Коловрат

Весь путь от пиков Велесовых Гор до их подножия для астартес занял чуть больше часа. Мучительного часа, в ходе которого Юрий и Белояр успели больше десяти раз вознести мольбы Праотцу-Императору, помянули всех святых и не-святых с Чернобогом во главе, раз восемь прощались с жизнью и бесконечно жалели о том, что вообще ввязались в этот бой с аспидом. Но все же было еще кое-что. Сам Агнехрон, казалось, слабел на глазах. Поначалу это было практически незаметно - хоть его усовершенствованный организм и не смог нейтрализовать отраву, держал удар он прекрасно. И все же, счет шел. Если бы он не надел шлем, то мальчишки бы увидели, как астартес бледнеет на глазах - температура тела начинает стремительно падать, а место вокруг удара жалом уже начало покрываться изморозью под броней. Такова была судьба тех, кого поразил аспид - превратиться в мертвую глыбу льда, которую хищник потом просто-напросто медленно бы слизал, словно отвратительную пародию на фруктовый лед, который так любили делать купцы во время празднества Новой Жизни, традиционно справляемого в конце каждого года. Примерно на половине пути у Агнехрона начали кончаться силы. Ближе к концу, когда облака остались позади, он стал делать передышки между прыжками, хотя раньше в них не нуждался. Они становились все длиннее, пока не начали проходить уже по несколько минут, во время которых Белый Ратник тяжело дышал и порой терялся в пространстве. Когда же он достиг земли, то пал на колени, выронив Юрия и Белояра, которые так и остались лежать, пытаясь отойти от последствий резкого спуска. Как вдруг... - Господин Агнехрон! - Юрий обернулся на источник голоса и увидел... Нет, не астартес. Человека. Обычного человека с длинными рыжими волосами, заплетенными в хвост, и веснушками, которые смешно смотрелись на его довольно молодом лице. Одет он был в одежды, которые не относились к какому-либо известному или увиденному Юрием племени славичей. На ней были иные узоры, она сама больше походила на то, во что одевались волхвы - широкие одеяния, скрывающие почти все тело, очень напоминающие монашескую робу. Подбежав к космодесантнику, он опустился на колени перед ним. - Я привел помощь, мы получили ваш сигнал. Громовая Птица уже готова... - Жестом он подал знак кому-то и Юрий увидел еще более странных существ. Юрий не верил, что когда-нибудь увидит их. Славичи называли их "дивьи люди". В сказках и былинах говорилось, что жили они на луне их мира, состояли целиком и полностью из железа, а пламя их кузниц рождало невероятные в своем великолепии и мощи орудия войны. Не удивительно, что в их лице Белая Рать нашла крайне могущественных союзников. Теперь же эти персонажи древних легенд предстали перед ним, а слуга Агнехрона смотрел на них так, будто это его не удивляло ни капли. Они выглядели как люди. На первый взгляд, телосложение их было антропоморфным. Одеты они были в длинные робы красного цвета с разномастными узорами, напоминающими части сложных механизмов. Однако стоило ему рассмотреть их тщательнее, как Юрий невольно почувствовал страх. Что-то в их облике казалось ему... Странным. Неправильным. Наполовину люди, наполовину машины. Правый глаз одного из них скрывал странный прибор, объединяющий в себе множество линз, попеременно меняющих свое местоположение. Лицо второго же не было видно из-за нагромождения металлических элементов - лишь их расположение напоминало о том, что там когда-то была человеческая плоть и всего скорее остались кости, расположение которых необходимо было учитывать при замене недолговечного мяса на благословенный металл. Руки и стопы - единственное, что выглядывало из-под красных мантий, были металлическими. Причем пальцы рук были выполнены будто бы в виде разномастных инструментов, которые облегчали выполнение тех или иных задач и при случае могли быть заменены одной лишь мыслью этих странных существ. Бормоча что-то на неизвестном Юрию и Белояру языке, они подобрались к космодесантнику, что протянул им руки и стали осуществлять какие-то манипуляции с его броней, параллельно вводя в специальные ее отсеки мутную светло-красную жидкость. - Любомир, мой верный оруженосец... Спасибо тебе. - Я свой долг выполняю, господин. - Ответил тот, учтиво поклонившись и всерьез не понимая, за что его благодарят. - Нет, долг это еще не все. Ты - первый, кому хватило наглости не просто служить мне, но и терпеть все мои заскоки. Как я могу поблагодарить тебя за твою верность? - Я бы попросил вас больше не заставлять меня так переживать, пока вы рискуете жизнью ради охотничьих трофеев, но... - Человек улыбнулся, памятуя о том, что Агнехрон демонстрировал такую искренность и чувства лишь в моменты, когда был сильно ранен. Или в стельку пьян. - В этом ведь нет смысла, да? - Определенно. - Смеясь, ответил астартес, в то время как полумеханические существа сняли с него перчатки и принялись за наплечники. Судя по всему, от введенного ими лекарства ему стало немного легче, но телу астартес все еще требовалось глубокое очищение от яда змея. - Надеюсь, наш знахарь не будет на меня слишком зол. - Он уже знает, я позаботился. - Кивнул оруженосец. - То есть Есений знал и сам не пришел?! - Нет, он дал первичное противоядие и наказал доставить вас к нему как можно скорее - потребуется оборудование ордена, чтобы очистить вашу кровь. Встретить вас пришел кое-кто другой... - Оруженосец отвернулся и... - Агнехрон... - Грозный голос заставил Юрия обернуться. - Я думал, что охотничий азарт не заглушит голос разума, если таковой вообще был в твоей голове. Что-ж, я был неправ. Вне всякого сомнения, этот тоже был Белым Ратником, но брони не носил. По крайней мере в этот момент. Несмотря на принадлежность к величайшим героям своего мира, он был одет довольно скромно. То была обычная белая рубаха с коротким рукавом и узорами славичей синего цвета, обнажающая его огромные, мускулистые и покрытые шрамами руки, кисть одной из которых состояла из железа, прямо как у существ в красных мантиях. Подпоясанная красным тканевым ремнем с другим узором, рубаха дополнялась тканевыми штанами и кожаными сапогами и если бы не габариты и эта невероятная стать, недоступная смертным, то Юрий бы спутал его с таким же человеком, как и он сам. Голова ратника была лысой, но у него также была короткая борода и усы. Сложив руки на груди, он стал смотреть на Агнехрона, пока существа поэтапно освобождали его от брони, обнажая тело, постепенно обращающееся в лед. - Чеслав... - Астартес хмыкнул. - Уж думалось мне, что не покажешься ты без своей брони терминаторской. - Это еще почему? - Тот повел бровью. - Все знают, что ты боишься, будто без нее тебя посчитают чересчур низкорослым. - Агнехрон ухмыльнулся. - Что есть, то есть. Но чтобы носить ее, огромные габариты не требуются. Не всегда. - Смеясь, ответил он. - Без надобности мне она, брат - Великий Князь решил меня за себя оставить, пока с Марнеем совещается. До его возвращения мое место здесь, в Деснице Предков. - Знаю, сам в шоке был. - Оба космодесантника расхохотались. - Ну, как оно? - Юрий едва сдержал удивленный вздох, когда механические существа сняли нагрудник, обнажив место попадания жала. Оно выглядело просто кошмарно - уже обратившаяся в лед плоть рядом с раной, вены вокруг которой вздулись и окрасились в черный. И тем не менее, воин будто бы не замечал то, что стремительно близится к смерти. Или дело было в веществах, что ему ввели? Так или иначе, было видно, что они лишь замедлили распространение яда, но не остановили его. - Рана твоя? Ну, видал я посимпатичнее вещи, конечно... - Да не о ране я. Как управляется-то? - Бывало и лучше, честно говоря. Не для меня эта работа. Командовать дружиной легко, но весь орден... Я не знаю, как справлялся Владимир. Возможно, нужен определенный склад ума, а? - Воин фыркнул. - Так мало мне этого - внезапно я узнаю, что мой дражайший брат и по совместительству подчиненный решил поохотиться в период испытаний и даже на искателей напоролся. Ты подождать-то не мог, пока они все сюда переберутся или сгинут в снегах, лесах да болотах? - Юрия насторожило то, с какой хладнокровностью Чеслав сказал последнюю фразу. - Не мог, брат. Ты же знаешь, времени у меня мало остается... - Слышать ничего не желаю. Если умрешь раньше меня, я найду тебя в священной Прави и набью твою морду. К тому же ты знаешь порядок, брат. Орден доверяет ветеранам и позволяет им тренироваться так, как они посчитают нужным, но это - перебор. Я не запрещаю тебе охотиться, но приказываю избирать методы, которые не обернутся для тебя преждевременной кончиной. А насчет аспида не волнуйся. В следующий раз пойду на охоту вместе с тобой. Глядишь, и сам испытаю на себе эту отраву, да голосом разума пребуду, что заставит тебя с собой на этот раз антидот взять. - Он бросил мимолетный взгляд на трудящихся существ в красных мантиях, которые бережно относили броню и укладывали в странной конструкции, двигатели которой издавали мерный гул. Однако у Юрия и Белояра все похолодело внутри, когда взгляд воина поймали они сами. - Вы. Как звать? - Юрий из Эзеритов и Белояр из Дулебов, господин. Мы - искатели... - Ответили они и преклонили колени, на что воин раздраженно фыркнул, коротко скомандовав: - Встать. - Так они и поступили. - Коли вы искатели и все-таки дошли, то зарубите себе на носу. Есть лишь двое, перед кем Белый Ратник преклоняет колени. Наш отец, примарх тринадцатого легиона космодесанта - Робаут Жиллиман. И его отец, великий Император Человечества. Наш божественный предок, которого мы все зовем Праотцом. Коли первый находится на Макрейдже, а второй на Святой Терре, будем честны - вероятность встретить кого-либо из них окромя как на их изображениях для вас крайне мала. - Он сложил руки на груди. - Но не думайте, что я к вам излишне суров. Я на самом деле очень даже впечатлен. Особенно тобой, Юрий из Эзеритов. Он