Герои другой оперы

Грег проснулся, чувствуя, что задыхается, встал с кровати и подошёл к окну. Подняв раму до щелчка, он оглянулся на Кейт, спавшую, плотно закутавшись в одеяло: в спальне было совсем не жарко. Холодный ночной воздух омыл разгорячённое лицо и наполнил лёгкие. Отдышавшись, Грег закрыл окно и отправился на кухню. Накануне он осуществил задуманное по дороге с Бейкер-стрит. Ошеломлённая Кейт визжала, хохотала и притворно отбивалась, но в итоге сдалась, и на время ему удалось пригасить пламя, разгоревшееся от синей искры, блеснувшей на поношенном шёлке родного халата. Потом был ужин. Проглотив порцию жареного картофеля с курицей по-французски, Грег осознал, как устал за этот бестолковый день, длившийся, по ощущению, неделю. Наскоро ополоснувшись в душе и почистив зубы, он уснул как убитый. И вот теперь, под покровом ночи, он открыл холодильник, раздумывая, не сожрать ли ещё чего-нибудь, но, так и не прельстившись ни ветчиной, ни сыром бри, закрыл дверцу и достал из пачки сигарету. Перед глазами вновь замельтешили обрывки отчаянно непристойного сновидения с чёрным силиконовым дилдо, облитым смазкой кулаком и Шерлоком, лежащим на спине, с широко расставленными ногами… Сигарета не помогла. Вернувшись под одеяло к спящей на боку супруге, он стянул с неё пижамные штаны, мазнул пальцем вдоль щели и, убедившись, что влаги достаточно, совершил интенсивное трёхминутное соитие.

*

Утро началось с привычной рутины. За завтраком, как ни в чём не бывало, поговорили о разной бытовой ерунде и наряду с очередной дурацкой инициативой Европарламента обсудили погоду. Только задорный блеск в глазах и подрагивающие в сдерживаемой улыбке уголки губ выдавали истинное настроение Кейт. Грегу же было не до смеха.

*

– Ты с ним поговорил? – вместо приветствия спросила Салли, когда он появился в отделе. – Да. – И что, он берёт дело? – Не знаю, – буркнул Грег, после чего быстро проскользнул к себе в кабинет и закрыл дверь.

***

Прошло около пяти недель. Шерлок так и не проявился. Настроение было паршивое. Грег чувствовал себя виноватым и перед Эклсом, и перед Салли, и почему-то даже перед Джоном. Испытывать вину было неприятно, и он старался не думать о Скотти, которого больше не вызывали на допросы и к которому не приходил адвокат. С Донован он общался лишь по рабочим вопросам, при этом она не смотрела ему в лицо и говорила сквозь зубы, по давней привычке назначив его ответственным за поведение Шерлока. Шли дни. Порой приходилось побегать по текущим делам, рутинным и не очень. К счастью, дела не требовали от копов особой гениальности, и раскрываемость в их отделе была относительно неплохой. Странным было то, что суперинтендант, казалось, вообще забыл об Эклсе, сам же Лестрейд не торопился ему напоминать, всё ещё чего-то ожидая.

