Ведьма

       Госпоже не спалось. Её раньше никто не заставлял спать. Когда-то она проводила ночи у кровати маленькой девочки охраняя её от подкроватных монстров и ночных кошмаров... Теперь же это время полностью принадлежало ей и она не хотела растрачивать его на какой-то сон. Вдруг она закроет глаза, а откроет их там... рядом с это девочкой. Девочка давно выросла, и перестала нуждаться в ней, но та всё равно была рядам не способная уйти. Как забытая собака на цепи. Да, она скучала по девочке - все таки провела рядом с ней всё своё существование, но о возвращение ей не хотелось думать.        Госпожа лежала поверх одеял и поглядывала на золотые часы. Последняя смена караула была перед комендантским часом. Сторожить коридоры Дома Солнца не от кого, и привычки нарушать ночной покой ни у кого не было, поэтому стражники не стеснялась спать на постах. Никто за ними не следил и госпоже это было на руку.        Часовая стрелка коснулась двойки и госпожа тут же облотилась из сорочке в повседневное платье и выпорхнула за дверь. Прибывала в Доме Солнца она совсем немного, и каждую ночь изучала его странности и секреты, а они определённо были. Об этом упомянули служанки, когда щебетали о том, чтобы та не ходила по коридорам одна. Мужчина, что привел её в Дом тоже об этом наставлял, но он говорил лишь то, что здесь легко потеряться.        Выйдя из комнаты она сразу свернула налево - направо был тупик. Это наверно единственное что она помнила, память у неё как у рыбки и да, ей точно нужен был проводник, хотя бы на первое время.        Тут же стояла стражница в белоснежном мундире. Высокая девушка на голову выше неё. Стражница навалившись на стену мирно посапывала и даже не обратила внимание, что перед её лицом помахали ладонью. Госпожа на такие прогулки не надевала обуви, поэтому шаги её были лёгкими и неслышными, даже если она резво пробежится по коридорами. Госпожа прошла мимо и скрылась за поворотом.        Дом Солнца и в правду был огромен. Но днём она бывает лишь в нескольких зала, и их вполне можно назвать самыми обычными. Например в столовом зале, там потолок представлял собой картину песчаной бури из золотых монет. А в зале для танцев пол был выложен шахматной мозаикой с красными сердцами. Это конечно необычное дизайнерское решение, но явно не то о чём говорили служанки. Одна из них обмолвилась, что натыкалась на зал дождя! И с потолка там могут падать не только водяные капли, а также бутоны цветов или камни... это как повезёт.       Отыскать такие залы очень сложно. Здесь было множество комнат слуг или попросту пустых ( наверное гостевых ) обставленные мебелью. За несколько ночей она наткнулась лишь на пару из необычных. Это была комната с винтовой лестнице. Она вела и вверх и вниз, но если взобраться или опуститься становится понятно, что ведет она всего лишь в одно место - на противоположный конец. Ещё был зал с ямой. Она не смогла в неё войти потому, что за дверью не оказалось пола. Это была тёмная пропасть из которой слышался плеск воды.        Чтобы бродить по коридором было интересней, госпожа брала с собой жменьку шоколадных конфет. Открывая каждую пятидесятую дверь она разворачивала и съедала одну, чтобы подбодриться.       Над каждой ручкой проверенной двери она оставляла маленький еле заметный крестик чтобы не запутаться.        Этой ночью она открыла не мало дверей-пустышек, но всё же за одной нашла кое-что интересное.        Распахнув дверь она невольно зажмурилась. Глаза привыкшие к полной темени коридоров не смогли сразу вынести татого резкого и яркого света. Зал был полностью из чистого хрусталя. Госпожа прикрыла ладонью рот как бы случайно не вскрикнуть. Да, в такой отдалённой части Дома стражников не было, но расслышать девичий крик в полной тишине они всё же могли. На несколько секунд она замерла не решаясь войти, но вскоре она всё же прикрыла за собой дверь.        Хрустальный зал был небольшим и квадратным. За прозрачными стенами и полом плавали маленькие, пучеглазые, золотые рыбки, что с интересом подплывали к ней. Восхищённо улыбаясь она разглядывала их прижав к стене ладони. В центре зала висела колоссальных размеров люстра. Она была так огромна, что наверняка должна была висеть в замке великанов, до пола оставалось расстояние в каких-то четыре пальца. Люстра была усыпана крошечными для себя свечами с белыми пёрышками огоньков. Госпожа подумала " Если они здесь горели всегда, то уже давно должны были прогореть до основания ". Она дунула на одну из них, та погасла, но через мгновение вновь вспыхнула. Она невольно хлопнула в ладоши. На бросающих блики этажах можно было разглядеть прозрачные столы и лавки. Она обошла люстру кругом. Сюда наверно можно усадить под тысячу человек?        Госпожа восхищённо глазела на эту красоту пока не разглядела, что-то непрозрачное там на верху. Она не могла понять, что это, как бы не вытягивала шею и не вглядывалась. Это было что-то белое... Детское любопытство взяло верх и она осторожно ступила на хрустальный край. Люстра накренилась, зазвенела как тарелки в посудной лавке и край слегка отяжелевший под её ступнёй и коснулся пола. Хватавшись за углы столов она стала медленно перешагивать через лавки, и от каждого её шага люстра отдавалась звоном. Чем выше она была тем звон становился тише и когда люстры вновь выровнялась, стал просто лёгким подрагиванием. За платье, что может случайно задеть свечу она не беспокоилась - пламя не жгло. И вот она была почти на вершине как её шаг замедлился и она остановилась. То, что-то , что она увидела снизу оказалось, кем-то.        Белёсые волосы цвета только выпавшего снега водопадами струились по фигуре и ложились шлейфом у ног. Фигура седела за столом положив голову на столешницу словно заснув, но как только госпожа замерла фигура вдруг пробудилась. Четно попытавшись заправить волосы за ухо человек обернулся. Это была бледная, будто окоченевшая девушка, с круглыми напоминающими рыбьи глазами и нахмуренными белыми бровями. Невозможно было не отметила необычайную красоту, что подобно свету прорезала пространство вокруг.        - Приветствую... - Звонкой капелью сказала незнакомка - Вы крались не настолько тихо как хотели бы?        Взгляд госпожи заметался, она так разволновалась, что не находила что ответить. За все это время она ни разу не встречала обитателей странных комнат. Тем временем большие глаза продолжали холодком скользить по ней.        - Как вы смогли сюда попасть? - Говорила незнакомка без угрозы, а даже с настороженностью, таким звонким голосом невозможно сказать что-то грозно.        Госпожа долго рассматривала незнакомку, дыхание спёрло и когда она была уже готова ответить, прозвучал третий вопрос.        - Вы как рыбка немы?        - Эм..м..Не.. нет - Тихо тихо, запинаясь проговорила госпожа. От звука собственного голоса она сделалась уверенней.        - Тогда не могли бы дать ответы и на пред идущие вопросы. - Настояла белая дева не мигая изучая её.        Госпожа заложила за спину руки и принялась нервно мять платье. Она выпрямилась.        - Я не кралась - Тихий шёпот отдался от стен и показался громче. Она застенчиво склонила голову и замямлила. - Я попал сюда через дверь, там в низу - И коротко добавила - Простите.        - Дверь?       Госпожа исподлобья глянула на незнакомку. Лицо её разгладилось и стало больше похоже на лик гипсавой статуи чем человека.        - Вы не верите? Там правда есть дверь. - Заверила госпожа и указала пальцем куда-то в низ. Дева даже не глянула в ту сторону. Незнакомка поджала бледные губы о чём-то задумавшись.        - Не знала.        Повисла звенящая пауза. Незнакомка отвернулась отпила что-то из рядом стоящего кубка и снова положила голову на холод стола и замерла. Госпожа не думала, что знакомство оборвётся так внезапно. От этого она немного поникла, но попыталась вновь завязать разговор.        - А... как вас зовут? Девушка промолчала, даже не двинулась.        Госпожа вздохнула " Что ж, должно быть она просто сильно устала, всё таки ночь". Она молча пошарила в карманах и оставила на столе последние четыре конфеты, окинула девушку взглядом и стала спускаться.        Люстра вновь накренилась, зазвенела и госпожа спрыгнула с хрустального края. Ей не хотелось покидать этот чудесный зал, но скоро Дом Солнца проснётся и если её не найдут в постели то стражу наверняка посадят прям к ней в комнату. Она в последний раз глянула на рыбок, глянула на люстру и... На самом нижнем столике возле одной из белых свечей стоял кубок.        Госпожа внимательно вгляделась в высь. Незнакомка оставалась наверху тем же не колышущимся белым пятном. Тогда она оглядела зал - не скрывался ли здесь кто-то ещё? Но больше никого не нашла. Она даже вгляделась прямо в прозрачную люстру, но за ней также никто не прятался.        Она взяла кубок за тонкую ножку. Он был такой же хрустальный и леденяще прозрачный. Возможно он стоял здесь с самого начала и она его просто не заметила. В сверкающих гранях были вставки ярких ромбов, а внутри плескалось что-то тёплое с ароматным паром. Ей очень захотелось это попробовать, в столовом зале подавали мало блюд, что будоражили её вкусы. Все они не имели запаха и были почти безвкусными, ну вино и конфеты ещё куда ни шли. Она уже было поднесла кубок к губам как осеклась. А вдруг это и вовсе не ей? Да и что здесь могло появиться для неё? Но тут под пальцами, что сжимали кубок зашуршала бумага и она поспешила это развернуть. Бирка гласила " Для Госпожи". Это её удивило. Неужели она настолько невнимательна, что взяв кубок не заметила привязанной к нему бумажки?        Теперь она со спокойной совестью пригубила напиток. Это был согревающий алкогольный напиток. В нём чувствовались нотки сладкого мёда и крицы, а также отчётливый привкус апельсина. Ничего подобного она никогда не пробовала.        Захватив с собою кубок она помахала рыбкам и вышла прочь. Обычно на дверях проверенных комнат она рисовала карандашом еле заметный крестик чтобы не запутаться. Над ручкой этой двери она нарисовала кружок чтобы точно запомнить.        Госпожа направлялась в свою комнату в приподнятом настроением. Эта ночь стала для ней настоящим приключение. Она шла не торопясь воскрешая и прокручивая в голове образы хрустального зала. Шагала она по предварительно нарисованным на паркете бледным стрелочками. Сутра все коридоры подвергаются тщательной влажной уборке, так что все её следы окажутся заметены.        Госпожа начала привыкать к большому количеству слуг, что окружали её днём и которые сменялись быстрей чем она успевала запомнить их имена. Каждую четверть к ней приставляли новую группу девушек и стражницу, что сопровождали её везде куда бы она не пошла.        Служанки были весёлыми и очень шумными. Их разговоры всегда были наполнены весёлым хихиканьем. Часто помимо разноцветных кружевом и бантов темой их разговора становился быт. Именно из этих разговоров госпожа и познавала житность в Доме Солнца. Слуги представляли собой хорошо слаженный механизм из которого просто невозможно выдернуть и единой шестерёнки. Поэтому девушки часто, хоть и не со злостью, между собой судачили, о двойном объёме работы, что им предстояло сделать после проведённого с госпожи дня. И хоть они её уверяли, что та в этом ни виновата и приказ исходил от другого лица ( сразу понятно от какого ) госпоже всё равно было немного стыдно.        И хоть она и обзавелась толпой преданных подруг, она была не сильно рада вечно компании, что постоянно пытались вывести её на разговор. Да временами госпожа с интересом на это подкидывается и часами с ними болтала, но когда диалог прыгает с ткани на цветы, с цветов на красавцев солдат, с них на новые серёжки, а после на то, что госпоже стоит принять освежающую ванну и так далее... изо дня вдень это начинает слегка раздражает.        