Сокрытое в огне. Расти и увядай

ГЛАВА XV

Буйный ветер всколыхнул опавшие листья с сухой земли, закружив их в воздухе. Бледная рука ловко перехватила сорвавшуюся с гвоздя листовку. Желтые глаза красноволосого юноши с жадностью впились в составленные констеблем автопортреты двух персон. Одной из них был мужчина с отчетливо изображенными чертами лица и со шляпой на голове. Другой была девушка с размытыми чертами лица; очевидно, констебли составили ее портрет примерно, не зная точной внешности. Но что заставило чистокровного обратить на нее внимание, так это ее отчетливо нарисованные глаза: глаза Гелоун. На самом верху листа виднелась выведенная чернилами надпись на Ровинском языке: «Поймать живыми или мертвыми». Уголки губ юноши медленно поползли наверх, когда он скомкал лист в руках и снова отправил его в свободный полет. Внимательно прислушавшись к гневным голосам и крикам, доносившимся из ближайшего трактира, молодой человек направился прямо к нему. Как только он переступил порог сего заведения, поток душного воздуха с гудевшими в нем гамом и восклицаниями ударил прямо в его лицо. Сморщив лицо в отвращении, он прошествовал к барной стойке, на ходу натягивая капюшон ниже, дабы укрыть свои глаза. Присев на скрипящий деревянный стул, юноша полез в карман брюк и бросил на истертую от вечных протираний стойку десять гальонов. — Дайте мне вашего самого лучшего вина! Трактирщик от удивления раскрыл рот и выкатил глаза, смотря на столь щедрого клиента, ибо, по правде говоря, в его заведении не нашлось бы вина, стоящего так дорого. — Как пожелаете, сударь! После того как мужчина скрылся за маленькой занавешенной комнатой, юноша повернулся и осмотрелся. Сгрудившись над столом с уже пустыми бутылками, пьяные мужчины о чем-то громко спорили. Среди них находилось, судя по форме, еще два подвыпивших констебля. Один из них, уронив голову на стол, лепетал что-то, при этом плача: — Они убили моих дочерей, а потом еще и жену мою забрали! — Клод, ты держись, — лепетал другой мужчина, хлопая констебля по плечу. — Они и моего брата тоже убили, хоть я его и не любил, но ведь он был моим братом! — Хватит! — По столу ударила тяжелая рука, сомкнутая в кулак. — Мы больше не допустим ни одной смерти! — прогремел грубый мужской голос, заглушивший все голоса. — Мы отдадим этим убийцам то, чего они хотят, и тогда они наконец оставят нас в покое! Найдем Барона, значит, найдем и ту девчонку. — А его-то уже что-то не видно в последнее время. Видно, прячется, опасность чует, собака! — взревел другой мужчина, тряся пустой бутылью в воздухе. — Где бы ни прятался он, найдем, хоть из-под земли достанем. Он ответит за все! — Держите, сударь, отменнее этого вина вы не найдете нигде в Дорке! — Подошедший с бутылью трактирщик вновь обратил внимание молодого человека на себя. — Благодарю, — улыбнулся юноша и взял стакан в руки, немного пригубив рубиновый напиток. Как только трактирщик отошел к другому клиенту, он брезгливо поморщился и отложил стакан: — Скорее, ничего отвратительнее этого я не найду. В этот самый момент, словно почувствовав что-то неладное, он обернулся и приподнял немного капюшон, заметив снующих за дверью трактира двоих своих преследователей. — Вот ведь неуемные, — выдохнул он, лениво поднимаясь на ноги.

