Иноземец

— Смотри, а мальчик то подрос, — сказала Фина, обмахиваясь кружевным веером, стоя в льняном сарафане по колено и босиком на деревянной прогретой веранде большого загородного дома. — Разве? — удивился Валес в белой европейской тонкой подаренной Финой блузе и в подкатанных до колена штанах, стоя рядом и смотря как Ху-Ху в одной длинной красной рубахе гуляет по мелководью близь протекающей речушки. Стояла жаркая пора лета, солнце клонилось к закату, и тень от деревьев уже добралась до крыльца. — Ну конечно! — усмехнулась Фина. — Ну он же почти не вытянулся, — чуть склонил голову Валес. — Так Дальние и не высокие обычно, — пожала плечами Фина. — Но он уже выше меня. Мы с ним как-то поговорили и оказывается, Ху-Ху всего то на восемь лет младше меня. Валес не верящи уставился на младшую жену. В его голове ни как не могла сложится эта информация. Он то смотрел на Фину, то на Ху-Ху. Да, бесспорно, мальчик за пару лет подрос, многому выучился, но по прежнему был мил, местами слишком доверчив и послушен. А самое главное — он и не пытался строить из себя взрослого. Но и ребёнком его уже не поворачивался язык назвать. Но всё же Валес на вид дал бы ему не более 14 -16 лет. Хотя если верить Фине, то мальчишке уже давно ой как за все 20. — Валес, тебе не кажется, что этому мальчику пора повзрослеть не только с точки зрения науки, но и житейской мудрости? — промурлыкала Фина, оплетая руку Рюри. — Не гоже царственной особе руки марать, — хмыкнул Вал, не поняв жену. — Ну какой же ты твердолобый! — вздохнула Фина. — Я же тебе не о бытовых делах говорю. А о делах сердечных! — Девку ему какую дворовую что ли дать предлагаешь? — нахмурился Валес, от чего-то закипая внутри. — Да какую ещё девку! Ты только на него посмотри! Кожа фарфоровая, чистая, глаза красивые, пушистые ресницы, аккуратные губы, пронзительный взгляд, длинные шёлковые волосы, а фигурка то загляденье! Он же и сам не хуже любой девки на выдане! Не уж то не мил твоему сердцу? — напирала Фина, в очередной раз пытаясь склонить разум Валеса в нужную ей стезю. Рюри смотрел широко раскрыв глаза и пытаясь понять, а действительно ли он не замечал этой доселе красоты в Ху-Ху. От чего-то смущение и желание смешались в его душе. — Но Фина… — хотел было возразить он, но сам так и не понял что. — Ну смотри какой он хороший. Ты же сам обещал, что мы поедем ко мне на родину. Представляешь, как все там обзавидуются, коли увидят при тебе такую красивую игрушку. Он же точно фарфоровая куколка. Так ещё и благородных кровей. Обратно на родину ему не вернуться, это всем было и с самого начала понятно. А так статус при дворе у него здесь будет и твоя официальная протекция. И бояре не будут боятся, что он власть у тебя сможет отнять. — Фина, но у нас же нет такого понятия здесь, — начал было осаживать её Валес. — Так и так весь терем думает, что он девочка. А многие завидуют его красоте. А для бояр пусть наложницей будет. Или скажешь, что тебе не нравится гладить его по голове или приобнимать? — Но я же… — Нравится! Вижу же по тебе. И не говори, что делаешь это как отец. Не поверю. Ни я, ни Ага не поверим. Ты же с ним времени порой проводишь даже больше чем с нами. Вон — как-то раз даже в обнимку вместе уснули, — продолжала вести свою игру Фина. Но пока Царь ей не возразил и не заткнул рот, окликнула Хуо и сама спустилась к нему по воздуху, встав рядом в прогретую за день воду на мелководье. Тем самым показывая, что Хуо и впрямь стал выше неё. Не на много, всего на сантиметра два, но всё же. Валес смотрел на них и боролся с внутренними демонами, что европейка тщательно будила в нём уже как месяц.

***

— Государе, вы же знаете, что я почти не управляю ушами, — не понимающе пискнул Хуо, когда крепкая рука зарылась в волосы у основания уха и оно начало подёргиваться само, реагируя на прикосновение. Красный мех мелькал во тьмах, а хвост от чего-то стыдливо прижался к ноге. Валес рассмеялся, вздохнул и перевёл руку на спину юноши, проведя по шее, меж лопаток и остановив на пояснице. Ху-Ху вопросительно посмотрел на царя не мигаючи. Но Валес продолжал любоваться сумерками и юноша, пожав плечами, тоже уставился на темнеющее небо.