У госпожи теперь тоже появились свои дела, не сидеть же ей целыми днями в комнате. Она ходила на уроки. Занятиям арифметикой, правописанием, географией, уроками манер и танцев теперь отводилось особое внимание. Памяти у неё не было от слова совсем, поэтому всё сразу пошло по наклонной. Да в математике у неё бывали попеременные успехи, но лишь потому, что ей удавалось складывать, вычитать, умножать и делить огромные числа, что всегда приводило учителя в небольшой шок. А в остальном с ней тоже были большие проблемы. Госпожа была тем учеником, что на задачу про яблоки вместо ответа говорит - " Ну как я могу поделиться яблоками с мистером Грином если я его даже не знаю?" или " Сэр, какие яблоки? Вы не дали мне в руки и одного?" И хоть учителям было не дозволено повышать на неё голос они не могли не вздыхать без усталости. А госпожа лишь хлопала глазами и ничего не понимала.        Сейчас занятие проходило в зале для танцев.        - Госпожа, пожалуйста, вы спешите в шаге. Прислушайтесь к мелодии.        Госпожа старательно цокала каблуками об пол в ритм плавному перебору клавиш пианино. Музыка тянулась подобно реке, долго задерживаясь на каждой ноте, выжимая из них все соки. Она долго тянула носок оранжевой туфельки выдерживая ритм и на смене аккорда делала следующий шаг. Но не всегда у неё получалось удержать равновесие достаточно долго, от того движения получались рваными.        - Госпожа, пожалуйста, не стоит так сильно разводить руки. Делайте лёгкие махи, будто маленькая птичка.        Она изменила траектория рук и повила их медленней, слегка вскидывая на звонких нотах.        - Госпожа, пожалуйста, поднимите глаза, улыбнитесь. Танец это эмоции которые вы испытываете. Вот видите, уже лучше.        Её лице сжалось в старательной гримасе с опущенным под ноги глазами. Она натянула лёгкую улыбку.       Танец состоял из шагов и поклонов. Если с шагами всё было более или менее приемлемо, то с поклонами стояла острая проблема.        - Госпожа, пожалуйста, постарайтесь поднять голову и расправить плечи.        Книги со стуком в который раз посыпались на пол. Госпожа в немом извинение поджала губы. Она подняла исподлобья взгляд на учителя. Тот был хорошим педагогом и никогда не показывал своего недовольства. Кучка служанок же, что прямо сейчас стояли возле витражных окон с мозаикой танцующей пары, хоть и не смеялись, но прикрывали губы ладонями и озорно переглядывались на каждую её неудачу. Лицо учителя же, сейчас, спустя множество попыток и исправлений было гладким и светлым.        - Уже намного лучше! Выши старания дают свои плоды и я уверяю вас, что через время они станут сладкими. У вас правда хорошо получается. - На его лице не было даже усмешки.        Пианино затихло - это девушка с короткими светлыми волосами на пару секунд замерла с подрагивающими от увлечения пальцами в воздухе. Вновь по залу полился поток чёрных капелек нот с пюпитра. Учитель вновь водрузил книги на голову госпожи и та продолжила свой недотанец. Она повторила движения несколько раз и на этот раз подвернула ногу на каблуке.        - Ничего страшного, не волнуйтесь. Все бывают оступаюся. - Проговорил учитель поддержав её под локоть.        Урок продолжался. Пару раз они даже попытались станцевать в паре. Великая удача, что партнёры не должны были стоять друг другу слишком близко, иначе на ногах учителя ещё долго были бы видны отметины от туфель. Этот танец был как фиктование на шпагах. Каждый поочерёдно делал выпады и также поочерёдно отступал. Единственным отличием было отсутствие колющего оружия.        - Извините... - В зал через дверь просунулась голова в цилиндре. Это был седой мужчина с белыми покрученными усами. Он мялся. - ...можно ли забрать Эмили, на репетицию оркестра? Представление уже через 5 четвертей и мы...        - Да конечно, мы как раз уже заканчивали - Перебил учитель легко махнув рукой.        Девочка лет 12 встала из-за инструмента подхватив с собой гамы. Мило улыбнувшись, она поклонилась госпоже и удалилась вслед за мужчиной.        - Ну что ж, значит, продолжим уже после празднества. - Он снял с её головы книги - Думаю, уже услышав о нём вы вряд ли сможете сосредоточится на танце.        - Вовсе нет! - Вскричала госпожа. Хоть её мысли уже и пустились в полёт, ей будет приятнее падать и спотыкаться чем просидеть в комнате в окружение служанок больше нескольких вечерних часов. Учитель улыбнулся.        - Насколько я знаю, с остальным Советом вас ещё не знакомили. - Он дождался молчаливого кивка. - Если я мог бы влиять на вашу первую встречу, я бы организовал бы её именно на каком-нибудь празднистве. К тому же, часто ли вы слышали чтоб в Доме готовили представления?        Госпожа моргнула осознавая только что услышанные слова. Да, с Советом она не знакома. Диас - так звали мужчину, что привёл её сюда сказал, что так ей будет проще освоиться. Чтоб она не стесняла себя в новом месте, чтоб не стала на них излишни равняться, а после расстраиваться, что совершенно на них не похожа. От мысли, что она с ними встретиться у неё внутри появилось не понятное до селе чувство, будто розовые кусты затрепыхались на сильном ветру, одновременно щекотя и коля шипами.        Провожая госпожу на следующе занятие служанки весело щебетали какой же Совет возвышенный и величественный. Госпожа слушала их в пол уха, все её мысли уже находились за 5 дней от сюда на встрече с Советом.        Если раньше на уроках она почти ничего не запоминала то хотя бы внимательно слушала. Сегодня же весь оставшийся день она смотрела в пустоту и летала в облаках, а учителя терялись в догадках, от чего её глаза так ярко блестят.        Ещё одна ночь. Ещё коридоры. Ещё распахнутые двери и раскрытые секреты.        