Особенности перевода 11 эпизода "Пьяный Лань Чжань" и 12 эпизода «Бочка» 3 сезона аудиопостановки «Основатель темного пути», или вы думаете там дыры в сюжете, а вот и нет!

Вначале интересно отметить, что в 11 и 12 эпизоде 3 сезона аудиодрамы, и в соответствующих им главах новеллы автор немного изменила привычный довольно простой стиль написания, более близкий к обычной современной речи и понятный даже для тех, кто плохо знает китайский язык, и стала ... ИГРАТЬ! Играть словами, играть смыслами, прятать одни фразы под другими, полностью меняя значение, и строя на этом все события. Ведь главы, которые легли в основу 11-12 эпизодов, полны фраз с подтекстами и двойными смыслами, в результате чего герои, каждый воспринимая ситуацию по-своему, действовали в соответствии с тем, как они это поняли, вызывая у противоположной стороны недоумение. По сути, в этих главах и эпизодах перед нами предстает довольно популярный литературный прием, построенный на недоразумениях и недопонимании персонажами друг друга. И с учетом особенности китайского языка, где каждый иероглиф имеет целый ряд значений (мне попадались такие, у которых количество значений доходило почти до 100 штук, и это если только прямых, не считая перекрестных и отсылок), в самом деле, как писал один источник, два китайца могут встретиться, поговорить и разойтись довольные собой, так и не узнав, что каждый был «на своей волне». И это без учета таких явлений как диалекты и омофоны — слова, которые звучат одинаково (или очень похоже), но пишутся по-разному и имеют разное значение. Из-за этого возникают определенные сложности при понимании китайского языка на слух, а также интересные смысловые связи между звучащими похоже словами. К сожалению, формат субтитров налагает ряд особенностей, а именно крайнюю сложность, а местами и невозможность уместить всю игру слов - тайминг сильно ограничивает по времени. Обычно различного рода «пасхалки» от автора и дополнительные материалы, связанные с лингвистическими и культурно-историческими особенностями, переводчикам вполне удается раскрывать в примечаниях во время эндинга или в дополнительных субтитрах. Но в этих эпизодах, особенно в 12-м, материалов оказалось настолько много, что урезать пояснения пришлось буквально со слезами на глазах. Но чтобы не были утеряны изначальный смысл и задумка автора (а также немалый труд переводчика), было решено написать эту статью, где уже по-максимуму раскрыть все «загадки-отгадки». Часть материала не будет освещаться, оставленная в виде заметок на стене группы в ВК (ознакомиться также можно будет в альбоме группы «(Не)Переводы») и в пасхалках в самой аудиопостановке, а мне все же хочется сконцентрироваться в этой статье на диалогах между Вэй Усянем и Лань Ванцзи. Разумеется, здесь не будет всего текста аудиопостановки, лишь тех мест, которые хотелось отметить, поэтому если вам покажется что текст неполный, — так оно и есть. К тому же, здесь я буду использовать в большей мере текст черновиков, он более полный (без подгонки под тайминг), поэтому возможны отличия от конечной версии. А полную конечную версию перевода вы всегда можете увидеть, посмотрев сам эпизод. Итак, начнем, с 11 эпизода. Вэй Усянь: Эта статуя Гуаньинь ... выглядит довольно знакомой. Лань Ванцзи: Хм? Вэй Усянь: И я даже пальцем пошевелить не могу. Похоже, Цзинь Гуанъяо установил здесь сильные сдерживающие письмена. Вэй Усянь: Видишь, вон те четыре угла... фактически он создал внутри храма Гуаньинь огромное заклинание. Лань Ванцзи: Это Заклинание Подавления. Главная загвоздка была в словах Вэй Усяня про удерживающие