ШЕСТЬ

Сяо Чжань сел. - Как? Как так получилось? Мы же... Мы же предохраняемся? - выдохнул он. Улыбка сошла с лица Бахуа и появилось немного виноватое выражение лица: - Помнишь, два месяца назад мы ездили на кемпинг к друзьям? Я... забыла таблетки дома, Чжань-эр, и те три дня я их не принимала. Сяо Чжань посмотрел на неё: - И не сказала мне? Бахуа начала кусать нижнюю губу, что говорило о том, что девушка занервничала: - Я была уверена, что у них накопительный эффект, и я... не хотела тебя отталкивать, у нас же... и так не часто из-за твоей занятости и всего остального. И ты же не сделал этого внутрь, я думала, что ничего не будет. А потом, когда мы вернулись, я решила сделать тест на всякий случай. Этот тест... Сяо Чжань вновь посмотрел на него. Сказал, словно уговаривая самого себя: - Ты знаешь, тесты иногда могут показывать ложный результат. Ты делала повторный? Или можем лучше сразу сдать кровь? - Я уже сдала, - ответила та, обрубая его единственную надежду. - Я беременна. Тест не ложный. Сяо Чжань молчал и не мог вымолвить ни слова. Да, он представлял себе, что, возможно, когда-нибудь у них с Бахуа и до детей дойдёт. Особенно после того, как сделал ей предложение. Но это было до ночи с Ибо, до того момента, как он позволил себе размечтаться. О чëм он там мечтал? Развестись? Теперь всё казалось смешным бредом. Беременность Бахуа словно вогнала последний гвоздь в крышку его гроба. У него никогда не было и не будет шанса пожить для себя. Не стоило и мечтать об этом. - О, боги, ты не рад, - она сделала шаг назад, и голос её вмиг задрожал. - Ты не рад. Дьявол, да не мог он так быстро взять себя в руки! Ночь с Ибо что-то изменила в нём. Он был не прав, врать стало труднее. - Бахуа... Она заплакала. В голос, так отчаянно, словно с ней случилось самое страшное. В номер постучали: привезли завтрак. Сяо Чжань разнервничался, быстро подошёл к двери, открыл, принял у швейцара тележку с блюдами. На заднем фоне слышался плач вчерашней невесты. Лицо швейцара было крайне удивлённым, он явно был бы не прочь узнать, что же такого произошло между ними сразу после свадьбы. - Вам нужна какая-нибудь помощь? - учтиво спросил работник отеля. Дьявол, ещё сейчас вызовет подмогу и надумает невесть что. - Нет, простите мою жену, - ответил Сяо Чжань, оттесняя того с порога. - Нам просто подарили мало денег. Когда он закрыл дверь, то выдохнул и постарался взять себя в руки. С ним и так было уже кончено, он просто глупый дурак, который позволил себе размечтаться. Поэтому надо взять себя в руки и идти спасать свой брак. Всё, ради чего ты так много работал и старался последние шесть лет. Сяо Чжань вернулся в комнату, Бахуа сидела в кресле, закрыв лицо ладонями. - Ба-бао, прости меня, не плачь, - он опустился перед ней на одно колено и отвёл её руки от лица. - Посмотри на меня. Она оставалась прелестной даже когда плакала. Какому-нибудь мужчине невероятно бы повезло, а досталось всё ему. Сяо Чжань почувствовал укол вины и сказал ей так ласково, как мог: - Эта новость застала меня врасплох, я просто испытал шок от неожиданности, но всё в порядке. Рано или поздно всё к этому бы и пришло, правда? Она затихла, остаточно всхлипывая, и утëрла носик: - Сяо Чжань, ты такой дурак! Ты так меня напугал! - Ну чего ты испугалась? Что может случиться? Мы же уже женаты, - он говорил с ней как с маленьким ребёнком, вытирая девушке лицо. - Не знаю, просто показалось, что ты не хочешь этого ребёнка... - Я просто не ожидал, но это не значит, что не хочу, - улыбнулся он и поцеловал её в ещё плоский живот. Ему казалось, что Бахуа бы этого хотела. - Родители знают? - Нет, я тебе первому сказала, - она обняла голову мужа. - Хотела сделать сюрприз. Знаешь, как тяжело было терпеть? - Они все будут счастливы, - ответил Сяо Чжань из-под её рук, а сам думал: "Буду ли я любить этого ребёнка? Как долго получится притворяться, что мы счастливая семья?" Со стороны они именно такими и казались: красивая пара молодожёнов наутро после брачной ночи, узнавшая, что у них скоро