Интересно, а знает ли о этих тайнах кто-нибудь ещё? Да, наверняка, но вряд-ли кто-то ещё хотел их распахнуть. В Доме Солнца о них упоминали лишь несколько из слуг... а это значит, что это известно абсолютно всем. Но никто не хочет в их исследовать, никому не интересно? Или Диас всех запугал возможностью потеряться.        Осознание, что по многочисленным коридорам бродит только она, вызывали у неё некий трепет. Она одна. Предоставлена только себе и никого не обязана слушать. В кой-то веке она может сама выбрать направление, на что обратить внимание и какую дверь открыть, не вторя желанию другого человека. Эта мысль её немного ужаснула, она не подозревала, что способна относиться к той девочке с такой... Неприязнью. Нет! Даже думать о таком противно.        Госпожа прошла совсем немного как ей вновь попалась чудесная дверь.        За дверью оказалась та самая комната с дождём о которой ей рассказывали. На яркой ткани платьица тут же расплылись мокрые пятнышки от капель. Дождь крупными каплями разбивался об пол оставляя мелкие лужицы. Выложенные булыжником стены комнаты поросли зелёным мхом и плесенью, а где-то в углах даже росли белые поганки. Госпожа с улыбкой замерла на пороге, она давно не видела дождя. Ну как давно, с момента как попала в Дом. Нет, ей один раз за это время пришлось созерцать его из окна, но наблюдать из-за стекла и смотреть так, это совершенно по разному. В воздухе витала влага, здесь пахло сыростью. Госпожа не могла в полной мери ощутить всё это, но и лёгкий мокрый запах, что достигал её носа казался ей волшебным. Она протянула руку и на ладонь опрокинулся целый водопад воды, что буйным потоком бил по нежной коже. Если вода лилась здесь всё время то она должна была до верху наполнить комнату, но этого почему-то не произошло. Мелкие ручейки уже стали вытекать на блестящий парке когда дождь замолк.        На долгую секунду образовалась полная тишина, что даже разноцветные улитки и слизни в изумление подняли к потолку усики-глазки. Госпожа и сама уже сделала шаг по влажным травинкам и задрала голову когда с потолка посыпались стеклянные шары. Пёстрые, полые шары со звоном стали разлетаться калейдоскопом осколков и госпожа поспешила обратно в коридор. Когда она захлопнула дверь ещё какое-то время за ней слышался шорох стекла, но он вскоре смолк. Госпожа в облегчение выдохнула, ещё чуть чуть и она стала бы похожа на зебру в кровавую полоску.        В вновь опустившийся тишине она невольно прислушалась. Шум дождя и бьющегося стекла наверняка должен был привлечь чьё-нибудь внимание. Но ни торопливых шагов или даже голосов так и не последовало, наверно она находилась уже достаточно далеко от ближайшего поста.       Но когда госпожа сделала несколько шагов на пол к её ногам со звоном упало несколько осколков. Она тут же остановилась. Да, она и не претендовала, что может оказаться быстрее летящих осколков. Госпожа сжала ткань юбки и с силой её встряхнула и на пол звонко упала россыпь стекла. Аккуратно присев она собрала их в ладони. Они лежали в её бледных руках красочными леденцами. Выбрав самый большой она сунула его в карман, а остальные быстро вернула за дверь, к счастью там вновь бушевал дождь.        Её путь продолжился. Шла она долго, может час, может два и всё чаще ей стали попадаться двери с бледными крестиками над замочными скважинами. Госпожа здесь уже была. Она часто оглядывалась, но всё коридоры выглядели одинаково, либо же это она не могла запомнить их отличий. Она хмурилась и хрустела фантиками, ходить по тем же местам было совершенно не интересно. Госпожа свернула множество раз, но в который раз на ходила лишь двери с крестами и это её расстраивало. Госпожа шла и шал, осматривала двери и снова шла, не было смысла их открывать.        В который раз склонившись над дверью она вдруг замерла. На обточенном дереве виднелся кривой, угловатый кружок. Она и не надеялась на такую удачу        За дверью пред ней предстал всё тот же сияющий зал, в своём ледяном убранстве. Хрустальная люстра искрилась в свете свечей, а золотые рыбки помахивая плавничками подплывали к её ногам. Госпожа вновь приветливо им улыбнулась.        Она тут же стала взбираться наверх. Люстра звенела под её шагами, пока она с внимательностью осматривала все столики на наличие предназначенного ей кубка. Так ничего не обнаружив она достигла самой вершины. Бледная девушка скрытая собственными волосами всё ещё сидела за столом. Как и прежде она лежала на поверхности стола в мирном сне, но как только госпожа приблизилась тут же обернулась и окатила её полным сознания взглядом.        - А, это снова прибыла ты. - Девушка задержала на ней взгляд, но не выразив заинтересованность отпила что-то из своего кубка и вновь устроилась на столе зарывшись в паутине собственных волос. Но вновь погрузиться в сон ей не удалось. Она чуть отняла голову и немного удивления мелькнуло в её стеклянных глазах. На соседнем с ней месте стоял кубок. От него отходил пар, а на тонкой ножке висела бирка.       И как госпожа раньше его не заметила? Она приблизилась и подняла кубок к губам. Похоже напиток был слишком горячим, её язык тут же слегка онемел, но это не могло омрачить её улыбку.        Бледная девушка следила за ней свойственным только ей пустым взглядом. Она не отводила взгляд пока, госпожа лично не встретилась с ней глазами, и только после произнесла.        - Всё наилучшим образом? - Беловолосая смотря ей прямо в глаза.        - А? - Оторвалась госпожа от кубка не совсем поняв её. Она отметила, что та немного странно строила речь. Госпожа долго смотрела на девушку, ожидая пояснений, но та не спешила. Девушка не мигая сверлила её глазами в немом вопросе.        Нахмурив рыжие брови госпожа отставила на половину опустошённый кубок и глаза её расширялись от осознания. По хрусталю кубка стекали отвратительные кровавые разводы. Они тянулись от её пальцев и струились по локтю окропляя хрусталь стола и пола. Госпожа отшатнулась, всё её платье зацвело уродливыми бурыми цветами. Не сказать, что это её напугало, нет, это её удивило, ошарашило, но ни как напугало. Она полезла в карман за платком и четно пыталась очиститься. Платок напитался цветом и стал скользким и влажным.        -Твоя кровь странно пахнет - Спокойно сказала бледная девушка словно вела разговор о погоде.       Без омерзения она притянула её руку и молча пролила содержимое своего кубка ей не плечо. Прозрачная вода ручьём скользнула по коже смывая кровь и госпожа в момент ощутила щиплющую боль, что тысячью иголок зашевелилась под её кожей. Последовал крик и госпожа отдёрнула руку, сразу прижимая к груди. Боль унялась также внезапно как и взорвалась.        Если люди так ярко чувствуют боль то госпожа им не завидует.        Госпожа успокоила дыхание и осмотрела руку. Кровь смылась и теперь стекала вперемешку с водой по хрустальном полу, а кожа снова стала бледной и чистой. Госпожа ощупала руку. От плеча до предплечья тянулась череда бледных шрамиков.        - Ещё не всё - Беловолосая притянула её за вторую руку, по ней тоже стекали але капли, но не в таком количестве. Прозрачная вода вновь коснулась ран и госпожа сморщилась от адской боли. Она вновь попыталась выдернуть руку, но девушка держала крепко. Отставив кубок с водой тонкие пальцы вынули несколько мелких осколков и новь окатила её водой. Когда боль унялась госпожа осмотрела себя. Маленькие белые чёрточки выглядели невинно.        - Что это? - В изумление охнула она. Никогда ей не приходилось созерцать подобной лечущей жидкости.        Беловолосая тем временем опустила глаза на свой кубок и поболтала его содержимое. Он тоже был хрустальным и блестящим только представлял собой ракушку огромной улитки. Незнакомка отпила и всё же ответила.        - Воды Солёного озера. В прошлое время Солёный океан был полон такой воды.        Госпожа немного отойдя от шока наконец то села на лавку.        - В Стране Двух Святил есть океан? - Память опять её сильно подводила. Полностью успокоившись она выдохнула и глянула на свой кубок. Он оказался блестящим, чистым и полностью наполненным.        Светловолосая не изменилась в лице, лишь продолжила поднимать прозрачные волны. Голос её был звонок, но монотонок.        - В Стране Двух Святил нет океана, но он всё же есть. - Она не стремилась объяснять больше поставленного вопроса поэтому каждое слово приходилось вытягивать.        - А что случилось с этим Солёным океаном? Он пересох? - Госпожа пододвинулась ещё ближе. Та никак на это не реагировала.        Незнакомка смахнула упавшие на глаза пряди, но те волнами вновь спустились вниз.        - Если бы он пересох было бы меньше горя. Всё бы тогда осталось тем же. Сейчас же вода стала отвратно острой и чёрной.        -Но, как же так?        Незнакомка встретилась с ней глазами в них не отразилось ничего. Глаза у неё были большими словно рыбьи и потому казались особенно влажным. Лицо было печальным, и скучающим. Она с минуту разглядывала госпожу решая стоит отвечать или вновь оборвать разговор. Взгляд бледных глаз метнулся к кубку госпожи, что самовольно появился на этом столе и вздохнула.        - От тебя веет пылью... и песком - почти не заметно. Будто ты и не ступала на песок, а лишь вдыхала его воздух. Ты не переняла его запаха. - Начала она. Госпожа же невольно уткнулась носом в собственное плечо. Она ничего не почувствовала кроме лёгкого запаха крови, что сейчас полностью её пропитал. Беловолосая продолжала мерно рассуждать, скользя по ней глазами - Собственного запаха у тебя нет. Ты словно соломенная кукла. Пахнешь тем чем тебя набили.        - Я не кукла...        - Кто ты я не знаю - Просто продолжила та рассматривая её с нок до головы. - Для Причуды слишком проста, для Рюмки слишком чиста, для Сокровищница не смышлёна. Все незнакомые с Солёным океанам обнаруживаются под колпаком Круглого Злополучия. Ты та же.        - Я? - Бровки у госпожи сложились домиком. Она под колпаком? То есть она чего-то не видит? Если честно, она не совсем понимала смысл этой разы. Причуда? Рюмка? Сокровищница?... Несмышлёна... Что незнакомка имела в виду?        Беловолосая не нашла в её глазах и капли понимания и отвернулась. Её взгляд устремился в даль свозь хрусталь верхних столиков.        - Солёный океан, ранее, весел и буен, чист и прозрачен - Она отвила от лица длинную прядь, что тянулась к полу и стала медленно перебирать её пальцами. - Он вздымался волнами и ветер играл морской пеной. Вода в нём была чиста и жёстка, его берега всегда устилались обточенными драгоценными камнями, что он тянул со дна. Океан щедро одаривал и не желал ничего в замен. Он заключил договор с кораблями и те стали сечь синею воду и временами скидывать в воду благодарную плату за добрый путь. Но вскоре кораблям надоело благодарить. Вместо этого они скинули мешки чёрной пыли на дно. Океан разверзся, чихнул и в ярости потопил корабли. С криками они опустились на почернелое дно. Берега теперь укрыты чёрным снегом и ни единый камень больше не поднимался на поверхность. Договор был разорван и океан до сих пор бушует, ни один корабль больше не может его пересечь.        Беловолосая замолкла и вновь поднесла кубок к губам. История была трагична, но рассказана так будто это произошло так давно, что уже ни осталось тех кого бы это волновала. Голос её был пуст, сух как когда-то пламенеющий пепел.        - Это правда было? - История походила на сказку так что кто угодно мог усомниться в её правдивости. Получив в ответ звенящую тишину госпожа тут же исправилась. - Тогда... нужно помочь! Нужно очистить Солёный Океан.        - Теперь его нарекли Перчёным Океанам. Его воды нельзя очистить. - Незнакомка ещё раз поболтала, воду что уже давно должна была иссякнуть. - Лишь Солёное Озеро сейчас наполнено этой водой. Она быстро залечивает раны, и временно может излечивать серьёзные недуги. Например глухоту или онемение.        