***

— Ху-Ху, иди сюда! — окликнул Валес, сидя на деревянном настиле, опустив с него ноги в воду по щиколотку. — Вставай позади и покажи, какой магии тебя обучила Фина. Хуо кивнул и без зазрения совести, встав на колени на узком помосте, прижался животом к спине Государя, приобняв одной рукой, а вторую выставив вперёд, произнося слова на европейском наречие. Искра вырвалась из пальца юноши и точно ударила в проплывающую рыбу, оглушив. — Вот, — сказал Хуо и прижался к Валесу крепче. — Я всё в точности сделал как и учила Джози. Валес, по началу не знавший как реагировать на такой двусмысленный жест, ударил себя раскрытой ладонью по лбу. — Финааа…- простонал он. — Это она велела ко мне прижаться? — Да, — чисто сердечно без раздумий ответил Хуо. — Это было не правильно? Она опять подшутила? Джози сказала, что так вам понравится больше. Но я не понял, как заклинание может от этого стать лучше, но коли она так сказала… — неуверенно запутался Хуо, но при разъяснениях так и не отлип от Валеса. Было комфортно и не так жарко от прохладной кожи Высшего.

***

Чем больше Фина рассказывала о Европе и нравах своей страны, тем сильнее Валесу казалась идея Фины не такой уж безумной затеей. Тем чаще он смотрел в сторону Ху-Ху и раздумывал над её словами. Но мысль, что юноша по прежнему перекачивает свои силы для роста в магические не давала покоя и останавливала. Да и нужно ли это самому юноши? — Государе, о чём задумались? — спросил Ху, когда они ехали в карете обратно в терем меж золотящихся полей. Самая жара спала, где-то уже убирали урожай, а в Столице накопилось дел. Пришлось возвращаться. — Да вот смотрю на тебя и мысли в голову не те идут, — ответил Валес и протянул руку, погладив юношу по голове. Хуо доверчиво прижался к Царю, так и не поняв что за мысли и задремал. — Ну красота же! — сказала пылко и недовольно Ага, встречая Царя на крыльце терема, смотря как он аккуратно вылезает из кареты, неся спящего на руках. — Ну разморило. Или ревнуешь? — уколол её словом Валес и усмехнулся. — Ещё к этому Дальнему мне тебя ревновать?! А коли продолжишь, так и спи с ним! — в гневе сказала Агафья и демонстративно ушла, оставив прочих встречавших в смятение. Агафья конечно сказанула с горяча, но и Валесу её фраза засела в душу. Да так, что он тем же вечером взял с сбой в баню Ху-Ху и наконец, к своему удивлению, был вынужден признать, что мальчишка таки вырос. Стал крепче, хоть и остался таким же изящным. Хуо же без особого интереса смотрел на тело Валеса и мылся, как обычно рассказывая что-то интересное и вовсе не придав значения ситуации. Ну позвали вместе помыться, так наверное что бы поговорить, ведь в реке так же летом купались, — думал юноша. А то что в реке на них были или не были рубахи, Хуо особо и не замечал. Было слишком жарко.