аж опешил. - Это честь для меня, господин. - Истинно так. - Он подошел к нему, протянув для рукопожатия ладонь, которая была больше, чем его голова. - Чеслав Муромец, воевода легендарной первой дружины, а в данный момент - временно исполняющий обязанности Великого Князя его приказом. Воибор решит, достоин ли ты стать одним из нас, хоть я и думаю, что ты уже знаешь ответ. Но у меня для тебя есть подарок в знак моего уважения твоей доблести. Убить аспида... Это дорогого стоит. Посему я, Чеслав Муромец, нарекаю тебя - Юрий Змеевержец! Послышался смех Агнехрона. - Поздновато ты спохватился, брат-воевода. Я уже нарек его. Он - Юрий Счастливчик. - Счастливчик? - Чеслав хмыкнул. - Как-то обидно это, тебе не кажется, Агнехрон? Я смотрел запись - ему, конечно, повезло, но все же... - Да, к слову - могу ли я принять ваше прозвище? Змеевержец как-то лучше звучит... - Осмелев, спросил Юрий. - Нет, не можешь. - Чеслав помотал головой, улыбнувшись. - Если уж тебя нарек кто-то старше вперед меня, то теперь я не могу этого сделать, пока ты не совершишь еще что-то знаменательное. - Заметив, что искатель поник, астартес легонько хлопнул его по плечу. Настолько легонько, что тот едва устоял на ногах. - Да ладно тебе, совершишь еще какой-нибудь подвиг - подойдешь ко мне и я уж тебя покрасивше назову. Да и бывали у братьев-искателей клички и похуже. Я вот смотрел за твоими похождениями и знаешь, что? Однажды я тоже чуть не пал жертвой чар русалки. Вот и назвал меня брат-ветеран Кирилл - "русалочий обольститель"! - Расхохотавшись, сказал Чеслав, подхватив подкосившегося Агнехрона. - Ты в порядке, брат? - Не совсем... Мне, наверное, отдохнуть бы надо... - Астартес слабел на глазах. Чеслав взвалил его себе на плечи и развернулся к искателям. - Я бы предложил вам отправиться в обитель ордена вместе с нами, но, думаю, нет в том надобности. Не хочу воровать у вас те впечатления, которые вы испытаете, впервые оказавшись в этих благословенных землях. Эх, помню свое состояние, когда я все это увидел... Представляете? Прошлой жизни не помню, но помню тот восторг! Такое не забывается никогда. К слову, вы пришли за неделю до завершения испытаний, так что времени у вас достаточно. Десница Предков огромна - наслаждайтесь заслуженным отдыхом. Скоро это слово вы забудете очень надолго. - Но куда нам идти, господин Чеслав? - Спросил Белояр. - Так вот же она, обитель наша. - Астартес кивнул на взметающиеся ввысь шпили крепости-монастыря. - Держите путь туда, у его подножия целый город и земли наших служителей. Вас там будут чествовать как героев, уж поверьте - все знают почти все о каждом, кто вскоре прибудет сюда. А уж вы потрудились на славу. - Он кивнул полумеханическим людям и они вместе отправились к транспорту. - Что-ж, бывай, молодняк! Глядишь, когда-нибудь и вы придете в первую дружину уже закаленными в битвах ветеранами... С этими словами странная процессия скрылась в транспорте, который с ревом взметнулся ввысь и устремился к обители ордена, оставив искателей в гордом одиночестве. - Что будем делать? - Спросил Белояр, растерянно смотря по сторонам. Вокруг был лишь лес берез, листва которых звучно шелестела от дуновения ветра. Трель лесных птиц и звуки диких животных нарушали ночную тишину. Однако откуда-то издали доносились звуки буйной городской жизни. - Ну, ты слышал господина Чеслава. - Ответил Юрий. - Пойдем. Я был бы не против отдохнуть... *** Что бы они ни думали о Деснице Предков - никакие сказки не могли подготовить их к тому великолепию, которое открылось им, стоило лишь сделать шаг. То были благодатные земли богов. Широкие поля, озера с кристально чистой водой, березовые леса, завораживающие в своей таинственной красоте... Здесь жили и трудились люди, используя приспособления и инструменты, которых не было у славичей за пределами Велесовых Гор. Некоторые были и маленькими, предназначенными для использования вручную, были и огромными, оставляющими мало просторов для фантазии касательно их способностей. То, что занимало обычно несколько часов или даже дней здесь делалось за считанные минуты и это не могло не восхищать. Люди приветствовали их как героев. В первой же деревушке, которую и язык так не поворачивался назвать из-за непривычной гротескности зданий и их технологического оборудования, их окружили дети, прося задержаться и рассказать о своих странствиях. Какая-то девочка с русыми волосами сплела для них венки из полевых цветов и водрузила им на головы, смотря на них так, будто они уже стали Белыми Ратниками. Ее отец, завидев их, пригласил Белояра и Юрия к себе домой и накормил от пуза, рассказав множество интересных вещей. Здесь люди и орден были по-настоящему едины, а появление космодесантника никого не то чтобы не волновало - люди обычно даже не отвлекались от выполнения своих обязанностей. Как оказалось, прадед этого человека прошел испытания и был избран, присоединившись к Белой Рати, за что его семье и позволили служить ордену в землях, граничащих с его обителью. И он был не единственным таким. Здесь жили сотни, тысячи людей - и у каждого из них в роду был тот, кто занял свое место среди величайших героев Ирея. Лишившиеся сил после смертельно опасного восхождения и не менее опасного спуска, они согласились переночевать у него дома и утром уже продолжили путь. А уж когда они прибыли в саму Десницу Предков... Юрий навсегда запомнит, как едва не упал на колени из-за увиденного им великолепия, стоило вратам отвориться перед ним и Белояром. То был город. Огромный город, здания которого устремлялись в небесную высь. Изображения матушки-медведицы и священного орла Праотца-Императора украшали их, железные птицы парили в небесах, лишь изредка садясь для того, чтобы опустошить свое нутро от пассажиров и переносимых грузов. Пламя кузниц не угасало ни на секунду, рождая все новые орудия праведной войны. На складах, в цехах и заводах, в архивах и доках кипела работа, но уже не так как раньше - планы были выполнены и люди готовились к празднику, знаменующему приток в орден новой, свежей крови. А в небесах, выше даже железных птиц, в недоступной смертным синей выси покоились железные левиафаны, готовые в любой момент отправиться вершить суд Праотца. А глубоко под городом, сокрытые от чужих глаз, полулюди-полумашины вели свои исследования, благословленные богом-кузнецом. Великим созидателем металла и покровителем всех механизмов, в их мире почитающемся под именем Сварог. Но все это чудо лишь окружало их конечную цель. Десница Предков затмевала все своим величием. Неприступная цитадель с выбитой головой медведя на могучих стенах, ощетинившихся орудиями, пламя которых обратит любого врага в полыхающее ничто. Она была разделена на уровни, лишь на первом из которых можно было заметить дома и казармы, в которых обитали боевые братья и ветераны в свободное время или время отдыха. Остальной комплекс представлял из себя гигантский замок, оснащенный передовыми системами обороны. Именно в нем боевые братья тренировались и проводили время, посвященное ритуалам верности и осознанию своего долга перед Праотцом-Императором и его великим Империумом. Неприступная для всех, кроме Белых Ратников и их личных служителей, она являлась оплотом истинной власти Ирея. И Юрий с Белояром были горды тем, что станут одними из немногих, кто удостоится чести в принципе побывать внутри нее. И все же, оставалась еще неделя для того, чтобы отдохнуть телом и духом - если им позволят занять свое место среди Белых Ратников, процесс их подготовки затянется на несколько лет. И ни у кого язык не повернется назвать его простым. Впрочем, их могли отбраковать, но служба ордену все равно считалась в их мире высшей степенью чести. Что же до Юрия - ему подходили оба варианта. Главное, чтобы матушка была жива-здорова. Посему достигшие своей цели искатели приняли волевое решение - оторваться на всю катушку. Так и прошли первые их два дня в предместьях Десницы Предков. Как оказалось, искателям предоставляли жилье бесплатно. Юрий и Белояр долго думали, что это за странное приспособление, в которое горничные совали тарелки с едой, после чего оно начинало громко гудеть и каким-то совершенно необъяснимым способом разогревало яства. Несколько раз мылись в купели, которая наполнялась сама собой, стоило лишь повернуть вентиль - да даже мыло там и то было необычное, с примесью запахов, которые они никогда не встречали. Определенное время они были озабочены поисками пищи и с этой целью отправились на рынок, дабы выменять добытые шкуры животных на что-то съестное. Однако вышли они оттуда со все теми же шкурами и четырьмя корзинами самой разномастной еды, которые им вручили просто так. "Чудо-коробка", как ее назвал Белояр, при включении показывала картины невиданные, а невидимый голос рассказывал о последних новостях в мире и в Деснице Предков, а также торжественно объявлял об очередной победе Белой Рати над врагами Праотца. Когда человек, с удовольствием вызвавшийся помочь им, нажимал на кнопки на странном устройстве, картинки менялись - Юрию и Белояру особенно понравились те из них, что претворяли в жизнь сказки и предания их родного мира. Величайшие их герои будто бы оживали на мерцающем экране - до них можно было буквально рукой подать. Юрий и подал, но уперся в стекло когитатора, так и не дотронувшись до гагатов на короне Кощея Бессмертного. Все никак потом не мог понять, почему поглазеть на них собралась целая толпа зевак, постоянно хихикающих и что-то обсуждающих, то и дело поглядывая на них. Юные искатели впервые узнали, что такое технологии. И это было просто неописуемо. Еще более неописуемыми были впечатления, когда их пропустили в трактир и человек с механическим глазом и подключенными к голове проводами, представившийся капитаном одного из космических кораблей ордена, проставил им выпивку на весь вечер. "Храбрая вода" быстро развязала