Золушка

Антон просыпается ранним утром из-за громкого звона будильника, который отдается неприятной болью в висках, а надоедливые лучи солнца протискивались сквозь плотно закрытые шторы, которые совершенно не выполняли свою основную задачу. Он собирался было понежиться еще больше в постели, поудобнее устраиваясь и закрывая глаза, но в комнату без стука заходит Лера, одетая в объемную белую футболку на несколько размеров больше ее, видимо, украла у Антона, пока тот не видел и в черные домашние шорты. Она запрыгивает на двух-спальную постель Антона, присаживается рядом и начинает дергать его за плечо, чтобы тот поскорее обратил на нее внимание, и когда парень все же открывает глаза и смотрит на нее, она мило улыбается ему. — Антон, приготовишь мне завтрак? Я ухожу через двадцать минут, — заявляет девочка, и одиннадцатиклассник опешив от резкой просьбы еще будучи в полусонном состоянии, уверенно кивает головой несколько раз, чтобы сестра от него отстала. — Куда...? — интересуется он, приподнимаясь на локтях и зевая, — и где мать то? Лера цокает языком, нахмурив бровки, которые трогательно приподнялись вверх домиком. — Ты что, забыл? У меня же подготовка к концерту! А мама спит, — обижается девочка, скрестив руки на груди и окидывая брата недовольным взглядом, словно тот только что сильно обидел ее, но тот просто хуй плевал на то, какой график у его младшей сестры, и никогда в принципе не интересовался, только если ему лично не сказать. — Здорово, — коротко отвечает он и встает с кровати, а затем и вовсе выходит из комнаты, оставляя сестренку одну, видимо, не в силах разговаривать сейчас с кем-то и направляется в ванную комнату. — Урод тупорылый, — возмущается Лера, провожая его фигуру взглядом. *** Антон остаётся один в квартире: Лера, как и обещано, на самом деле уходит через двадцать минут, а забирает ее папа, который отпросился с работы, чтобы отвезти ее в центр, где будет проводиться подготовка к концерту. Он прибирает на кухне, моет посуду, после того как приготовил завтрак сестре, а затем взглянув на наручные часы и обнаружив, что до начала занятий у него осталось ровно двадцать пять минут, он нервно вздыхает, понимая что сейчас ему придется бежать, и он по-любому опоздает, а потом будет выслушивать нравоучительные лекции от классного руководителя. Он спешно бежит в свою комнату: накидывает на себя серое утепленное худи со флисом, черные широкие джинсы и на ноги обувает спортивные кроссовки, в которых будет удобно бегать и передвигаться. На улице довольно тепло, чему он убедился с помощью прогноза погоды, поэтому схватив с пола заполненный книгами портфель и подбирая тонкую темно-синюю ветровку от «Адидас» с дивана, он выходит из квартиры, проворачивает ключ в замочной скважине и вызывает лифт. Понимая, что по времени он все равно не успевает и мысленно проклиная Леру за то, что она сама не соизволила приготовить себе завтрак, он решает прийти ко второму уроку, до которого еще сорок минут, и по пути к учебному заведению решает остановиться в небольшом кафе «Синий Попугай», которое находится совсем недалеко от школы. Он берет себе черный чай с двумя ложками сахара в картонном стаканчике и любимую свежевыпеченную булочку с яблоком. Останавливаясь возле ворот школы, он обнаруживает, что до конца первого урока осталось еще восемь минут, а в школу его не пустят охранники или же отправят к завучу за то, что ученик так сильно опоздал и без эдакой причины, да и тем более, скоро прозвенит звонок и будет перемена. Он решает присесть на лавочку, когда видит издалека знакомый силуэт, направляющийся прямиком к нему. Учитель выглядит сегодня не менее потрясно, как и вчера. Он одет в белую рубашку, с закатанными рукавами и расстегнутыми наверху двумя пуговицы, в черные широкие брюки, а из верхней одежды на нем длинное бежевое пальто. — Арсений Сергеевич, — начинает первым Шастун, — доброе утро. Как настроение? — интересуется он чисто из вежливости. — Все отлично, спасибо. Почему не на уроке? — спрашивает Попов, и Антон резко замолкает, задумываясь над тем, что такого бы сказать учителю, чтобы тот ему поверил. — Я проспал, — произносит он одно из первых, что пришло на ум и довольно улыбается, словно в этом нет ничего плохого и все так и должно быть. Арсений фыркает, обращая во внимание слова ученика и улыбается уголком губ, замечая стоящий рядом на скамейке картонный стаканчик с эмблемой синего попугая. Ему хорошо знакомо это кафе, и он тоже часто туда ходит, даже считается постоянным клиентом. — На улице все же прохладно, ты можешь простудиться, тем более, легко одет. Пошли со мной в кабинет, посидишь там до начала урока и потом пойдёшь, — настойчиво предлагает учитель, да и Антон не сильно против, поэтому он сразу же вскакивает с места, кивает головой и идет вслед за учителем, который уже направился в сторону дверей. Они сдают верхнюю одежду в гардеробной, получают соотвествующий номерок и поднимаются по лестнице на третий этаж. Арсений