Твоя ойкумена

– Алло. Говори. – разрешила заспанная женская афония. – Ань, ты что уснула? – визгливо завозмущались с того берега телефонного измерения. – Если мы опоздаем на электричку, всю дорогу в следующей будешь любоваться презрительной мордой персидской кошки на мольберте моей физиономии. – Оооу! – взбодрилась жертва дружеского шантажа. – Так ты сегодня вооружена вавилонской силой и очень опасна! Проследовав за выводом, искры смеха согрели напряжённый диалог. – Да-да, имей в виду! – смягчился до шуточного тон абонента. Возвращаться сюда не хотелось. Действительность раздражала иногда отсылками к дешёвой фантасмагории происходящего. Я смотрела в зеркало на своё тело и не верила ни единому сантиметру. Стройное, по-девичьи подтянутое, способное очаровать, оно было мне, однако, не возлюбленным сожителем – соседом по коммунальной квартире. Вроде того. Точно бы ограниченная в средствах, я не могла позволить себе уютный скандинавский лофт, куда холостяк-рецидивист приглашает мадонн на прослушивание эксклюзивной коллекции виниловых пластинок. И если с телом, спустя годы, удалось договориться, то к душе у личности остались вопросы. «Как он меня назвал?» Пока владелица мыслей запрыгивала в широту тёмно-синих бойфрендов, за руль ухватилась внутренняя зануда и помчалась по прямой: «Ге… Геф… Твою!» Андроид снова заворковал напоминанием попутчицы. – Четвёртая вечность пошла! Жду. Поторопись. – Сей-час! – выдохнула я маршевым. «Гефест? – нахрапом сразила догадка. – Неужели сцена Гипноса преображает меня, гусеницу Анну, в хромого древнегреческого кузнеца?» Я торопилась, непрестанно спотыкалась взглядом о подсветку телефона. Половина второго – нужно спешить. «Про сурьму не забудь!» – окликнула интуиция. Расчётливой Пифией она всегда безошибочно предсказывала эпизоды появления бывших с точностью картографа, а именно сейчас позвякивала шаманским бубном над головой моего скепсиса так настырно, что госпожа тревога, не ведая жалости, принимала форму говорливого какаду. «Только бы не Тим, только бы не он…» – открещивалось нутро. Я быстро подбежала к зеркалу, резвыми движениями подчеркнула линии нижних век, схватила дорожную сумку, наскоро закрыла дверь и бросилась вниз по лестнице. Афродита! О, Афродита! Подскажи ты мне тогда, какой гостинец ожидает твою подопечную в пункте Б, она бы струсила. Истину тебе подношу. Затарилась бы крепким кофе, уселась бы под одеяло и прикинулась больной, пишущей завещание ладом мемуаров. Почему? Признайся, зачем ты смилостивилась и вернула нас друг другу?