языки и они многое узнали. Сам он тоже когда-то хотел стать Белым Ратником, но когда он прошел испытания, ему было восемнадцать лет. Как оказалось, он был слишком стар для присоединения к их рядам, но воевода, руководящий испытаниями, оценил его находчивость во время них и предложил место во флотилии ордена. Год за годом он постигал это непростое искусство и в конце концов преуспел, став нести врагам Праотца смерть в сосущей черноте космоса. Они также выяснили, что сами служители ордена выполняют самые разные задачи и не обязательно живут в крепости-монастыре. Их много и за ее пределами, они возводят поля, помогают детям Сварога в их работе, производят оружие и боеприпасы под их пристальным надзором. Те же, что живут в самой Деснице Предков, следят за порядком в оплоте Белой Рати и берут абсолютно все нужды ордена на себя, лишь иногда помогая в организации боевой подготовки братьев. Есть и подобные ему, кто обеспечивает бесперебойную работу флота, а есть и те, кто, являясь служителями ордена, служит ему глазами и ушами в городах и деревнях по всей планете. Короче говоря, если они не станут боевыми братьями, работа для них найдется в два счета - в свете последних событий ее особенно много. Рассказал он и об одном здании, расположенном буквально в двух шагах от ворот, ведущих в крепость-монастырь, на котором выбит символ в виде буквы "I", увенчанной черепом в центре. Что порой и туда отправляют наиболее многообещающих искателей, что прошли испытания, но служат они уже не Белой Рати и вообще редко появляются среди тех, кого раньше называли братьями и сестрами. А те, что появляются, держат рот на замке и никогда не обмолвятся ни словом о том, что же они видели и делали. Ответа на этот вопрос не знал и капитан. Но пока их судьба не ясна, он заклинал искателей не ступать даже в тени этого мрачного строения. А вечер продолжался... И Юрий впервые в жизни узнал, что такое - быть пьяным. Белояр тоже узнал, но увлекся настолько, что первому пришлось тащить его до их комнаты буквально на себе, параллельно отвечая на вопросы о том, уважает ли он его и выслушивая, какой же он все-таки хороший и сильный духом человек. На закате шестого дня Белояр отправился изучать предместья самостоятельно, а Юрий решил отправиться в храм, где он мог бы помолиться за здоровье своих родителей. В данный момент его душа была готова буквально петь - он вознесся до небес, фактически попал в землю, которую еще ребенком мог лишь представлять в своих самых смелых фантазиях, имеет немалые шансы стать одним из Белых Ратников... Но все это не будет стоить и ломанного гроша, если он не успел и его мама уже покинула мир живых. Славичи никогда не строили храмов. Боги для них не были суровыми надзирателями, требующими молчания и безропотного подчинения. Они считали их своими предками. Их дыхание можно было прочувствовать в дуновении ветра, их силу отражали гром и молния, их терпение выражалось в вечном и незыблемом токе времени, цикле рождения и увядания. Праотец-Император стоял над всеми ними, готовый положить свою руку на плечо каждому из людей... Так зачем их верному потомку прятаться от их божественного взора под сводами из мертвого камня? Святилище находилось в обширном парке, более напоминающем небольшой лес со всей присущей ему живностью, звуками и атмосферой приятного полумрака в вечернее время. Как ни странно, людей в этот момент было довольно мало и Юрий спокойно продолжал свой путь наедине со своими мыслями. В праздничные дни здесь проводили торжественные обряды и сотни людей приходили сюда, чтобы вознести хвалу Праотцу и Богам. С ветвей деревьев свисали разномастные обереги и листы с молитвами, написанные жителями собственноручно и оставленные здесь с надеждой на то, что духи предков прочтут их и помогут им. На широкой опушке леса располагались несколько столпов из белого камня возвышающих изображения великих богов. Во главе их всех стоял великий Праотец-Император, увенчанный лавровым венком. Его лишенный изъянов лик взирал на любого, кто пришел сюда, с холодной решимостью. На его плече сидел священный орел, правая рука заканчивалась бритвенно-острыми когтями, а меч пылал священным огнем, будто по воле чьей-то волшбы. Юрий никогда не видел такого изображения Праотца - идолы его деревни и городов, в которых он побывал, даже рядом не стояли с ним. Если такое благоговение человек испытывал просто взглянув на его статую... Что же тогда чувствовали люди, которые увидели его собственными глазами? Смогли буквально прикоснуться к божественному? По правую и по левую руку от Праотца-Императора стояли и другие боги. Справа должен был стоять Перун, однако статуи его не было - лишь пламя, пылающее на пьедестале. Судя по тому, что надпись на столбе была явно стерта и нанесена заново, это могло быть последствием атаки тех же небесных чужаков или стальноперой ведьмы - единственного существа на Ирее, что осмеливался нападать на Десницу Предков и после этого оставаться в живых. И хоть Белые Ратники и отражали раз за разом ее удары, никто так и не смог настичь вероломную колдунью. Ни они, ни их союзники. Справа от Праотца-Императора стояло изображение Сварога, повелителя железа и механизмов. Если дивьи люди в красных плащах были полулюдьми-полумашинами, то он представал как человек-машина. Не половина от каждого с четким разделом посередине, а полное слияние. Должно быть - думал Юрий - люди в красных плащах меняют себя для того, чтобы стать таким же, как и их бог. Перун, Праотец и Сварог. Эти были самыми главными и великими из всех. Первый и Третий были наиболее близки к Праотцу и являлись воплощением его воли. Некоторые даже всерьез утверждали, что все они и есть Праотец, но лишь предстающий в разных обличьях. Дальше находились другие. Семаргл, владыка подземного мира, которому возносят молитвы шахтеры перед тем, как войти в его царство. Макошь, излюбленная дочь Праотца, облаченная в доспехи из молитв праведников. И столь светлой была душа ее, что Император даровал ей белые крылья и вырвал из объятий смерти. Для жителей Ирея она являлась воплощением милосердия и любви. И горе было тому, кто думал, что Макошь позволит кому-то посягать на свои сферы влияния. Ярило, сияющая звезда, озаряющая их мир своим светом. Хорс - конь на огненных крыльях, что на своих могучих копытах мчится вокруг нее. Сангвиний Великомученник, величайший крылатый воин, что положил свою жизнь, защищая Праотца от Великого Врага, чей огненный глаз испепелял все, на что ляжет его взор... Боги были в этом месте. Они были живы, дышали вместе с жителями Ирея и отвечали на их молитвы так же незаметно, как и присматривали за ними. Иногда люди называли их помощь и знаки простыми совпадениями. Иногда же это было нечто явное. Как, например... - Ведислав?! - Воскликнул Юрий, не в силах поверить своим глазам. Приемный сын волхва лишь поднялся с колен и обернулся с таинственной улыбкой на губах. - Заждался я тебя, сын эзеритов. Вижу, послушался ты совета моего. Полезен ли он был? - Юрий не стал отвечать - просто подбежал к знакомому и заключил того в объятиях. Уж очень приятно было наконец увидеть такого же, как и они. - Ну что-ж, рассказывай, каким был твой путь... *** Они сидели на зеленой траве в окружении ликов их божеств и Ведислав слушал рассказы Юрия о его трудном пути. Слушал и все не мог взять в толк, почему именно его Боги одарили возможностью видеть будущее и творить чудеса. Если бы он не сказал Юрию о возможном выборе, тот мог бы убить урсара, чем прогневал бы Лешего и был бы убит его зверолюдами. Теперь же он тут, среди искателей, что смогли достичь Десницы Предков. Даже не верится. Стало быть, боги не зря послали ему видение о его судьбе. Но ведь они никогда ничего не делают просто так. Неужели у них какие-то планы на этого юнца? Суждено ли ему сотворить что-то более великое, чем победу над аспидом? - ...и господин Агнехрон нас спустил прямо к подножию гор, на другую сторону. Благо, жив остался - я так боялся за него. Увидеть героя нашего мира мертвым... Не хочется мне этого. - Отрадно, что для тебя все так хорошо обернулось, да не стал бы я на прозвище, данное ратником, обижаться. Другим и вправду повезло намного меньше. Боги сочли достойными именно нас. - Ведислав вздохнул. - Ты ведь даже не понимаешь, насколько мы были близки к гибели? Каждый. - Понимаю. Я видел в лесах, болотах и горах мертвые тела... - И все же ты преуспел, но на целую картину не смотришь. Ты помнишь нас на ладье? Помнишь искателей, которых встречал в пути? Их ведь много было. - Много. - Подтвердил Юрий. - С городов ребятня аж толпами отправлялась. - Дошло двадцать человек. - Ответил сын волхва и его слова прозвучали как гром среди ясного неба. Двадцать. Человек. И он входил в их число. - Неправильно. - Заключил Юрий, тяжело дыша от осознания того, сколько же детей, так и не вкусивших эту жизнь, сгинуло в попытке добраться до святыни Ирея. - Это неправильно. Столько смертей... Почему они заставляют нас проходить через такое? Неужели нет другого пути? - Нет и быть не может. - Ведислав не сомневался ни секунды. - Али тебя силком по этой дороге потащили? - Не тащили. Сам пошел. - То-то же. Каждый из нас сам решил испытать свою силу воли и духа. И везение свое в том числе. Праотец и Великие Боги открывают мне часть того, чему предстоит быть, Юрий. Если бы ты видел то же, что и я... Впрочем, ты и сам все поймешь. В свое время. Даже не все из нас двадцати смогут в конечном счете стать членами ордена. - Это кто тут на друзей хозяина моего клевечет? Чего это они неправильно делают, м? Юрий обернулся и увидел старого знакомого. - Кот-баюн? И ты тоже тут? - Изумился Юрий, в то время как Ведислава его появление никак не смущало. - Это честь для нас, премудрый кот. - Ответил он, поклонившись, на что баюн благодарно кивнул, сев на задние лапы. - У волхва хорошие манеры, это любо