Глава 2. День Признания Большой Тройкой
17 мая 2023 г., 23:01
Тем же вечером Тиа переехала в Большой Дом в качестве исключения, ведь в Лагере не было домика Аида, как и везде.
Аид и его отпрыски были отщепенцами, изгоями…
Хирон, однако, сказал, что она может жить в Большом Доме сколько угодно, но Тиа знала, что мистер Д. и боги вряд ли будут столь же любезны с нею. Лучшим, на что она могла надеяться, был поиск. Про худшее она не могла думать, не сейчас.
Захлопнув дверь своей новой комнаты за хмурым, как никогда, кентавром, Тиа сползла вниз по стене и подтянула колени к груди, уткнувшись в них лицом.
Лучше бы я была дочерью Гермеса, кого-угодно лишь бы не его… Ведь именно он, мой отец, насылал чудовищ на нас, именно они убили Талию… Если они убили и мою семью…
Раздался лёгкий стук в дверь, заставивший дочь Аида поднять голову и хрипло огрызнуться:
— Я не хочу никого сегодня видеть. Оставьте меня в покое!
Клацнул замок, и дверь со скрипом приоткрылась. Тиа хмуро подняла взгляд, готовая послать куда подальше даже самого мистера Д., но на пороге стоял Лука, смотря на неё сверху вниз.
Тиа приподняла брови. Замок взломал?
— Вижу, ты не очень довольна тем, что так ждала, — серьёзным голосом констатировал сын Гермеса, держа руки за спиной.
— Зачем ты пришел? — Пробурчала Тиа, поднимаясь, и скрестила руки на груди. Она лучше многих знала, что Лука также не был в восторге от собственного родителя, но Гермес сейчас казался ещё подарком по сравнению с тем, что досталось ей самой.
Лука потряс перед её носом миской с маршмэлоу, которую всё это время держал за спиной.
— Ты их так и не попробовала. — Он криво усмехнулся: — Вот я и позаимствовал немного у ребят.
Тиа шмыгнула носом, выдавив из себя улыбку, и с нарочитой строгостью покачала головой:
— Маршмэлоу позаимствовал, дверь моей комнаты взломал… — Она отошла к своей новой кровати и вновь повернулась к парню, поёжившись под пристальным взглядом голубых глаз. Присела на неё, слабо улыбаясь: — Прямо как в старые-добрые деньки.
— Зато теперь ты улыбаешься, а не хнычешь у двери, — хмыкнул Кастеллан, присев рядом с Тией, и протянул ей миску. — Держи, ешь и рассказывай.
— Что рассказывать? — Голос Тии дрогнул на мгновение. Собравшись с силами, она закинула в рот сладость, продолжая говорить: — Моим отцом оказался Аид, понимаешь? Тот самый Аид, чьи твари убили Талию тогда, на Холме. Его монстры преследовали нас, и его не волновало, что его собственная дочь могла умереть. А теперь… Т-теперь он вдруг признал меня. Неожиданно я стала ему нужна. Вот только теперь тошно от того, что именно он — мой отец!
Лука пристально глядел на девушку, чувствуя лишь негодование. Негодование на богов, что заставляли своих детей страдать от одиночества и чудовищ, обрекая их на ужасную судьбу.
— А мать? — Спокойно спросил он, решив дать ей возможность выговориться. — Ты раньше никогда не рассказывала…
— А что рассказывать? Что моя мать еще при рождении сдала меня в приют? — Тиа крепко сжала миску. — Или то, что я сбежала из своей последней семьи, когда мне исполнилось шесть, потому что нашла их всех, убитыми монстрами? Теперь вот думаю, это отец так хотел провести семейное воссоединение? Только я подумала, что нашла себе место в этом мире, как оказалось, что даже здесь его нет! А я…так надеялась…
Она склонилась над миской, не в силах взглянуть на друга. Лука протянул руку, крепко прижав Тию к своему плечу, чувствуя её тепло совсем близко, как когда-то в далёком прошлом, когда он нашел её на поляне.
— Тише, — прошептал он, — не думай сейчас об этом.
