкую тревогу, едва они оказались рядом с этим местом.       Но самое странное было впереди. Среди ржавых руин копошились бакуганы — несколько существ самых разных видов. Одни напоминали чудовищ из древних легенд, другие — земных хищников. Бакуганы.       Возможно, это те, кто решил скрыться здесь после освобождения и не доставлять хлопот Альфа-Сити. Может быть, они не хотели причинять вред обычным вестам или просто боялись. Драго не умел читать мысли бакуганов и не смел навязывать своё мнение. Поэтому чаще всего бакуганы действовали так, как хотели сами. Кто-то из них помнил доброту земных детей, а кто-то — жестокость Вестала. И он знал: некоторые из этих существ наверняка уже атаковали Альфа-Сити.       И вот теперь эти бакуганы заметили их. Головы повернулись в их сторону, глаза сверкнули настороженно. Те, у кого были когтистые лапы, начали медленно сходиться, словно готовясь к атаке. Не дожидаясь развития событий, Драго приземлился на краю свалки, подальше от скопления чужих.       Дэн и Шун не узнали среди них никого из знакомых. Спускаясь с бакуганов, они держались настороже, остерегаясь незнакомцев. Ни Джагерноида, ни Рыцаря — только незнакомые, чужие существа. Скорее всего, это были бакуганы с Вестала… или те, кто остался на разрушенной Вестройе.       Не зная, что перед ними земные бойцы, они напоминали о простой истине: бакуганы — не просто разумные существа. Они — хищники, способные уничтожить человека одним движением.       И внезапно бакуган Сабтерры, похожий на гигантского волка с раздвоенным хвостом, издал протяжный, леденящий душу вой. А его собрат — зелёный, с крыльями летучей мыши и мордой птеродактиля — уже бросался вперёд, сверкая когтями в лунном свете. Дэн обязательно скажет Шуну огромное спасибо за то, что тот резко оттолкнул его, спасая от удара. Но вот сам Шун… Он уже не успевал увернуться.       К счастью, на защиту встал Инграм. Бакуган-ниндзя оправдал своё имя, молниеносно бросившись наперерез и пригвоздив нападавшего к земле. Тот яростно забился, хвост его хлестал по земле, но Инграм не собирался отпускать его так просто.       — Успокойся, — прошипел Инграм, продолжая прижимать бакугана к земле. Рядом зловеще зарычал бакуган Сабтерры. Дэн успел заметить, как из-за груды обломков стали появляться другие монстры, их глаза сверкали в полумраке. — И ты тоже! — резко добавил Инграм. — Это дети с Земли! Они освободили вас из Альфа-Сити!       Драго пока не вмешивался, лишь настороженно следил за окружением, готовый в любой момент броситься на защиту. Он не понимал, что не так с этими бакуганами — почему они так враждебны?       Внезапно бакуган Сабтерры резко фыркнула, её шерсть встала дыбом, а голос прозвучал ледяным шипением:       — С чего ты взял, что можешь нам приказывать?! — выкрикнула она. — И почему мы должны тебе верить?       Поверить? Дэн нахмурился. Что они имели в виду? Он сжал кулаки, но промолчал — сейчас любое неосторожное слово могло разжечь конфликт.       — А почему вы не должны? — Драго сделал шаг вперёд, его голос звучал твёрдо, но без агрессии. Он не знал, как быстро убедить этих бакуганов, что они на одной стороне, но понимал, что им нужно найти общий язык, пока Аполлонир не пришел. — Разве мы похожи на Вестов?       Возможно Драго не стоило так напрямую спрашивать об этом, но резкая и негативная реакция на его вопрос выразила всю злость и страх, которые испытывали к ним эти бакуганы. Похоже они совсем не знали о бойцах Земли, а если и были в курсе, то точно не из подробных рассказов.       Поэтому реакция последовала мгновенно — бакуганы зашевелились, их глаза вспыхнули яростью. Стало ясно: они либо не знали о Бойцах Земли, либо слышали о них лишь обрывки слухов.       Напряжение в воздухе сгущалось, словно перед грозой. Пока никто не бросался в бой, но и доверия не было. Драго колебался — стоит ли напомнить, что именно он спас Вестройю? Но если они не поверят, это только подольёт масла в огонь.       — Мы не можем вам доверять, — наконец прорычал бакуган, которого Инграм только что отпустил. Тот отряхнулся и отошёл подальше, бросая на них недоверчивые взгляды. — Вы ворвались сюда, нарушили наш покой и теперь пытаетесь командовать! Кто вы такие?!       Инграм попытался скрыть своё раздражение, но, осознавая, что удерживая собрата, он только ухудшал ситуацию, с неохотой разжал хватку и отступил на шаг. Тот, кого весты называли Ветряным зубатом, поднялся, отряхнулся и молча удалился как можно дальше от остальных. Инграм взглянул на Драго, который одобрительно кивнул ему.       — Мы не знали, что вторгаемся на вашу территорию, — твёрдо продолжил бакуган Шуна. — Мы из Фронта Сопротивления. Боремся против Вестов. Если сомневаетесь — подождите Аполлонира. Он подтвердит наши слова.       — Это не наш дом… — вдруг пробормотала бакуган Сабтерры, но тут же замолчала, будто спохватившись. Знакомая энергия Пайруса окутала их, как защитное покрывало, а поэтому облегчение накрыло напарников Отчаянных Бойцов.       — Похоже, я вовремя.       Они обернулись одновременно и увидели Апполонира. Сильнейший Воин Вестройи стоял в двух шагах — величественный и невозмутимый, будто возник из воздуха. Ни вспышек света, ни искажений пространства — просто был, как будто всегда находился здесь и уже давно следил за возникшим конфликтом.       — Аполлонир! — радостно воскликнул Дэн, и лицо озарилось улыбкой, пока два незнакомых бакугана, осознавали, что угрозы и правда нет.       — Приветствую вас, мои дорогие бойцы и бакуганы! Я рад вас видеть, но хотелось бы не при таких обстоятельствах, — раздался низкий, бархатный голос. Даже сквозь металлическую маску чувствовалась тёплая интонация.       — Мы тоже рады тебя видеть, — Дэн поспешно кивнул, но улыбка тут же сошла с его лица. — Хотя… ты прав. Не при таких.       Шун бросил взгляд на удаляющихся бакуганов, его голос прозвучал чётко и ясно:       — Мы говорили правду.       — Как я понимаю, у вас срочное дело ко мне? — Древний воин проводил взглядом незнакомцев, затем перевёл внимание на команду.       Драго выступил вперёд, его голос звучал напряжённо, но уверенно:       — Вексы готовят атаку на Землю. Неизвестно, ловушка ли это или реальная угроза, но рисковать нельзя. Только Древние Воины могут открыть портал без их технологий.       Древний воин медленно кивнул, напрягшись. Он понимал — это не пустые опасения. Если Вексы действительно направляются к Земле… тысячи детей, сражавшихся за бакуганов, окажутся под ударом. И он не мог этого допустить.       — Конечно, — ответил он без тени сомнения. — Вам нужно предупредить своих и оставить подкрепление. Есть конкретные данные об их планах?       — Шедоу, боец Даркуса, разболтал об этом Элис и Гидраноиду, — Шун скрестил руки на груди. — Не думаю, что это случайность. Вексы что-то задумали.       — Ты как всегда проницателен, — в голосе Аполлонира мелькнула тень усмешки. — Возможно, хотят вас разделить, думая, что так у них получится победить, — проговорил Древний Воин, задумчиво посмотрев вдаль. — Или же они просто хотят получить еще больше проблем.       — Так что делать? — Дэн нетерпеливо переступил с ноги на ногу.       — Сначала мне нужно посоветоваться с другими Воинами, — повернулся он к Драго. — К сожалению, Центр Равновесия всё ещё нестабилен после твоего ухода. Не могу гарантировать поддержку команде и на Земле и на Новой Вестройе. Ты сам знаешь, сколько времени нужно, чтобы Центр Равновесия стабилизировался.       — Но с Центром всё в порядке? — тревога сквозила в голосе Драго, когда он вытянул шею вперед, будто пытаясь прочесть ответ в непроницаемой маске Воина. — Вестройе и Центру Равновесия ничего не угрожает?       — Если не считать Вестов — нет, — раздался мерный скрип доспехов, когда Апполонир покачал головой. — Оберон разработала схему стабилизации Центра. Если испытания пройдут успешно, мы применим её — и ты сможешь участвовать. А сейчас… — его голос стал практичным, — нам нужно выбрать место для портала. Вдали от технологий Вексов — так будет проще, чем в прошлый раз.       — Что насчёт этого места? — Шун махнул рукой, обводя взглядом бескрайнюю свалку, где обломки механизмов и искорёженные фрагменты брони образовывали сюрреалистический пейзаж. Под ногами хрустели осколки карбоновых пластин, а воздух был густым от запаха гари и окисленного железа.       Пайрус бакуган замер над грубой пирамидой спрессованного хлама, его левитирующая форма отбрасывала уродливые тени на ржавые поверхности. Мерцающий свет уцелевшего фонаря скользил по полированной обшивке, подчёркивая неестественную неподвижность фигуры. Казами и Кузо переглянулись — молчание затягивалось.       — Технически… подходит, — голос бакугана прозвучал глухо, будто доносился из глубины пещеры. — Но энергетический фон здесь… искажён.       Дэн от нечего делать пнул перекрученный прут арматуры, и тот с противным скрежетом рухнул вниз.       — В смысле?       Аполлонир развернулся неестественно медленно, словно преодолевая невидимое сопротивление. Его безликая маска оставалась непроницаемой, но в повороте головы читалось колебание. Он явно не хотел произносить эти слова, но Драго уже понял. Крылья бакугана вдруг обмякли, как у раненой птицы.       — Здесь гибнут бакуганы.       Маска дёрнулась вверх — единственный признак удивления.       — Ты не почувствовал этого сразу? — спросил Воин, изучая их реакции.       Вопрос повис в воздухе, густом от статики. Драго не ответил. Он лишь опустил голову, уставившись в тёмный песок — слишком тёмный, слишком липкий. Это не была обычная грязь. Это была пыль — последние следы энергии тех, кого разобрали на части ради чужой жадности.       Где-то в глубине свалки раздался последний жалобный писк, который внезапно оборвался, оставив после себя гнетущую тишину.       Последовало неловкое молчание, прерываемое лишь техническими деталями их миссии. Когда разговор иссяк, Инграм и Шун без лишних слов взмыли в небо, оставляя за собой шлейф пепла.       И только когда силуэт Инграма растворился в дымке, Дэн задал вопрос, который жёг его изнутри:       — Вы поддавались нам? В Измерении Смерти? — неожиданно спросил Дэн, и Древний Воин Пайруса взглянул на него. — Если бы вы сражались в полную силу…       Аполлонир не стал лгать. Медленный кивок.       — Мы дали вам шанс.       Горький смешок сорвался с губ Дэна. Теперь многое становилось понятным — почему Драго не смог эволюционировать сразу, почему им пришлось сражаться еще с друзьями.       — Потому что вы были не готовы, — прервал его размышления Аполлонир. Его голос стал твёрже, а звон металла доспехов прозвучал как тихое предупреждение. — Сила заключается не только в мощных ударах. Она также проявляется в способности падать и подниматься. И вы овладели этим искусством.       Была ли в этих словах попытка утешения? Перед глазами всплывали ночи после поражений, дрожь в руках…       …Но когда Дэн встретился взглядом с непроницаемой маской, он понял — нет.       — Но теперь, — Аполлонир склонил голову в беспрецедентном жесте уважения, — лишь вы двое достойны победить меня по-настоящему.       — Лестно, — без тени смущения ответил Драго. Он всегда знал это. Просто ждал, когда Дэн дойдёт до этой истины сам.       Воин повернулся к ним боком, и в щели маски мелькнул отблеск — то ли глаза, то ли далёкого пламени.       — Я был к вам строже, чем другие Воины к своим бойцам, — не то чтобы Оберон не была сурова с Шуном, когда заставила его встретиться с его маленькой мамой, а Маручо, Руно и Джули не пришлось преодолевать себя, признаваясь себе в том, что они никогда бы не признали. — Я хотел, чтобы лидеры Отчаянных Бойцов были сильными и могли помочь не только себе и своей команде. Даже если весь мир рухнет — вы должны удержать его. — честно признался бакуган. — И я думаю, что справился с этой задачей.       — Спасибо, — искренне выдохнул Дэн.       — Мы не подведем тебя и на сей раз, — продолжил за своего бойца Драгоноид.       — Я знаю.       ɐdɯʞǝuɔ ˙иwʁинǝнwоɔ и иwɐхɐdɯɔ иwиоʚɔ оɔ ʎǹиv ʞ wоǹиv ʁɔqɯиɯǝdɯɔʚ wıqʚоɯоɹ qɯıqƍ онжʎн ‘ʁƍǝɔ иɯn̯ɐн ʎwǝmʁоɯɔɐн-оu ıqƍоɯҺ       Это было умно.       Мира, сама того не осознавая, облегчила ему жизнь своим решением. О, она бы в ярости топнула ногами, узнав, как ловко он использовал её — и была бы абсолютно права. Но сожалеть? Бессмысленно. Это было далеко не самое страшное, что он когда-либо совершал.       Мысль о возможной развязке заставляла его губы искривляться в едва заметной усмешке. Правда рано или поздно всплывёт — и ему до странности любопытно, как прелестно исказится от ярости лицо сестры, когда она узнает, что её драгоценный братец всё это время наблюдал за ней из тени.       Как она отреагирует, когда узнает, что в гантлете её бойца Вентуса найдется жучок? Что будет на её лице, когда она узнает, что её брат всё это время подслушивал их разговоры? Всё неумолимо двигалось к этому. Однако Фантом, вопреки логике, хотел бы оттянуть момент разоблачения. Пусть Мира ещё понежится в тёплом коконе неведения, как бабочка, которой ещё предстоит узнать, что её куколка уже давно в чьих-то руках. Она всё ещё не доросла до его уровня.       Но разве не он сам держал её в этой искусственной незрелости? В этом была и его вина. Как его сестра сможет стать ему равной, если он вечно опекал её, как хрупкий фарфор? Её бунт доказал — опека больше не нужна. Пришло время выпустить сестру в свободное плавание.       Если она пострадает… что ж, будет неприятно.       Но это станет для неё ценным уроком.       — Гелиос, — голос Спектры прозвучал расчётливо-ленивым, будто он задавал вопрос о погоде, — если Аполлонир вступит в бой… справишься?       Он знал, что этот вопрос — игра с огнём. Гелиос мог вспыхнуть, как порох, если услышит хоть тень сомнения в своей силе. Но лесть и пустые восхваления — удел слабых. Всё в этом мире можно улучшить. Всё можно заменить.       И Гелиос знал это лучше всех. Он понимал: без упрямства, без безрассудной воли своего бойца, он никогда не достиг бы двойной эволюции.       — Я знаю одно, — ответил бакуган, и в его голосе звенела сталь, — если я схлестнусь с Великим Воином Вестройи и её новым Хозяином… они не получат победу даром.       Спектра лишь усмехнулся. Именно этих слов он и ждал.       Да, возможно, сейчас Гелиос уступал им в силе. Хотя Драгоноида он превосходил по данным — но у того был Центр Равновесия, и недооценивать его было бы глупо. А Аполлонир… легенда, вершина, до которой лишь единицы могли дотянуться.       Но вот вопрос…       Можно ли вырвать силу сердца Вестройи из бакугана?       К сожалению, сам Спектра не знал ответа. Без Драгоноида, без доступа к самому Центру… но Центр Равновесия скрыт глубоко в недрах планеты. Добраться до него — значит рискнуть разрушить половину мира, вызвав катастрофы.       И сейчас Фантом впервые пожалел, что Вестройя больше не разделена на шесть измерений. Если Драгоноид смог подчинить сердце планеты… почему Гелиос не сможет?       Надо будет проверить.       Так у Спектры появилась новая загадка: как изучить Нео Драгоноида?       Дэн Кузо, на подобие кроккота, вряд ли добровольно отдаст своего бакугана. Скорее вцепится в него зубами, руками и ногами, как жалкий псовый, охраняющий кость. Но он далеко не дурак. Кинуть косточку ему будет недостаточно, а значит Спектре нужен будет большой кусок мяса.       Что ж, в таком случае ему будет интереснее играть с ним.