***

Солнце медленно скрывалось за высокими деревьями, последними лучами окрашивая небо яркими переливами оранжевой и розовой красок. Вечерний воздух постепенно заполнялся стрекотом кузнечиков и сверчков и шелестом волнуемой ветром листвы. Подобная идиллия нарушалась лишь периодическим лязгом металла, мгновенно растворяющимся в воздухе. Ларер нанес еще один несильный удар, спокойно отбитый Террой, затем повторил такой же выпад к Иш, которая, лишь только выставив меч вперед как щит, упала от его тяжести на лопатки. Ларер раздраженно нахмурился и снова принялся атаковать Терру, которая с тем же равнодушием блокировала его удары. Весь ее вид, излучающий безразличие, отчего-то заставил Ларера стиснуть зубы и сжать рукоять меча сильнее. Тогда он, приложив силу, уже по-настоящему принялся атаковать. Терра едва только успела повести глазами, как, не сумев сдержать напора со стороны мужчины, отшатнулась и попятилась назад, почувствовав острое лезвие клинка противника на своей щеке. Кровь медленно поползла вниз по ее лицу. Но уже спустя секунду рана стала неторопливо затягиваться, и когда от нее не осталось и следа, только рубиновая капля, медленно достигающая ее подбородка, могла свидетельствовать о ее существовании. — Что ты делаешь? — недоумевала Иш, подходя к Лареру. Он, в свою очередь, не обратив никакого внимания на заданный ему вопрос, подошел к Терре и, схватив ее за воротник свитера, повернул к себе. — Выслушай крайне внимательно то, что я тебе сейчас скажу, — начал он, сильнее сжимая ткань в кулаке. — Чего на самом деле хотят эти чистокровные Гелоун, так это войны, самой настоящей кровавой войны, чтобы стереть весь человеческий род с Земли только для того, чтобы заполнить ее такими, как они! И подобных тебе они выслеживают, как бродячих собак, посредством тех ищеек, чтобы использовать как оружие! Так что отбрось свое безразличие и прекрати замыкаться только на своих проблемах, потому что эта война коснется всех, и тебя в том числе. - Он разжал кулак, выпустив Терру, и вернув меч в ножны, вошел в хижину. Иш с расширенными глазами и с раскрывающимся ртом смотрела на ошеломленную Терру. Сразу после этого она, встряхнувшись, поспешила вслед за Ларером. — Так вот о чем вы молчали все это время! — вломившись в дом, на ходу бросила Стартрол. — Я так и знала, что за вашим молчанием скрывается нечто серьезное. Но... что значат слова «стереть человеческий род»?.. Вы ведь это... — Все что я хотел сказать, я уже сказал, — стоя к ней спиной, ответил он. — Не знаю, когда начнется война, может, сегодня или завтра, через месяц или через несколько лет, но одно остается фактом — она неизбежна. — Ларер повернулся к Иш и Терре, которая только подошла Стартрол. — Единственное, что от вас требуется, это умение защищаться и атаковать, когда оно будет необходимым. Это все, мне больше нечего добавить, — изрек он, заметив стремление Иш сказать еще что-то. — Я рассказал вам все, что мне известно. А теперь обе идите спать, потому завтра уже с появлением первых лучей солнца у нас начнется тренировка. На этот раз настоящая. Оставшись без права на слово, обе были вынуждены последовать указанию Ларера. Минуты через две порог лесной лачуги пересекли Таурон и Сэльви, который держал пучки каких-то трав в руках. — Спасибо, ты мне послужил отличными глазами, дружок, — бодро изрек старый маг, потрепав мальчишку по голове. — Я больше никогда и никуда с тобой не пойду. — Весь измученный и чуть не со слезами на глазах, Таурон поспешил ретироваться в свою комнату. — Это он с непривычки, — хохотнул старик, подходя к столу, чтобы вывалить на него травы. — Что это? — сухо поинтересовался Ларер, осматривая доселе не известные ему мелкие цветы с лепестками темно-синего, почти черного цвета. — Это «Леикс», — ответил Сэльви, садясь на стул. Он аккуратно развязал пучки и принялся отделять цветы от побегов. — Как раз для нашей теряющей рассудок гостьи. Ларер не повел даже глазом на подобное заявление, словно то, что сейчас сказал Сэльви, и не было загадкой для него.

