Глава 19
2 июля 2026 г., 20:35
Рождество в Хогвартсе выдалось снежным и тихим.
Большинство учеников разъехались по домам. Слизеринская гостиная опустела — Драко уехал к родителям, Блейз отправился во Францию, даже Теодор покинул замок. Гарри остался один.
Он не хотел возвращаться в Паучий Тупик на каникулы — слишком короткий срок, чтобы тащиться туда и обратно. Северус понимал и не настаивал. Но перед отъездом отец тихо сказал:
— Я вернусь через два дня. Не скучай.
Гарри кивнул, хотя скучать не собирался. В пустом замке было спокойно. Можно было гулять по коридорам, не боясь случайных встреч, можно было сидеть в библиотеке сколько угодно, можно было думать.
А думать было о чём.
Камень ушёл к Фламелю. Квиррелл ничего не нашёл. Волдеморт не получил бессмертия. В этой части истории Гарри выиграл. Но он знал, что это только начало.
---
В рождественское утро Гарри проснулся от света, пробивающегося сквозь щели в шторах.
Он потянулся, зевнул и сел на кровати. В ногах, на покрывале, лежал свёрток — длинный, плоский, перевязанный простой бечёвкой. Гарри не слышал, чтобы его приносили. Кто-то положил подарок, пока он спал.
Он взял свёрток. Он был лёгким, почти невесомым.
Гарри развернул бумагу.
Внутри лежала мантия.
Не обычная школьная мантия. Другая. Серебристо-серая, струящаяся, почти прозрачная на свету. Материя переливалась, словно живая.
Гарри замер.
Он знал эту мантию.
Мантия-невидимка.
Та самая, что принадлежала его отцу Джеймсу. В прошлой жизни она досталась ему от Дамблдора. Здесь… здесь она пришла снова.
Он провёл пальцами по ткани. Она была мягкой, прохладной, как шёлк.
На краю мантии висела маленькая записка. Гарри развернул её:
«Твой отец оставил эту мантию у меня перед смертью. Надеюсь, она пригодится тебе. Пользуйся ею с умом.
С Рождеством,
Альбус Дамблдор»
Гарри перечитал записку дважды. Дамблдор хранил мантию. Дамблдор вернул её.
— Или не совсем, — прошептал Гарри, вспоминая прошлую жизнь.
В прошлый раз Дамблдор тоже вернул мантию, но с другим посланием. Без подписи. Без объяснений.
Он накинул мантию на плечи.
Ткань скользнула по телу, и Гарри исчез.
Он посмотрел в окно — на стекле отражалась пустая комната. Никого. Только кровать и стул.
Гарри снял мантию и снова стал видимым.
— Спасибо, Джеймс, — прошептал он. — И спасибо вам, профессор.
Он аккуратно сложил мантию и положил её на стул.
---
Весь день Гарри ходил по замку, скрытый мантией.
Он прошёл через библиотеку — мадам Пинс не заметила его. Прошёл мимо Филча — тот чихнул и прошёл мимо. Посидел в Большом зале, глядя на зачарованный потолок, где кружились снежинки.
Он думал.
О мантии. О Джеймсе Поттере. О Дамблдоре. О Северусе.
В прошлой жизни Гарри ненавидел Северуса. До самого конца. До того момента, когда узнал правду.
В этой жизни он знал правду с самого начала.
Вечером, когда стемнело, Гарри вернулся в спальню. Снял мантию, аккуратно сложил и положил под подушку.
В дверь постучали.
— Войдите, — сказал Гарри.
Вошел Северус. Он был в дорожной мантии, с усталыми глазами.
— Вернулся раньше, — сказал Гарри.
— Дамблдор отпустил, — ответил Северус, садясь на стул. — Получил подарок?
Гарри кивнул и достал мантию из-под подушки.
— Дамблдор вернул её, — сказал он. — Ты знал?
— Знал, — ответил Северус. — Он сказал мне перед отъездом. Спросил, не против ли я.
— А ты?
Северус помолчал.
— Это не моя вещь, — сказал он. — Она всегда принадлежала Поттерам. Ты — Поттер.
— По крови — Принц, — тихо сказал Гарри.
— По крови — да, — согласился Северус. — Но по имени — Поттер. И мантия — твоя.
Гарри посмотрел на мантию, потом на Северуса.
— Ты не ревнуешь? — спросил он. — К Джеймсу?
Северус усмехнулся.
— К мёртвым не ревнуют, — сказал он. — Только к живым.
Гарри улыбнулся.
— Ты необычный человек, папа.
— Обычный, — ответил Северус. — Просто старый.
Он встал.
— Пользуйся мантией с умом. И не попадайся.
— Обещаю.
Северус кивнул и вышел.
Гарри остался один. Он снова взял мантию в руки, посмотрел на неё и прошептал:
— Спасибо, отец.
Неважно, кого из них двоих он имел в виду.
..........................
Дорогие читатели ,новых глав возможно не будет до конца августа. Это будут два самых тяжёлых месяцев для меня. В сентябре у меня начнется отпуск и я обещаю наверстать упущенное. Пока-пока.