***

Ясным ноябрьским утром их вызвали в Саутварк. В конце проезда между двумя длинными рядами зданий со складскими помещениями, взору предстала удивительная инсталляция. Новенький, недавно с конвейера, «CASE» намертво припечатал фронтальным ковшом крышу легкового автомобиля, расположенного перпендикулярно экскаватору. Чтобы извлечь из раздавленного всмятку седана тела, потребовались гидравлические ножницы. Едва взглянув на номер чёрного «Ягуара», Грег знал, кто находится внутри. Салли молча сверкала глазами и раздувала ноздри. Это был недобрый знак. Растерянные эксперты констатировали полное отсутствие следов пребывания кого-либо в кабине экскаватора. Ни номеров, ни логотипов – ничего, что помогло бы установить принадлежность машины какой-либо строительной или дорожной фирме или типа того. На идеальной охристо-жёлтой поверхности не было даже грязи. Почему-то Грег был уверен, что даже будь с ними собака-ищейка, и та не смогла бы взять след убийцы-призрака. Интересная деталь – участок узкого проезда между последними зданиями зачем-то посыпан толстым слоем крупного щебня вперемешку с довольно-таки приличными булыжниками. С учётом личности погибших можно было не сомневаться, что щебень в тесном проезде появился неслучайно. Как и нулёвый экскаватор за углом крайнего в правом ряду здания. Кто-то заманил сюда Амирхана и компанию. Когда вынужденный сбросить скорость «Ягуар» миновал крайний пакгауз, экскаватор, выехавший из-за угла наперерез, на скорости ударил автомобиль в бок, а затем обрушил ковш на крышу отброшенного влево седана. Это было столь вопиюще очевидно, что, по солидарному мнению оперативно-следственной группы и экспертов, расследовать здесь было нечего, и, учитывая безупречную подготовку ликвидации водителя и двух пассажиров «Ягуара», привлечь к ответственности тоже никого не удастся. Грег подошёл к Салли и тронул её за плечо. – Ну что, в отдел? Дёрнувшись, она сбросила его руку, а затем, тяжело дыша и глядя в сторону, заговорила: – Ты знаешь, что это он, верно? Его просили найти улики, а он что сделал? Эти люди должны были предстать перед судом, ответить по закону! – Салли перешла на крик. – Я вас предупреждала, и тебя, и твоего Ватсона: он – убийца! Он конченый фрик! На шум начали оборачиваться ребята, которым, судя по их лицам, было непонятно, о чём конкретно вопит сержант Донован. Грег предпочёл отмолчаться: незачем ей было знать, что фриков на самом деле двое, и что убийца из них – вовсе не Шерлок… Если бы мог он тогда предвидеть, какие последствия будут у этого инцидента, с новой силой всколыхнувшего утихшую было ненависть Салли Донован к Шерлоку, то, пожалуй, придушил бы своего лучшего сержанта и по совместительству некогда лучшего друга в одном из заброшенных пакгаузов, и у матёрого полицейского хватило бы профессионализма, чтобы выйти сухим из воды.

***

На следующее утро констебль Кларк принёс ему плоский пакет из плотной коричневой бумаги, содержавший компакт-диск и сопроводительное письмо. «Служба столичной полиции, 10 Бродвей. Детективу-инспектору Г. Лестрейду», – гласило письмо. – «В соответствии с Вашим запросом предоставляем копию видеозаписи, сделанной в ночь на 17 августа 2012 г. камерой наружного наблюдения, установленной на Лангдейл-стрит, Лондон, Великобритания. Исполнитель: Майор Т. Харрис». Несмотря на то, что ДИ Г. Лестрейд никакого запроса в МИ5 не делал, он поспешил вставить диск в DVD-привод, щёлкнул по иконке записи и начал смотреть. Майор Т. Харрис оказался настолько любезен, что, обрезав лишнее, скопировал на диск лишь короткий ролик, в котором явственно просматривался движущийся по ночной улице «Ягуар» тёмного цвета. Грег остановил ролик и приблизил изображение номера и медленно выдохнул: всё сошлось. Вызвав к себе Салли, он сообщил, что получил важную информацию и теперь собирается лично сопроводить представительниц службы поддержки детей в дом Абдула Умрани, забрать Айгюн и подвергнуть её официальному допросу в присутствии матери. Если сержант Донован решит присоединиться, он будет рад. Салли молча кивнула. Он не собирался докладывать о своём решении Стауту.

***

Скотти чуть не заплакал, услышав о снятии с него обвинения в зверском убийстве. Грегу и самому казалось чудом, что тот отделался лёгким (а точнее, нелёгким) испугом. Перед тем, как отпустить узника на выход, он чуть было не напутствовал его советом впредь быть разборчивее в связях, но вовремя прикусил язык. Хотел на прощание пожать руку, но в последний момент решил, что это будет не совсем уместно, поэтому, вызвав Кларка, просто попросил его проводить оправданного мистера Эклса к выходу. Оставшись в кабинете один, он потянулся в кресле, а затем, наплевав на внутренние правила, сунул в рот сигарету, чиркнул зажигалкой и затянулся горьким дымом. Очевидно, Джон ошибался, рассказывая, как эпически ненавидят друг друга братья Холмсы…