родится первенец. Сяо Чжань позвонил Ван Ибо через пять дней. Не хотелось предварительно писать что-то, ждать ответ. Хотелось сразу услышать его голос, испытать то ли радость, то ли горечь. - Вэй, Чжань-гэ? - Ибо слышался удивлённым. Конечно, ведь Сяо Чжань никогда так не делал. - Прости, что сразу звоню, привет, - Сяо Чжань стоял на крыше их дома, который они арендовали в свадебном путешествии на Бали. Бахуа внизу плавала в бассейне. Чжань курил. В последние дни он всё больше втягивался в эту пагубную привычку. - Что-то случилось? Сяо Чжань поколебался, сразу ответил наперёд: - Никто не умер, если что, - вздохнул. - У меня новости. Хань Бахуа беременна. На том конце образовалась тишина, и Сяо Чжань мог его понять, терпеливо ждал, когда Ван Ибо придёт в себя. - О... - наконец произнёс он. - И что ты теперь намерен делать? - Становиться счастливым отцом, разумеется, - в голосе Сяо Чжаня совсем не слышалось энтузиазма. - Я поэтому решил тебе позвонить и лично сообщить... Я подумал над твоим предложением, Бо-ди, и я должен его отвергнуть. Ван Ибо тяжело выдохнул в динамике, а Сяо Чжань поспешил объяснить свою позицию: - Видимо, мне не суждено пожить для себя, Бо-ди. Это не значит, что я не хотел бы. Но теперь... я не представляю, как смогу что-то изменить. Я не хотел этого ребенка, мы не собирались, Бахуа... так получилось, в общем. Поэтому я просто хотел сказать спасибо и... прости. Он не это хотел сказать. Он не знал, что говорить в такой ситуации. Боги, сколько у него уже было таких разговоров - с Эриком, с Ван Талу... И каждый раз это казалось чем-то глупым, неловким, несправедливым... - Сяо Чжань, на самом деле, эта новость ничего не меняет, - заявил вдруг Ван Ибо. Тот удивился: - Не меняет? - Нет. Что с ребёнком, что без него, ты по-прежнему не любишь свою жену и не хочешь жить как сейчас живёшь. Разве появление ребёнка всё перевернуло? - Конечно! - возмутился Сяо Чжань. - Если до этой новости я ещё... я ещё мог представить, как свожу с Бахуа отношения на нет и выхожу из этого брака - с потерями в статусе, деньгах, через боль родителей и непонимание друзей, то сейчас... переступить через ребёнка - это уже слишком, даже для такого подлеца, как я, Ибо. Тот молчал. Сяо Чжань снова почувствовал необходимость объясниться: - Пойми, мои родители так меня воспитали: ребёнок решает всё. Они всю жизнь прожили друг с другом, как и мои бабушки и дедушки. И я настраивался на то, что всю жизнь проживу с Бахуа, это ведь был мой выбор осознанного взрослого человека. И если... твоё появление заставило меня усомниться, то теперь я понимаю, что должен делать дальше. И, раз уж так мне суждено, я приму свою судьбу и буду стараться. - Будешь стараться... что? Сяо Чжань испытывал откровенный дискомфорт от этого неудобного разговора. Он зажмурился, Бахуа в бассейне ненадолго пропала в черноте. - Буду стараться стать хорошим отцом. - Ты можешь быть хорошим отцом и вне брака с этой женщиной. Сяо Чжань разозлился: почему он не понимал таких простых вещей?! Он злился на упрямство Ибо и тот факт, что собственные аргументы казались Сяо Чжаню слабыми. Как будто правильность его позиции должна была быть очевидна, но почему-то с Ибо это не срабатывало. - Нет, не смогу! - ответил он свистящим шёпотом, чтобы не привлекать внимание. - Я не знаю как, ясно тебе?! Думаешь, если я твой гэгэ, у меня есть чит-коды на эту жизнь?! Я ни черта не знаю, Ван Ибо, я не знаю, как жить эту взрослую жизнь! Я пытаюсь ориентироваться на родителей, как люди делали поколениями до меня, и я просто надеюсь, что это сработает! Но я ничего не знаю! Голова закружилась. Он отошёл от перегородки подальше и присел в плетëное кресло. Ван Ибо молчал, но не сбрасывал, Сяо Чжань слышал его дыхание. Удивительно, но даже простое дыхание Ван Ибо успокаивало. Когда паника внутри Чжаня улеглась, он наконец-то подал голос: - Скажи что-нибудь, не молчи. - Мне жаль, - отозвался Ибо спокойно. - Жаль, что тебе приходится проходить через всё это. Я хочу тебя поддержать. Скажи мне как. - Я