письмена. Дело в том, что эта фраза в оригинале состояла из странного наслоения как будто излишних сочетаний иероглифов, и, в результате, читалась двояко (как минимум), и анлейт выбрал вариант перевода по первым ключевым значениям: Вэй Усянь: Я не могу понять, что это. Но Цзинь Гуанъяо, конечно, потратился немало и понес большие расходы. В каком-то смысле такой вариант тоже возможен, и в чем-то логичен, на строительство храма пришлось выделить немалые средства, но, если использовать его, то нет связи со следующими словами, теряется смысл диалога, поэтому мной в конечном итоге был выбран вариант со "сдерживающими письменами". А дальше наши герои решают отдохнуть в гостинце, прежде чем с этим заклинанием разбираться. Лань Ванцзи: Твоя рука. Дай мне. (протягивает руку и берет Вэй Усяня за руку) Вэй Усянь: А? В чем дело? (Лань Ванцзи использует свою духовную энергию) Вэй Усянь: Хмм? Вэй Усянь: Просто проверить мой пульс недостаточно, ты даже используешь свою духовную энергию для проверки. Вэй Усянь: Я в порядке. Просто устал немного. И слишком разозлился на этого поганца Цзян Чэна. (Лань Ванцзи заканчивает свою диагностику) Лань Ванцзи: Ничего серьезного. Вэй Усянь: (забирает руку) Спасибо. В постановке, естественно, это обошли вниманием, дотошно следуя исключительно цензурной версии. Но меня в оригинале новеллы смутило, что во фразе, которая описывает эти события, опять слишком много сочетаний иероглифов там, где автор обычно использовала одиночные иероглифы. Да и при всем моем бедном (а вернее почти никаком) китайском такое нагромождение конструкций вызвало ... поначалу даже ступор - а как? И, разбирая их, возникло ощущение, что тут что-то спрятано. Как будто автор уложила два предложения в одно - цензурную версию происходящего и ... И правда - часть фразы можно было перевести как оно есть по первым значениям, что, когда Лань Ванцзи взял Вэй Усяня за руку и стал двигать пальцами, поглаживая, проверяя пульс, - "другую руку Вэй Усянь опустил под стол и сжал пальцы в кулак". Но... эту же фразу можно перевести и так - "...то что было у Вэй Усяня под столом стало увеличиваться, мало-помалу подниматься и в конечно итоге встало дыбом..." И именно такая версия лучше сочетается с его дальнейшими мыслями: Вэй Усянь: (По правде говоря, по сравнению с этими неизвестными обстоятельствами… мне гораздо более интересно, можно ли заразиться природой «отрезанного рукава» через ритуал «Пожертвование тела»!) Вэй Усянь: (А! Я действительно не могу этого понять!) (вздыхает) ...а также с тем, что в итоге Вэй Усяня, оказывается, вполне логично и оправданно сорвало на моменте с бочкой, ведь именно вот такое плотское желание его уже не раз посещало, и им же намеренно подавлялось (работой, грустными мыслями или же сменой темы разговора на важную или тревожащую), и в прошлом тоже, но тогда я сама себе не поверила и не стала делать акцент на подобных моментах. Тем более, что все они все равно не освещались в виде диалогов постановки и, как и этот момент, в итоге не вошли в пасхалки и доп.материалы. ...А дальше посиделки за столом, Лань Ванцзи выпил, уснул, проснулся, укусил Вэй Усяня и… начался 12 эпизод. Вэй Усянь: Хорошо, хорошо, хорошо. Я не буду больше тебя раздражать. Я просто уйду, хорошо? (собирается уходить) Лань Ванцзи: Ты не можешь! (Бичэнем прибивает рукав Вэй Усяня к полу) Вэй Усянь: Хорошо, я никуда не уйду. Вэй Усянь: С тем, как ты безрассудно используешь свой меч, не говоря уже о том, что мой рукав порвал, ты даже пробил дыру в циновке и полу гостиницы. Придется заплатить за это! [要赔了 – иероглиф 要 yào – придется, должен, хотеть, намереваться, так что одновременно – «Придется заплатить за это» и «Хочу заплатить за это», или же с двойным смыслом «Намерен заплатить за это» в зависимости от местоимения «я/ты»] Лань Ванцзи: (тянет к себе Вэй Усяня) Плати! (берется за Бичэнь) [赔 péi – возмещать, компенсировать, а еще выкуп за невесту, приданое] …….