мне. А вот у этого... - Он показал лапой на Юрия. - Отвратные. Спас его, а тот мне даже "здравствуй" не скажет. Все вы люди одинаковые... - Кот широко зевнул. - Мне жаль тех мальчишек, право слово, но вас никто силком в Десницу не тащил - если не уверен в своих силах, нечего ступать на эту тропу. Вы и так всем обязаны моему хозяину и его друзьям, они вас защищают и их защита освобождает вас от дани Праотцу. Вы приносите ее собой, пройдя испытания и вступая в ряды ордена или же помогая ему по-другому. Благодари судьбу за то, что родился на этом мире и его взял под свое крыло именно этот орден. Однажды мой хозяин бился плечом к плечу с людьми, которые называют себя "катачанцами". Все такие смуглые, гордые и бесстрашные. Я все думал, что же рождает таких воинов? А потом залез в разум одного пока он спал и увидел его мир. То, что чуть не убило тебя в болотах... - Кот поморщился. - Они бы зарезали эту русалку и зажарили бы на костре, а хищники их мира могут и нашим дать фору. Дух их мира жесток и выжить позволяет лишь сильным, испытывая каждого катачанца каждый день. Растения, животные - все будет желать убить тебя. Везде. Всюду. Они живут в этом всю свою жизнь, а не проходят лишь раз. И почему хозяин расхохотался, когда я предложил ему забрать пару из них в орден... Завидует, наверное. Юрий молча переваривал информацию и чувствовал легкое ощущение вины за то, что посмел посягать на доброе имя защитников их мира. А потом вдруг приметил одну деталь... - Так твой хозяин - Белый Ратник? - Спросил Юрий. - Он самый. - Промурлыкал баюн. - Да не простой. Верховный Волхв, тот, который Родичем Духов зовется. Златозар - имя его. - Волхвы... - Юрий сложил руки на груди. - Я много слышал о них. Как становятся ими? Сможешь нам рассказать? - Смогу, коли вы прошли испытания и уже всего скорее останетесь здесь. - Баюн кивнул. - Чтобы волхвом стать, отмеченным матушкой-медведицей быть надобно. Иногда искатели сами являются такими, хоть и не подозревают об этом. Если находят одного из них, один из волхвов берет его к себе на обучение. Под его началом постигают они премудрости общения с духами и призыва силы их для помощи в бою. Но не только этим сильны они - их учат даже говорить и мыслить по-другому, обучают песнопениям ордена, чтобы своим личным примером и речами они поднимали боевой дух братьев. Они следят за обучением новобранцев, таких как вы, иногда и лично занимаются их подготовкой. Посему несмотря на различия, они - самые близкие ко всем боевым братьям ратники, ближе которых разве что их воеводы. Они знают силы и слабости каждого, часто помогают словом и делом избавиться от сомнений и укрепить свою решимость. Они же хранят историю да тайны Ирея, Белой Рати и царства Праотца-Императора. - Ну ничего себе... - Юрий искоса посмотрел на Ведислава. - Это туда ты вознамерился пробиться? - Не думай, что все так просто. - Ответил баюн. - Ученики еще не являются волхвами, а лишь учатся у них и помогают им. Когда собирается Медвежий Культ, они могут лишь наблюдать да мотать на ус - у них нет даже права голоса. Вот и называют учеников "Внемлющими". Когда их наставники решат, что они набрали достаточно опыта и усвоили все, что они могут им дать, они наконец получат право высказывать свое мнение - лишь тогда будет считаться, что у их слов может быть смысл. Так и всех полноценных волхвов называют "Говорящими". Когда же среди всех прочих их голоса станут выделяться, вторя самим духам и предкам, что отвечают на их зов - станут они называться "Призывающими". Это великая честь. - А что же дальше? - Спросил Ведислав. - А дальше некуда, мой юный друг. Призывателей Духов не так уж и много и они самые уважаемые члены ордена, даже выше ветеранов первой роты. - Раздраженно промурлыкал Баюн. - Если только оные не станут сильнейшими из всех своих... "Коллег". Златозар рассказывал, что это происходит совершенно внезапно для одного из них после того, как прежний Верховный Волхв погибнет. Сама матушка-медведица является волхву во сне и говорит, что ему надобно исполнить в одиночку ради ее блага. - Ему нужно было кого-то убить? - Спросил Юрий. - Все у вас, юнцов, о боях да убийствах... - Кот фыркнул. - Матушка-медведица прекрасно знает, что ратники умеют убивать. Убедиться ей надобно в другом. Златозару она наказала уйти в изгнание. Он отправился в Пасти Матушки. - Пасть Матушки... - Юрий аж глаза широко распахнул. - Это же на нашей земле, у эзеритов! - Встретившись с непонимающим взглядом Ведислава, он помотал головой. - Это ущелье. Каменные стены в нем вздымаются ввысь, вот так. - Юрий показывал руками, пытаясь донести свои мысли. - И на них шипы каменные, очень на зубы похожие. Вот и назвали место это Пастью Матушки. Волхвы со всей земли туда молиться идут, но поговаривают, что раньше эта земля была выжженной и бесплодной, ибо была там сеча страшная... А когда я бывал там, все было зеленым-зелено. Кот-баюн, я помню истории о страннике, что молился там долгие годы... Когда же это было? - Тогда, когда тебя еще и в планах не было, а праотцы твои ходили под стол пешком, мой ты комок спеси и неуважения. - Облизнувшись, ответил кот. - Там Златозар пал на колени и стал размышлять о том, что же хотел сказать ему мировой медведь. Долго думал он, созерцая Пасть и понял, что в душе его разливается светлое чувство. - Что это было за чувство, кот-баюн? - Снова подал голос сын волхва. - Благодарность. - Ответил кот, смотря на идол матушки-медведицы. - Златозар вспомнил все, что сделал для ордена и человечества. Врагов, которых он уничтожил. Земли, которые он вернул. Людей, которых он спас... И мой хозяин понял, насколько он благодарен ордену, Матушке-Медведице и Праотцу-Императору за человека, которым они сделали его. А когда дело касается волхвов... - Кот-баюн помотал головой. - Странный они народ. И благодарность свою своему миру Златозар решил выразить по-своему. - Так как же? - Ты прав был, юнец - земля та была безжизненной и духи там более не обитали. Златозар же стал молиться и взывать к ним. Он возносил молитву духам, собирал свою силу и топал посохом по безжизненной земле. И так день за днем. Месяц за месяцем. Год за годом. Без еды и воды, поддерживаемый лишь силами собственной решимости... - Баюн вздохнул. - Я думал, мой хозяин спятил. На деле же духи выбрали его. Они были с ним и поддерживали в нем жизнь даже несмотря на то, что без еды и воды спустя такое время даже мой хозяин не протянет. И вот, спустя два года, вокруг места, на которое обрушивался его посох, стала произрастать редкая трава. Другие люди-волхвы узнали о нем и приходили к нему, присоединяясь к его молитвам. Спустя еще пару лет вся Пасть сделалась наполненной жизнью. А когда он закончил, вся земля вновь стала живой. Я сам видел, как мировой медведь взревел, показавшись посреди грозовых облаков, а молнии ударили по Пасти, устремляясь к Златозару. Сами духи вознесли его и сделали равным себе, почитая как свою же родню. Когда он вернулся в Десницу, Медвежий Культ объявил его новым Родичем Духов и он заменил старого, сраженного в бою. Оным и остается до сих пор. Быть может, когда придет его час, тебе будет суждено занять его место, м? - Он искоса посмотрел на Ведислава. - Или ты уже знаешь ответ? - Нет. Не знаю. Но у меня есть вопрос. - Обратился к нему Ведислав. - Почтенный баюн, вы помните мою просьбу? - Помню-помню, сын волхва. Но выполнять не стану - нет надобности в том. Когда в Десницу Предков войдешь, тут же заметят твой талант и отдадут куда надобно - нечего хозяину моему такими вопросами докучать. Ты, кстати, увидишь его, когда пройдешь церемонию. Он-то и отберет тебя. Он никогда не ошибается, если дело касается таких же, как и он сам. И вот вам мой совет, искатели - ступайте восвояси да отдохните как следует оставшиеся дни. Поверьте мне, вы будете часто вспоминать испытания, учитывая то, какую вам предстоит пройти подготовку...

***

Наконец этот день настал. Если порядок в городе охранялся людьми-стражами, обученными специально для этого, то вход в Десницу Предков сторожили уже Белые Ратники, тщательно досматривая грузы и служителей, что прибывали в крепость-монастырь или покидали ее. На исходе последнего дня все искатели отправились к великим вратам, что вели в нее. Народ вышел на улицы, дабы приветствовать новую кровь, которой суждено влиться в орден. И Юрий никогда не думал, что всеобщее почитание отзовется в душе его таким восторгом. Когда они шли, славичи с балконов осыпали их лепестками полевых цветов. Все аплодировали им, хлопали по плечу, подбадривали и говорили слова напутствия, поминая предков, которые когда-то сумели так же как и они пройти через эти ворота. В конце концов, помимо них и Белояра было восемнадцать человек, как и говорил сын волхва. Как ни странно, одной была девушка. Но разве женщины могут стать боевыми... Сестрами? К тому же в таком возрасте... Юрий был рад тому, что Белояр вовремя одернул его и не дал задать крайне неучтивый вопрос - орден сам решит и ему виднее. Когда же ратники дождались их всех, ворота распахнулись и стражи ордена под восторженный рев толпы сопроводили их во внутренний двор, дабы, миновав его, они отправились в место, в котором раз и навсегда их судьба повернется. Он шел по священной земле, едва сдерживая благоговение и стараясь запомнить как можно больше деталей, будто память его истлеет, стоит ему завернуть за угол. Пространство двора было довольно обширным, но ничего крайне важного для ордена в нем не располагалось - это скрывали стены самой Десницы Предков. Однако уже здесь он увидел Белых Ратников, спешащих каждый по своим делам. Разнообразные арки и входы в различные вторичные помещения. Но все же одна делать была особенной. Собаки, снующие то тут, то там. Да не обычные - это можно было сказать наверняка и сразу. Одна из них подбежала и обнюхала его ладонь, заставив устрашиться