не знаю, Ибо... - Когда ты возвращаешься в Китай? - Через неделю, второго числа. Ван Ибо помолчал, потом предложил: - Я смогу приехать в Чунцин пятого, это будут выходные. Давай увидимся? Ван Ибо назначил встречу в лобби отеля, где остановился. Не "Корона Плаза", конечно, но тоже вполне себе приличное, а главное уединённое место на окраине города. - Ты всегда можешь останавливаться у меня или моих родителей, - сказал Сяо Чжань, когда пришёл. - Слишком много внимания, - ответил тот. - Я больше люблю быть в тени. Выпьешь? Сяо Чжань согласился. Когда он собирался к Ибо, то говорил себе, что едет с ним поговорить по-человечески, попрощаться, а потом пошёл в ванную и сделал все необходимые приготовления для анального секса. Мало ли, как они будут прощаться, верно? Подходя к отелю, он ещё думал, что идёт к Ибо на последнее свидание, но, увидев его, в мыслях промелькнуло: "Да кого я обманываю?" Он хотел Ибо и хотел повторения той ночи, потому что именно тогда был по-настоящему, безраздельно счастлив. - Выпью, - ответил Чжань. - Как твои родители отнеслись ко всему? - спросил Ибо, когда они сделали заказ. - Они счастливы, разумеется, - ответил Сяо Чжань. - Тут можно курить? На столах стояли пепельницы, поэтому ответ угадывался сам собой. Ван Ибо молча проследил, как Сяо Чжань закуривает, но не стал комментировать. - Все счастливы, кроме меня, - ответил он, выдыхая первую порцию дыма. - Я начинаю думать, может, это со мной что-то не так? - С тобой всё так, - ответил Ибо. - Просто мы с тобой изначально были другими. - Не могу отделаться от мысли, что это я повлиял на тебя, - высказал Сяо Чжань мысль, которая уже многие годы зудела у него на подкорке. - Если бы не я, возможно, ты бы... - Что? Вырос "нормальным"? - Да, - выдохнул тот и понял, что звучало как-то не очень. - Прости. - А я и вырос нормальным, - Ибо остался спокоен. - И ты - нормальный. И то, что происходит между нами - нормально. Ненормально думать, что это не так. Сяо Чжань усмехнулся. Всего шесть лет разницы между ними, но, казалось, Ван Ибо размышлял куда как более современно и продвинуто, чем Сяо Чжань. - Если ты на меня и повлиял, то только тем, что задал вкус в парнях, которого я придерживаюсь, - заметил Ибо с косой ухмылкой, и у Сяо Чжаня вдруг затрепетало в груди. Ну дожили. Он ловит бабочек из-за комплиментов диди. Принесли выпивку. Сяо Чжань опрокинул в себя почти всё, и Ибо снова воздержался от комментариев. Деликатный и умный. - В кого ты вырос такой умный? - вырвалось из Сяо Чжаня. - Говоришь все эти взрослые вещи... - он наставил палец на младшего: - И манипулируешь! Ибо снова усмехнулся: - Школа жизни. Поднимешься со мной наверх? Сяо Чжань посмотрел в глаза Ибо, и через паузу ответил: - Поднимусь. Они начали целоваться сразу, как за ними закрылась дверь, попутно раздевая друг друга. Сяо Чжань хотел взять всю инициативу на себя, поэтому первый припёр Ибо к стене, опустился перед ним на колени и расстегнул тому брюки. - Чжань-гэ... - выдохнул тот, и старший взял у него в рот. С той их ночи прошло около двух недель, но Сяо Чжаню казалось, будто целая вечность. Он так соскучился по Ибо, так соскучился по его члену, запаху, стонам. А тот не сдерживался, направляя голову старшего, позволяя ласкать себя, словно они всегда этим и занимались. Но Ибо не захотел кончать, и Сяо Чжань не понимал, как тот сдерживается. Младший отстранил старшего от себя, разделся полностью и, вновь приблизившись к Чжань-гэ, очень нежно поцеловал его в губы. Полностью раздетый Ибо и почти полностью одетый Сяо Чжань представляли трогательный диссонанс, но именно собственная одетость казалась Чжаню неправильной. - Я так соскучился, - выдохнул Ибо, подводя его к кровати. Сяо Чжань почувствовал, что тот не хотел спешить, хотел сделать всё размеренно и нежно. Он позволил Ван Ибо уложить себя поперёк кровати, высвободить из рубашки и брюк, трусы тот снял с него особенно медленно, высвобождая полунапрягшийся орган, и поглядел старшему в лицо с нескрываемым восторгом, словно обнаружил