……. Лань Ванцзи: (достает мешочек с деньгами) Плати. Вэй Усянь: Хорошо, хорошо. Я знаю, что ты богатый, да? Быстро, убери этот мешочек с деньгами [有钱 yǒuqián — иметь деньги, при деньгах; богатый; богач. Именно так в свое время А-Юань звал Лань Ванцзи — «Братик-богач»] (Лань Ванцзи кладет мешочек с деньгами на грудь Вэй Усяня) Вэй Усянь: Эй! Ты что делаешь? Лань Ванцзи: Держи. Лань Ванцзи: Mм. (похлопывает Вэй Усяня по груди) Береги его. [收好 shōuhǎo - храни, оставь у себя, спрячь] Вэй Усянь: Ты действительно отдаешь его мне? Но ведь там так много денег. Лань Ванцзи: Мм. Вэй Усянь: (усмехается) Спасибо! (подбрасывает мешочек с деньгами в воздух и ловит его) Я богат! (смеется) [发 fā достигнуть успеха, разбогатеть; получить милостыню; дать себе волю; проговориться о своих чувствах; отказаться, бросить; уйти, уехать; 啦 la - мод. частица, подчёркивающая удовлетворение, становление действия или завершённость действия. Так что «Теперь я богат» и «Теперь я могу уехать»] Лань Ванцзи: (расстраивается, забирает мешочек с деньгами обратно) Вэй Усянь: А? Эй! Ты- Лань Ванцзи: Нет! [不要 bùyào - также «не хочу», «нельзя», «не надо» ] .……. Вэй Усянь: Эй! Не отворачивайся! Смотри на меня! Лань Ванцзи: Мм. (пристально на него смотрит) Вэй Усянь: Ты... Вэй Усянь: Айо, забудь! Ты победил! Не смотри на меня так пристально! Вэй Усянь: (нервно улыбается) Сыграем в другую игру. Как насчет... Лань Ванцзи: Хорошо! (хватает Вэй Усяня за руку, встает) Идем! Вэй Усянь: ... идем?! (Лань Ванцзи тянет его за собой) Эй! Эй! Эй! ...эй? [玩 wán – «играть»», но также «гулять», «развлекаться», «подшучивать над кем-либо»; 游戏 yóuxì – «игра», «развлекаться»; в итоге 游戏来玩 – «Сыграем в игру» и «Пойдем гулять-развлекаться». Неудивительно, что после этих слов Лань Ванцзи тащит Вэй Ина «гулять-развлекаться», как тот любит (сам же рассказывал). Кстати, в тексте самой новеллы (в отличие от приведенной в пример аудиодрамы) фраза гораздо длиннее, и эта игра слов прослеживается гораздо четче.] ...и вот они воруют кур и финики (вернее Лань Ванцзи для Вэй Усяня)... И здесь немного непонятно, почему анлейт фан-перевода аудиодрамы выбрал вариант - "даю тебе" абсолютно везде, ведь что в оригинале, что в аудиодраме используется иероглиф 送 sòng [сун] - дарить, преподносить и в сочетании с иероглифом 你 nǐ [ни] - ты,твой - выходит "Дарю тебе". В отличие от тех же фиников, где используется уже 给 gěi [гэй] - давать, дать, вручать и в сочетании с тем же иероглифом 你 выходит "Даю тебе", или же просто "Это тебе". И на разнице значений построен и сам диалог. Вэй Усянь: Я знаю, что это курица. Зачем ты даешь мне курицу? Лань Ванцзи: Дарю тебе. Вэй Усянь: Даришь мне? Хорошо. (вздрагивает) Лань Чжань, ты хоть понимаешь, что делаешь? У этой курицы есть хозяин! Ты воруешь!  Лань Ванцзи: Мм. (продолжает ловить кур)  ......... Лань Ванцзи: (ловит курицу, дает ее Вэй Усяню)  Вэй Усянь: Ладно. Еще одна.  [Кстати, курица/петух 鸡 омофон 吉 удача, и потому как сама, так ее изображения считаются одним из благопожеланий. Похоже, Лань Чжань решил запастись ею в двойном размере.] ......... Вэй Усянь: А... Так много фиников. Потрясающе. Потрясающе. Прекрасно сработано! Лань Ванцзи: Mм. Это всё тебе. Вэй Усянь: (нервно смеется) Спасибо.  