Часть 12
5 ноября 2024 г., 19:36
ГЛАВА XII
— Открывай, сволочь! — закричал взрослый мужчина сквозь стиснутые зубы. — Открывай! Я знаю, что ты там! — на его глазах выступили слезы от злости, когда он с силой ударил по деревянной двери кулаком. — Клод! — К нему подбежали еще несколько мужчин и женщина примерно его же возраста. Ее растрепанные каштановые волосы обрамляли ее осунувшееся бледное лицо, а маленькие невыразительные глаза заблестели, когда она схватила его за руку. Клод грубо оттолкнул ее назад и снова принялся тарабанить в дверь. — Если ты не избавишься от нее, я сделаю это сам лично! А потом я и тебя убью! Ты слышишь меня? Ты ответишь за смерть моих дочерей, Ларер! Таурон испуганно подскочил на месте, услышав этот яростный натиск снаружи. — Ларер? Кто эти л… — Крепкая рука Ларера, накрывшая рот мальчишки, заставила его замолчать. Мужчина медленно покачал головой и, зажав в длинных пальцах мешочек, висящий на его груди, что-то тихо произнес. Таурон испуганно округлил свои глаза, когда услышал, как злобные угрозы за дверью переросли в невнятные вопли, молящие о помощи. Ларер сузил свои глаза и осторожно убрал ладонь с лица мальчика, жестом приказав ему молчать. — Слишком быстро… — тихо произнес Ларер, скосившись на дверь, за которой вскоре оборвались все звуки.***
Из груди Иш вырвался звонкий крик, когда на нее обрушился холодный водопад. От резкого прыжка назад она упала на мокрую траву, ударившись спиной о торчащий из земли камень. — Нет, вода — точно не моя стихия, — раздраженно вскричала Иш, поднимаясь на ноги и настороженно смотря на вскинутую руку Аданадель, так ловко контролирующей воду. Ведьма внимательным взглядом оглядела мокрое лицо Иш и, раздосадовано цокнув языком, опустила руку, поспособствовав тем самым возвращению небольшого вихря воды обратно в ручей. — В таком случае, — по отточенному лицу Аданадель пробежала тень ухмылки, — опробуем такой трюк с землей. Иш сглотнула, приготовившись к самому худшему, как в тот же момент земля под ее ногами стала идти ходуном. Иш, коротко вскрикивая, стала прыгать с места на место, пытаясь удержать равновесие. Аданадель, нахмурившись, села на колени и ударила руками по земле, отчего она под ногами Иш стала медленно рушиться, образуя черную пропасть. Глаз Иш нервно задергался, когда она инстинктивно отскочила от расширяющейся пропасти, ползущей к ее ногам. — Дель! Останови это! — продолжая ползти назад, сквозь учащенное дыхание вскричала Иш. — Ты хочешь… убить меня?! — Кое-как извернувшись и поднявшись на ноги, Иш стала пятиться от непрестанно расширяющейся пропасти. — Дель, хватит! Аданадель нахмурилась и приложила больше усилий, отчего на ее руках выступили вены, после чего земля под ногами Иш стала рушиться вдвое быстрей. Из груди Иш вырвался короткий вскрик, и она, не устояв на ногах, потеряла равновесие и с истошным криком провалилась в затягивающую ее бездну.***
— Прояви инициативу, поразмысли немного… прояви… инициативу… поразмысли… прояви… немного… — Возглас полный раздражения вырвался из груди Терры, и она что было силы ударила кулаком по стволу дерева. — Нет, не могу я сделать этого! Не могу! — закричала она, опустив преисполненный злобы взгляд на все еще закрытый цветок. Миновал уже второй день. Но бутон цветка все еще был закрыт. Словно он боялся открываться ей. Терра издала нервный смешок, как только подобная мысль пронеслась в ее голове. — Что я от этого получу в конце концов? — не без иронии произнесла она, все еще не отрывая взгляда от цветка. — Возможно, он просто издевается надо мной… — Лицо Терры перекосило от злости. Она села на колени перед цветком и протянула руку к нему, с одной-единственной целью — вырвать его с корнем из этой искусственной земли. И положить тем самым всему этому конец. Ее пальцы застыли в воздухе, так и не достигнув своей цели. Горло Терры сдавили свинцовые тиски и, хрипя от недостатка кислорода, она повалилась вниз, на холодную траву. — Тебе разве никогда не говорили не играть с огнем? — произнесла взрослая женщина, строго смотря на маленькую черноволосую девочку. Ее большие смеющиеся карие глаза с безмерной детской любовью смотрели на женщину, а маленькие ручки сжались в кулачки у подбородка, словно так она пыталась просить прощения. Взгляд женщины смягчился, и она притянула дочь к себе: — Если ты не будешь беречь себя, никто не будет… Короткий фрагмент исчез, будто растворившись в воздухе, так же быстро, как возник. Терра сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, почувствовав незамедлительную боль в груди. Стиснув зубы, она поднялась на ноги и осмотрелась. Небо было затянуто