Герои другой оперы

Вернувшись в гостиницу, инспектор застал Шерлока в обществе жизнерадостной черноглазой толстушки в лиловом платье – одной из подружек невесты, кажется, Джанин. Судя по всему, девица подбивала к шаферу клинья, и это явно доставляло засранцу удовольствие.

*

– Надо было убить его быстрее, – с запоздалой досадой заключил разоблачённый фотограф. – И умничать особо не стоило. Парень уже не казался Грегу симпатичным. Мелкий кровожадный хищник, мстивший за то, в чём не было ничьей вины. Беспринципный убийца, заколовший случайно выбранного парня-гвардейца, только чтобы отрепетировать основное преступление. – Надо было быстрее ехать. Грега так восхитила убийственная ирония Шерлока, опошлившего весь пафос неудавшейся мести, что он не удержался от злорадного замечания: – А он прав! Усадив задержанного в машину, инспектор попросил ребят подождать «ещё с полчасика». Они ведь уже проторчали в этой гостинице весь день и лишние полчаса ничего принципиально не изменят…

*

После вальса жениха и невесты Шерлок сказал в микрофон несколько слов, из которых можно было заключить, что отныне он, Шерлок Холмс, главным смыслом своей жизни видит охрану благополучия семейной ячейки доктора и миссис Ватсон, вплоть до жертвования этой самой жизнью в случае угрозы этому самому благополучию. Грегу эта речь категорически не понравилась. – Поехали с нами! – предложил Грег, перехватив Шерлока у выхода из зала. Он очень надеялся, что это не прозвучало, как просьба. – М-м… Майкрофт уже выслал за мной машину. Очевидно, Шерлок понял, почему Грег так изменился в лице. Опустив глаза, он странно усмехнулся, после чего извиняющимся голосом произнёс: – Сомневаюсь, что здесь мне удалось бы поймать такси до Бейкер-стрит.

***

Все мелкие происшествия этой субботы успешно улаживались опергруппами, и инспектор Грегсон откровенно скучал до тех пор, пока Лестрейд с парнями не привезли несостоявшегося убийцу, которого тут же определили в кутузку. Грег решил, что будет справедливо, если лавры за «раскрытие» раскрытого Шерлоком преступления достанутся инспектору Грегсону, так оперативно подогнавшего сегодня подкрепление. Дотошный инспектор потчевал коллегу кофе и сигаретами и выпытывал все известные нюансы запутанной истории отставного майора. За беседой дождались дежурного адвоката, и Тобиас, весь день томившийся бездельем и, наконец, заполучивший «интересное дельце», отпустил Грега к Шерлоку.