ее габаритов и того, что одна ее лапа была заменена на механическую. Белый Ратник, сопровождавший их, улыбнулся и потрепал ее по голове, кивком приказав удалиться и не мешать, что она и сделала. Вне всякого сомнения, это были легендарные скимоны, которых больше практически не водится в краях вне Десницы Предков - лишь князья и их бояре могли позволить себе купить щенка за баснословные деньги. Высокие, почти полтора метра в холке ростом, с густой шерстью разных оттенков коричневого и черного, с очень сухим телосложением и продолговатой мордой. Они выглядели крайне грациозно и в чем-то даже благородно, а когда одна из них зевнула и показала зубы, Юрий понял, что шутить с ними и считать милыми зверушками не стоит ни в коем случае. Все-таки это была легендарна порода собак их мира, способная за три версты чуять нечистую силу. Не удивительно, что ратники используют их и разводят для нужд ордена. Уже снаружи стены крепости-монастыря поражали своим величием, неприступностью и гротескностью. Но все это померкло тогда, когда врата распахнулись перед искателями и они прошли в Великий Зал. Преддверие обители ордена. Отражение его могущества, призванное создать первое впечатление у всякого, кому суждено в нее войти. И он не просто внушал восторг - он заставлял терять дар речи, что читалось в глазах каждого из искателей и вызывало смешки у ратников, что ведут их и никак не удивляются великолепию, раскрывшемуся перед ними. Или просто настолько часто бывают тут, что банально не подают вида. Циклопических размеров помещение, оно было освещено светящимися сферами, закрепленными на стенах и на люстрах из священного черного дуба, свисающих с высокого потолка. На нем и на стенах фресками, картинами, мозаиками и текстами на языке их родного мира были изображены великие свершения ордена и его сынов. Каждый их шаг по мощенной плиткой дороге отдавался эхом в его величественных сводах и альковах. Статуи великих героев сопровождали их суровым и требовательным взглядом, будто бы бросая вызов и призывая доказать, что они достойны простого права дышать священным воздухом этого места. И Юрий чувствовал, словно ему необходимы не только физические, но и духовные силы для того, чтобы ступать вперед. А впереди их ждало место и люди, которые решат, достойны ли они служить Белой Рати. Центр зала. На полу золотыми и серебряными плитами был вымощен символ когтей Перуна - знак бога-громовержца, который является отражением доблести и боевой славы. Его целовали и носили с собой воины, которым предстояло отправиться в бой. С потолка же свисало огромное полотно, изображающее разинутую зубастую пасть и гигантскую голову матушки-медведцицы с глазами, разящими молнией. Юрий узнал и надпись на нем - "Acies Album", хоть и не мог перевести. То был язык Праотца-Императора, высокий готик. И лишь на нем ему возносились молитвы - в основном волхвами, среди которых и был распространен этот язык. Должно быть, Белые Ратники тоже знали его. Их было трое. Три исполина в белой броне, украшенной шкурами диких животных, узорами славичей, священными печатями и почетными регалиями. Позади них тоже было множество астартес, что пришли посмотреть на тех, кому суждено стать их новыми боевыми братьями. Они то и дело поглядывали на них, посмеивались, обсуждали их друг с другом до тех пор, пока сидевший на огромном троне посреди когтей Перуна астартес не встал с места. Вокруг все резко стихли. Юрий осмотрел его - на этот раз все ратники были в броне. Тот, что одним своим жестом заставил почти что толпу таких же как и он замолкнуть, тоже носил бело-синие цвета ордена. Однако печати и символы на его броне говорили о его статусе. Плащ из медвежьей шкуры ниспадал, закрепленный на его наплечниках, а к перчатке левой руки крепилось странное оружие, представляющее из себя длинное металлическое лезвие, крепящееся к предплечью и подпитывающееся парой проводов и патрубков, создавая таким образом впечатление когтя. Его шлем был пристегнут к ремню, ибо в родной обители астартес не имели необходимости его носить. Посему Искатели увидели и его лицо. С жесткими чертами, почти что квадратное, исполосованное шрамами, самый заметный из которых тянулся от виска к подбородку - невооруженным взглядом можно было заметить швы, потребовавшиеся для того, чтобы залечить ранение. Никому из искателей не хотелось знать, что могло травмировать такого воина. - Почтенный Верховный Волхв... - Астартес кивнул сидящему по правую руку от него старцу в силовой броне, в золотых глазах которого читалась мудрость целых поколений воинов ордена. От остальных он отличался мантией, заменяющей ему плащ и множеством оберегов и божественных символов, покрывающих его броню. Многие из них были знакомы Юрию. В руке он сжимал посох, нижняя часть которого являла собой лезвие, а верхняя была увенчана изображением головы медведя. - Брат Олег, Знахарь пятой дружины... - Теперь уже тот, к кому он обращался, кивнул в ответ. Юрий понимал, что дело скорее всего было в старшинстве. Верховный Волхв был выше в иерархии, чем этот Белый Ратник, в то время как Знахарь всего скорее являлся его подчиненным, о чем говорили одинаковые цифры на их наколенных пластинах. Тот мало чем отличался от других астартес, однако различия все же были. В первую очередь - символ, который был выбит на его нагруднике. Красная Изначальная Спираль, означающая силу рода. На ранце его брони были закреплены приспособления, назначение которых было Юрию неизвестно. Однако больше всего внимание приковывал инструмент, закрепленный на его запястье. Он объединял в себе целый ряд приспособлений, будь то устрашающего вида пила, не менее пугающий бур, отсеки для присоединения различных нужных ему инструментов и печать, скрепляющая листы священного пергамента с написанной на ней клятвой Знахаря. - Мои боевые братья и искатели, завершившие свой путь. Крепость-монастырь для космического десантника - нечто большее, чем просто пункт постоянной дислокации. Кровь и история тесали этот камень точно так же, как и те, кто возводил ее, превращая в оплот. Дом. Родину. У каждого ордена есть своя крепость. Почти что каждый орден может отследить свой род, корнями восходящий к великим Легионес Астартес. Но до сегодняшнего момента, до Великого Крестового Похода и великого предательства, до того, как первые космические десантники взяли в руки оружие, чтобы принести праведную кару врагам человечества - там, в самом начале истории наших великих предков... - В этот раз он обратился ко всем астартес, что собрались в Великом Зале. Он окинул рукой его своды, словно призывая обратить внимание на всю мощь и великолепие крепости-монастыря. - Была идея. Юрий, как и все искатели, прислушались. Просто невероятно было стоять здесь и слышать то, как зарождались эти воины, слава которых гремела по всей земле Праотца-Императора. - Она родилась в разуме величайшего из всех людей, чей свет наши души несут в себе тысячелетиями. Он пожелал отобрать из миллиардов людей единицы. Подобно скульптору, высекающему из камня необходимую форму, он взял их и вырезал из них слабость. Избравшие путь воина были людьми, что по воле обстоятельств стали выглядеть как живое оружие. Те же, кого изменил этот человек, стали живым оружием, что лишь из-за данности своей изначальной природе осталось немного похожим на людей. Он дал им броню из несокрушимой стали, дабы ни один удар не смог сломать их. Он дал им орудия войны, один вид которых вселял страх в сердца тех, на кого они были направлены. Но что самое главное... Он наделил их существование смыслом. Астартес активировал свое оружие и его коготь стал искриться, словно наполненный силой самой молнии Перуна. Юрий услышал восхищенные вздохи других искателей и сам еле сдержал свой. - Кто-то говорит, что оружие есть продолжение руки владельца. Будто бы лишь рука эта и приводит оружие в смертоносное движение... - Он взмахнул когтем, резким и отточенным до совершенства движением будто снося чью-то голову с плеч. - Отчасти это так... Но на самом деле главное - импульс. Порыв мысли, направленный на выполнение действия, ведь нанесение раны есть не цель, а результат. Цель же может быть самой разной, но человек, создавший нас... Нет. Не насилие как явление было его целью. Многие ошибочно полагают, что смыслом существования космического десанта являлось уничтожение врагов Праотца и только. Что мы - каратели по своей природе, не больше и не меньше. И когда того требуют обстоятельства, мы действительно отбрасываем жалость и вершим возмездие, ибо всегда есть то, что должно быть сделано и те, кто должен это сделать... Но есть одно различие. Именно оно отличает Белую Рать от многих других орденов наших братьев, ибо мы помним его и каждый день напоминаем себе о нем. Да, для космического десантника вся жизнь - это война. Но война... Это еще не все. Он деактивировал коготь, опустив его и заглядывая в глаза каждому искателю, после чего перевел взгляд на статуи великих героев ордена, покрывших себя славой перед тем, как отправиться в священную Правь. - Я говорил об идее. Ибо человек, давший ей форму и воплощение, известен нам как Праотец-Император. Долг сильного - защищать слабых. И он дал нам эту силу для того, чтобы создать несокрушимый щит, заслоняющий простых людей от скверны чужаков и предателей. И горе тем из них, кто думает, будто щит может лишь держать удар и не поразит в ответ, сокрушая череп врага в труху! - Во славу Родины! Во имя Праотца! - Ответили астартес и хор их голосов буквально оглушал. - Во славу Родины! Во имя Праотца! - Вторили им искатели так, будто уже присоединились к ним. Златозар, Верховный Волхв, смотрел на Воибора и едва заметно улыбался. Разговоры с волхвом Драговитом определенно пошли ему на пользу - он действительно ковал свою речь словно кузнец железо и мог одними словами вдохновить боевых братьев на совершение поистине