Милое личико

Уже кончается август. Лиза окончательно забрала все вещи, переехав к Кристине. Вилка лишь грустно хмыкала, осознавая этот факт. Опять чёрноволосая ждёт, когда Захарова вернётся с работы, чтобы наброситься с объятиями и расцеловать всё лицо. И вот, слышит заветный поворот ключа — хочет уже побежать, но девушка выглядит весьма подавленной. — Что-то случилось? — тихо задаёт вопрос Андрющенко, подходя к старшей и оставляя поцелуй на щеке. — Брат ко мне на работу приезжал. Пытался помириться, — вздыхает Крис, садясь на кровать. Младшая лишь подсаживается рядом, обняв за плечи и погладив по спине. Жест был полный сопереживания и нежности, — Трогал меня. Мне так противно, блять. Я чувствую себя грязной и отвратной, — закрывает лицо руками, пытаясь не заплакать. — Я в душ сразу. — отрезает девушка, оставляя Индиго одну. Выходит из душа в одном лишь полотенце, которое прикрывает тело. На пол изредка падали капли с мокрых волос. Лиза учащённо дышит и кидает обеспокоенный взгляд на Кристину, явно не ожидав увидеть её в таком виде. Взгляд останавливается на острых ключицах. Томно вздыхает, когда понимает, что внизу живота начинает тянуть, как будто там образовалась раскалённая пружина. Чёрноволосая прикусывает губу и встаёт напротив девушки. Захарову будто опьяняет лишь одно присутствие Андрющенко: хочется прижаться к её губам и ощутить близость; хочется дотронуться до всех мест, к которым нет доступа у других. — Где? — Что где? — бросая непонимающий взгляд, уточняет Крис. — Где он тебя трогал? — Елизавета подходит ближе. — Волосы, плечи, — не успевает договорить — её затыкают поцелуем. Младшая без слов выигрывает битву: овладевает ртом другой, облизывая нёбо и проходясь языком по ряду зубов. Тёплые руки зарываются в мокрые, холодные волосы, массируя кожу голову. Затем руки перемещаются на плечи, нежно поглаживая их. — Ещё где? — отрываясь от сладких губ, спрашивает Индиго. — Талия. Старшая сжимает губы и сама освобождает себя от полотенца. Полотенце падает на пол, открывая взору голое тело. — Ты чудесна, — словно восхищённо вздохнула девушка, очерчивая изгибы и подмечая каждый синяк или родинку. Останавливает свои руки на талии, со всей нежностью гладя её. И, кажется, Кристине сносит крышу. Она одним движением разрывает футболку на младшей, не думая ни о чем и резкими движениями стягивает с неё штаны, оставляя ту в одних лишь трусах. Андрющенко лишь улыбается, облизывая губы. Захарова прижала к стене, целуя жадно и властно, словно пыталась впитать её полностью, присвоить себе и показать, кому она по-настоящему принадлежит. Девушка держалась за старшую так крепко, как могла, пока та пятилась к кровати, уводя девушку за собой. Крис садится на кровать, усаживая другую на свои колени. Мокрые и ледяные волосы Кристины порой касаются горячего тела младшей — но это наоборот возбуждает ещё сильнее. Девушки как будто участвовали в соревновании по продолжительности поцелуев, ни одна не желала отпускать, пока губы сливались воедино. Опьяняет, когда они трутся друг о друга оголёнными телами. Захарова плотно затаила дыхание в момент, когда Индиго слезает с колен и усаживается на колени на пол, прикусывая губу. Она кладёт руку на бедро старшей, будто спрашивая разрешение. И Крис хочет покачать головой отрицательно, потому что боится; но вместо этого неуверенно кивает, сглатывая ком в горле. Младшая мягко улыбается, будто уверяя, что всё будет хорошо. Ей хочется сделать приятно своей второй половинке. Хочется, чтобы Кристина не чувствовала боль, хочется, чтобы она забыла раз и навсегда прикосновения брата и помнила только нежные движения Елизаветы. Лиза с нажимом протискивает меж ног другой руку, чтобы раздвинуть их. Захарова всхлипывает, потому что чувствует себя шлюхой. Опять. Чувствует, будто это неправильно, но так хочется