Вэй Усянь: Эй! Почему ты вдруг руки опустил? Теперь финики повсюду валяются! Лань Ванцзи: (забирает кур у Вэй Усяня) Больше ничего не дам. [不给 bùgěi – не давать, не делать что-либо для кого-либо — Так что, еще «Больше ничего не буду для тебя делать!»] Вэй Усянь: А? И кур ты тоже мне не отдашь? Вэй Усянь: Ладно. Забудь про финики. Отдай мне кур. Разве ты не сказал, что даришь их мне. Лань Ванцзи: (вздыхает) Хорошо. (отдает кур) Mм. [Интересно, что Китайский финик унаби издавна считают деревом счастья, молодости и здоровья, а также деревом жизни. Многие народы издавна используют унаби как лечебное и профилактическое средство. Плоды можно применять как общеукрепляющее и успокаивающее средство. Недаром Лань Чжань, видимо даже пьяным помня о том, что Вэй Усянь еще не восстановился, захотел накормить его этим чудодейственным средством. Существует также обычай на постель молодоженов в первую брачную ночь класть красный финик 红枣 hóng zǎo и лунган 桂圆 guìyuán, как благопожелание «поскорее 早 zǎo родить ребенка 贵子guìzǐ».] …Но а дальше самое время на заборах писать… и то самое сакраментальное «Здесь был Вася, точнее ВанСянь». Честно-честно, именно так дословно и есть 到此一游 dào cǐ yī yóu [дao цы и ю] — здесь был (подставьте имя)... и имена Лань Ванцзи и Вэй Усяня рядом… Вэй Усянь: (вздыхает) Айо... Мелкими кражами заниматься, да еще на стенах рисунки и каракули карябать. [Кит. идиома - 偷鸡摸狗 tōujī mōgǒu - воровать кур и искать собак - обр. в знач. тащить что попало; воровать; вести бесчестный образ жизни; заниматься втихую любовными делами; нечист на руку кто; заниматься мелкой кражей; а также иметь незаконные/недозволенные отношения, обычно с женщинами, заводить роман. 乱写 luànxiě – марать, корябать 涂鸦 túyā – граффити, каракули. И в этом моменте меня искренне восхищает наличие еще одной отсылки — помните, в аниме, когда на подростка Вэй Усяня Лань Ванцзи на отработке в Библиотечном павильоне наложил Заклинание Молчания, Вэй Ин нарисовал загадочное нечто — собаку и курицу — это омофоны слогов имени второго имени Лань Чжаня, а именно 汪 wāng [ван] — гав (звукоподражание лаю) и 鸡 jī [цзи] — курица, петух (хотя есть версия, что использовался другой омофон 叽 jī [цзи], обозначающий звуки, издаваемые птицами). И таким образом, он ухитрился еще и оскорбить Лань Ванцзи, ведь собака — нечистое животное для китайцев и довольно частое ругательство в новелле; а также «влажный» и отсылка на 枉 wǎng — эпист. соблаговолить, снизойти; удостоить, осчастливить (посещением), а иероглиф «курица» имеет жаргонное значение «проститутка» (т.е. ходящий по проституткам/ дрочащий на шлюх). И вот в этом эпизоде мы снова видим вместе кур и собак как участвующих лиц, и даже в этой идиоме тоже. Второй интересный момент, что идиомы в новелле и аудиопостановке не совсем совпадают, вернее, в аудиопостановке звучит как раз вышеозначенная идиома, тогда как в самой новелле Вэй Усянь произносит идиому с ошибкой, и в результате смысл немного меняется — 偷鸡躲狗搞破坏 — досл. воровать кур, прятаться от собак, нести разрушения/хаос (у анлейта, кстати, именно эта версия почему-то, хотя по аудиодорожке это не так), и здесь еще одна отсылка к прозвищу (не титулу) Ханьгуан-цзюня — «Идти туда, где беда – быть всегда там, где творится хаос»]. …А потом наши герои возвращаются в гостиницу [Бочка!], и это наверное самая интересная игра слов. Начну с этого момента. Лань Ванцзи: (хватает Вэй Усяня) Ты не можешь уйти. [不准走 - 不准 bùzhǔn - не разрешается; нельзя (запрещено); запрещать, запретить; не разрешать; не позволить; неправильный; 走 zǒu – идти, уходить. В оригинале фраза говорится без каких-либо