черными тучами, отчего окружавшее ее ржаное поле, уже такое вроде бы знакомое, выглядело совсем иначе. Мрачнее. И ужасающе безлюдно. Терра поежилась от нахлынувшего ветра и осмотрелась по сторонам, чувствуя нарастающую в ней тревогу. Впереди, но не так далеко, как бывало прежде, теперь уже сидела на земле девушка все еще повернутая к Терре спиной. Ее длинные черные, как густая смоль, волосы развевались на ветру. Терра стала делать осторожные шаги в ее сторону и вдруг замерла, словно приросла к земле. Девушка слегка повернула свою голову в сторону, тем самым открыв обзор на свой профиль. Терра могла различить ее чуть приоткрытые глаза и слегка трепещущие бледные губы. В один момент девушка раскрыла свои глаза и бросила еле заметный взгляд в сторону Терры. Ее холодный карий взгляд подействовал на Терру так, как бы подействовал на нее оглушительный удар в гонг прямо подле ушей. С тяжелым стоном Терра открыла преисполненные боли глаза, будто их выжигали солнечными лучами, и, все еще лежа на траве, перевернулась на спину. Переведя взгляд на цветок, ее глаза изумленно расширились, мгновенно позабыв о всякой боли. Один лепесток ярко-красного цвета заметно приподнялся над остальными.***
— Каждая ведьма с самого своего появления на свет имеет единение с определенной стихией. И эта связь несет не столько физический, сколько психологический характер. Существование ведьмы вне своей природной стихии невозможно… И однажды утеряв ее, вернуть ее уже ты не сможешь. — Разве это возможно-то, утерять свою стихию? — Возможно. Я имела честь знать одну очень могущественную ведьму, потерявшую узы со своей природной стихией. И те стихии, что она самостоятельно вырабатывала в себе в течение долгих лет, тоже исчезли. — Из-за чего это произошло? Аданадель, подперев подбородок рукой, опустила хмурый взгляд вниз, избегая пристального внимания Иш. — Иш! Небольшая встряска заставила Иш медленно поднять тяжелые веки и посмотреть на нависшую над ней Аданадель. Иш приподняла голову, все еще слыша в своей голове призрачный голос Аданадель, повторявший те слова, которые были сказаны ровно день назад. Иш огляделась, обнаружив себя сидящей у подножия дерева. Криптрол стояла со скрещенными на груди руками и озабоченно смотрела на девочку. Выражение на ее лице было напряженным, и весь ее вид показывал, будто она была встревожена чем-то. — Очнулась, наконец, — сухо произнесла она, делая медленные шаги в сторону Иш. Та окинула ее недоуменным взглядом и поднялась на ноги: — А разве я… не упала в эту… дыру в земле? Аданадель медленно выдохнула и покачала головой. — В этом измерении мне под силу как создать что-нибудь, так и изничтожить. Я хочу сказать, что границы его регулируются моим воображением. Стоит мне перестать думать о бездне, как она тут же исчезает. Иш вздохнула с облечением и обратила на ведьму немного нервный взгляд: — А если бы ты не перестала думать о ней, то я бы действительно провалилась в бездну, так ведь? Аданадель адресовала ей хмурый взгляд и, с минуту молча, наконец спросила: — Почему твоя стихия до сих пор не открылась? Она должна была проявиться в условиях предполагаемой опасности. — Так для этого все это было устроено? — Иш удивленно вскинула брови. Криптрол, опустив немного голову, повернулась к ней спиной и стала медленно шагать то взад, то вперед. — Что ты чувствовала, когда земля под твоими ногами проваливалась? — неожиданно спросила она. Иш бросила на нее изумленный взгляд. — Ну… я чувствовала острое желание не провалиться в бездну… — Почему? — вдруг резко спросила Аданадель, повернувшись к ней лицом. — Ты боялась смерти? — Само собой я боялась смерти, — ответила Иш с легкой усмешкой, но, заметив серьезное лицо взрослой ведьмы, приутихла. Аданадель вдруг резко подошла к ней и, взяв за подбородок, приподняла ее лицо, твердым взглядом смотря в ее большие зеленые глаза. — Тем не менее, ощущая близость смерти, она не проявилась, хотя должна была, — уверенно отчеканила она, смотря на Иш. — Ты должна была, я знаю, что должна была, почувствовать ее неудержимый всплеск, сжигающий тебя изнутри, перед страхом умереть, — почти прокричала она и отошла от Иш, снова повернувшись к ней спиной. Глаза Иш расширились от недоумения и страхом перед Аданадель, глаза которой, как ей показалось, на мгновенье вспыхнули. Иш медленно опустила руки, которые все это время были сцеплены в напряжении между собой, и потупила взгляд. Некоторое время они стояли в полной тишине пока Иш, в конце концов, не разрезала ее своим голосом: — А что если… — неуверенно начала она, обратив внимание Аданадель на себя. — Что если я вообще не ощущаю никакой стихии?..***