почувствовать Андрющенко там. Хочет, чтобы было приятно; чтобы она наконец перестала чувствовать себя грязной. Поэтому неуверенно раздвигает ноги. Чёрноволосая целует внутреннюю сторону бедра Крис со всей нежностью, которую только может дать. Облизывает. Толкает мягко старшую в грудь, чтобы она полностью откинулась на кровать: та не сопротивляется, ложится. Индиго боится. Боится даже коснуться, боится причинить боль, потому что Кристина кажется хрупкой именно в такие моменты. Когда ей больно, когда она сломлена. И хочется зализать каждую рану, как кот, хочется доставить такое удовольствие, которого она никогда не испытывала. Хочется заменить ей алкоголь, сигареты и наркотики. Хочется, чтобы Захарова выпивала до последнего глотка младшую; чтобы курила, пока не закончится; чтобы употребляла. Хочет заставить её забыть всю боль, которая досталась ей просто так. По воле Бога. Дыхание обдает клитор Крис и та закидывает голову, кусая губы. Уже не терпится попробовать девушку, как лакомый кусочек. Кончиком языка дотрагивается и сразу же делает большой мазок, то замедляясь, то ускоряясь. И слышит тихий стон, оттого на лице Лизы и появляется едва видная гордая улыбка. Потому что ей приятно. Чёрт возьми, она простонала. Андрющенко добавляет с аккуратностью один палец. Узко. — Расслабься, — молит чёрноволосая, массируя клитор большим пальцем в момент, когда отстраняется от него. Старшая томно выдохнула, и другая довольно снова прильнула к клитору, чувствуя, что девушка и вправду расслабилась. Добавляет ещё один палец, медленно толкаясь внутрь. Младшая делает круг языком по клитору и отрывается, отдавая всю власть одним пальцам. Кристина рвано вздыхает, слегка выгибаясь в спине, сжимая свою грудь. Индиго делает толчки двумя пальцами, большим нежно массируя клитор, а свободной рукой она скользит по полыхающему телу Захаровой. Девушка скидывает руку той с груди и сама кладёт на грудь руку, проводя пальцем по твёрдому соску. Крис слегка привстаёт, чтобы коснуться желанных губ. Чёрноволосая смазано целует, а другая стонет в поцелуй, когда Лиза ускоряет пальцы. Отстраняются друг от друга и старшая снова падает на кровать, прикрывая глаза и закрывая рот рукой, чтобы не закричать от удовольствия. Андрющенко оставляет влажные поцелуи на подтянутом животе. Руки Кристины сами глубоко зарываются в нежные волосы младшей, сжимая их. Сердце начинает колотиться с новой силой, когда она чувствует, что совсем скоро удовольствие достигнет пика. Тихо стонет, сжимая волосы девушки от неописуемых ощущений в матке. Захарова глаза распахивает, когда её всю накрывает невероятно огромная волна удовольствия. Прогибается в спине, с губ слетает громкий хриплый стон, внутри всё сжимается до боли. — Господи, блять... — шепчет со сбитым дыханием старшая. Чувствуя, как Крис обмякла, младшая вытаскивает пальцы и облизывает каждый, прикрывая веки. Другая лишь хрипло усмехается. Ноги всё ещё дрожат, потому что она испытала самое сильное удовольствие. Так приятно ей не было ещё никогда. Индиго ложится рядом. У обеих дыхание до сих пор в норму прийти не может, дышат сбивчиво. Она прикасается ладонями к лицу Кристины, всматриваясь в её чарующие глаза. Они смотрели друг на друга, беззаботно улыбаясь. В сердцах пылали восторг и счастье. Сейчас у чёрноволосой было лишь одно желание: жадно впиться в губы, потому что эти губы — как ебучий наркотик. Но перед этим надо кое-что сказать. — Я люблю тебя. — нежно шепчет Лиза, ни на секунду не сомневаясь в своих чувствах. Она впервые говорит ей это. — Я тебя тоже люблю. — отвечает Захарова, будто ожидая эти слова с начала отношений. И тогда Андрющенко целует. Кажется, этими губами она насытиться никогда не сможет. Никто и не сомневается из этих двух в том, что это не просто секс. Здесь крылись все чувства, всё притяжение. Это любовь.