— Как мне теперь быть, Лука?
Я — изгой и среди смертных, и среди полубогов…
Он кривовато усмехнулся так, как бывало часто, когда ему на ум приходила немыслимая идея.
— Ты про что это? Завтра у нас захват флага, поэтому доедай маршмэллоу и ложись спать.
Отстранившись, она удивлённо уставилась на парня своими чёрными глазами. Какой захват флага, когда у нас такой переполох в Лагере?
Лука попытался запихнуть ей в рот маршмэллоу, но Тиа схватила его за ладонь, продолжив упрямо сверлить взглядом с приподнятыми бровями. Он тяжело вздохнул:
— Завтра домики Афины и Гермеса примут в свою команду домик Аида. Попрошу заметить, что это произойдет впервые в истории. Так что, спи, будь добра, если не хочешь есть, — командным тоном приказал он, отбирая свободной рукой миску, и кивком головы указывая на подушки.
— Кто сказал, что не хочу? — Возмущённо буркнула Тиа, плюхнувшись на подушки, и жестом указала дать ей маршмэллоу. И, хоть носом она всё ещё шмыгала время от времени, но на губах вновь играла улыбка, что заставила Луку усмехнуться собственным мыслям и лечь рядом, поставив между ними миску со сладостями.
— Теперь тебе лучше?
— Да, пока что да. — Тиа закинула в рот маршмэллоу, спросив: — Где моя завтрашняя позиция?
— Поможешь новичку охранять наши границы.
— Как интересно! — Фыркнув, Тиа демонстративно зевнула и перевернулась на бок, лицом к сыну Гермеса, прикрыв глаза.
Повисла тишина, Луке казалось, что он мог слышать биение собственного сердца. Повернулся взглянуть на неё, приподняв брови, и мягко улыбнулся.
Тиа спала, подложив руки под голову, её чёрные ресницы трепетали во сне, заставляя девушку выглядеть совсем юной. Лука вздохнул и, отвернувшись на мгновение, поставил миску на прикроватную тумбочку. Укрыв девушку одеялом, он, слегка помедлив, аккуратно сжал её плечо:
— Боги ответят за всю боль, причиненную нам, Тиа…
***
Вечером Лагерь был крайне взбудоражен. Тиа, одетая в доспехи, сидела за отдельным столом, ожидая, когда Аннабет вместе со своими собратьями принесут знамя их команды, и Луку, ушедшему сообщить их вездесущему кентавру о заключённом союзе с домиком Аида. Она усмехнулась, увидев приподнятые от удивления брови Хирона и его кивок. Лука всегда умел уговаривать… Наконец в обеденный павильон внесли знамя футов десять в длину, отливающее серым, с изображением совы над оливковым деревом. Следом появилась Кларисса, дочурка Ареса, со своими подружками и с другим знаменем такого же размера, но кричаще красным, с изображением окровавленного копья и кабаньей головы. Тиа подняла голову, когда Лука приблизился и спросила: — Ну, что, сегодня ночью? Лука взглянул сверху вниз на нее с разбойничьим видом на лице от тусклого освещения вокруг: — О, да. Огласили составы команд: Афина заключила союзы с домиками Гермеса, Аида и Аполлона. Команда Ареса вступила в союз со всеми остальными. Тиа хмуро оглядела своих противников. Домик Афродиты совершенно неопасен. Скорее всего они будут заняты укладкой волос или ещё чем-нибудь. Деметра тоже не слишком опасна… Но дети Гефеста и Ареса… С ними надо быть настороже. Хирон оглушительно цокнул копытом по мрамору. — Герои! — Провозгласил он, заставив всех обернуться и утихнуть. — Правила вам известны. Пограничная линия — ручей. Весь лес — законная игровая площадка. Знамя должно быть выставлено у всех на виду и охраняться только двумя участниками состязания. Пленных можно разоружать, но запрещается связывать или вставлять кляп в рот. Убийства, а равно и нанесение тяжких телесных увечий — воспрещается. Судить, а также оказывать медицинскую помощь во время сражения буду я. К оружию! Кентавр распростёр руки, и на столах