***

В течение долгого времени неподвижные глаза Иш сверлили черный потолок. Казалось, что сама тишина гудела от неуемного потока мыслей Стартрол, бесконечно переключаясь с одной на другую, не желали оставлять ее в покое. Она бросила взгляд на лежащую на своей кровати Терру и подумала, что та, должно быть, уже спит, как вдруг голос последней, прозвучавший подобно шелесту ветра за окном, разубедил в этом Иш. — Ларер прав, — тихо произнесла она, по-прежнему не шевелясь. — Я слишком сильно зациклилась на себе. Иш внимательно вслушивалась в каждое ее слово, удивляясь той мертвой интонации, с которой говорила Терра. — Тогда в том измерении я видела свою мать. Глаза Стартрол широко раскрылись в удивлении и она уже хотела было завалить ее вопросами, но сдержалась, боясь спугнуть тем самым весь настрой Терры говорить. — Я долго не могла понять причину, по которой я теряла сознание и постоянно попадала в это время на какое-то поле. Там я видела ее. Она была очень далеко, и все что я могла поначалу видеть, это ее спина и волосы. Но стоило мне сделать пару шагов в ее сторону, как я снова приходила в сознание. Тогда я еще не знала, что эта женщина – моя мать, — тихо произносила Терра, словно разговаривая с собой. На мгновение она замолчала. — Кажется, теперь я понимаю, зачем мне Ларер тогда поручил раскрыть цветок… Иш нахмурилась, пытаясь понять то, о чем отрывисто бормотала Терра. — Терра, что произошло, когда ты увидела свою мать? — осторожно спросила она, получив в ответ немое молчание. Прошло около получаса, а тишина в комнате нарастала все больше. Иш подумала, что на этот раз Терра точно спит. Перевернувшись на спину, Иш уловила звук тихих шагов, отдаляющихся от их комнаты. Кто-то их подслушивал. Сев на кровати, она стала внимательно вслушиваться в тишину, но все что она могла слышать, было биение ее сердца, гулким эхом отдающееся в ушах. Тогда она встала, оделась и, взяв в руки меч, что лежал у изножья ее кровати, вышла из комнаты. — Она сказала, что я убила ее. — Тихий шепот, услышанный лишь окружающей темнотой, в конце концов и был растворен в ней. Иш вышла из хижины, с упоением встретив прохладный ветерок, оглушавший крик ее хаотичных мыслей. Глубоко вдыхая и выдыхая, она смотрела на темно-синий небосвод, на котором, источая серебристый свет, красовался круглый диск луны. Она обратила свой взор на деревья, чьи верхушки, казалось, были покрыты серебристым снегом, а затем опустила глаза на свои вытянутые ладони. «Эти оковы будут сковывать твою стихию до конца твоей жизни», — вспомнила Иш слова Аданадель, посмотрев на свою пустую левую руку. Переведя свой взгляд на правую руку, что сжимала рукоять меча, она задумалась на некоторое время. Прошло немного времени, когда она крепче ухватилась за свой меч, на этот раз уже обеими руками. — Пусть так, но это не значит, что я буду бесполезной, — губы Стартрол растянулись в ухмылке. Подойдя к ближайшему дереву, она, издав какой-то странный громкий клич, замахнулась мечом, как бы пытаясь атаковать, но все, чего она смогла добиться, так это того, что клинок, плотно войдя в кору, там и остался. — Вот черт! — выругалась она, пытаясь вытянуть его обратно. Стиснув зубы, она напрягла все свои силы и даже уперлась обеими ногами в дерево, но меч все равно не поддался. — Выходи оттуда, дубина! — сквозь зубы кричала она, пытаясь достучаться до клинка. — Ну же! — все еще пытаясь вытащить его, не унималась Иш. С громким выдохом она отскочила назад, едва не упав на спину. — Вот незадача, — с негодованием проговорила Стартрол, хмурым взглядом сверля застрявший в дереве клинок. Она, не двигаясь, прожигала меч в течение нескольких минут, но он все так же продолжал оставаться застрявшим в коре, и даже никакая магия не пришла ей на помощь. Тогда она, заскрежетав зубами от злости, подошла к дереву и принялась колотить его ногами. — Тупое дерево, отдавай мой меч! Живо! — Прекрати орать. — Услышав чей-то раздраженный голос откуда-то сверху, Иш задрала голову, пытаясь отыскать его носителя. — Кто здесь? — вслепую спросила она, отходя от дерева, чтобы получше осмотреться. Послышался шелест, за которым последовали звуки глухого удара и треска лопающейся коры. Иш