у него между ног не обычный азиатский член, а нечто удивительное. - Сколько у нас есть времени? - спросил Ибо. Сяо Чжань глянул на часы: - Не меньше трёх часов. - Не выпущу тебя все три часа из постели, - пообещал тот, и взял в рот его правый сосок. Сяо Чжань отдавался, стонал и в этот раз был намного более активным, чем обычно. Можно сказать, что он даже хотел показать себя Ибо. Когда тот закончил ласкать его соски, Сяо Чжань вновь перенял инициативу, взобравшись на диди сверху. Он притёрся яичками к его животу, подвинулся вперёд, пересел на грудь, ткнувшись кончиком вставшего члена Ибо в губы. Тот гостеприимно его принял и начал нежно облизывать языком, а язык у него был чудный - горячий и гладкий, и Сяо Чжаню уже тогда захотелось кончить. Ибо придерживал Сяо Чжаня за ягодицы, то гладил его тёплыми ладонями по всему телу, то нырял в дырочку, разминал её, массировал полушария, опускался к шовчику и давил со стороны простаты. Не хотелось отрываться от его сладких губ и нежного языка, но Сяо Чжань пересилил себя так же, как Ибо, отодвинувшись, ведь он хотел ещё покрасоваться перед любовником. Примерившись, Чжань насел сверху. Вход, хоть и подготовленный заранее, раскрылся неохотно. - Чжань-гэ, подожди, здесь была смазка... - Ибо потянулся и достал отельный пробник, быстро надорвал, выдавил на пальцы и смазал сначала себя, а потом вход Сяо Чжаня. Чжань насел повторно и в три захода, не без помощи бедёр Ван Ибо, который плавно поддавал снизу, сел до конца, застыв, привыкая. - Малыш, - сказал вдруг Ван Ибо снизу чуть хрипло, в их уединённой тишине, - ты такой горячий. Сяо Чжань качнулся, вспоминая эту позу, это так давно было, последний раз ещё с Эриком, сто лет назад. Но раз научившись подобным трюкам - будешь помнить их всю жизнь, на уровне инстинктов, похоти и страсти. Сяо Чжань начал двигаться активнее, вошёл в ритм, опёрся ладонями на грудь младшего. Его чудесные мышцы перекатывались, напрягаясь от усилий, Ибо помогал ему, поддерживал под ягодицы и смотрел снизу, просто пожирал взглядом, потом выдохнул: - Я люблю тебя, Чжань-гэ. Сяо Чжань знал, что тот хотел услышать, всё его нутро отзывалось в ответ, но он пока был не готов сказать это вслух и признать, что жизнь его действительно повернула куда-то не туда. Хотя уже в ту минуту он понимал, что нужно было сказать Хань Бахуа "нет", когда она предложила пойти на свидание. Ещё тогда, шесть лет назад. Сказать нет и дождаться Ибо, поверить в него, поверить в его чувства, дать ему шанс показать себя, и может быть у них бы началось всё ещё и раньше... Сяо Чжаню было физически хорошо и душевно плохо, он заскулил от этой дисгармонии, и Ван Ибо поднялся к нему навстречу, сел, плотно прижимая старшего к себе, не спуская со своего члена, выцеловал ему лицо, шею, за ушами: - Не надо, всё хорошо, я теперь тебя не покину, ты теперь мой. Не важно, что написано на бумагах, ты мой, Чжань-гэ, скажи, что ты мой... - Я твой, - прошептал он, цепляясь за Ибо, прижимая его к себе и зажмуриваясь, чтобы уйти от реальности. Ван Ибо вновь облизал его шею, кадык, засосал кожу под ухом. - Бо-ди, не надо, - Сяо Чжань дёрнул головой и застыл. - Не оставляй на мне следов, прошу... Они остановились, всё ещё прилепленные друг к другу. Ибо отпустил его из захвата губ, но продолжал прижимать к себе, тяжело дыша. А Сяо Чжань вдруг ясно представил, как тот выходит из него, снимает гэгэ со своих коленей, говорит, что всё это была ошибка и... - Пожалуйста, прости меня, - Сяо Чжань уцепился за Ибо, не желая его отпускать и не смея посмотреть ему в глаза. - Я знаю, чего ты хочешь, но я не смогу тебе это дать. Но я очень прошу тебя, не бросай меня. Я знаю, как это эгоистично, но если ты меня бросишь, Бо-ди, я... задохнусь. Пальцы Ван Ибо впились в его мышцы на спине, стискивая, и он сказал глухо, не пытаясь высвободиться: - Я же сказал, что теперь не покину тебя, Чжань-гэ. Если по-другому ты пока не можешь, значит, я подожду тебя. Подожду, когда сможешь. Только пообещай мне... - Что? - Что когда-нибудь мы