Взгляд госпожи был невольно прикован к волшебной жидкости. Свойства этой воды её поразили. Она кончиком пальца провела по белым шрамам. Прикосновение было ярким и отчётливым, хотя госпожа старалась касаться легко. Она чутко и ясно чувствовала прикосновение. Но как только она касалась кожи на которую не попала вода, ощущения вновь притуплялись и становились далёкими. Будто через толстое пуховое одеяло.        - А, где это... Солёное Озеро? - Госпожа повертела головой в поисках, не сразу вспомнив, что кубки с различными напитками в этом зале имели вредную привычку появляться уже наполненными. Её взгляд зацепился за золотых рыбок, что проплывали за прозрачными стенами. Госпожа запрокинула голову к потолку. Люстра там над головой проходила сквозь хрустальный потолок. Там также проплывали рыбы, но над ними виднелось что-то размытое, серо-синие не походившее на воду.        На её вопрос ответа не последовало и госпожа поспешила задать другой.        - Вы поэтому здесь? Из-за океана не можете попасть домой?        Беловолосая немного помедлила с ответом. Наверное вопрос был слишком личным.        - Можно называть это и так. - Незнаком поставила ракушку-кубок на стол и госпожа заметила как тот вновь наполнился водой.        - Мне сказали, что я скоро встречусь с Советом. Я попрошу о помощи. - И только после того как она пообещала, она осеклась. Если она упомянёт Перчёный Океан, ей станут задавать вопросы откуда ей о нём известно. Если его нет в Стране Двух Святил то она никак не могла узнать о его существование. Ей придётся признаться, что она не спит по ночам.        - " Встречусь с Советом" - Повторила беловолосая. - Он не подпускает к себе никого лишнего. - Она подняла заинтересованные глаза - Ты не лишняя?        Госпожа уже открыла рот и тут же закрыла. Диас говорил " не стоит разглашать свои амбиции посторонним. Все нужные люди уже в курсе кто вы, постороннем же это знать ни к чему. Правитель должен оставаться без телесным. Люди больше доверяют красивым легендам чем настоящим образам в чьей подлинности можно усомница. Если человеку сказать, в вазе стоит красный цветок, то тот сразу представит его в голове. Если цветок показать то человек может сказать, что он вовсе не красный, а малиновый, и что это вовсе не цветок а сорная трава. А мы не намеренны так рисковать" Пауза немного затянулась и госпожа уже собиралась соврать, что она обычная служанка, что совсем недавно поступила на службу к Совету, как беловолосая спокойно пояснила.        - Если ты неспособна говорить правду то лучше говорить, именно так - Она отвела взгляд, а госпожа немного надулась. Ей было обидно что её уличили во лжи, хотя она даже ничего не произнесла.        - Я... не хотела врать - Честно призналась госпожа. Был бы у неё выбор она бы точно сказала правду.        - Не сожалей. У всех у нас есть тайны, но лучше когда они остаются недомолвками.        Она замолкла, отпивая их хрустального кубка. Волосы белой пеленой закрывали её бледное лицо подобно свадебной вуали покрытой слоем инея. И сколько интересно нужно отращивать такие волосы? Ах да, здесь же это-то данность. Но всё же такая длинна поразит кого угодно. Идеально прямые, кипельно белые ( будто мёртвые) локоны ложились на хрусталь за её спиной полностью скрыв обнажённую фигуру. Хотя в какой то степени госпожа даже радовалась, что волосы такие длинные и густые. Незнакомка в который раз заправила прядь за ухо, но та тут же вновь выскользнула и повисла. Бледноволосая не выказывала раздражения. Со спокойным лицом она просто снова убирала прядь и всё повторилась.        - А... как тебя зову? - Поинтересовалась госпожа протягивая блестящую заколку. Волосы у неё тоже были длинные так что она давно завела привычку носить подобное. И глядя на обширную шевелюру девушки, она поклялась в следующий раз принести больше.        Беловолосая осмотрела предложенное, а после вопросительно уставилась на госпожу.        - У меня в комнате их много, можешь забрать - Протянутая рука провисела в воздухе ещё несколько секунд прежде как девушка взяла её. Бледные пальцы показались госпоже приятно тёплыми, невзирая на её малую чувствительность. Не значит ли это, что на самом деле она была обжегауще горячей?        Беловолосая неловко словно давно не пользовалась подобным кое как, криво коса закрепила несколько прядей, что теперь топощелись в разные сторону петухами.        - Давай я - Госпожа вскочила к ней за спину и взяла в руки непослушные локоны. Та не возражала и покорно замерла. Госпожа отвила белёсые пряди от лица и скрепила их на затылке, на большее заколки бы не хватило. Она осмотрела свою работу и криво улыбнулась - у неё получилось не намного лучше.        - Подашь? - Внезапно спросила девушка и протянула руку куда то вперёд, будто не могла дотянуться. Глаза у госпожи немного округлились, но она поспешила унять эмоции. У беловолосой оказались на удивление длинные руки. Бледные и костлявые. Но невзирая на это она указывала вперёд через весь стол на пол, и туда она со своего места и вправду не могла дотянуться.        Госпожа быстро нагнулась и потянувшись под хрусталь стола. Чтобы достать вещь ей пришлось на четвереньках проползти на ту сторону и обратно. Когда она выпрямилась она рассмотрела осколок зеркала примерно с половину её ладони. Бледноволосая тут же забрала свою вещь и стала себя рассматривать. Похоже она не делала этого очень давно. Она смотрелась на себя в крохотное стёклошко и по разному наклоняла голову, разглаживала тонкими пальцами впалые щёки, оттягивала веки и перекладывала локоны на плечах. Она была так занята что и забыла про благодарность за помощь        - Я не позабыла - Будто прочитав её мысли сказала беловолоса ни на секунду не прерываясь. - Люди благодарят и молча не стоит их порицать. - Уголки её губ наконец-то приподнялись и она всё же глянула на госпожу. Лицо девушки стало довольным и светлым ( хотя куда уж светлее?) - Называй меня Сестрицей, как и все. Уже и не вспомню своего имени, так давно живу. - Она наконец отложила зеркало и разведя элегантные волны рук потянулась от долгого сидения на одном месте. Белые волосы немного сползли по плечам, слегка приоткрыв бледную груд. Госпожа поспешно отвела взгляд, а Сестрица не смутившись, расправила плечи и завершив разминку опустила руки на хрусталь. - А как называют тебя, милое дитя?        