Сокрытое в огне. Расти и увядай

ГЛАВА VII

Сознание степенно возвращалось к Иш, когда она медленно открыла глаза и осмотрелась. Лучи утреннего солнца заставили ее веки сомкнуться, дабы дать глазам возможность привыкнуть к свету. Ее слух улавливал неустанное пение и щебет птиц. Только когда Иш почувствовала колючую траву под собой и жесткую опору для спины, она поняла, что полулежа сидит на земле, прислонившись к дереву. Она медленно распрямила спину и стала разминать затекшие мышцы шеи и рук. С шумным вздохом поднявшись на ноги, она потянулась и еще раз осмотрелась. Деревья-великаны, простирая свои длинные ветви в разные стороны, величественно росли ввысь, а солнце, резво играя лучами на листве и траве, разбрасывало разноцветные блики, каждый раз соприкасаясь с прозрачными бусинами росы. Иш опустила взгляд на свои раскрытые ладони, вспомнив, как совсем недавно ее лихорадило, а все ее нутро буквально сжималось в стальных оковах. Затем ее взгляд переместился на Терру, спящую, опершись на ствол дерева. Ее лицо было, как отметила Иш про себя, бледнее обычного и осунувшимся, вороные волосы были растрепаны, а под глазами залегли темные круги. Стабилизированное состояние Иш свидетельствовало о том, что Терре и эльфу удалось-таки добыть волшебный цветок и вовремя его использовать, хотя ничего из этого Иш совсем не помнила. Последнее, что отпечаталось в ее памяти, был мутный образ Таурона, что-то кричавшего ей. В тот момент она еще никак не могла понять, реальность то была, или она все же находилась в бреду. Но сейчас она чувствовала себя более чем просто нормально, словно прошедшая ночь была просто нездоровым сном. В этот самый момент позади Иш раздались шорох и звук шаркающих по сухой листве ног, вслед за чем она услышала голос: — Таки пришла в себя? Иш обернулась и посмотрела на эльфа, что стоял со скрещенными на груди руками и взирал на нее своими равнодушными глазами. Держа в руках связку сухих веток, к Белеготхару подошел Таурон. Лицо мальчишки при виде Иш на короткое мгновение вытянулось в изумлении, и уголки его губ едва заметно приподнялись, но через секунду его обычное угрюмое выражение лица накрыло все проскользнувшие эмоции. Внучка великой ведьмы кивнула головой и растянула свои губы в привычной для нее ехидной улыбке, посмотрев на Таурона. — Да, иначе бы наш маленький плакса не выдержал бы всего этого и принялся снова рыдать, как обиженный крокодил, — девочка надула губы и прищурила глаза, покачиваясь из стороны в сторону, изображая плачущего Таурона. Тот, в свою очередь, заскрежетал зубами и принялся восклицать, что он никакой не плакса, и стал обзывать чародейку всем, что приходило ему в голову. Белеготхар закатил глаза, покачав головой: уж теперь-то не было сомнений в том, что Иш полностью пришла в себя. Терра услышала громкие возгласы, смешанные со смехом, и подняла тяжелые веки. Иш с Тауроном препирались и спорили, как обычно, а Белеготхар взирал на них с присущим ему раздражением, периодически нервно оттряхивая назад длинные волосы. Сонливость Терры мигом испарилась, стоило ей увидеть здоровую Иш. Она поднялась на ноги и подошла к ним. — Как ты себя чувствуешь? — обратилась Терра к ней. Светловолосая чародейка обернулась к подруге и улыбнулась. — Так превосходно я себя еще не чувствовала! — Терра облегченно выдохнула и обняла Иш. — Правда я не помню ничего. Как вам с Били удалось добыть этот… как его… — Паранемис, — вставила Терра. — Да-да, Паранемис. Ну так как вам удалось? Расскажите, — заверещала Стартрол. Белеготхар скривил лицо в гримасе раздражения, и заметил, как лицо Терры резко изменилось и как расширились ее глаза, словно она вспомнила что-то неприятное. Терра отстранилась от Иш, посмотрев на нее рассеянно. Тогда, шумно втянув в себя воздух, Белеготхар выступил вперед. — Для начала я предлагаю заняться поисками дичи, а после — продолжить наш путь, мы уже не так далеко от границы леса, судя по моим прикидкам. По дороге обо всем и расскажем. И да, — эльф обратил взгляд на Иш, — не смей так коверкать мое благородное имя. Иш закатила глаза и демонстративно громко фыркнула, следуя за товарищами. Наши путники шествовали по лесу около трех часов кряду, когда Белеготхару таки удалось смертельно ранить молодую лань, которую они сейчас жарили на открытом огне, сопровождая весь процесс оживленными разговорами ни о чем. Терра все это время напряженно улыбалась и односложно отвечала, желая остаться безучастной в беседе, словно внутри нее бушевал вихрь каких-то мыслей, не желавших прийти к консенсусу. Иш, наконец, перестала спорить о чем-то с Тауроном, и обратилась к эльфу: — Так все же, — в зеленых глазах Иш заплясал любопытный огонек, — расскажите мне, как вы добыли цветок. Как вы нашли сердце леса? Что это за место? Это правда, что его охраняет какое-то существо, про которое ты тогда говорил? Белеготхар поднял руку с целью пресечь последующие вопросы и обратил на нее взор своих светло-зеленых глаз. — Да, оно действительно охраняется известным мне существом с неимоверной силой. Оно внешне было немного схоже с Гроноуном, но больше в размерах, шерсть у него была такой багровой, и глаза… — тут он осекся и бросил короткий взгляд в сторону Терры, которая поймала его взгляд своим испуганным, — глаза его были очень дикими. Иш заметила эту короткую зажимку так же, как с самого начала заметила встревоженный вид Терры. Это натолкнуло ее на мысль о том, что в этом походе явно произошло что-то, о чем сейчас они так прямо молчат. Иш, притворившись, что ничего не заметила, нервно потерла подбородок, спросив: — А как вы нашли это место? — Чисто случайно, — на лице эльфа не дрогнул ни один мускул. — Бродили по лесу дня два-три, потом вышли на поляну, странно обрамленную полукругом росших деревьев. В центре ее рос старый дуб. Потом, коснувшись дуба, мы оказались в каком-то непонятном для нас тогда месте, которое, собственно, и оказалось сердцем Дикого леса. — А какое оно? — поинтересовалась Иш. Белеготхар потер глаза и поднялся на ноги, все еще чувствуя слабое жжение ран на груди, но уже не такое сильное, каким оно было днем раньше. Все остальные на рефлекторном уровне поднялись вслед за ним; Таурон так же, как и Иш, с любопытством взирал на эльфа, ожидая ответа на вопрос. — Удивительное. Там светило солнце и цвела молодая трава, когда «снаружи» гремел гром и лил дождь. Тропинки там были осыпаны неведомыми цветами, а на деревьях розовела густая листва. Воздух там такой же чистый, как и прозрачные воды в ручьях. В общем, впечатление производит. — Эльф шумно выдохнул и потянул спину, смотря на догорающий костер. Иш тихо вздохнула, пытаясь представить себе описанную эльфом картину. Терра, сомкнув брови, смотрела себе под ноги. Прошелестевший в листве деревьев ветер приподнял в воздухе стянутые на затылке волосы Белеготхара, заставив последнего проследовать за ним взглядом. — Ветер определенно мог подуть только со стороны Черных скал Ишрома, — эльф указал пальцем куда-то в сторону, — поэтому продолжим наш путь. Скоро мы уже пересечем границу леса.