местоимений; добавлять, нет и какие – дело переводчика. В итоге, «Ты не можешь уйти», «Тебе нельзя уходить», «Не позволено было уйти», «Не смей уходить», «Не разрешаю тебе уйти», и еще множество равновозможных вариантов. Но в дальнейшем на фразе «ты не можешь уйти» - строится еще несколько реплик, и эта же фраза использовалась ранее. К тому же, возможно, это сокращение от: «Ты не можешь уйти, тебе никто не разрешал» - что вполне в духе Лань Ванцзи, он довольно часто пользуется сокращенными вариантами общеупотребительных фраз, поэтому был оставлен именно этот вариант.] И теперь перейду к самому важному моменту - а именно к диалогу ПЕРЕД СЦЕНОЙ С БОЧКОЙ, который эти события и обусловил. Здесь тот самый момент, когда создатели аудиопостановки решили убрать, для экономии времени видимо, часть событий, но оставить те же реплики, или схожие по смыслу, а в результате пострадала логика происходящего, и дословный перевод только бы подчеркнул это. Так что в субтитрах было решено оставить вариант адаптации анлейта — то есть по сути везде оставить вариант адаптации — просто «трогать». Лань Ванцзи: Не трогай меня. Вэй Усянь: Почему нет? Ты уже долгое время позволяешь мне трогать тебя. Лань Ванцзи: (глубоко вздыхает) Вэй Усянь: Хорошо. Я не буду трогать тебя, делай все сам. ……. Лань Ванцзи: (шипит) Не трогай меня. Вэй Усянь: А что если я трону тебя? Что ты со мной сделаешь? Но вот что было в оригинале. После того, как Лань Ванцзи обернулся, Вэй Усянь вначале пощекотал его, словно ребенка (по другой возможной версии перевода, "почесал, словно кошку") под подбородком, некий способ извиниться и отвлечь от неприятных ощущений, что возникли из-за того, что Вэй Усянь слишком сильно тер его спину. Но после этого, Вэй Усянь почувствовал, что ему недостаточно, он хочет большего (в плане прикосновений), так что он протянул руку, намереваясь опустить ее в воду и ткнуть Лань Ванцзи там в грудь (живот, куда придется). И именно на этом моменте Лань Ванцзи ловит его за руку. Важнейшим моментом для перевода этого отрывка является разное «трогать» - используется две формы 乱动 и 动. 动 dòng – в т.ч. действовать, трогать, касаться рукой; возбуждать; волновать, будоражить; стимулировать, воодушевлять; подстрекать; привлекать, призывать (к себе); вызывать чувства. Как видите, 动 dòng сам по себе и так дает весьма будоражащую картину, но когда к нему добавляется 乱 в 乱动 – все становится еще примечательнее, ведь 乱 luàn – опрометчиво, безрассудно, как попало; также - незаконные сексуальные отношения, смятенное состояние ума, необузданность, срыв; сбивать с правильного пути; подстрекать против морали и права; испорченный, распущенный, развратный; промискуитет, блуд (один из семи смертных грехов); потерять голову; наносить ущерб; жестокий; испорченный; порочить; как тебе угодно/хочется, без стеснения/как вздумается; дойти до самого края; легкомысленно, необдуманно. В итоге, Лань Ванцзи, говорит Вэй Усяню, который на самом деле перестал его мыть, а полез рукой в воду с непонятными целями: 别乱动 bié luàndòng – равновероятно «Не трогай как попало/как тебе хочется», «Не трогай развратно/безнравственно», «Не трогай, приводя в смятение», «Не злоупотребляй, трогая», «Не действуй нескромно/недозволенно»; а также «Не волнуй/не беспокой меня», «Не приводи в смятение», «Не возбуждай меня», «Не провоцируй». Замечу, что местоимений и здесь нет, их добавляют сами переводчики в зависимости от желания и контекста. Вдобавок, эта фраза может быть сокращением от 别乱动手! – «Рукам воли не давай/Не распускай руки!» Подставляя нужное, диалог между ними начинает играть