неожиданно появилось оружие: шлемы с красными и синими плюмажами, бронзовые мечи, копья, щиты из воловьих шкур, украшенные металлом. Тиа тихо стояла в стороне, пока остальные выбирали себе оружие; всё необходимое уже было при ней — меч, да лёгкие доспехи. Лука подошел к ней, вертя в руках шлем с синим плюмажем, точно такой же, какой был на нём самом. — Держи. — Он нахлобучил шлем девушке на голову и усмехнулся. — Ты хоть понимаешь, что я уже умею одевать шлем сама? — Голос Тии звучал ворчливо, но сама она улыбалась, радуясь, что за шлемом не видно смущённо покрасневших щёк. Лука открыл было рот, чтобы что-то ответить, но его перебил пронзительный голос Аннабет: — Команда синих, вперёд!***
Разразившись криками, все кинулись в сторону леса; Тиа неотрывно следовала за Перси и вместе они нагнали Аннабет, идущую строевым шагом. — Привет, ребята. Тиа просто кивнула, промолчав. В последнее время, они с Аннабет отстранились друг от друга и ей хотелось это исправить, но захват флага явно был не местом для подобного. — Так каков план? — Поинтересовался Перси у Аннабет. — Запаслась какими-нибудь волшебными штучками, которые можешь одолжить мне? — Просто следи за копьем Клариссы, — ответила она, хмыкнув. — Не позволяй ей до тебя дотронуться. И не волнуйся, с тобой ведь Тиа, а она — отличный боец. Мы захватим знамя Ареса. Ти, что вам поручил Лука? — Охрану границы. — Немногословна, как обычно, — покачала головой дочь богини мудрости. — Остальное предоставьте мне. Афина всегда действует по плану. Тиа хищно оскалилась: — Действуй, сероглазик. Аннабет скорчила недовольную рожицу и убежала в лес, оставляя друзей далеко позади. Перси поинтересовался, невинно приподняв тёмные брови: — Сероглазик? — Я её так зову. Тебе лучше не пытаться, если не хочешь получить по голове, понял? — Да-да. — Новичок выглядел совсем приунывшим. — Не волнуйся, Перси. — Тиа попыталась быть с ним поласковее. — Мы все были на твоём месте и понимаем, каково тебе пришлось. А некоторым из нас пришлось даже хуже…***
Несмотря на то, что был вечер, стояла ужасная жара и Тиа мысленно поблагодарила Богов за то, что она догадалась одеть футболку. Светлячки мелькали между деревьев, пока полукровки стояли возле маленького ручья, протекающего между нескольких камней. Тиа присела на один из них и уставилась во тьму, осознавая, что видела всё почти также хорошо как и днём. Она тихонько хмыкнула самой себе.Преимущество детей Аида, полагаю… — Ты давно знакома с Лукой и Аннабет? — Голос Перси, выглядевшего слегка нелепо с огромным щитом в руке, вырвал её из раздумий. Тиа улыбнулась, повернувшись к нему: — Целую вечность, а что? — Да так, ничего. До них донеслись звуки борьбы, лязг металла. Тиа беспокойно прислушивалась, хоть и было глупо беспокоиться о Луке, но там, в глубине леса, завязалась настоящая битва. Дочь Аида даже не обратила внимание на ещё одного члена синей команды, промчавшегося на вражескую территорию. Только голос новичка заставил её обернуться: — Я что-то слышал, похоже на рычание. — Рычание? — Тиа вгляделась во тьму, но было похоже, что монстр отступил. — В этом лесу водится много живности, Перси. Не волнуйся. На другой стороне ручья нижние ветви деревьев пришли в движение, и Тиа резко вскинула руку, когда пятеро воинов Ареса с улюлюканьем и пронзительными воплями появились из темноты под предводительством Клариссы. Это уже серьёзно… — Приготовься, Перси! — Задайте этому лоху! — Оглушительно заорала Кларисса, поблескивая своими свинячьими глазками из прорезей шлема. Тиа встала на ноги, крепче сжимая меч: — Тебе лучше уйти отсюда, Кларисса! — Что ты мне можешь сделать, дочурка