невозможных вещей. Истинный воевода. Волхву было отрадно видеть, что после всей боли от потери родного брата Разящий Коготь восстал из пепла и вновь был похож на самого себя. Это было главным. Отомстить они успеют всегда, в этом Верховный Волхв не сомневался. - Каждый, кто решился отбросить свою человечность ради исполнения мечты наших великих предков знает заранее, чем закончится его путь. - Продолжил космодесантник. - Посмотрите на статуи героев, украшающие этот зал. Каждый из них пал в бою, до последнего своего вздоха оставаясь верным. Придет день - и мой коготь сломается, а Незваная Гостья отворит двери моего дома, дабы забрать меня с собой. Это - нечто большее, чем осознание конечности жизни. Это готовность встретить свою судьбу в любую секунду, зная, что ни крупицы сомнений нет в твоей душе. Однако причина подобной храбрости перед лицом неизбежного не ограничивается лишь силой характера. Главная причина - это вы. Наши искатели. Наша молодая кровь. Юрий думал, мог ли он когда-нибудь быть настолько восхищен чем-либо в своей жизни. Он стоит здесь, среди величайших героев своего мира, каждый из которых может убить его за долю секунды сотней различных способов... Но они не внушали страха. Не в том виде, который это, должно быть, делали небесные чужаки. Ты словно знал о том, что смотришь на воплощенную смерть, но был спокоен, ибо она никогда не направит свое оружие в твою сторону. Не потому, что Белой Рати это запрещено, нет - то был их осознанный выбор. Каждый из них был выше простого человека настолько, что между ними буквально была пропасть, которую нельзя заделать никоим образом. Но отношение Белой Рати к простым людям строило через пропасть эту мосты. - Посмотрите на меня и моих братьев. Мы все умрем. Все, до последнего, когда наступит час. Однако ратник, идущий в Великую Правь, не боится своей смерти, ибо на его место встанет новый, что окажется сильнее него, ибо потомкам суждено превосходить своих предшественников. А когда и он сложит голову, такой же юнец, как и он когда-то, придет сюда. Он станет таким же, как и его павший брат, примет частичку примарха и праотца-Императора в свое тело и душу, поднимет его оружие, наденет его броню и вновь отправится в бой, доказывая таким образом и друзьям, и врагам великую правду жизни каждого астартес. Да, космодесантник может умереть. Нас можно убить сотнями разных способов, но идея... Идее смерть не страшна. - Вновь он обратился к искателям. - Если у кого-то из вас есть сомнения в том, что вы выбрали верный путь, вы имеете право сказать об этом. Что бы вы ни искали, вы найдете это сегодня в том или ином виде. Нет ничего зазорного в том, чтобы отказаться от места, которое - как вы чувствуете - вам не принадлежит, орден всегда найдет для вас другую работу на благо Праотца и человечества. Молчание. Юрий и не сомневался - каждый знал, ради чего шел сюда. - В таком случае я, воевода Пятой Дружины Воибор Разящий Коготь, вместе с почтенным Верховным Волхвом и моим братом-знахарем сегодня дарую вам вашу награду. Это не первый раз, когда я присутствую при отборе неофитов, однако сейчас кое-кто выделяется среди ваших рядов. Женщина - выйди вперед и назови себя. - Он указал на нее когтистой рукой и она тут же повиновалась. - Да благословит Праотец Белую Рать, великих воинов, защитников своего народа. - Выйдя к космодесантникам, женщина поклонилась в знак уважения, стараясь выдержать оценивающий взгляд десятков астартес. - Я - Ольга из Варнов. Юрий наконец смог ее рассмотреть нормально. Должно быть, когда-то она была поистине красивой. Теперь же некогда пышные волосы, остриженные до плеч, покрыла седина, а дивное лицо искажали появившиеся морщины и круги под глазами - следствие долгих бессонных ночей. Тем не менее, уродиной Юрий назвать ее не мог. Было в ней что-то особенное... Какой-то внутренний стержень, заставляющий понять, что она отнюдь не лыком шита, если факт прохождения испытаний никому ни о чем не намекнул. Порой внутренняя красота с лихвой компенсирует недостаток или утрату внешней... И все же, каковы ее надежды здесь? - Да благословит Праотец народ Ирея, что останется верным до последнего вздоха. - Ответил он. - Покажи мне свой трофей. И она достала из заплечного мешка голову одноглазого существа с длинными жиденькими волосами, пасть которой, усеянная мириадами острых зубов, была разинута в беззвучном крике. - Лихо Одноглазое... - Заключил Верховный Волхв. - Недурно. Весьма недурно, учитывая, что один такой может целые отряды на куски рвать... - Он обратился к Воибору. - Брат мой, ее дух силен, хоть тело и слабо. Я наблюдал за тем, как она бьется. Не силой, так прытью и коварством врага возьмет. - Что-ж, я принимаю его. Ольга из Варнов, ты прошла испытание - таково мое слово... - Воибор сощурился. - Но есть одна проблема. Женщина не может Белым Ратником стать. Так было установлено. - Воибор указал когтистой рукой на потолок, на котором красовалась фреска, изображающая священный лик Повелителя Человечества. - Установлено Праотцом-Императором. - Не для того, чтобы стать одним из вас, я пришла сюда. - Ответила женщина, опустив взгляд. - Если вы согласитесь выслушать меня, я смогу объяснить. - Воибор... - Верховный Волхв окликнул воеводу и тот развернулся, увидев, что он многозначительно ему кивает. - Орден слушает тебя, Ольга из Варнов. - Я была княгиней племени Варнов. - Начала девушка свой рассказ. - Вместе с моим мужем Всеславом мы правили нашим народом справедливо. До тех пор, пока его младший брат, преисполненный зависти, не решил забрать силой то, что не было ему суждено по праву рождения. Он отравил нас во время обеда. Мой муж и два моих сына погибли. - Юрий думал, что сейчас она вот-вот заплачет, памятуя о самых ужасных событиях своей жизни. Но в глазах женщины он не увидел ни единого намека на слезы. - Чеслав рассказывал мне об этом и хотел разобраться. Князья - ставленники воли Владимира и посягательство на их правление - есть посягательство на Белую Рать. - ответил Воибор, сложив руки на груди. - Тем не менее, ты жива. - Да. Боги по какой-то причине решили, что мою жизнь надо спасти. - Продолжай. - Заключил Воибор. - Когда я более-менее оправилась, то собрала верных мне бояр и мы отомстили. Убийцы и его рода больше нет в живых, престол вернулся в законные руки. Но моих детей и моего мужа мне это не вернуло. Боль никуда не ушла. - Женщина вздохнула, выпрямившись и наконец найдя в себе силы встретиться с Белым Ратником взглядом. - Господин Воибор, я... Медленно схожу с ума. Я не нахожу себе места. Когда я узнала о начале испытаний, то не смогла сдержаться и откликнулась на зов Великого Князя с надеждой на то, что я умру праведной смертью во время испытаний, но ни холод, ни твари не смогли меня убить. И вот, я здесь. Я знаю, что женщины не могут стать Белыми Ратниками. Но как я и раньше говорила... Я здесь не за этим. - Ты стремишься обрести смысл. - Заключил Воибор и женщина кивнула, осознав, что тот будто бы прочитал ее мысли. - Стремлюсь. Каждой клеткой своего тела и всеми фибрами своей души. Я пыталась найти себя среди своих людей, но не смогла. Поэтому я пришла в Десницу Предков, дабы испросить у вас возможности послужить Праотцу-Императору и умереть на его войне, чтобы отправиться к своему мужу и детям с чистой душой. - Что-ж, Ольга из Варнов, Орден тебя услышал и готов вознаградить за твою доблесть. Братья мои, что вы думаете? - Эта женщина прошла то, что убивает мужчин. Достойно похвалы. - Ответил Знахарь, посмотрев на Ольгу. - У нас есть много работы и мы сможем всегда найти тебе место в Деснице. Но если то, что ты ищешь - это война Праотца... - Он ненадолго задумался. - Она умна и находчива, умеет управлять людьми. В ордене есть места, связанные с управлением служителями или же военной техникой, можно было бы отправить ее в какой-нибудь экипаж. Если же мыслить шире... Думаю, инквизиции пригодились бы такие агенты. Можно связаться и с Адепта Сороритас - у нас прекрасные отношения и буквально в соседней системе есть священный мир, с которого они ведут набор. - Я приму это к сведению, брат мой. - Ответил Воибор. - Что скажете вы, Верховный Волхв? Некоторое время он пристально разглядывал женщину. - Я смотрю в ее глаза и вижу великую волю. Возможности Инквизиции и Адепта Сороритас огромны - они найдут кандидатов для себя и без нашей помощи. А ты, Воибор, прислушайся к моему совету и приблизь ее именно к себе. Она послужит тебе верой и правдой и когда-нибудь явит результат твоего доверия. Слово мое, решение за тобой. Некоторое время Воибор молчал, размышляя над тем, что же все-таки делать со столь необычным искателем. Однако вскоре он ухмыльнулся мысли, которая внезапно пришла ему на ум. - Знаешь, что... Есть у меня для тебя место. Я слышал, что Варны - прекрасные мореходы, так что это у тебя в крови, ибо принцип почти одинаковый. Да и ум твой тут пригодится. Видишь ли, капитан моего корабля верой и правдой служит ордену уже несколько сотен лет. Я хотел бы освободить его от исполнения обязанностей и отправить в почетную отставку, чтобы он насладился благородной старостью в кругу своей семьи. Однако для этого мне нужен тот, кто будет способен занять его место. Согласившись, ты станешь боевым служителем Белой Рати. У тебя не будет иных занятий, кроме боевой подготовки. Ты пройдешь первоначальное обучение для этой должности здесь, в Деснице Предков, среди других служителей. А когда закончишь ее, отправишься на Валлерман и станешь учиться у моего капитана. Покажешь стремление и свою сообразительность - будешь управлять кораблем ордена. Это высшая награда, которую я могу даровать тебе за прохождение испытаний и твой несломленный дух. - Я... - Сказать, что женщина была шокирована - не сказать ничего. - У меня нет слов, господин, чтобы выразить, какой честью вы одарили меня... - Тогда подойди же ко мне. - Женщина