слоями смыслов, можете попробовать сами, выбрав то, что вам по душе. И, в результате всего этого, дальнейший диалог может выглядеть следующим образом (в квадратных скобках указан второй смысл или пояснения к той же реплике). Вэй Усянь: Я тер слишком сильно! Больно? С тобой все в порядке? (пока говорит, протягивает руку, чтобы дотронуться до подбородка Лань Ванцзи, но Лань Ванцзи перехватывает ее) Лань Ванцзи: Не трогай меня, как тебе вздумается. [Не распускай руки, не возбуждай меня.] Вэй Усянь: Почему нет? Ты уже долгое время позволяешь мне трогать тебя. Лань Ванцзи: (глубоко вздыхает) Вэй Усянь: Хорошо. Я не буду трогать тебя, делай все сам. Лань Ванцзи: (хватает Вэй Усяня) Не смей уходить. [Ты не можешь уйти, тебе никто не разрешал этого/ я не разрешаю тебе] Вэй Усянь: !!! Ханьгуан-цзюнь, ты сейчас сам себе противоречишь. Вэй Усянь: Ты сам приказал мне помочь тебе искупаться, но теперь ты не разрешаешь мне тебя трогать, и уйти тоже не разрешаешь. Так что же ты хочешь, чтобы я сделал? Лань Ванцзи: Так или иначе, ты не можешь уйти. Вэй Усянь: Хмф! Ты такой наглый, неуступчивый, неразумный, когда пьян, а? [霸道 bàdào – деспотичный, жестокий, хамить, действовать нагло, бесчинствовать; 不讲理 bù jiǎnglǐ - неблагоразумный, безрассудный, ничего не желающий слушать, ни с чем не считаться; несговорчивый, неуступчивый.] Вэй Усянь: (брызгает водой) Хмф! (снова брызгает водой) Лань Ванцзи: (шипит) Не действуй, как тебе вздумается. [...как тебе хочется / Не провоцируй меня] Вэй Усянь: А что если я трону тебя, как мне хочется? Что ты со мной сделаешь? Вэй Усянь: Накажешь меня, заставив тексты копировать? Или запрешь? Или свяжешь меня налобной лентой? Хм? Лань Ванцзи: (глубоко дышит, пытаясь взять себя в руки) Вэй Усянь: (опускает другую руку в воду и касается члена Лань Ванцзи) [в моей версии оригинала новеллы без цензуры, Вэй Усянь не просто дотронулся, а «он сунул руку в воду, нашел рукой член (досл. «определенную часть тела») и крепко схватил его»] Вэй Усянь: ...Ханьгуан-цзюнь... только не говори мне... что тебе не нравится, когда я трогаю тебя вот так! (Лань Ванцзи затягивает Вэй Усяня в бочку) …Что и говорить, провокация удалась… Как это ни странно, но как только заканчивается эта часть эпизода (и ей соответствующий текст в новелле) — автор возвращается к своему обычному стилю. Даже имеющаяся в нецензурном варианте эротическая сцена написана простым и вполне доступным языком. И эпизод дальнейшего разъяснения, за исключением ряда моментов, указанных в пасхалках, не требует. Да и те не имеют под собой игру слов или двусмысленность в понимании, а относятся или к идиомам, или к пояснениям выбора анлейта. А раз так, на этом и закончу говорить об особенностях перевода 11 и 12 эпизода 3 сезона аудиопостановки «Основатель темного пути» и соответствующих им глав с начала 90-й по начало 98-й главы. И еще пара слов для русскоязычных читателей. Я никогда не устану это повторять, пусть я не знаю, кто ввел в ру-китаефд ошибочное для иероглифа 嗯 (ń, ǹ, ńg, ňg, ǹg) или 恩 (ēn) со значением «выражение удивления, согласия, вопроса», [в англ. короткое «En/Mn»] - вариант адаптации «Мгм», которое обозначает «сомнение, раздумье, недоверие», да еще и в ру-озвучке звучит с жутким прононсом, но абсолютно везде в оригинальной дорожке ясно слышится краткое с соответствующей интонацией «Н/Мм». Еще раз – это не тягучее задумчивое «Хмм», не недоверчивое «Мгм», а именно очень краткий звук, который как бы молниеносно «мычится», и в соглашательной форме зачастую сопровождается кивком. И именно его - [«Мм/Мн»] - говорит Лань Ванцзи (и не только)!