***

Раздирающее чувство гнева захлестнуло все ее существо гигантской волной, когда в ее голове возник образ уродливого фомора. Кровь вскипела в раскаленных венах, а горло сжалось в тисках от душного воздуха, наполнившего ее легкие. Чувствуя бешено колотящееся о ребра сердце, Терра дрожащими от волнительного возбуждения руками схватилась за холодную рукоять солнива и, продолжая свой бешеный бег, прыгнула на выглядывающего из-за дерева фомора. Холодная острая сталь с легкостью перерезала покрытую мелкой зеленой чешуей кожу на шее существа. И какофония чувств зыбким градом обрушилась на нее, когда горячая кровь полоснула по ее лицу. Бездушное тело грузно повалилось на мокрую от дождя землю, пропитываясь собственной кровью. Бросив следом испачканный нож, Терра согнулась и, издав глухой стон, повалилась на четвереньки, зажав в пальцах пропитанную грязной водой траву. Она чувствовала кипящий в ней зов, неустанно подгоняющий ее куда-то вперед, заставляющий ее ноги двигаться быстрее, глаза четче различать окружающие ее деревья и ярче воспринимать царивший вокруг мрак. Что-то звало ее, что-то ей сродни... Она побежала вперед и, глубоко вздохнув, открыла глаза. Ее дыхание было учащенным и рваным, как и ритм ее сердца. Холодные ладони покрылись мелкими капельками пота, а кожа лица все еще чувствовала горячую кровь инородного создания. В груди продолжал гореть дикий огонь, подхлестывавший ее к движению неизвестно куда, который постепенно гаснул, в конце перегорев вовсе, будто его и не было. Серебряный диск луны в бархатно-синем небе источал мягкий свет, благодаря которому Терра смогла разглядеть спящих недалеко от нее Иш и свернувшегося рядом с ней Таурона. Все вокруг было тихо и спокойно, только редкие возгласы сов откуда-то издалека и стрекот насекомых в траве нарушали дрожащую над лесом тишину. Терра вобрала в себя прохладный воздух и снова опустила веки, вскоре погрузившись в беспокойный сон.