так и сделала, в то время как Воибор снял перчатку, надкусив до крови ладонь и протянув ее для рукопожатия. - Нашла ли ты то, что искала? - Нашла. - Без сомнений ответила она, тоже надкусив до крови ладонь и пожав Воибору руку. На фоне астартес она смотрелась поистине миниатюрно. - И даже больше. - Отныне и навсегда мы с тобой одной крови. Ступай к боевым братьям, после завершения испытаний они направят тебя, куда надобно. И женщина, явно растерянная, направилась к толпе астартес, что приветствовали ее радостными возгласами, хлопали по плечу и всячески выражали свое признание. Юрий заметил, что тоже невольно проникся к ней уважением. Она прошла через то, что легко могло сломать даже сильного волей человека. Более того, она даже нашла в себе силы пройти испытания и убить порождение нечистой силы. Воистину она достойна места в Белой Рати не меньше, чем кто-либо другой. Их же судьбу еще предстояло узнать... - Следующий... - Палец Воибора указал прямо на Белояра. - Выйди и назовись. Белояр аж застыл как вкопанный, пока Юрий не хлопнул его по плечу и не кивнул многозначительно в сторону ожидающих астартес. Тот, сглотнув, все же направился к ним, склонившись в поклоне. - Белояр из Дулебов. Это великая честь для меня. Некоторое время Воибор оценивающе смотрел на него и в конце концов остановил взгляд на оружии. - Лучник, стало быть? - Да, мой господин. Я хорошо стреляю. - Что-ж, посмотрим, сын Дулебов, правдивы ли твои слова. Покажи мне свой трофей. Белояр достал из мешка голову кикиморы и отдал Воибору, который уж как-то слишком долго вертел ее в руках, то ли не зная, что и сказать, то ли будучи под большим впечатлением от качества выстрела. В конце концов он хмыкнул и обернулся к толпе астартес. - Гридь Всеволод Алмазное Око. - Я, брат-воевода! - Донеслось из толпы. - Ко мне. - Из толпы вышел астартес в немного другой броне с медвежьей лапой на левом наплечнике, внутри которой была изображена направленная вверх стрела. Символ принадлежности к командному составу дружины. Воибор вручил ему голову убитой твари. - Ты прекрасно стреляешь и я уже думаю, рекомендовать ли тебя в первую дружину как богатыря. Скажи мне, насколько хорош был выстрел и был ли он сделан именно им. Астартес потребовалось несколько секунд, чтобы довольно хмыкнуть, обратившись к Белояру. - Сколько раз ты стрелял в тварь? - Один. Боги направили мою руку. - Без сомнений ответил тот. Он вообще всегда был храбр, если заранее знал, что правда на его стороне. - Ну что, Всеволод? Что думаешь? - Спросил боевого брата Воибор, сложив руки на груди. - Что мальчишка не врет. Выстрел идеальный. - Астартес кивнул. - Кикиморы - крайне быстрые твари, а положение стрелы и глубина раны говорят о том, что в момент выстрела она бежала. Факт того, что он попал в глаз движущейся кикиморы уже говорит о многом, мой воевода. - Что-ж, я учту это. Благодарю тебя, брат. Ступай. - Всеволод, развернувшись, отправился к своим братьям, в то время как Воибор вернул искателю голову кикиморы и обратился к Верховному Волхву. - Златозар, что вы думаете? Волхв сощурился, смотря Белояру прямо в глаза. Тот не выдержал и отвел взгляд - от такого зрительного контакта было трудно даже стоять на ногах. - Твоя душа очернена ядом обиды. Зачем ты пришел в Десницу Предков? Для чего хочешь получить силу Белой Рати? Ведь гибель твоего брата - это еще не все, не так ли? - Спросил он, улыбнувшись, дабы искатель не чувствовал такого напряжения. Волхву необходимо было кое-что о нем узнать. Белояр сразу понял, что врать бессмысленно. Он никогда не видел Верховного Волхва, но он читал его разум как открытую книгу. Стало быть, честность - единственная верная стратегия в этой ситуации. - Вы правы, господин. Меня привела сюда две вещи. Первая - гибель моего брата, что заслонил меня от ярости зверя на охоте. Он мечтал стать Белым Ратником, а не я. Его вы должны были видеть здесь, а не меня. - А вторая? - Поинтересовался волхв. - Вы говорили о ней. Мой отец винил меня в гибели моего старшего брата. Говорил, что я слабак, опозоривший род. Что должен был умереть вместо него. - Белояр вздохнул. - Я хочу доказать себе, ему и всему Ирею, что это не так. Хочу быть достойным крови своих предков. Некоторое время Верховный Волхв молчал, собираясь с мыслями, после чего удовлетворенно кивнул. - То, что ты находишься здесь - уже доказательство того, что ты достоин, Белояр из Дулебов. - Он повернулся к Воибору. - Я за то, чтобы принять его в орден. - Но разве обидой должна подпитываться наша доблесть, Верховный Волхв? - Спросил его Знахарь, на что тот лишь рассмеялся. - Брат мой, ты уже не молод. Почему же мыслишь так узко и смотришь лишь во тьму, не желая найти в людях свет? Или же изучая физическое нутро каждого из нас ты стал забывать о том, что без духа Белой Рати даже наши усиленные тела падут жертвой порчи Архиврага? - Волхв помотал головой. - Он знал, что мы не одобрим такой мотивации, но не утаил ее. А случаи были, не тебе ли это знать. Он честен, а в его поступках есть резон несмотря на гнилые корни. Белояр хорошо послужит ордену. Дай ему развить свет внутри себя, а тьму орден вытравит из его души. Знахарь кивнул. - Простите мне мое невежество, Верховный Волхв. - Он обернулся к искателю. - Что-ж, посмотрим, о чем говорит твоя кровь. - Знахарь подошел к Белояру и вознес нартециум, присоединив к нему иглу, которая подходила для того, чтобы пронзить тело человека без вреда для него. - Протяни мне руку и закатай рукав. Белояр повиновался и даже не дрогнул, когда игла вошла в его плоть, забирая кровь, необходимую для анализа. Знахарь надел шлем брони и некоторое время стоял неподвижно, всматриваясь в показатели нартециума. - Каковы же его шансы? - Спросил Воибор. - По возрасту не имею нареканий - в пределах нормы. Но есть пара особенностей организма, которые могут помешать прижиться некоторым органам. - Олег кивнул. Он предпочитал не нагружать своего командира медицинскими премудростями и терминами, когда того не требовала ситуация. Будет нужно - запросит подробный отчет. - Риск близок к грани допустимого, но за нее не выходит. Посему я считаю, что он оправдан, если мы его как следует подготовим к имплантации. - Стало быть, я выношу решение. Белояр из Дулебов, Белая Рать принимает тебя и на исходе этого дня твой путь начнется, ознаменовав смерть мальчишки и рождение верного воина, внука Праотца-Императора. - И Юрий готов был поклясться, что если бы от радости можно было сиять, то Белояр бы своим светом ослепил всех присутствующих. - Твоя семья также исполнила свой долг перед орденом, но по моей информации у тебя в живых остался лишь отец. Желаешь ли ты, чтобы я отдал приказ о доставке его в Десницу Предков для обучения как служителя ордена? После недолгих раздумий Белояр все же ответил: - Желаю. И в этот момент лишь Воибор заметил, как едва заметно улыбнулся Верховный Волхв, когда он посмотрел на него. Просто чтобы понять это, надо было хорошо его знать. Юрий проводил взглядом побратима, пока тот шел к астартес, что приветствовали его радостными возгласами. Один Белый Ратник посадил его себе на плечи, дабы тот смог наблюдать из-за толпы, в то время как Воибор продолжил. - Следующий. Ты, с посохом. Он указывал на Ведислава, что без тени сомнений вышел вперед, представ перед Белыми Ратниками. Он поклонился им. - Мое имя - Ведислав. - Славящий знание... К какому же роду ты принадлежишь? - Ни к какому, мой господин. Я родился в ганакских землях, но не впитал традиций их. Я не бегу от своей крови, но роднит нас, к сожалению, только она - душа в другом месте лежит. - И где же она лежит, Ведислав? - Спросил его Воибор. - Среди бескрайних лесов и равнин. Среди заснеженных пустошей севера и жарких песков юга. В недрах земли и в выси небесной. Я отдал свою душу нашему миру и не жалею об этом. - Твои слова красивы, но стоит ли за ними что-либо или же красота - единственное, чем они богаты? Покажи мне свой трофей. И он гордо продемонстрировал Воибору клюв болотной совы. Точно такого же размера, какой показывал Юрию еще в тот момент, когда они сошли с ладьи и пошли каждый своей дорогой. - Я знаю этих тварей. Во тьме видят лучше даже лучше нас, когти крепче стали. Разят как молния - одним ударом и наповал. - Сказал Знахарь. - Мой воевода, добыча более чем достойная. - Ты прав, Олег. Стало быть, трофей твой принят. Верховный Волхв, ваше слово. А Верховный Волхв уже долго и пристально смотрел в глаза Ведиславу, что застыл в изумлении. Когда Воибор обратился к нему, тот подошел к искателю, таинственно улыбаясь и опустившись перед ним на одно колено, дабы присмотреться к нему еще ближе. - Вы... - Прошептал он, то ли испуганный, то ли удивленный. - Это правда вы... - Что-то пугает тебя, Ведислав? - Спросил он. - Я видел вас. Во сне. Исполин с глазами из чистого злата... - Он преклонил колено, опуская голову и протягивая ему свой посох. - Духи поют дивные песни, но иногда я... Слышу другие голоса. Навь и ее твари пытаются сломать мою волю. Заставить сделать то, что мой наставник наказал не делать никогда. Я всю жизнь шел к этому самому мигу. Чтобы предстать перед вами и узнать, зачем матушка-медведица одарила меня этим. Люди изумляются моему дару, но он настолько опасен, что порой я боюсь даже обращаться к нему. Вдруг я узнаю, что это не благословение, а проклятие? Истина пугает меня. Верховный Волхв, прошу вас... Будьте милосердны ко мне. Верховный Волхв положил руку на плечо Ведислава, приблизил к себе и что-то прошептал ему на ухо, после чего тот буквально посветлел и поднялся вместе с ратником. - Воибор, этот мальчишка... Одарен. Ты понимаешь, о чем я. - Понимаю. - Воевода кивнул. - Стало быть, вы заберете его в Медвежий Культ? - Именно так. Мальчишка умный, проницательный и способный. Настоящий самородок... Драговит, я чувствую твое присутствие. Подойди к нам. - Из толпы