вздрогнула и резко обернулась. — Ты! — удивленно выдохнула она. — Б… Бе… Би… — запинаясь, напряженно бормотала она, очевидно, пытаясь вспомнить имя. — Белеготхар! — раздраженно выкрикнул эльф, бросая к ногам Стартрол ее меч, что он ловко извлек из коры дерева при помощи своего стилета. — Надеюсь, хоть теперь ты помолчишь, ибо надоели уже твои нелепые крики. — Погоди-ка! — Иш подняла клинок с земли, проигнорировав замечание эльфа. — Откуда ты тут взялся? — Что значит откуда? — переспросил он, скрестив руки на груди. — Я был здесь все это время. Вот ты как здесь очутилась? Не Дорк ли был вашей целью? — Так-то оно так, но… — Иш цокнула языком, явно не имея охоты все ему сейчас рассказывать. — В общем, по некоторым обстоятельствам мы здесь. А ты разве тоже не должен был быть в Дорке? Белеготхар устало выдохнул и, подойдя к измученному Иш дереву, присел, откинувшись на него. — Дорк — слишком шумный город. Долгое пребывание среди вечно снующих людей быстро утомляет меня, поэтому большую часть своего времени я провожу в этом лесу. И кстати, — обратил он вновь на себя внимание Иш, — чем это ты тут занимаешься посреди ночи? Она перевела взгляд на свой меч, запоздало вспомнив о цели своей ночной прогулки. — А, я здесь тренируюсь. Так сказать, с целью повысить самооборону. Эльф прыснул от смеха, чем вызвал недоумение о стороны Иш. — Что в этом смешного? — угрюмо вопросила она, нахмурившись. — Право, в цели твоей нет ничего смешного, — все еще посмеиваясь, ответил Белеготхар, поднимаясь на ноги. — Просто изначально я подумал, что ты тренируешься в варварском избиении деревьев. Иш почувствовала, как кровь прилила к ее лицу. — Это было… — напористо начала она, но остановилась, не зная, чем продолжить. — Да какая тебе, в общем-то, разница? — Да, в общем-то, никакая, — ответил он ей в тон. — Но глаза мои кровью истекают, когда я вижу, как с мечом ты обращаешься. — Белеготхар подошел к ней и поднял ее руки, крепко сжав ее пальцы на рукояти меча. — Меч должен быть тебе не тяжелым бременем, тянущим тебя вниз, а товарищем, он должен быть продолжением тебя, и тогда ты не будешь чувствовать его тяжести. И во время атаки используй нужно использовать не только силу рук, но еще и весь корпус. — Белеготхар подошел к дереву и повернулся лицом к Иш. — Давай, попробуй атаковать меня. — Тебя? — удивилась она. — Но ведь я могу и ранить тебя ненароком. С губ эльфа сорвался смешок. — Но это вряд ли, но ты все равно попробуй, может, действительно сумеешь меня ранить, — он быстрым движением стянул свои длинные светло-рыжие волосы в хвост и вытянулся во весь рост. Иш скрежетнула зубами и уже с подлинным стремлением ранить побежала к нему с вытянутым клинком. Белеготхар с выражением полного спокойствия, будто на него вовсе не несся вооруженный человек с явными недобрыми намерениями, написанными прямо на лице, отошел немного в сторону, как раз в тот момент, когда лезвие меча с треском врезалось в ствол дерева. — Ну, стремления убивать тебе, конечно, не занимать, — протянул эльф, обнажая свой меч, — но чего же стоит твое умение обороняться? Стартрол напряглась, готовясь к атаке Белеготхара, но тот вдруг повернулся к ней спиной и, потянув свисавшую ветвь дерева вниз, срубил с нее две ветки. Вернув меч в ножны, он бросил одну ветку Иш, а вторую оставил себе. — А что ты хотела? В своей лихорадке убийства ты можешь действительно задеть меня, — заметив немой вопрос на лице Стартрол, объяснил он, усмехнувшись. — Ну ладно, — Иш отложила меч и, схватив ветку, приняла оборонительную позу. — Нападай! Эльф какое-то время стоял неподвижно, будучи полностью удержанным в поле зрения Иш, как в один момент он сорвался с места и помчался к ней так быстро, едва она могла повести глазом. Прошла ровно одна секунда, когда Иш обнаружила себя замершей, словно статуя, и, опустив глаза, увидела длинную ветку, зажатую в руках эльфа, кончик которой был всего в паре дюймов от ее горла. — Защищаешься ты даже хуже, чем атакуешь, — делая несколько шагов назад, изрек Белеготхар, качая головой. Иш только сейчас выдохнула, осознав, что стояла все это время, задержав дыхание. — Давай попробуем еще раз! — заверещала она, крепче держа свою ветку. Белеготхар