Таурон пристально следил за Ларером, нервно шагающим по комнате, освещенной всего лишь одной свечой. За окном прогрохотал гром и сверкнула молния. Сразу после этого послышись звуки барабанящего дождя, с каждой секундой все больше набирающего силу. Ларер, наконец, остановился и выглянул в окно, за которым сгущались сумерки. Когда он снова повернулся, он бросил на Таурона внимательный взгляд, от которого последнему стало не по себе. — Совсем скоро здесь появится один человек, — произнес он и сунул одну руку в карман своих брюк. — Вот, — он выудил сложенный в несколько раз листочек и протянул его Таурону, — передай этому ему. С выражением растерянности на лице мальчик взял протянутый ему листок и вопросительно посмотрел на мужчину. — Не волнуйся, — произнес Ларер, накидывая на плечи старый длинный плащ, — сюда во время моего отсутствия сможет попасть только этот человек. — Он накинул на свою голову просторный капюшон и коротко усмехнулся. — Никто, кроме него, не сможет отменить заклинание. — П-подожди! — сорвался Таурон за направляющимся к двери Ларером. — Куда ты уходишь? Ларер жестом приказал ему оставаться на месте и, бросив ему предупредительный взгляд, скрылся за дверью. Холодные капли дождя били по его лицу и пропитывали его одежду, пока Ларер стремительно пролегал себе дорогу к выходу из жилого района. Уловив голоса нескольких мужчин неподалеку, он, чертыхнувшись, спрятался за одним из домов, дожидаясь их ухода. Как только голоса стали отдаляться от него, Ларер вышел из тени и зашагал дальше. Выйдя на постоялый двор, он опустил капюшон на глаза и как можно быстрее стал продвигаться в нужном ему маршруте. Он прошел мимо нескольких таверн и трактиров, в стенах которых не утихал шум и гогот, и завернул за нужный ему поворот, совершенно случайно налетев при этом на прохожего. — Право же, спрятали свои глаза и сшибли меня с ног! — возмущенно заверещал женский голос. Ларер поправил слетевший с его головы капюшон и, пробормотав что-то себе под нос, быстро зашагал в нужном ему направлении. Глаза девушки сверкнули золотым огоньком, когда она поднялась на ноги и принялась оттряхивать себя. — Вот ведь… невежа, — раздраженно пробормотала она и, тряхнув своими длинными рыжими волосами, продолжила свой путь.***
Перед небольшим зданием уже с наполовину отвалившейся вывеской Ларер остановился. Он медленно вошел в помещение, остро почувствовав запах кованого железа и услышав тяжелые звуки кувалды по металлу. Высокий здоровый мужчина, имеющий схожесть с медведем, с щетинистым лицом и с собранными в низкий хвост волосами, заметив гостя, оторвался от своего занятия и обратил свое внимание на него. — Кто такой? — пробасил он, вытирая свои гигантские руки о запятнанный белый фартук. Ларер снял свой капюшон и смахнул мокрые от дождя волосы со своего лба. Выражение на лице кузнеца заметно смягчилось при виде знакомого. — Ох, Ларер, давно не видывать тебя. Какая нужда привести тебя сюда? — на ломанном Ровинском спросил тот. — Прости мне мой поздний визит, Гров, но у меня для тебя есть срочный заказ.***
Спрятав свое лицо под капюшоном, он плавно обогнул поворот, оказавшись у нужной ему двери. Почувствовав наложенное на замок заклинание, дабы никто из посторонних не смог проникнуть в дом, он вытянул руку из-под широкого рукава и указательным пальцем провел по замку. Таурон нервно дернулся на месте, когда дверь распахнулась и на пороге возникла высокая человеческая фигура, спрятанная под плащом. Испугавшись, Таурон отскочил назад, но вдруг резко осекся, подумав, что он уже мог видеть эту фигуру. — Вы… кто? — неуверенно спросил он, сжав листок, данный ему Ларером, в руке. Таурон внимательно оглядел гостя, заострив свое внимание на его длинной седой бороде. — Ларер, должно быть, говорил про вас? — скорее утверждая, нежели спрашивая, произнес Таурон, неуверенно приближаясь к старику и протягивая ему листок. — Он просил передать это вам. Старик стоял, не шевелясь какое-то время, и, как показалось Таурону, прожигал его взглядом сквозь длинный капюшон. Мальчик уже начал сомневаться и медленно пятиться назад, как сморщенная рука старика потянулась за листком и выхватила его из рук Таурона, который, опасаясь незнакомца, отошел от него назад. Старик откинул капюшон и раскрыл свои глубоко посаженные с бледно-желтыми белками глаза, затянутые мутной серой пленкой. Он развернул листок и, все так же продолжая смотреть в одну точку, стал проводить тонкими пальцами по записи, тщательно выводя каждую букву. Глубоко вздохнув он опустил руку и сжал в ней листок, в котором было нацарапано всего два слова: «Погоня. Бежим».