***

Ослепительно яркие лучи солнца осторожно коснулись сомкнутых век Терры, которая, поморщившись, открыла глаза. В этот самый момент Иш, тенью нависнув над ней, нервно ерзала на месте. — Что такое? — Терра потянулась и выпрямила спину, заметив не далеко стоящего Таурона. Иш перевела внимательный взгляд на Терру. — Били пропал. Лицо Терры вытянулось в изумлении, и ее сонливость как рукой смело. — Что значит пропал? Как? — недоуменно вопросила она, поднимаясь на ноги и осматриваясь по сторонам. Иш только открыла рот, чтобы ответить, как в этот самый момент, просвистев в воздухе, в ствол растущего рядом дерева вонзилась стрела. Все трое перевели свои взгляды на то место, откуда была пущена эта стрела, и обнаружили сидящего на толстой ветке дерева эльфа. — К чему ваша нелепая паника? Детишки испугались заблудиться в страшном лесу без мудрого тана Белеготхара? — губы эльфа растянулись в ухмылке, когда он ловко спрыгнул на землю. — И я ведь говорил, — он подошел к Иш, — не развращать мое имя. Иш стиснула зубы и отмахнулась от него, как от надоедливой мухи. — Что за привычка исчезать без предупреждения? — она свела брови в недовольном выражении и всплеснула руками. Терра, почувствовав внезапный поток горячего воздуха, всколыхнувшего ее волосы, посмотрела на Иш. Белеготхар же лишь устало закатил глаза, не желая вступать с ней в спор. — Ух ты, а откуда у тебя взялся этот лук? — неожиданно подкравшийся сзади Таурон с любопытством посмотрел на эльфа. Иш с Террой, только что обратившие на это внимание, так же удивились. — Нашел. Вероятно, кто-то из здешних браконьеров оставил, — бросил Белеготхар, подходя к дереву. — Я предполагаю, — он схватился за древко стрелы, — что за эти сутки мы можем уже перейти границу леса, — и вытащив ее из ствола, закинул в колчан, висящий у того на спине. — Вы, должно быть, уже заметили, как поредела вся растительность, и что понемногу становится прохладнее? И правда, деревьев становилось все меньше, трава все ниже, и воздух здесь был не таким душным, как в дебрях. — Да. Давайте уже покончим с этим лесом наконец, — Иш обнажила свои зубы в улыбке и шлепнула по затылку рядом стоящего Таурона. Время шло, наши герои продолжали свой путь, лишь изредка делая привалы. Пейзаж с течением времени заметно менялся, деревья и кустарники, уже не таких гигантских размеров, встречались на их пути все реже, и вскоре они уже шагали по поросшей короткой травой степи, ориентируясь по мерцавшему в открытом небе свету полной луны. Протяжный волчий вой, прозвучавший откуда-то издалека, заставил четверку путешественников остановиться на мгновенье. — Здесь водятся волки? — с настороженным испугом осведомилась Иш, почувствовав слабое дуновение холодного ветра. — Не здесь, — Белеготхар поднял руку, указав далеко вперед, на высокие, казавшиеся черными в ночи, горы, — а там. За этими горами находиться страна вечного холода, Ишром. Послышался еще один долгий вой, казавшийся особенно пугающим во тьме, после чего троица друзей последовала за эльфом, указавшим им вперед, на высокие каменные стены, вокруг и перед которыми простиралось пшеничное поле. Терра безмолвно выдохнула и с напряженным и волнующим возбуждением посмотрела на высокие старые ворота, на которых, освещаемые лунным светом, были выгравированы буквы на древнем Ровинском языке, складывающиеся в одно-единственное слово: «Дорк».