*

Грег на мгновение замер перед дверью, после чего решительно нажал кнопку звонка. Марта явно не ожидала увидеть его в столь поздний час. – Это вы, инспектор? – удивилась она, плотнее запахнув на груди пушистый белый халат. – А я, признаться, подумала, что это мистер Чаттерджи. – Прошу прощения за поздний визит, миссис Хадсон. – Ах, ну что вы!.. Да что же мы стоим на пороге? Входите! Пропустив гостя в прихожую и заперев дверь, любезная домовладелица продолжила щебетать. – Сегодня был такой напряжённый день! Сначала Шерлок со своей ужасной речью, потом это жуткое покушение. Надо же! Задумать совершить убийство на свадьбе – какое злодейство! Если бы не Шерлок… ах, даже думать не хочу! Мы все должны быть ему благодарны, и в первую очередь Джон! Джон и Мэри так счастливы, правда? Конечно, им теперь не до Шерлока… Бедный мальчик! Ему, должно быть, так одиноко! Он принялся играть какую-то ужасную мелодию… – Миссис Хадсон внезапно насторожилась. – Хм, уже не играет. Должно быть, заметил вас из окна. Как хорошо, что вы пришли, инспектор! Принести вам чай? – Спасибо, но, думаю, не стоит. Уже поздно. Хотя утром я не откажусь от чашки кофе. И, миссис Хадсон, если вас не затруднит, зовите меня, пожалуйста, по имени – Грег. Пока он говорил, миссис Хадсон ошарашенно глядела ему в глаза, пытаясь найти там подтверждение своей догадке, а найдя, взвизгнула от радости: – Ах, Грег! Неужели это правда? Вы и Шерлок… – Полагаю, что да. Сверху раздался протяжный скрипичный вой, напомнивший ругань бродячего мартовского кота. – Ох, да что же я вас держу?! Идите! – Марта решительно схватила Грега за плечо, развернула и подтолкнула к ступенькам. – Сегодня и вправду счастливый день! Едва Грег ступил на лестницу, вой наверху прекратился. Мир за пределами гостиной был залит лунным светом. Грег приблизился к черневшему на фоне окна силуэту. Деликатно отобрав у исполнителя инструменты, он крепко прижал его к себе и куснул в основание шеи. – Пришёл меня утешать? – слегка дёрнувшись, поинтересовался Шерлок. – Пришёл тебя ебать, – поправил его Грег и в доказательство намерений красноречиво двинул бёдрами. Шерлок шумно вдохнул через нос. Старый голубой халат, не иначе как вытащенный из какой-нибудь коробки с хламом, недвусмысленно топорщился спереди. Грег скучал по этому халату, потёртому и выцветшему, но всегда казавшемуся таким мягким и ласковым на ощупь. Лапа, запущенная под шёлковый подол, наткнулась на что-то твёрдое, странной формы – на скользкую от лубриканта рукоятку. Очевидно, Шерлок даром времени не терял. В паху стало горячо и тесно. – Я – в душ, – пробормотал Грег, сбрасывая на ходу пиджак. В ванной, прежде всего остального, почему-то бросилась в глаза кружка Эсмарха, подвешенная на крючок. Член снова боднул ширинку. Избегая смотреть на неоднозначный медицинский девайс, Грег разоблачился донага и полез под душ. Вымывшись, он прошлёпал к умывальнику, чтобы взглянуть на себя в зеркало. На раковине лежала новая, в упаковке, зубная щётка. Он рассмеялся, но зубы почистил, понимая, что иначе никаких поцелуев ему сегодня не будет. В спальне было темно, если не считать полоски лунного света, выхватывающего из мрака аппетитный жемчужный зад. Переливаясь в глубине оттенками голубого, вправленный в рукоятку плага кристалл ярко сверкал пологими гранями. Откупорив Шерлока, Грег глубоко вдохнул густой аромат розового масла, быстро распространившегося по комнате. Розы он любил, и на ближайшие часы (или минуты) спальня наполнилась истеричным визгом старого пружинного матраса, слюнявыми поцелуями, мокрым чавканьем и хрипами раненого медведя. Двух медведей. Внезапно Грег остановился. Даже в таком состоянии опытный коп не мог ошибиться: секундой ранее с кухни послышался шорох. Шерлок тоже затих. Поняв, в чём дело, оба беззвучно расхохотались, после чего Шерлок, крутанув задницей, прошептал: – Ну что же ты? Давай, порадуй нашу домохранительницу! Грег не стал возражать. Правда, в честь миссис Хадсон им пришлось подправить звуковое сопровождение: кряхтение Шерлока сменилось красивыми «кинематографичными» стонами, а Лестрейд перестал хрипеть и ускорился, звонко шлёпая яйцами по измазанным лубрикантом ягодицам великого детектива.

*

Пока Шерлок мылся, Грег совершил вылазку в гостиную за сигаретами и пепельницей, полагая, что шум воды в ванной заставил миссис Хадсон ретироваться.