будем вместе по-настоящему. Как полноценная пара. Ты и я. Как и должно было быть. Сяо Чжань хотел бы. Он хотел бы, пусть и не представлял себе, как это возможно в его случае. Но рядом с ним был Ван Ибо, его диди, его человек, который его спасал, который дарил ему ощущение счастья, жизни, любви, и которого он сам любил всю свою жизнь, просто разной любовью, но любил. - Я обещаю, - ответил он и в тот момент сам очень хотел в это верить. - И я тоже тебя люблю. После секса с Ибо Сяо Чжань тщательно вымылся. Нет, он не чувствовал себя запятнанным, ему нравился запах любовника и нравилось покрываться им. В этом было что-то от животной страсти, нечто всепоглощающее, чего так не хватало в его жизни. Но ему казалось, что, если он не вымоется, то Бахуа обязательно всё поймёт. У него и так были горящие счастливые глаза, затраханный вид и лёгкая хромота. Ибо отпускал его тяжело: смотрел щеночком, лез целоваться. Стоило ему положить свою широкую ладонь Сяо Чжаню на поясницу и сказать хрипло на ухо "малыш", как у того вся спина покрывалась мурашками, а колени подкашивались. Но он пересилил себя и ушёл, потому что остаться не мог, пока ещё нет. На следующий день они с Бахуа пошли на первое УЗИ в Центр Матери и Ребёнка. Из-за прошлой политики "одна семья - один ребёнок" всё ещё не разрешалось сообщать пол, да они ещё и не могли его узнать на таких ранних строках. Зато врач сказала, что даст послушать сердцебиение малыша. Бахуа светилась от счастья и много разговаривала, а Сяо Чжань был, скорее, погружен в себя, слушая жену в полуха. Он думал: если бы не решение партии про одного ребёнка, были бы у него братья и сëстры? Наверняка. Мама очень хотела ещё детей, она не раз ему рассказывала об этом. Был бы он более счастливый, если бы имел сиблингов? Кого-то ещё, кто занимал бы время и внимание родителей. Кого-то ещё, с кем можно было бы разделить ответственность. Мог бы он позволить себе жить так, как хочет? Встречаться с Ибо, быть холостяком, жить для себя, а не для других? Наверное вряд ли, учитывая, что он всё равно был бы старшим сыном. Младшие смогли бы, прячась за его спиной и выстраивая жизнь так, как им угодно. Поэтому неизвестно, было бы ему лучше или хуже... - Чжань-эр, о чëм ты задумался? - Бахуа взяла его за руку. Сяо Чжань вздрогнул и очнулся от своих раздумий, пожимая её руку в ответ: - О братьях и сёстрах, которые у меня могли бы быть. Девушка как всегда всё поняла по-своему: - Не волнуйся, Чжань-эр, у нас обязательно будет как минимум двое. К счастью, Чжаню не пришлось ничего отвечать. - Готовы? - спросила их доктор и включила звук. В колонках раздалось чёткое сердцебиение, наполнившее комнату УЗИ. Бахуа ахнула и тут же расплакалась, сжимая его ладонь. Он держал её, прислушивался к этому звуку и пытался понять, что чувствует. Понять пока не получалось. Врач скинула им запись и снимки в Вичат. Глядя на снимок, он несколько раз терял ребёнка, подходил к Бахуа и спрашивал: - Вот тут? Белая точка? - Да нет же, - отвечала та, - вот эта точка, чёрная, поменьше. "Как горошинка", - думал он, не до конца веря в то, что из этого получится полноценный человек. Он обвёл чёрную точку в фоторедакторе и выслал своим родителям, а потом подумал и выслал Ван Ибо: "Это мой будущий ребёнок". Ван Ибо почти сразу прочитал сообщение, для Сяо Чжаня он всегда был на связи. "Не верится, что из этого вырастет настоящий человек" - написал тот в ответ, и Сяо Чжань улыбнулся: Ибо озвучил его собственные мысли. А потом Ибо скинул своё расписание работы, где отметил дни, в которые он сможет приехать к Сяо Чжаню в Чунцин. "Напиши, когда можешь увидеться со мной". Чжань сверился со своим графиком и выписал ему даты. В следующем месяце они могли увидеться целых три раза, и следующая встреча будет уже через две недели. И эта мысль грела и поддерживала Сяо Чжаня, хотя он знал, что поступает бесчестно и подло. Но у него впереди были три встречи с Ибо, и он не собирался отказываться ни от одной. +2 главы на Бусти: https://boosty.to/marinalesovskaya/donate