Сергеевич достает из кармана связку ключей, находит нужный и проворачивает им в замочной скважине, а затем дверь легко поддается и оба заходят в кабинет. Антон кидает свой портфель на первую парту, садится на ее край и следит за действиями мужчины, который переступил на кафедру и стал раскладывать свои вещи на учительском столе. — Арсений Сергеевич, — подает голос ученик, все еще не продолжая отрывать взгляда от учителя. — М? — кидает короткое Попов, поднимая взгляд на ученика на секунду, а затем снова отворачивается, будучи занятым проверкой каких-то документов, находящиеся в красной папке. — Сколько вам лет? — вдруг с того ни с чего задает вопрос Антон, что является не очень то и прилично, некрасиво, но он хуй на это клал. Ему на самом деле было интересно, большая ли у них разница в возрасте. — С какими целями интересуешься? — усмехается Арсений, соизволив перевести и остановить взгляд на ученике, а сам упирается ладонями об стол, как бы нависая над ним. Антон хмыкает, ведь он интересуется из чистого любопытства, но что-то в голове так и кричит «подшути над ним», и он сдается, не в силах сопротивляться своим желанием. Он хитро ухмыляется, рукой проводит по волосам, чуть зачесывая их назад и не прерывает зрительного контакта с преподавателем. Он думает, у них достаточно дружеские отношения, чтобы Арсений Сергеевич сейчас не в серьез воспринял его шутку. Он и в правду так думает. — Да хотел узнать, какая между нами разница в возрасте, потому что я то возраста согласия уже достиг, а вдруг вас посадят за педофилию, — резко заявляет парень, выпаливая все на одном дыхании, протараторив. Он замечает озадаченное лицо напротив, а затем мысленно проклинает себя за то, что сморозил какую-то хуйню. Но Арсений Сергеевич, вместо того, чтобы что-то ответить лишь наоборот сокращает расстояние между ними и останавливается в пару шагах от парня, подходит к парте, на которую уселся Шастун и засовывая руки в карманы брюк, он вздергивает вверх одну бровь и смотрит как-то странно, усмехается. — Повтори? — просит филолог, рассматривая теперь уже смущенное лицо парня, который неловко отвел голову в сторону. — Извините, я не знаю нахуя сказал это, я пошутил, — объясняется Шаст, думая над тем, какой же он реально придурок. Арсений хмыкает, подходит еще ближе и становится на небезопасном расстоянии, подносит одну ладонь к лицу парня и резко поворачивает к себе, от чего они чуть ли не сталкиваются носами, но учитель слегка отодвигается назад. — Антон, я смотрю, ты расхрабрился. Хочешь, чтобы я тебя трахнул? — неожиданно спрашивает учитель, и у Антона глаза выпучиваются от удивления. Это что за вопросы такие в сторону несовершеннолетнего?! Он конечно понимает, что ему не стоило так странно и тупо подшучивать над Арсением, но он слегка ахуел спрашивать такое! Антон возмущается, и от небольшой злости теперь уже не отрывает зрительного контакта, а уверенно смотрит в красивые темно-голубые глаза напротив, прикусывает нижнюю губу, и думает над тем, чтобы в ответ озадачить учителя. Ну тот ведь издевается над ним! Они, как считает Антон, не в таких уж и близких отношениях, чтобы учитель позволял себе такое. Шаст тянется ближе к филологу, слегка касается губами мочки уха, а мужчина лишь заинтересованно наблюдает за действиями ученика. — Я привык быть доминантном, Арс, — невежливо сокращает его имя парень, автоматически переходя на «ты», — так что в этом случае это я тебя трахну, — шепчет парень, опаливая его шею горячим дыханием и мгновенно отстраняется. Он привстает с парты, хватает свой портфель, подмигивает еще более озадаченному Арсению, который остался стоять на том же места, тараторит что-то наподобие «урок скоро начнется, пока» и скорее же покидает кабинет, оставляя мужчину одного. Попов так и продолжает стоять возле этой парты, не понимая, как так вышло да и что вообще произошло, а другой рукой сжимает натянувшийся в боксерах член, который встал из-за мгновенного возбуждения после слов Антона. «Это мы еще посмотрим, Тоша», — мысленно прикидывает Арсений, ухмыляясь, а сам садится на учительское место, понимая, что еще долго будет стараться сконцентрироваться на работе, после такой непонятной выходки со стороны ученика. Антон быстро бежит по школьному коридору: на лице заметно выявился красный румянец, да и смущенный он был до жути. Он только сейчас осознал, что сделал и что сказал, и ему было безумно стыдно, ведь учитель наверняка считает его конченным дебилом, да и он тоже себя таким считает. Он только что сказал его же учителю о том, что трахнет его? Что за..? И как ему вообще хватило смелости на такое? А ведь он надеялся, что они с филологом подружатся, ведь после вчерашних разговоров мужчина показался ему интересной личностью, но сейчас он понимает, что хуй там плавал. Боже, и что же делать? Как оправдаться перед учителем, принести свои извинения и объяснить, что все это — самая тупая и необдуманная шутка в его жизни, и он искренне извиняется?