вышел волхв, вооруженный таким же посохом, но чуть менее украшенным. На навершии его располагалось изображение головы орла. Верховный Волхв похлопал Ведислава по плечу. - Странно, что у тебя до сих пор не было новых учеников. Я доверю этого юношу тебе. Научишь его традициям, песням и ритуалам нашим. Раскроешь нашу историю и покажешь, как надобно ее блюсти. И умениям нашим тоже обучишь его, чтобы стал он одним из нас. - Да будет так, Верховный Волхв. - Ответил Драговит. - Брат Златозар, прошу простить мою дерзость... - Вмешался Воибор. - Я всецело доверяю вам и вашему видению, однако генное семя ордена - слишком ценный ресурс. Я, как исполняющий волю Великого Князя, не могу допустить и малейших рисков окромя само собой разумеющихся. - Тебе не нужно искать правильные слова, Воевода. Я прекрасно понимаю тебя и твой долг. - Ответил Златозар, кивнув. - Олег, верный Знахарь - скажи нам, что кровь этого юноши несет в себе. Ведислав прошел через ту же процедуру, что и Белояр и через некоторое время Олег, считавший показания нартециума, кивнул. - Некоторые показатели отличны от нормы, в особенности мозговая активность. Но я полагаю, что это есть следствие его дара. Мой воевода, он может стать одним из нас. - Стало быть, решено. Насколько мне известно, Ведислав, у тебя нет семьи. В таком случае Орден дарует ее тебе. Присоединиться к Медвежьему Культу - великая честь. Ты станешь настоящей опорой для твоих новых братьев и обрушишь на врагов Праотца гнев Матушки-Медведицы. Пусть мудрость духов Ирея и наших предков, отраженная в свете твоей души, поведет за собой Белую Рать в эти мрачные времена. Ведислав с Драговитом вместе удалились, как ни странно, миновав толпу астартес. Судя по всему, его подготовка начнется намного раньше и будет проходить отдельно даже от них - настолько важную позицию занимали среди ратников волхвы. Однако Юрий испытывал какую-то долю печали от того, что еще долгое время не увидит Ведислава. Возможно, это и было его место, коли он уже сейчас мог наставить на правильный путь других искателей. - Что-ж, продолжим. - Заключил Воибор, возвращая обстановку в прежнее русло. - Следующий. Ты. - Юрий замер, осознав, что Воибор показывает именно на него. Вдох. Выдох. Успокоить сердце и душу - чему быть, тому не миновать. Он вышел к космодесантникам, стараясь не дрогнуть от их пристального внимания и склонил голову. - Юрий из Эзеритов. - Коротко ответил он, решив не распинаться - все они и так знали, какие эмоции испытывали люди, впервые побывав в Деснице Предков. Более того, они сами испытали их в свое время. Однако Воибор как-то слишком пристально всмотрелся... Нет, не в него. Вскоре он подошел к нему, оказавшись на расстоянии вытянутой руки. - Покажи-ка мне свой меч, Юрий из Эзеритов. Он послушно снял оружие и протянул космодесантнику, держась за сокрытое в ножнах лезвие. Тот с уважением принял клинок, аккуратно извлекая и вглядываясь в засечки на рукояти, а также в девственно-яркое сияние металла, нетронутого временем. - Откуда он у тебя? Ты знаешь, что это за оружие? - Знаю, господин Воибор. - Кивнул Юрий. - Мой отец вручил его мне, когда провожал на Испытания. Сказал, что наши праотцы рубились им с небесными чужаками тогда, когда ваши предки впервые ступили на поверхность Ирея. - Вот как... - Воевода хмыкнул. - Ты прав. Это - настоящая реликвия. Когда друкхари - так называют себя небесные чужаки - изгонялись нашими далекими предками с Ирея, Первый Магистр Агрик приказал ковалям выковать мечи для героев той войны, ибо люди нашего мира сражались и умирали с нами плечом к плечу. Вот эти засечки... - Он показал на отметины, покрывающие рукоять. - Они обозначают каждого убитого владельцем клинка друкхари. Стало быть, один из твоих предков сражался вместе с нами и прославился на поле битвы. В данный момент всего четыре таких меча вернулись в Десницу Предков. Очередное доказательство того, что в крови нашего народа заключена благословленная Праотцом-Императором сила. - Воибор вернул искателю его оружие. - Покажи мне свой трофей. Воевода знал, что один из искателей отличился особенно, но почему-то не предполагал, что это будет именно Юрий. Даже Белые Ратники застыли в изумлении, когда из мешка мальчишка извлек жало аспида, с конца которого все еще капали остатки смертоносного яда. - Значит, это ты у нас - убийца змея? - Улыбаясь, ответил Воибор, вскоре громко расхохотавшись. - О Праотец, я даже не знаю, есть ли смысл проводить отбор дальше! Ты хоть понимаешь, что в охоте на этих тварей порой гибли и наши боевые братья? - Если бы не господин Агнехрон, закрывший нас собой от жала, Аспид бы прикончил нас с Белояром. Я лишь использовал момент, во время которого сами боги направили мой удар. Только и всего. - Ответил Юрий. В это же время Верховный Волхв хмыкнул. - Мне нравится твоя скромность. Ты уже совершил великий подвиг, Юрий из Эзеритов. - Молвил он. - Это многое говорит о твоей душе. Но у силы может быть как светлый, так и темный исток. Расскажи нам, что же сподвигло тебя прибыть в Десницу Предков и стать Белым Ратником? - Мою матушку медленно убивает неизлечимая хворь. - Ответил Юрий. - Мы звали знахарей даже из города, но те лишь разводили руками и говорили, что жить ей остался год. И то от силы. - И ты проделал весь этот путь для того, чтобы спасти свою мать, а не для того, чтобы стать одним из нас? - Спросил Златозар и повел бровью. - Вы правы, господин. - Он опустил голову. - Это единственное, что мне осталось. Я готов на все, даже отказаться от становления Белым Ратником. Если же сделать это нельзя... Я понимаю, что вам придется потратить свои ресурсы и свое время. Взамен я готов стать вашим ресурсом и отдать все время, что мне осталось. Любым образом, который вы сочтете нужным. Некоторое время Белые Ратники молчали, переваривая услышанное и думая, что же с таким искателем делать. - Рвение изначальным должно быть. - Сказал Воибор, обернувшись на Верховного Волхва. - Должны ли мы принимать в орден людей против их воли? Не будет ли это нарушением приказа Великого Князя? - Ты мне скажи, Воибор. Неужели слова юноши равнодушным тебя оставили? - Ответил Златозар. - Не оставили. - Воевода кивнул. - Воистину, его помыслы чисты и благородны. Ради защиты своей семьи он готов отказаться от величайшей чести, которой мы можем одарить людей. - Именно, брат мой. Он защищает свою семью, ибо обязан делать это по отношению к старшим как член рода своего. Так же и мы защищаем людей, от которых произошли, ибо это есть изначальный закон, завещанный нам Праотцом-Императором и примархом Робаутом Жиллиманом. Если благородство - это то, что ты ищешь в искателях, то этот мальчишка должен стать одним из нас. Ибо его цель воплощает в себе все то, за что мы сражаемся, не говоря уже о том, что он победил Аспида. Я сам бы не поверил, если бы не навестил Агнехрона в апотекарионе. - Вот как... - Воибор сложил руки на груди. - Хорошо, Верховный Волхв, я вас услышал. И теперь хочу узнать мнение Олега. Юрий дрогнул лишь от боли, когда игла вошла в его руку, забирая кровь и тут же осуществляя ее начальный анализ. И если бы лицо знахаря не скрывал шлем, можно было бы увидеть, как он улыбается. - Интересно... - Констатировал астартес, вынув иглу и обработав. - О чем говорит его кровь, брат? - Мне уже почти пятьсот лет отроду, мой воевода. За это время я не раз проводил тесты, определяющие пригодность неофитов. Здесь, то есть в Великом Зале, и в апотекарионе, когда мы изучаем их показатели досконально. Почти пятьсот лет верной службы - но искатели с настолько отменной пригодностью мне встречались лишь раза два и их случаи анализировались всем апотекарионом. Если ряд замеров и проб после испытаний не выявит ничего сокрытого от моего нартециума, то рисков при проведении операций практически не будет. - Стало быть, твоя кровь поразительно чиста. Как и твой дух. Такие люди нужны в ордене и я не позволю подобному потенциалу пропадать зря. Юрий из Эзеритов, я, Воибор Разящий Коготь, принимаю тебя в Белую Рать. - От осознания произошедшего у Юрия чуть не подкосились ноги. - Ты пройдешь обряды инициации и станешь боевым братом. Орден чтит то, что твоя семья исполнила свой долг, взрастив настолько достойного сына. Как только ритуал завершится, я немедленно отдам приказ доставить их в Десницу Предков для подготовки как служителей ордена. За матушку свою тоже не волнуйся - я также распоряжусь доставить ее в лазарет и провести все необходимые процедуры. После всех этапов инициации вы сможете встретиться, но до тех же пор я хочу, чтобы ты был с покоен и сконцентрировался на боевой подготовке, став в итоге достойным неофитом. - Я стану, господин Воибор. Клянусь кровью своих предков. - Я понимаю твои эмоции, но будь осторожен с такими клятвами. - Воибор улыбнулся. - И отныне я - не господин, а брат-воевода. Ступай к своим боевым братьям и наблюдай за тем, как другие начинают новую жизнь подобно тебе сегодня. И Юрий, не понимая, стоит ли ему сейчас рыдать или смеяться от радости, отправился к астартес, что приветствовали его громкими возгласами. Он не мог поверить, что герои его мира отныне для него - не чужие люди, а братья. И совсем скоро роднить их будет нечто большее, чем дух. Он все пытался найти Белояра, но не смог - тот был слишком далеко, а пробираться через облаченных в керамит гигантов он не решился - не было в этом смысла. Посему он лишь остался в передних рядах, наблюдая за тем, как Воибор приглашает очередного искателя, дабы решить, достоин ли он принятия в орден. Да, впереди - лишь неизвестность. Однако Юрий чувствовал, что выполнил свой долг. Он спас свою семью и обеспечил ей спокойное будущее под крылом ордена. Теперь же ему предстояло свыкнуться с тем, что отныне его семья это не только весь Ирей, но и все земли Праотца-Императора. И его святая обязанность - защищать их. До последней капли крови.