***

Они сидели в уютном пабе на углу Чарлвуд и Тачбрук-стрит, смакуя густой портер. В прошлый раз, когда Грег набрёл на это заведение, он так и не успел попробовать подающееся здесь превосходное пиво: Шерлок нашёл его раньше, и в ту ночь инспектор был пьян не от алкоголя. Сегодня, спустя столько времени, их с Джоном давняя договорённость вместе попить пива осуществилась. Трудных расследований сейчас не было, да и отпраздновать было что – почти чудесное спасение бедняги Эклса. – Как же всё-таки вам удалось привлечь этого… охранника-мафиози? – спросил Джон после того, как они произнесли тост за счастливчика Скотти и выпили по полбокала. – Шерлок установил одну важную деталь. Что-то там с грязью на кроссовках убитого парня. Она оказалась идентичной той, что нашли потом возле дома Умрани. – Грег сказал первое, что пришло в голову. Если Джон задал такой вопрос, значит, ему не было известно о ликвидации Амирхана. – Странно… Мне он ничего не рассказал, – задумчиво произнёс Джон. «Мне тоже», – подумал Грег, вслух же произнёс: – Да, странно. Но ты же помнишь, как он себя тогда повёл. С ним что-то происходит. – Угу, – подтвердил док. – Я даже догадываюсь, что именно. – И, в ответ на вопросительный взгляд Грега, пояснил: – Та женщина, Ирен Адлер. Шерлок изменился после их встречи. Думаю, он влюбился. С этими словами Джон торжественно поднял свой бокал. Нахмурившийся Грег поднял свой, и они выпили за «вроде как влюблённого Шерлока». Могло ли это предположение оказаться правдой? Кто знает? – Ну, а что? Она весьма эффектна. – Разомлевший от портера док немного помолчал, как будто замечтавшись о чём-то, а затем продолжил: – Знаешь, она ведь там голая была, совсем, представляешь? Даже я был впечатлён. Более чем… Слышать это было забавно. Любая мокрая дырка моложе сорока пяти могла впечатлить романтичного доктора и полностью лишить его воли к сопротивлению. Сам же Грег остался равнодушен к прелестям доминантки: хищное лицо, исполненное презрения к окружающим людям, портило всё впечатление от хорошей фигуры. Вот та рыжая козочка, её компаньонка – другое дело, той бы он вдул. Ну, теоретически. Она, кстати, пыталась с ним кокетничать, когда он её допрашивал. И он, пожалуй, мог дрогнуть, если бы... если бы не одержимость Шерлоком. Джон молчал с подозрительно мечтательным видом, и Грег не удержался от вопроса: – А как у тебя самого-то в этом смысле? Джон сразу помрачнел и тяжко вздохнул. – Да как тебе сказать? Какая-то очень глупая ситуация. Я довольно легко схожусь с женщинами, ты же знаешь. Грег утвердительно кивнул. – Но вот как только намечается что-то серьёзное, – продолжил Джон, – как только я назначаю свидание или просто пытаюсь пообщаться, Шерлок выкидывает какой-нибудь фортель, и всё срывается. В итоге девчонки начинают считать меня конченым гондоном, истерят и больше не хотят встречаться. – Так он, должно быть, ревнует, – ляпнул Грег. – Твою мать, и ты туда же! Вы с миссис Хадсон задолбали уже! Я не гей, сколько ещё вам повторять?! Так скоро и в Ярде начнут считать нас с Шерлоком парой! – Они и так считают, – заверил Грег. – Спорят только, кто кому вставляет. Он не лгал. Всякий раз, когда Джон и Шерлок появлялись на месте происшествия, тут же начинались пересуды и заключались пари. Масла в огонь, несомненно, добавляло хамское поведение Шерлока. Грег поначалу ещё как-то пытался урезонивать коллег, но под скептическим взглядом Салли Донован неизменно тушевался и умолкал. В последнее время он вообще предпочитал делать вид, что ничего не слышит. Ошарашенный Джон наконец вновь обрёл дар речи. – Ты это сейчас серьёзно? – кисло промямлил он и, дождавшись от Грега утвердительного кивка, осторожно поинтересовался: – И к какому же варианту они склоняются? Единожды