Милое личико

— Ой. — обронила Рони и снова скрылась в комнате. Кристина хлестнула Лизу вопросительным и смущённым взглядом, а та в ответ лишь неловко пожимает плечами и достаёт телефон из кармана, собираясь попросить объяснений у Виолетты, но просить ничего и не пришлось: она видит сообщение подруги, в котором разъясняется ситуация. Вилка: Кста, Лиз, дома Рони. Она вчера ко мне пришла, а на утро так сладко спала, что я просто ну не смогла её выгнать, так что если что сама проводишь — Рони — это девушка Вилки. — выдала Андрющенко, показывая это сообщение Захаровой, а та лишь понимающе кивает, начиная разуваться. *** — Извините, девочки, мне правда жаль, что я поставила вас в такое положение. И себя в неловкое, и вас. — со смущённой улыбкой, молвила Вероника, уже обуваясь. — Всё нормально. — отвечает Лиза, неловко потирая свою руку. Кристина в это время осматривает комнату двух подруг. Правда единственный минус заключается в том, что она не совсем понимает, где вещи Андрющенко, а где вещи Вилки. Девушка видит на одной стороне небольшой бардак, а на другой — идеальную чистоту. Захарова иронично усмехается, как тут заходит Лиза. — Ты потеряла что-то? — озадаченно спрашивает она, ибо не понимает, что тут ищет Крис. — Не, я осматривалась. — вздыхая, ответила. — А, ну, тогда.. Это моя сторона, — указывает на чистую, — а это Вилки. А вообще, мы кушать пришли. Пойдем на кухню. — зазывает Елизавета, направляясь к кухне. Кристина всё ещё чувствовала себя не до конца комфортно, но надо подстраиваться под условия жизни, потому что иначе — хуй вывезешь. Ноги, по ощущениям, становятся ватными и она продолжает идти, не обращая внимания. Руки мелко трясутся, однако в последнее время это настолько часто, что у Захаровой чувство, будто нервоз недалеко. Крис усаживается за стул, а Лиза открывает холодильник, скрываясь за его дверцей. — Тут есть торт. Ну, если его можно назвать тортом.. — отозвалась девушка, выглядывая из-за двери и смотря на сидящую Кристину. Старшая же вяло улыбается от этой картины. — Валяй. — выдавливает та, поворачиваясь к столу и кладя на него руки, в ожидании еды. Андрющенко достаёт прозрачную миску, внутри которого было что-то, что было похоже на съедобную хрень. Девушка толкает дверь холодильника локтем, чтобы она закрылась, а сама ставит миску с едой на стол, снимая с него целлофан. — В общем, слои состоят из печенья и плюс какого-то крема.. Сами приготовили кое-как. Но торт довольно вкусный, вроде как. И самое главное — сытный! — поднимая палец вверх, заверила Лиза, присаживаясь рядом и не забыв прихватить ложки. Захарова принимает ложку и с сомнением беря себе кусочек торта в ложку, сует в рот. Жевала она сначала аккуратно, а потом, видимо, проникается вкусом и уже захватывает в ложку новую порцию. — Понравилось? — гордо заулыбавшись, задаёт вопрос Андрющенко. — Честно, выглядит он не очень, — с трудом сглатывая, начала она, — но на вкус неплохо. Я не очень люблю сладкое конечно, но это творение мне не безразлично. — говорила Крис. Лиза, следуя примеру другой, тоже начинает есть торт. Впечатления у неё конечно не такие, как у Кристины, ведь она пробует это не впервые, но всё же на лице появляется едва видная мягкая улыбка от этого нежного вкуса. — Бля, он сытный пиздец, — добавила Захарова, откладывая ложку в раковину и снова садясь на стул, — Спасибо, что накормила, — благодарит девушка, у которой поднимаются уголки губ. Крис чувствует вибрацию и вынимает телефон из кармана, поднося его к уху. — Да, Мишель? — хрипловатым, прокуренным голосом отвечает она. Андрющенко слышит на том конце трубки мягкий и нежный голос Мишель и удивляется, насколько же голос Кристины контрастирует на фоне голоса Гаджиевой. И на голосе Лизы, наверное, он тоже так выделяется. Разобрать конкретно, что говорят на том конце она не может, да и не пытается, как бы любопытство ни пробирало до костяшек. — Без проблем. — последнее, что сказала Захарова перед тем, как бросить трубку и засунуть телефон снова в карман. Андрющенко лишь смотрит вопросительно, уже закинув ложку в миску. Возможно, она боялась, что Крис сорвётся к своей Мишель и бросит её. Не сказать, что девушка привязалась к Кристине, как к своему бывшему в былые времена, прям откровенно не сказать, даже близко не стоит, но тем не менее, Елизавете, возможно, будет обидно. — Ну что, — словно запинается Захарова, взгляд её зафиксировался на татуировке Лизы на шее, — Индиго, хочешь сходить со мной в бар? — Индиго? — уточняет она, прекрасно расслышав новое прозвище. Или не совсем новое. Пронзают мигом воспоминания о "прошлой" жизни. Хиккан, то есть бывший, называл её только Индиго и никак иначе. Девушка не слышала других обращений от него. — Да. Индиго. Ты не против? Андрющенко сглатывает ком в горле, наклоняя голову. Она не хочет встречаться с чужим взглядом, потому что ей начинает мерещиться бывший. Царапая грудную клетку воспоминания не отступают и девушка морщится, как от мигрени, но конечно — показывать свою слабость Елизавета не хочет, поэтому поджимает губы и лишь переводит тему. — А зачем я тебе в баре? Я даже не пью. — ловко переводить темы Индиго, конечно, не умеет, но искренне надеется, что Крис не будет заострять на этом внимания: так и происходит. Только она не заостряет на этом внимания не потому что не заметила или же ей всё равно, а потому что понимает каково это — скрывать обиды, потому что боишься показать, насколько ты разбит. И Кристина безусловно считает одним из главных условием для выживания — это уметь смотреть своему страху в глаза. Она применяет это правило везде и в любых ситуациях, кроме той, в которой надо показать свою слабость. Даже слёзы та считает неприемлемым. Это касается лишь её. Принять слёзы других гораздо проще, чем свои. Даже оставаясь наедине с собой, сложно видеть и чувствовать слёзы на своём лице, ведь такое грубое и суровое лицо не должны портить слабые эмоции. — Составишь мне компанию по дороге, заодно поближе познакомишься с Мишель. Может, общий язык найдёте. — отпустила Захарова, вставая со стула и направляясь к выходу. Лиза лишь усмехается вспоминая, при каких обстоятельствах состоялась первая встреча с Гаджиевой. Найти с ней общий язык кажется чем-то за гранью понимания. Андрющенко, конечно, не исключает факта, что это вполне себе возможно, но стоит вспомнить хищный взгляд той и улетучивается даже мысль о возможности налаживания отношений. Однако, несмотря на думы в голове, она идёт за Крис.