***

— Фина, отведи Ху-Ху в баню сегодня, — повелел Валес, вылавливая парящую Джози над крышей в потоках свежего осеннего дождя. — А чего не сам сегодня с ним пойдёшь? Или хочешь, чтоб я мальца всяким премудростям обучила? — усмехнулась вампирша, ступая на толстые брёвна стены, ощущая крепкие руки на своих бёдрах, что заползли под сарафан. — Нет. Ты говорила, Борьке Листар через шкатулку прислал ароматные травы для ванны. Искупай Хуо в бочке с ними и приведи ко мне. — Будет исполнено, Ваше благородие, — сказала вампирша и даже поклонилась, пряча улыбку ликования. — Но обычно Государе меня в такое время не зовёт или меня вовсе в покои не пускают егоже, — озадачился Хуо, пока Фина вела его к Валу, всё же разодев в своё платье и связав волосы косой, да окрутив туго голову платком. — Если сегодня будешь послушным мальчиком, то с этой ночи будет и тебя звать, — промурлыкала Фина. — И не его’же, а его. — Я всегда послушен, — и вовсе озадачился Хуо, склонив голову так, что под платком дернулись уши. — Просто делай, что Валес прикажет. Я потом тебе всё в деталях разъясню. Но пусть эта ночь для тебя будет сюрпризом. — Сюрпризом? Хорошо, — кивнул Хуо, подумав про себя, что Валес скорее всего приготовил для него небывалую сладость, но ни с кем, кроме с ним не хочет делиться. Вот и позвал, Княже, (как за глаза Вала звала Джози), его в то время, когда прочим при нём быть не велено. Стража расступилась и Фина провела в покои Хуо. Но сама не зашла за массивные двери, а отступила, и стрельцы закрыли вход. Хуо огляделся и в сумраке увидел сидящего на кровати Валеса. Он был лишь в длинной исподней рубахе, рядом на обработанном пеньке стояло блюдо, в центре которого горела высокая свеча, а по кругу от неё лежали белого цвета кругляши, чего-то не обычного и посыпанные тоже чем-то белым, продолговатой формы. И это нечто проскользнуло сладким нежным ароматом по всей комнате. Валес поманил Хуо к себе рукой и он послушно подошёл, но всё поглядывая мельком на тарелку. Ему до жути хотелось попробовать необычную еду, но Фина велела быть послушным. Валес взял его за руку и притянул на себя, усаживая меж своих ног, к себе спиной и обнимая, вдыхая приятный запах от волос и тела юноши. Руки прошли по шее и забрались под сарафан. — Княже, мне щекотно, — от волнения Хуо даже назвал Вала не привычно Государе. — Сильно? — Но если так нужно, я потерплю, — ответил Хуо. Валес неспешно провёл дланями по его телу, подцепил платье и плавно стащил вместе с платком, оголив юное тело. Запах трав и вовсе вскружил голову. Он нагнулся и поцеловал Хуо в спину, в выступающий шейный позвонок, плавно отодвинув косу. Но мальчик ни как не отреагировал. Руки огладили живот, а Хуо повернул голову. — Щекотно, Государе, — сказал он и его уши прижались к голове так, словно он был в чем-то повинен. Валес вздохнул, обнял крепко Хуо и просто прижал к себе. — Будешь Рахат Лукум? — спросил Царь, понимая, что тело Хуо никак не реагирует. — А что это? — повернулся боком к нему Хуо, не выпутываясь из объятий. — Да вот же, перед тобой лежит, — и Валес протянул руку, беря один небольшой кругляш с тарелки. Подумал немного и протянул к своим губам, зажав сладость меж зубов. Крепкая рука сомкнулась на челюсти Хуо и повернула мальчишку и вовсе к себе лицом, прижимая. Хуо доверчиво взял сладость, смыкая свои уста с Валом. Его глаза расширились, ведь прежде ничего подобного он не ел. Это было мягко и очень сладко, а белая посыпка необычно хрустела. Съев предложенное, Хуо заметил, что на губах Вала еще осталась эта самая посыпка и прильнул к нему в не умеючем поцелуе, слизывая лакомство. — Это вкусно, — ответил юноша. — Тогда это всё твоё, — усмехнулся Валес и потянулся за следующей сладостью, хоть и возникло жуткое желание завалить Хуо на кровать и зацеловать всего после столь милой выходки. Но Высший сдержался и просто вложил новую сладость в уста юноши. — Ну как? Эта с другим вкусом. Вроде внутри должна быть вишня. Хуо задумался, тщательно пережёвывая. — Нет. Такая же с орехом. Но та была вкуснее, потому что из ваших уст, — ответил без намёка на стеснение Хуо, от чего Валес не мало удивился такой невинной пошлости. — Это Фина научила тебя так говорить? — Нет. Это правда. Было вкуснее. Но Фина говорит, что в благодарность надо целовать, но я не понимаю как, — и Хуо мило склонил голову на бок. Красные кончики ушей красиво и дразняще мелькнули во тьмах и Валес горячо выдохнул ему в губы. — Я научу, — и Высший прильнул к устам юноши.

***

— Ну как он тебе? — спросила Фина на утро, вытряхивая с подушки кокосовую посыпку, на которую уселась, смотря на мило спящего Хуо под боком Царя. — И как пробралась сюда только? — спросил хмуро Вал, открывая глаза и выходя из астрала. — Через окно. Хм, а масло что я дала не тронуто, — и Фина скосила взгляд на бутылёк у кровати и пустую тарелку. — Он невиннее младенца телом, но порой делает и говорит чертовски пошлые вещи, — и Рюри погладил спящего по голове. — Я так понимаю, сегодня пригодились лишь сладости? — Да. Но целоваться ему понравилось, — нежно проговорил Валес, перебирая чёрный распущенный шёлк волос. Фина про себя вздохнула и поняла, что миссию, которую ей поручил Джэзву, она будет исполнять ох как долго.