проговорившись, Грег уже не видел смысла щадить самолюбие несчастного дока. – Большинство считает, что Шерлок сверху. Ну, то есть, он такой дерзкий и бесцеремонный, а ты – вежливый, спокойный. – Увидев, с каким отчаянием приятель слушал приговор своей мужественности, Грег сделал неуклюжую попытку его подбодрить: – Да ладно тебе, не бери в голову! Люди всегда болтают. – А ты? Ты тоже этому веришь? – глухо спросил Джон. – Нет. Я – нет, – честно ответил Грег, благоразумно не распространяясь о подлинных причинах своей уверенности. – Как вообще такое может прийти в голову? Я – боевой офицер! Неужто подставлю кому-то свою жопу? – Немного помолчав и, очевидно, отпустив ситуацию, над которой не был властен, уже более расслабленно он продолжил: – Хотя… и среди нашего брата тоже бывает всякое, знаешь ли… Был у нас в лагере один врач. Так вот, он чуть ли не через день повадился вызывать на осмотр мальчишек-новобранцев, тех, кто покрасивее, и проводить им ректальное обследование. Причём тщательно так, минут по пятнадцать-двадцать. Мы с ребятами ржали втихаря и, конечно, не вмешивались. С развлечениями в Афганистане не очень, знаешь ли… Видимо, погрузившись на мгновение в свои воспоминания, он тихо рассмеялся. Грег тоже усмехнулся, глубоко вдохнул и так же глубоко выдохнул, на всякий случай опустив взгляд. – Ну, так вот, – продолжил Джон, – один вконец замученный им парнишка решился подать рапорт бригадному. Тот вызвал дока к себе и потребовал объяснений. Так этот жучара, только представь, умудрился и бригадному мозги запудрить. Порассказал ему ужасов всяких про опасность простатита и про то, что в условиях жаркого сухого климата повышается риск развития рака простаты и прямой кишки. И далее Джон поведал развеселившемуся Грегу, как перепуганное начальство издало распоряжение, по которому всему личному составу предписывалось проходить соответствующее обследование с периодичностью один раз в три недели. Само собой, к этому цирку подключили и других врачей. А того жалобщика другие бойцы потом побили, несильно, правда, – приходил в санчасть обрабатывать ссадины. Так они просидели довольно долго, делясь скабрёзными воспоминаниями о подобных случаях, неизбежно происходящих в замкнутых мужских коллективах, пошло хихикая и с удовольствием потягивая вкуснейший портер. Поговорили о политике, обсмеяли сомнительные перспективы Чарльза посидеть (в этой жизни) на британском троне и от чистого сердца выпили за здоровье старушки Лилибет. – Так ты, значит, уверен, что Шерлок – гей? – вдруг совершенно не в тему спросил Джон и облизнулся. Грег слегка опешил: когда это он такое говорил? Вспомнив, мысленно себя обругал и крайне удивлённым голосом поинтересовался: – С чего ты взял? – Ты сказал, что он меня ревнует. – Да я просто предположил, что ему не хочется ни с кем делить твоё общество, – пояснил Грег и, сделав честное лицо, добавил: – Я не имел в виду секс. Док не собирался отступать. – Ты его давно знаешь. Может, были какие-нибудь признаки? – Да ну, нет. Он ведёт себя непривычно, да, но это же Шерлок! Я ни разу не замечал, чтобы он как-то не так смотрел на мужчин. – На мгновение Грег принял задумчивый вид, а затем безапелляционно подытожил: – Нет, он нормальный. Обычный метросексуал. – Метро… кто? А-а, ну да. – Вспомнив значение слова, Джон едва заметно вздохнул и предложил бодрый тост «за нас, за настоящих мужиков», с готовностью поддержанный Грегом. Было совсем поздно, когда они, наконец, разошлись. Разговор всё не шёл из головы. Внезапно в груди буквально потеплело, когда в воображении предстало лицо Джона, ставшего невольным свидетелем того, как Грег Лестрейд пялит Шерлока посреди гостиной на Бейкер-стрит. В том, что однажды это произойдёт, Грег практически не сомневался...