Аида, а? — Кларисса откровенно насмехалась, сжимая своё электрическое копье. — Вперёд! Они бросились через ручей, тяжелые и мощные словно те кабаны на знамени их отца. Тиа сразила первого из перебравшихся и оглянулась на Перси. Тот увернулся от первого удара, но его потихоньку окружали. Воспользовавшись мгновением, девушка встала между ним и Клариссой, повалив новичка на землю, когда дочурка Ареса метнула своё копье. — У этой идиотки оно электрическое. Лучше не попадайся ей, — прошипела Тиа на ухо Перси и вскочила на ноги, атаковав сразу двоих. Слава Богам, потомки Ареса слишком тупые… Девушка с силой шандарахнула мечом по шлемам обоих парней. Она оглянулась, чтобы проверить как дела у Перси, а они у него были плохи… Кларисса вместе со своими оставшимися собратьями загоняла бедолагу к ручью. Казалось еще чуть-чуть и она сделает из Перси шашлык. И она бы сделала, но Тиа молниеносно встала между ними, приняв удар на себя. Электрический разряд вышиб у неё весь воздух и она упала на колени, задыхаясь. — Провались ты в Тартар, Кларисса! — Выругалась девушка сквозь зубы, которые, казалось, были готовы выпрыгнуть от от удара копья. Тиа пыталась встать, но каждый раз падала на землю.Чёрт! Она была вынуждена наблюдать, как Перси толкнули в воду. Только дочь Аида успела подумать, что Кларисса прибьёт новичка на месте, как он поднялся, парировав удар, и вырубил одного из оставшихся детей Ареса. Второй приближался справа, но Перси хорошенько заехал ему по физиономии щитом. Кларисса продолжала надвигаться, кончик её копья потрескивал электрическими разрядами. Тиа опять попыталась встать, опираясь на меч, но тщетно — тело ещё не слушалось её, поэтому оставалось только наблюдать. А наблюдать было за чем..... Как только Кларисса нанесла удар, Перси зажал острие между щитом и мечом и сломал копье словно веточку. — Ах ты! — Завопила она. — Идиот! Червяк! Вероятно, она сказала бы ещё что-то более оскорбительное, но Перси хорошенько приложил рукоятью меча ей между глаз, так что Кларисса, пошатываясь, отступила на берег. Тиа с круглыми от удивления глазами наблюдала за происходящим. Невероятно! Просто потрясающе! Затем послышались протяжные пронзительные крики и, обернувшись, Тиа увидела, как Лука стремительно мчится к пограничной линии, высоко подняв знамя команды красных. Сбоку, прикрывая его отступление, бежали двое ребят из команды Гермеса, а за ними несколько отпрысков Аполлона. Лука остановился оглядеть побоище возле ручья. Увидев слегка сгорбившуюся Тию, он, бросив знамя своим спутникам, ринулся к ней. — Тиа, ты цела? Что здесь случилось? — Я просто еще не отошла от удара копьем Клариссы. Она и её тупые братья напали на нас с Перси. — Тиа выдавила из себя улыбку, и, опираясь на протянутую руку сына Гермеса, умудрилась сесть. — Всех шестерых вместе с Клариссой уложила? — Лука приподнял брови, криво усмехаясь, будто говорил «даже для тебя это слишком». Рядом что-то кричала Кларисса, но никто из двоих не обращал на неё внимания, глядя друг другу прямо в глаза. — Я вырубила троих нападавших, но потом попала под копье. Перси отлично справился с остальными, — протараторила Тиа скороговоркой и выдохнула, улыбнувшись. — Перси? — Да, — кивнула дочь Аида, заметив, как что-то нечитаемое промелькнуло в глазах Луки, но быстро скрылось за усмешкой. — А я говорил, что он не так плох. — Он прикоснулся лбом ко лбу Тии, шепнув: — Главное, что ты осталась цела. — Эй! — Раздались за их спинами громкие голоса братьев Стоулл. — Давайте искупаем этих голубков! Команда синих подняла на плечи Луку прежде, чем он успел возразить, и понесла его по кругу, приближая к воде. Тиа растерянно