*

Они лежали рядом в темноте и курили. Шерлок держал у себя на животе пепельницу, и они стряхивали в неё пепел. Разговаривали обо всём понемногу: о свадьбе, о покушении на майора, о других жёнах мистера Чаттерджи (вернее, о единственной оставшейся, до которой миссис Хадсон ещё не добралась по причине географической удалённости Исламабада)... и о сети Мориарти, которую Шерлоку пришлось распутывать. – Выходит, тебе удалось полностью уничтожить его империю? – Нет, не полностью. – И тем не менее, ты вернулся… – Я попался. – ?! – Меня засекли сербские военные, чьё начальство было завербовано Сетью. Грег немного помолчал, а затем осторожно спросил: – Как с тобой обращались? – Ну, учитывая, что я не был в статусе военнопленного, принципы Женевской конвенции в отношении меня не применялись, – очень ровным голосом ответил Шерлок и, невесело усмехнувшись, добавил: – Возможно, эти парни ни о чём таком и не слышали. Грег переставил пепельницу с окурками на тумбочку и обнял Шерлока. Целовал лоб, нос, скулы, оглаживал плечи, спину, бока… и похолодел, нащупав на левом боку отчётливый рубец длиной около семи дюймов. Дотянувшись до ночника, он щёлкнул выключателем и тихо прохрипел: – Повернись! Шерлок нехотя повернулся боком к свету и поднял руку. Грег прикоснулся к шраму дрожащими пальцами. – Чем били? – Трубой. Шерлок лёг на живот и, скрестив руки под подушкой, отвернулся. – Тебя ведь не только били, – решился, наконец, произнести Грег. – Было что-то ещё? Спустя несколько секунд молчания в ответ прозвучало бесцветное «да». Грег зажмурил глаза в попытке отогнать видение чудовищной сцены, в исторической реальности которой больше не сомневался. Подождав, пока уймётся бешено скачущий пульс, он лёг рядом с Шерлоком и прижался лбом к его плечу, как будто прося прощения за то, что не защитил его в том подвале… И ещё один вопрос назойливо вертелся на языке, но его Грег так и не задал, внезапно осознав, что и без того давно уже знает правду… – Ты не спрашиваешь, как я выбрался… – М-м… Тебя вытащил Майкрофт. – Откуда ты знаешь? – вскинулся Шерлок и пытливо уставился на любовника. – Ну, «британское правительство» – оно ведь такое всемогущее, – почти искренне объяснил свою «догадливость» Грег. – В самом деле, – со странной улыбкой согласился Шерлок. Похоже, ответ его вполне удовлетворил. Неожиданно он схватил Грега за промежность и прохрипел: – Трахни меня! Сделай это… больно. Хочу, чтоб это был ты! Грег понял. Вот только… проще было потребовать, чем сделать. – У тебя что-нибудь есть? – Комод, второй ящик сверху, слева, под стопкой белья. Грег выдвинулся в направлении указанных координат и, порывшись, извлёк знакомую... вещь из чёрного силикона. Ту самую, некогда выкраденную Шерлоком из личного сейфа супруги инспектора Лестрейда. – Что, это всё время здесь лежало?! – Нет, уже после твоего «наркорейда». А Джон бы не стал рыться в чужом белье… – А что насчёт миссис Хадсон? – Думаешь, она во мне разочарована? – Шерлок широко ухмыльнулся. «Думаю, вы друг друга стоите». – И как часто ты этим забавлялся? – вслух полюбопытствовал Грег. – Ни разу. – Хм… Ладно, становись раком. ...Когда хард-шоу, сопровождавшееся театральной похабщиной абьюзера и настоящими слезами жертвы было окончено, Грег хлопнул Шерлока по трясущемуся бедру и приказал: – Иди, шлюшка, подмойся! После того, как "шлюшка» медленно сползла с кровати и на нетвёрдых ногах побрела в душ, он улёгся на подушку и не мигая уставился в потолок. Шерлок сам этого добивался, и ясно было, почему, и всё же… Проскользнув в ванную мимо выходящего Шерлока, он подошёл к раковине и плеснул в лицо холодной водой. В зеркало при этом не смотрел. Наконец, он отважился вернуться в спальню, где Шерлок догадался выключить свет, и скромно улёгся на край кровати, старательно делая вид, что его здесь нет. Шерлок навалился сверху, неистово целуя своего мучителя и прижимаясь к его паху вновь отвердевшим членом...

*

Вместе со свежим воздухом в приоткрытое окно ворвалась ночная майская прохлада. Пришлось залезть под одеяло. Снова курили, снова болтали. – Ты всегда был… в смысле, тебя когда-нибудь интересовали девочки? Шерлок усмехнулся. – Боюсь, у меня не было времени это понять. Грег завис, а когда осознал смысл сказанного, поперхнулся дымом и закашлялся. – Пока ты не спросил, отвечу «нет». Майкрофт не был у меня первым. Грег выдохнул. В принципе, он так и думал: разница в возрасте какая-то… неподходящая. Семь лет – ни туда, ни сюда. Оказалось, что выдохнул он рано. – Это был другой родственник. Не настолько близкий. И снова «нет» – я не чувствовал себя жертвой, ни тогда, ни после. Мне нравилось. Хм, знаешь, у Ру… у него была коллекция рисунков викторианской эпохи, довольно красивых. На них джентльмены делали с мальчиками разные вещи. Мне было любопытно. Грег умудрился сунуть сигарету горящим концом в рот, дёрнулся, чертыхнулся и вкрутил окурок в пепельницу. Чёртов Шерлок! Недавно испытанный бурный оргазм оставлял надежду, что инспектора Лестрейда не могут возбуждать такие опасные темы. Молчание уже становилось неудобным, как и единственный вопрос, который вертелся у Грега на языке: в каком конкретно возрасте Шерлоку пришлось впервые «дать в попку»? Будто прочитав эти позорные мысли, Шерлок прильнул к любовнику и прошептал у самого уха: – Можем как-нибудь поиграть, если хочешь. – Нет! – поспешно рявкнул Грег. Шерлок откинулся на подушку и тихо рассмеялся. – Вы правы, инспектор. Не стоит, пожалуй... Грег вдруг подумал, что отныне будет бояться своих снов, над содержанием которых был не властен, после чего последовательно предложил: – Может, поспим? С учётом наступающего воскресного дня, несколько часов на сон ещё оставалось. Миссис Хадсон ведь догадается, что кофе следует принести не раньше одиннадцати? – Я не против, – пробормотал Шерлок и повернулся на бок, спиной к Грегу. Грег обнял его сзади и, уткнув нос в кудрявый затылок, глубоко вдохнул и закрыл глаза. Волшебная ночь постепенно уступала место серенькому рассвету. Наутро чары развеются, прекрасная золушка превратится в тыкву, а милый, послушный, ласковый Шерлок – в… Эх, да что там говорить…