Госпожа немного растерялась, но всё же улыбнулась встретившись с ней взглядом.        - Зови меня Сестрицей.        Госпожа и не могла ожидать, что ещё на долго задержится в хрустальном зале и в конечном итоге она даже задумывалась сильно ли все переполошатся если она на денёк пропадёт? Сестрица, как та сама сказала, живёт уже очень, очень долго и за это время она накопила удивительное множество историй. Последнее уже время у неё совсем не было слушателей в этом абсолютно пустом и одиноком зале. Поэтом хоть она и была сдержана и скупа на эмоции, было легко заметить, что это приносит ей просто необычайное удовольствие.        - Цветок есть на этом белом свете. Серой красы, среднего размера, и с обычными корнями. В знаком месте растёт и каждый его за жизнь видит - и это нерушимое правило, закон. Никто не знает его вида, цвета и запаха, известно лишь, что вида он невзрачного, цвета блеклого и пахнет странно. - Сестрица с лёгкой улыбкой глянула на госпожу - Но тот кто находит его, опровергнет всё это. Скажет, что тот необычайно ярок, заметен, красив и пахнет дивно. Последнему кому удавалось его отыскать троекратно повезло. Ему не пришлось его искать, это единственный цветок который он видел за жизнь( хоть это и не назвать везением, но историю не переврать) и золото было у самой поверхности. Этот цветок охраняет сокровища. Только неизвестно на какой глубине и какие это сокровища. Это могли быть и как монеты денег так и шутская пуговица, что не имеет цены в людском мире. Везунчик сгрёб показавшиеся на поверхности монеты и тут же решил потратить их на еду, поскольку был в полной нищете. Этот человек больше всего на свете желал разбогатеть и как только его мечта осуществилась он не успел дойти до продуктовой лавки.        - Он умер? - прикрыла госпожа рот ладошкой.        - Да - подтвердила сестрица. - Умер. Когда человек живёт долго, лишь самые желанные мечты способны держать его дух. Эта история учит именно тому, что прежде чем выбрать желанную мечту стоит серьёзно задуматься.        - Я никогда не пожелаю быть богатой - Испугалась госпожа.        - В желаниях есть свои пути. Ты можешь желать быть богатым на 400 лет или же, пока во вторник шестого числа ты не спаткнёшься.        Госпожа призадумалась        - А... Можно пожелать быть богатой вечность?        - Этого не позволят. - Отрезала Сестрица - Но можно желать и что-то близкое к вечности.        Истории были сказочные и пёстрые, предстающие живыми картинками. Раньше госпоже приходилось читать сказки маленькой девочке, но то были обычные, всеми известные сказки, что можно найти на полках в детской, совершенно простые для детского сознания и мысли. Эти же истории были гибкие, резные и разукрашенные. Какие-то томные как стекающий по ложке мёд, а какие-то скачущие как телега по холмам. Госпожа слушала и слушала. Удивительно откуда же Сестрица их знает если проводит всё время в окружение молчаливого хрусталя? Беловолосая была увлечена рассказами не хуже госпожи и всё говорила...говорила и уже сложно было отделить сыпучую тишину от солёных кристаллов рассказа. Казалось окружение звенело в такт словам. Сестрица вела руками волны показывая юрких слепых рыб, выводила на поверхности стола спирали изображая круговороты ураганов и хлопала глазами как глупые не сговорчивые дети.        - Встречались мне люди что, животным стремились подражать. Два брата. Были они и смелы и умны, но и забавы у них не отнять. Надоела им людская суета и работа и покинули родной дом. В лесу они поселились и постепенно отказались от своих шалашей, готовой пищи и костра. Души их отошли далеко от всего, что делало их людьми. Братья научились превращаться в длинномордых охотничьих псов. Стали они гонять лесную живность, грысть им глотки, а после в личине человеческой, за доброй беседой, отделять ногтями плоть от кости и поедать сырое мясо.        Братья были дружны, и это не история где они позже станут врагами, они останутся товарищами до самого заветного конца.        И нет ничего лучше чем беззаботно проживать в мохнатой шкуре где под черепом не одной осмысленной заботы. Но. С тех пор развилось немало подобных существ, что предпочли жить в двух личинах и живут они очень мирно хоть и многие их презирают. Ограждает их трезвый рассудок лишь человеческий облик в который они всегда возвращаются, тёплый кров в тени деревьев, общество носящее одежду ( хоть и из выделанного меха) и горячий ужин в кругу у огня.        Тогда же те братья были теми немногими, оттого и обучить их было некому. Постепенно речь их стала отрывистой и прыткой, как лай, а сознание расплывчатым и узким. Их стало тянуть к добыче даже с человеческой головой. Мысли их всё чаще стали заплывать алым инстинктом и всё чаще перед едой мех не сменялся людской кожей. Вот, что делает с существом поедание сырой плоти. В конечном итоге они потеряли сознание и не вернулись из собачьих обличий. Ведут они существование и не счастливое и не гнетущие, у зверей нет на это чувств и времени. Их разум растянулся в треугольник из голода, сытости и страха, им не о чём думать. Так и остались они в том лесу и бродят там средь кустов в поисках добычи. И как только они полностью приняли свои четыре лапы и позабыли когда-то принадлежащие им две ноги, так сразу и померли собачей смертью, разорванные медведем.        