взглянула на ребят, когда Коннор Стоул усадил её на своё плечо. Ей совсем не хотелось попасть в воду после удара электричеством, но веселье синей команды прервал протяжный вой, заставивший всех утихнуть и беспокойно оглядываться по сторонам. Коннор опустил дочь Аида на землю; Тиа положила ладонь на рукоять своего меча и взглядом нашла помрачневшего Луку в толпе. Он растолкал своих собратьев и приблизился к девушке так, что она могла чувствовать его тепло. — Что это? — Прошептала дочь Аида, выглядывая источник звука. — Да кто его знает, — отстутсвующе пробормотал Лука, оглядываясь в поисках Аннабет, и выдохнул, увидев её рядом с Перси. Хирон крикнул по-древнегречески: — Всем быть наготове! Вой становился все громче, приближаясь, Тиа обнажила клинок, прикусив губу; её сердце пропустило удар. На скалах, прямо над ними, возникла черная гончая размером с носорога, с красными, как пылающая лава, глазами и клыками наподобие кинжалов… Это же… Это было существо, которое дочь Аида знала лучше, чем ей хотелось бы — она сталкивалась с ним раньше, и оно до сих пор преследовало её в кошмарах, связанных с прошлым. — Адская гончая, — прошептала Тиа одними губами. Псина ринулась к Перси одновременно с дочерью Аида, которая не обратила ни малейшего внимания на предупредительный крик Луки. Она увидела нерешительность в глазах зверя, едва успевшего затормозить. Так я и думала, ребёнка Аида она не смеет тронуть — это против её сути… — Давайте! Шея твари ощетинилась стрелами, выпущенными полукровками. Монстр тяжело рухнул мёртвым к ногам Тии. — Di immortales! — Воскликнула Аннабет звенящим от тревоги голосом. — Это адская гончая с Полей наказания. Они не должны были… никто не ждал… — Кто-то призвал его, — сказал Хирон, оглядываясь. — Кто-то из обитателей лагеря. Дочь Аида напряглась, услышав слова наставника. Из всех полукровок больше всего возможностей призвать гончую было у неё, дочери повелителя мёртвых. Она вздрогнула, ощутив прикосновение тёплой ладони к своей спине. Подняв голову, выдохнула, увидев рядом Луку, что позабыл о знамени и минуте своего торжества. И, хоть глаза его смотрели на Хирона, Тиа знала, чувствовала, что сейчас они вновь были той маленькой семьёй, готовой стоять друг за друга против всех монстров человечества. Она выдохнула, чувствуя, как облегчение нахлынуло на неё. — Это все Тиа виновата! — Завопила Кларисса, размахивая обломком копья. — Тиа её призвала! — Ты видела как я это делала? — Голос дочери Аида был льдом. — Или какие у тебя есть доказательства, помимо моего отца? — Нет, но только у тебя… — Кларисса, неужели снизойдешь до подозрений к друг другу на почве родителей? — Вмешался Лука, приподняв бровь, и фыркнул, качая головой. — Это низко даже для тебя! — Успокойтесь, — хмуро велел им Хирон, наблюдавший, как тело гончей постепенно сливается с тенями, впитывается в землю и исчезает. Тиа прикусила губу. Прямо как от моего меча… — Эй, ребята! — Пораженный голос Аннабет заставил всех обернуться. Дочь Афины указала куда-то над головой Перси, стоявшего в ручье. Несколько человек, включая Тию, шумно выдохнули, ведь над головой новичка крутился трезубец в виде голограммы. Разве такое возможно, что за два дня мы… — Твой отец, — пробормотала Аннабет, не веря собственным глазам. — Вот это уже действительно плохая новость. Два ребенка Большой Тройки за два дня… Все вокруг стали опускаться на колени, даже обитатели домика Ареса, хотя особой радости они при этом явно не испытывали. Хирон торжественно провозгласил: — Приветствуем Персея Джексона, сына Бога морей. Что же грядет, если Большая Тройка почти в один день признала двух своих детей?