изогнул одну бровь и затем понуро выдохнул: — Ну давай, теперь нападай ты. Иш рьяно понеслась на него со своей веткой, которая в итоге была легко отбита веткой противника. Последующие ее попытки раз за разом терпели фиаско, так и не достигнув цели. Тогда Белеготхар бросил свое «оружие», оказавшись с голыми руками: — Давай хотя бы так достань меня, я даже двигаться с места не буду! — воскликнул эльф, уже явно утомленный. — Ну так я тебя точно достану! — Иш побежала вперед, выставив ветвь перед собой. Белеготхар и в самом деле стоял, не шевелясь, и когда Стартрол готова была нанести удар, он вытянул руку и, поймав кончик ветки, потянул ее на себя, тем самым обезоружив свою противницу, и ткнул ею в лоб Иш. — Ты умерла уже в сотый раз. Абсолютно бесполезно тебя чему-то обучать, — произнес Белеготхар и выбросил ветку Иш на землю. — Я больше не могу тратить на тебя время впустую. — Он развернулся и собрался уходить, как вдруг замер, словно вспомнив о чем-то. — Это ненадолго! Вот увидишь, тебе еще придется попотеть, чтобы одолеть меня! — пряча обиду за дерзкими нотками в голосе, выговорила Иш, складывая руки на груди. — Да-да. Пока не забыл, я хочу у тебя спросить кое-что. Брови Иш поползли наверх от удивления и любопытства: — Спрашивай. — Терра ходит здесь по ночам? — Что? — не поняла она. — Ладно, не важно, — махнул он рукой, мгновенно скрывшись где-то в деревьях. — Эй, Били, ты... — не успела Иш договорить, как того уже и след простыл. — Вот ведь скорость, — пробурчала она, смотря по сторонам. Выдохнув, она наклонилась за своим мечом и медленно побрела в сторону их хижины, на ходу разминая ноющие плечи и шею. Увидев черную крышу лачуги, спрятанной между деревьями, Иш ускорила свой шаг, как вдруг, едва не потеряв равновесия от какой-то преграды под ногами, остановилась. — Что это еще за... — пробурчала она, делая несколько шагов назад, дабы посмотреть, что лежало на земле. Ее глаза испуганно расширились, а с губ едва не сорвался крик отвращения и ужаса: прямо перед ней лежал мертвый, покрытый уже бордовой чешуей, фомор с изрезанными лицом и горлом. В голове Иш вдруг пролетел вопрос Блеготхара касаемо Терры. Что было сил она помчалась к лачуге и, будучи уже внутри, бесцеремонно избавилась от шкуры, закрывающей проход в их комнату. На столе в прихожей все еще стояла догорающая свеча, способная слабо осветить и их комнату, а главное кровать Терры, которая была пустой.

***

Площадь Дорка была заполнена гулом и звуками суматохи. Люди сновали туда-сюда, что-то усердно обсуждая. Большая группа людей, столпившаяся прямо в центре, о чем-то громко спорила, активно жестикулируя при этом. Высокий мужчина с узким щетинистым лицом и со шрамом на щеке отделился от этой толпы и вышел вперед. — Послушайте меня! — испытывая силу голосовых связок, закричал он толпе. Несколько мужчин, стоящих ближе всех к нему замолчали, обратив на него свои глаза. — У нас у всех одна цель! Поэтому и действовать нам надо совместно и согласованно! — Еще несколько человек обратили на него внимание, прекратив спорить на какое-то время. — Мы все собрались здесь, чтобы исполнить одно бравое дело! Поэтому прекратите свои бестолковые пререкания и послушайте же меня! К слушающим присоединилось еще несколько человек, чьему примеру последовали и другие, и вскоре уже вся толпа внимала словам оратора. — Мы все потерпели смерти близких нам людей и кощунственное похищение наших жен и дочерей, — уже тише продолжил мужчина со шрамом. — Но если потерпели мы это единожды или даже дважды, это не значит, что мы потерпим такое и в третий раз! — закричал он, получив одобрительные возгласы мужчин и женщин в толпе. — Мы найдем виновных и избавим наш город от тех убийц! Поэтому все, кто смел душой и храбр сердцем, следуйте за мной, кто же труслив и боязлив, пусть остается здесь и дрожит от страха в тени! Толпа взорвалась в воодушевленных возгласах, зашевелившись в возбужденном желании избавиться от виновников всех их несчастий. Горящие глаза мужчины, взявшего на себя смелость командования, блуждали по толпе, а губы его растягивались, обнажая зубы: — Значит, решено! Берите свое оружие и следуйте за мной! Убийцам не место в нашем городе!