Племена оборотней обожествляют зверей. На каждый вид и сорт у них есть святой и каждого они чтут. И есть у них поверье, что если при жизни ты был смел, хитёр и ловок то одно из этих божеств которому приглянется твоя душа дарует тебе свое бессмертное тело, чтоб ты познал покой от людских дум и проблем. Эти же братья ни в чём друг-другу не уступали, поэтому божественный зверь разделил свое тело на двух близницов. С тех пор об этом божестве упоминают лишь во множестве, как созвездие гончих псов на небосводе.        - Так эти братья стали божествами? - Вопросила госпожа.        - Нет. Они лишь пользуют тело божества. Точнее божеств.        Госпожа кивнула. Рука её невольно потянулась к карману платьица, где всё ещё лежали конфеты. Ей захотелось ещё раз угостить Сестрицу, которую она уже считала свое подругой. Но карман тоже был запачкан кровью поэтому достав на ладонь оставшиеся конфеты она скривилась и отложила их подальше. На стол также со звоном упал осколок стеклянного шара. Он был прозрачного зелёного цвета. Сестрица задержала на нём заинтересованный взгляд. Она плеснула на него водой смыв кровавые потёки и взяла со стола.        - Ты носишь с собой витраж. - Сказала она перебирая его в пальцах. Это не было вопросом.        - Это был стеклянный шар - Поправила госпожа.        Сестрица пропустила эти слова мимо всё рассматривая зеленоватое стекло. Она вдруг вновь легонько улыбнулась - Сестрица вновь вспомнила очередную историю. Перед рассказом она немного помолчала сделав большой глоток воды. Глаза её скользнули по хрусталю в раздумье.        - Когда случайность стекло ваяла непрозрачное, когда получали в дар покойники игральные дощечки, а по небу проезжала колесница, заявился ребёнок на свет - Сестрица глянула на госпожу, голос её звенел. - Родители его которым власть дана от бога, от духа и света, всегда честные, светлые и благочестивые, пришлись друг другу роднёй. Сохранение святой крови - знамя, что несли они сквозь поколенья от чего лица на троне сменялись почти также быстро как снимали и вешали эти самые тряпицы на флагштоках. И ребёнок от того же был уродлив и глуп. Был он мужчиной или женщиной время начисто стёрло как и его пребывание в нём. Осыпали ребёнка богатствами и явствами, что были на вес самых тяжёлых брильянтов, и проживал тот в родительских владения и ступал по золотым песчинкам.        Ребёнок у царственных родителей был единственный, а от того самый желанный и были родители стары, и уже ни надеялись породить кого-небудь ещё. Годы шли. Колесница объезжала небосвод двухтысячным кругом, ребёнка стали учить. Из-за уродства речь поддавалась едва сносно, как прежде и родителям его, но был он отличным от них. Был он уже старше, но науки также проходили мимо его головы. Ребёнок рос...но не взрослел, оставался ребёнком в уродливом подросшем теле. И вот... с трудом переполз он десяток лет, сидел он у ног стареющих родителей, что поучали его государственности ,а дитя казалось умом вполовину меньше своего роста. Стали прятать наследное дитя от народа, а гнев народа будет страшен, коль заметят не умелость будущего правителя. И прятал родители слёзы свои за морщинистыми ладонями и кланялись богам и образам первых правителей лики которых ещё не исказили свешено кровное уродство и просили о чуде. Но годы шли, колёса колесницы вертелись, родители чахли, и ребёнок вместе с ними. Кривые ноги его ослабели и перестали сносить его вес. Калека лежал в богатых покоях и стеклянным взглядом созерцал блеск сокровищ ему принадлежащих, но не мог даже до них дотянуться. К нему представили слуг, что обмывали и убирали за ним, а также развлекали. А чем можно развлечь такого человека? Они читали ему древние письмена, которых он даже не понимал. Взгляд его был направлен в пустоту и беспричинно улыбался.        Настал день когда на плечи наследника должны были свалиться все тяжести царственной жизни. Калеку разодели в золото и посадили на драгоценный стул. Различные дары малых полей были снесены к ребёнку, что становился правителем. Родители водрузили на его голову присущую статусу тяжесть и он едва мог удержать её вес не роняя головы. И задрожали непрозрачные кувшины и бусины из крашенного стекла сотворённые случайностью и осыпали полы разноцветными осколками, ложась ниц пред кровью одобренной богами. И упал народ на колени пред истинным правителя и ещё долго не желали подниматься. После следовало веселье. Продолжалось оно долго. Целый год не скончались праздничные маскарады в честь нового правителя.        По концу, когда народные гулянья стихли, а веселье унялось люди обнаружили страшное. Их божественных правитель, пред которым так старались они склонить своей головы, не нашёлся. Он не выдержал таких потрясений. Ненароком он был утащен в толпу и раздавлен под радостным танцем. Кости его превратились в пыль под многочисленными сандалиями. Народ взбушевался от такого. Как это правитель с благословлённой кровью мог не выдержать празднества?        После были восстания. Народ восставал против друг-друга выдавая уродцев под именем мёртвого правителя. Войны не кончались целые столетия, пока все королевство не сравнялось с золотым песком. Пока все древние письмена не были растоптаны в пыль и пришедшее поколение уже позабыло, о благословлённой крови и об том правителе и вообще о истории своего государства. С течением времени на трон всё же посадили правителя и мир был восстановлен. Королевство сменило название и флаги и нет уже в живых тех кто вспоминал бы о нём. И больше никогда ни единое крашенное стекло не разбивалось об пол при виде нового правителя.        Госпожа вернулась в свою комнату слишком поздно, ( точнее рано). И застала в спальне удивлённых служанок, что пришли её будить и уже собирались поднять тревогу. Госпожа поспешила их успокоить. Она с улыбкой им разъяснила, что ей просто захотелось прогуляться, а то что прогуливалась она каждую ночь при этом открывая сотни дверей, предпочла умолчать.